Дочь Серафима

I want your love and All your lovers' revenge You and me could write a bad romance ( Я хочу твоей любви И жажду мести всех твоих любовниц, Ты и я могли бы написать роман о порочной страсти. ) Lady Gaga — Bad Romance

— Так вы знакомы? — я обвела взглядом присутствующих. — Знакомы это мягко сказано, — ответила девушка бросая на меня злобный взгляд. — Я его невеста, — она подняла руку, демонстрируя кольцо. По сердцу словно полоснули лезвием. Я сжала кулаки, мысленно посчитав до пяти и выдохнула. Ревность запустила свои щупальца в мою душу, мало помалу обвивая ее. Безусловно, мы не обязаны были блюсти верность, ведь все неофициально. Но знать я ведь имею право? Ровно насколько вчера и сегодня утром все было хорошо, ровно настолько же мне стало сейчас паршиво. Меня словно в чан с грязью окунули. Выходит, я не просто любовница, а любовница почти женатого мужчины. Вот ведь мерзость. А демон хорош, воистину демон, парит мне мозги про чувства, а сам имеет сразу двух. Урод. К боли, начавшей подтачивать меня изнутри присоединилась ещё и злость за мое уязвленное самолюбие.

***

— Чай остынет, — пытаюсь я выбить себе передышку от секс-марафона устроенного Люцифером. Мы лежим на просторном пушистом ковре возле камина, на дворе глубокая ночь и к этому моменту, мы перепробовали уже половину мест в доме на прочность. Разгоряченное тело демона прижимает меня к полу, пока его руки блуждают по моей коже, жар огня в камине лишь прибавляет температуры нашему положению. — Налью новый, — не унимается мужчина, прикусив мочку уха и проведя языком по шее, одновременно подбираясь пальцами к моей груди. — Не хочу новый. Хочу этот, — протестую я, выкручиваюсь как змея и наконец-то мне удается принять полусидячее положение. — Вредина. — Какая есть. Беру в руки кружку, с наслаждением отпивая ароматный напиток. Демон разочарованно выдыхает, садится рядом и берет свою порцию. — И все же. Почему ты не возвращался в ад? — решаюсь я на вопрос, дабы удовлетворить свое любопытство. — Зачем ты опять спрашиваешь? — реакция Люцифера намекает, что ему не хочется об этом говорить, но я настаиваю. — Мне любопытно. — Не хотел. Ответ вызывает немалое удивление. — Разве ты не знаменитый сын Сатаны, вокруг которого все ужом вьются ради внимания? По моему, за таким отношением многие гоняются. — В том то и дело, — неожиданно откровенно отвечает демон, ставя кружку на пол и растягиваясь на ковре, закидывает руки за голову. — Это очень надоедает. Ночь всегда время откровения. Меня каждый раз не перестает удивлять этот факт. Стоит тьме полноценно вступить в свои права, зажигая на небе луну и звёзды, как все разговоры, все переписки, перетекают в русло открытости души и чувств. Ночью проще признаться в чувствах, рассказать о личном и сокровенном, скрываемом при свете дня. Даже на вечеринках всегда находятся два человека, засевшие где-нибудь в уютном уголке с бутылкой алкоголя, которые будут разговаривать за жизнь до самого рассвета. — Мне нравится здесь находиться, — продолжает мужчина. — На земле, с тобой, — добавляет он после паузы. — Чувствуешь себя другим человеком, — догадываюсь я о чувствах Люцифера. Он никак не комментирует предположение. — Ты ничего не требуешь от меня. Почему? —Требую? — бровь вопросительно выгибается. — Даже помощи не просишь. — Я привыкла справляться сама. Отец много работал, приходилось как-то выживать. — Не только в этом смысле. Не требуешь как от… — демон запнулся, — твоего партнёра, — с досадой в голосе закончил он. — У нас свободные отношения. О каких требованиях речь? — я пожимаю плечами, делая пару глотков. — Мы могли бы это изменить. От столь неожиданного предложения чуть не выпускаю чашку из рук. — Предлагаешь стать парой? — Я никого не водил в этот дом. Никогда, — сегодня ответы демона не блещут прямотой, но я понимаю к чему он клонит. — Люцифер, — я ставлю посуду на пол и подвигаясь ближе заглядываю в лицо мужчины сверху вниз. — У тебя были длительные отношения? Хотя бы раз. Брюнет пристально смотрит мне в глаза раздумывая над ответом. — Нет. — Тогда почему со мной ты хочешь официальности? — я запускаю пальцы в растрепанные волосы мужчины, перебирая густые пряди. — Ты мне нравишься, — тихо отвечает Люций. Неожиданное признание в ночи звучит как гром среди ясного неба, запуская стайку испуганных бабочек в животе. Давно забытое чувство. Я так и замираю с рукой в угольно-черных волосах. — Тебе нравлюсь не я. А то, как ты чувствуешь себя рядом со мной, — начинаю убирать руку, понимая, что рушу картину нашего взаимодействия. Люцифер быстро приподнимается перехватывая мое запястье. — Какая разница? Ты. Я рядом с тобой. Дело в тебе, Вики. — Если бы я попала на небеса как бывшая смертная, наверняка, ты не обратил бы на меня никакого внимания. — Ошибаешься, — мужчина не отпускает руку, поглаживая пальцем мою кожу. — У тебя есть характер, сила воли. Такое сложно не заметить. По доброму ухмыляясь такому комплименту я кладу ладонь на скулу Люцифера, гладя колючую щетину. — Не знаю, в чем конкретно дело, но уверена, в аду у тебя гора обязательств, от которых ты просто устал. Здесь же их нет. Кроме той, что нужно не дать меня убить ангелам, — слегка тряхнув головой добавляю я. — Именно это нравится тебе. Люцифер берет мою ладонь, касается губами внутренней ее части. В ночном полумраке он выглядит особенно соблазнительно, острые линии скул, губы, от которых я не в силах оторваться весь вечер, рельефные мышцы рук и груди, покрытые чернильным рисунком, кажущимся ещё чернее в темноте. Демон замечает, как я любуюсь им, опускаясь глазами все ниже и ниже по его телу. Он кладет руку мне на спину, прижимая к себе и опускает на ковер, снова придавливая так, чтобы я не могла вырваться. — Хочу, чтобы ты была моей, — шепот ласкает мое ухо, вызывая толпу мурашек по спине. — Я и так с тобой. — Со мной, — поцелуй в ключицу, — но, — поцелуй в грудь, — не моя, — несколько поцелуев в живот, переходящих к самой чувствительной точке, завершает уточнение Люций используя хитрый прием. — Тогда странно, что ты ограничился лишь наручниками, — успеваю подколоть я, когда губы касаются лобка, но ещё не достигают цели. — Восприму это как зелёный свет, — не отрываясь от своего курса комментирует демон. Кончик языка касается клитора, постепенно увеличивая нажим и начиная вырисовывать хитрые узоры. — Мне нужно подумать, — сквозь стон даю свой ответ. — Что? — мужчина резко вскидывает голову, отрываясь от старательной работы языком. Я приподнимаюсь на локтях, сдержанно улыбаясь зрелищу внизу, обалдевший Люцифер по прежнему между ног смотрит на меня не мигая. — Мне нужно подумать о твоём предложении официально стать парой. — Меня устроит лишь положительный ответ. — Тогда постарайся, — игриво поведя плечом бросаю вызов. Мужчина возобновляет ласки, добавляя пальцы, неторопливо погружающиеся внутрь. Сжимаю руками мягкий ковер, чувствуя, как по телу прокатываются волны наслаждения. В какой момент я допустила мысль стать парой, теперь уже озвучив ее вслух? Я ведь не хотела этого, четко обозначив рамки в самом начале. Мне не нужны лишние обязательства, их и так достаточно в моей жизни, а Люцифер бегающий от проблем в аду, явно не станет лёгким партнёром. Хотя кто сказал, что отношения это легко? Каждый из нас со своей болью, целью и взглядом на жизнь ещё способен существовать поодиночке, но вместе мы рискуем превратиться во взрывоопасное сочетание. Смогу ли я довериться и доверить себя демону? Перестать тянуть на себе хотя бы часть ответственности за свою жизнь. — Люцифер, — тихонько позвала я, цепляясь за широкие плечи. Мужчина поднялся наверх и потянулся за поцелуем, но я надавив на его грудь, поменяла нас местами, оказываясь сверху. Распаленное оральными ласками тело требовало немедленного продолжения. Я приподнялась на коленях, затем плавно, сантиметр за сантиметром опускаясь на член, прочувствовав каждую венку возбужденной плоти. Мужчина кладет ладони мне на бедра, стискивая их в порыве ощущений. Медленно двигая тазом по кругу, дразню, не приступая к активным движениям, но все отчетливее и сильнее ощущаю приятную наполненность. Брюнет скользит одной ладонью вверх по позвоночнику, второй слегка подтолкнув к себе за ягодицы, намекает на активные действия. И я, ведомая его руками начинаю с плавных движений бедрами, постепенно увеличивая амплитуду, опускаюсь до упора, утопая в ощущениях. Разрядка наступает медленно и плавно, контрастируя с быстрым темпом, набранным мной. Выгибаюсь в спине, царапая ногтями татуированную грудь, сжимаясь вокруг пульсирующего члена. Тишину ночи разрезают два стона, один за другим эхом отражающиеся от стен. Расслабленно ложусь на ковер, ловя последние остатки оргазма в теле. До чего же мне хорошо сейчас, что я готова согласиться стать девушкой Люцифера сию секунду. Но я обещала подумать, а обещания нужно держать.

***

Буквально сегодня утром я ещё размышляла о том, что возможно стоит согласиться перевести отношения в статус официальных, ослабить свою рациональную часть и не отталкивать так рьяно жаждущего взаимности мужчину, в конце концов он спас меня от тюрьмы. Да и в компании Люцифера мне было откровенно говоря хорошо. Нас тянуло друг к другу, мы весьма неплохо справлялись с ролью простых любовников, возможно справились бы и с ролью пары? Его забота оказалась такой приятной, ведь за меня уже очень очень давно никто не переживал. Все мои парни обо мне вообще мало заботились. По видимому, мой характер не вызывал в них такого порыва, в отличие от Люцифера, который, несмотря на мою самостоятельность старался проявить внимание. Он дал мне почувствовать себя нужной, немного слабой, и эту слабость мне прощали. Я даже слегка отпустила вожжи, поплакав на его плече. Вот идиотка. — С этого места поподробнее, — постаралась я держать лицо. К чему разборки с битьём посуды? Я ведь уже давно не глупый эмоциональный подросток, хотя дать по морде Люциферу хотелось нещадно. Стараясь принять как можно более вальяжную позу я обратилась в самого внимательного слушателя. — Ости, какого черта ты тут делаешь?! — взорвался Люций. — Узнала у твоего отца где ты постоянно пропадаешь. Нам нужно готовиться к свадьбе, — девушка внимательно следила за моей реакцией. — Маленькое уточнение, — я вскинула руку, останавливая рассказ. — Когда он сделал тебе предложение? — Несколько дней назад. Мне показалось, что она хотела что-то добавить, но не стала. — Потрясающе, — голос все больше приобретал яд, который вот вот будет прицельно выпущен его адресату. — Значит, ты весь такой нежный и чуткий, трахаешь меня в порыве эмоций. А затем возвращаешься в ад и делаешь предложение своей девушке. Браво, — я похлопала в ладоши. — Премия «Мудак года» достается тебе, Люцифер. Ости слегка стушевалась выпучив глаза на мои слова и с лёгким испугом посмотрела на демона. «Она его боится?» — Уокер! — рыкнул мужчина сверкая от ярости глазами. — Не нужно делать поспешные выводы. — По моему, выводы самые правильные, — шла я в атаку, гонимая злостью. Демон недовольно сморщился и твердым шагом пересёк гостиную, подходя к нашей гостье. — Выметайся. С тобой будет отдельный разговор, — донеслось до меня. — Люцифер, что происходит? Объяснись, — Ости сложила руки на груди, демонстрируя недовольство. — Я сказал, уходи, — мужчина схватил руку девушки с силой сжимая, она тихонько вскрикнула, оставаясь стоять на месте. Боже, он, что ее запугивает? И со всеми женщинами он такой грубый? Это тебе не связывание со шлепками по заду. Внутреннее напряжение начинало нарастать, сигнализируя об опасности момента. — Люцифер. Косяк за тобой, не стоит так наезжать на свою невесту. Она… — я встала с дивана подходя к ругающейся парочке и встала рядом с брюнеткой. — Мы обе, имеем право на честность в отношении нас. На лице обоих демонов отразилось неподдельное замешательство от моих слов. — Это фиктивный брак, — уточняет мужчина мне. — Я не обещал быть хорошим мужем, — добавляет он для Ости. — Не уходи от ответственности, — возмущаюсь я. — Стоило сказать, что ты без пяти минут женат, и желательно до того, как пихать в меня свой член. Ошарашенная дьяволица, ещё недавно стоящая в полном ступоре громко прыснула от моих слов, рассмеявшись куда-то в пол. — Мы поговорим про это позже, — недовольно цедит Люций, беря под руку свою невесту и направляясь к выходу. Стоит им скрыться за дверью я делаю несколько глубоких вдохов, успокаивая себя. Тяжёло, когда единственный взрослый здесь ты. Не успеваю толком дать волю чувствам, как дверь сзади хлопает. Люцифер вернулся. — Думала вы ушли, — говорю я делая максимально расслабленное лицо, пока внутри бушует обида вперемешку со злостью. — Нам нужно поговорить. — О, правда?! Наконец-то момент настал. — Не издевайся, — кривится демон. — Имею право, — горделиво бросаю я, направляясь в рабочий кабинет. — Ты должен закончить историю. Удобно усаживаясь в кресло, подминаю под себя ноги в ожидании рассказа. Но Люций стоит на своем. — Я ведь сказал, что это фиктивный брак. Отец Ости требует от нее выйти за меня и бьёт за каждый день, когда она не добилась предложения. Считай это жестом доброй воли. Глаза удивлённо ползут на лоб, теперь картина видится в ином свете. — Не оправдание. Ты должен был поставить меня в известность, о том, что я сплю не со свободным человеком. Пусть даже собравшимся заключить липовый брак, — добавляю уточнение. — Что изменилось бы? — Все, — я всплескиваю руками. — Я бы не стала продолжать наши отношения, — изображаю кавычки в воздухе. — Вот именно. Меня такой расклад не устраивает. Демон подходит к столу опираясь на него и становится прямо напротив меня. — Тогда имей мужество признаться. — Послушай, Вики, — мужчина наклоняется пытаясь взять меня за руки, но я одергиваю их пряча за себя. — Этот брак не меняет того, что происходит между нами и того, что мы оба чувствуем. От такой наглости я вспыхиваю праведным гневом. — Тебе то откуда знать, что я чувствую? Не суди по себе. — Я вижу как ты на меня смотришь. — Ты видишь, только то, что хочешь видеть и делаешь выводы удобные тебе, — бью я по больному, понимая, что Люцифер прав, но не время признаваться в симпатии. Мужчина рвано вздыхает, словно ему отвесили душевную пощечину, но выпрямляется не собираясь на меня давить. — Закончи свою историю с кинжалом. — Я разорву помолвку. — Зачем? Если этот брак важен для вас обоих. — Для меня нет. С пару минут мы молчим метая друг в друга молнии взглядами. Каждый стоит на своем. Люцифер не хочет терять свое место уединения в лице меня, я не хочу терять свою гордость. В конце концов, он не единственный мужчина на этом белом свете. Телефон коротко пиликает, на экране новое сообщение от Энди. « Прости за несдержанность. Но я не могу тебя забыть. Мое предложение всегда будет в силе. » Тапаю по полю для ответа, курсор приглашающе мигает, пальцы быстро печатают ответ, пока на моем лице все шире и шире расползается злорадная улыбка. « Мне нужно подумать. » — Кто там? — в голосе демона слышна ревность. — Да так, — с напускным равнодушием отвечаю я. — Бывший зовёт с ним в новую жизнь. Клянусь, я отчётливо услышала как скрипят зубы Люцифера, от внутреннего ликования настроение стремительно взлетает до небес. Блокирую телефон, кладя его обратно на стол. — Итак. История, — напоминаю я. Брюнет глубоко дышит, раздувая ноздри от злости, но крыть нечем. — Хорошо, — бросает он.

***

793 год. Королевство Нортумбрия, остров Линдисфарн.

Святоша должно быть тронулся умом. — Ты перебрал церковного вина, не иначе. — Я не лгу! — в порыве страха возражает монах. — Почему ты решил, что это ангел? — задаю я наводящий вопрос, отступив назад и крутя находку в руке. — У него были крылья. Такой ответ застаёт меня врасплох. Смертный не может видеть сущности и точка. — Рассказывай, — повелительно приказываю я, садясь обратно на стул. — И не вздумай ничего утаить. Вистан, перепуганный до смерти сначала лишь молча жмется к стене, не шевелясь и практически не дыша. Лоб его покрыт испариной, а пальцы сжаты на каменной стене позади. Громкий вскрик и звон стали оружия на улице заставили его вздрогнуть, возвращая к реальности. Я киваю головой в сторону второго стула, приглашая сесть и посвятить меня в детали рассказа. Монах с трудом отлепив себя от стены делает несколько шагов и опускается на предложенное место. — Месяц назад я как обычно проводил свой день здесь, в мастерской, работая над священными текстами. Время было уже позднее, но я желал закончить работу. Братья отправились почивать после вечерней молитвы, я никого не ожидал. — Ближе к делу, — я покрутил рукой в воздухе, намекая на более резвый темп рассказа. — Сюда вошёл мужчина, — Вистан указал глазами на дверь. — Как сейчас помню его простой, но выделяющийся наряд. Белая ряса, я даже принял его за священника. Он представился странствующим посланником небес, не назвав имени. Гость долго интересовался моей работой, после сообщив, что у него есть ко мне дело. Тогда то он и показал мне впервые кинжал, — святоша перевел взгляд на мою находку, которую я держал не выпуская. — Под каким предлогом он втянул тебя в это? — Понимаете, — монах перешёл на шепот, — Это орудие господне, оно несёт свет. Сначала я решил, что Вистан шутит таким странным образом, но его лицо сохраняло абсолютную серьезность. Я громко рассмеялся, запрокинув голову и сумев отдышаться только через пару тройку минут. Парень съежился на своем месте, пораженный такой реакцией. — Ты глупец, — резко бросаю я. — Что ты должен сделать с орудием? — святоша нервным жестом вытирает вспотевшие ладони о рясу. — Не вздумай врать, — угрожаю я. — Мне необходимо читать над ним псалмы. — Какие-то конкретные? — О прощении грехов и покаянии. «Странный выбор» — Когда странник обещал вернуться? — К первым морозам. — Как он выглядел? — Я… не помню, — собеседник захлопал глазами. — Странное чувство, я ведь видел его лицо. «Блять. Над памятью этого кретина хорошо поработали» — Что там с крыльями? — вспомнил я. — Ты серьезно их видел? Вистан быстро закивал, сжав губы в тонкую полоску, словно боялся произнести эту мысль вслух. — Любопытно. Встав с места я размял затёкшие плечи и закрыл глаза сосредотачиваясь. Личина смертного пала, являя мое настоящее обличие. За спиной раскинулись крылья, сметая потоком ветра пергамент со стола и взметнув пыль в воздух. Монах изумлённо ахнул. Открыв глаза уставился на своего собеседника, на его лице застыла маска ужаса. Он как кролик при виде удава сидел не в силах пошевелиться, шепча молитву одними губами. — … но избави нас от лукавого, — донеслось до моего слуха. — Так ты меня видишь, — я тряхнул крыльями, разминая каждую мышцу. — Ты дьявол, — Вистан схватился за крест, висящий на его груди. — Это тебе не поможет, — в несколько шагов преодолев расстояние между нами с силой дёрнул цепочку на шее монаха, срывая крест. — Невозможно… — Возможно, идиот, — в ярости отшвыриваю побрякушку в сторону. — Теперь слушай меня внимательно. Делай все, что велено. Если ангел явится раньше и потребует отдать кинжал, не смей этого делать. Иначе я от тебя мокрого места не оставлю. Понял? — Господь помоги, — вместо ответа шепчет парень. — Я спросил, ты понял?! — по видимому, святоша так боится нечистой силы, что его даже не смутило, что дьявол явился ему в облике подростка. — Понял, — сдавленно соглашается он. Следующим утром мы отбыли на свои земли, загруженные добычей до самых краев. Мне предстояло вернуться сюда с морозами. По прибытии домой воины закатили масштабное пиршество, празднуя столь богатый улов на английских землях. Алкоголь лился рекой, даже будучи земным в столь огромных количествах он туманил рассудок, женщины сменяли одна другую, я потерял счет времени. Когда же опомнился, понял, что первые морозы прошли, и зима вступила в свою власть. Переместившись в монастырь я застал Вистана все в той же каморке за работой. Увидев меня он вскочил как ужаленный, озираясь по сторонам. — Он приходил? — начал я без прелюдий, алкоголь ещё толком не покинул мое тело. — Я отдал орудие. Мне пришлось, — монах суетливо шарил рукой под столом. — Не подходи, — в дрожащей руке появился нож. — Вистан, ты меня разочаровал. Наступая на свою жертву я чувствовал как ярость закипает внутри. — Твой нож тебе не поможет. Меня им не убить. Святоша сделал выпад вперед, целясь в меня, но я ловко перехватил его руку, выкручивая запястье. От боли он скрючился падая на колени передо мной. — Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что ты со мной… — Молись, святоша, потому что твой час настал, — разгневанный произошедшим я не отдавал себе отчёт. Шея монаха с хрустом повернулась в моих руках, тело мешком упало на пол, молитва прекратилась. Я упустил нечто важное. Белокрылые готовят некий ритуал. И теперь мне придется выяснить самостоятельно, что именно он из себя представляет.

***

— Выходит, ты убил монаха за то, что ты сам безответственно отнёсся к ситуации? — Я был молод. — Не сказала бы, что с возрастом многое изменилось, — не преминула подколоть я. Люцифер недовольно цокнул на мое замечание. — Надписи на кинжале. Что там написано? — «Демон», «Ангел», «Прощеное дитя порока». На последней фразе мои глаза округлились от удивления, я записала сказанное демоном на стикер и прилепила рядом с рисунком кинжала. — С первыми двумя все ясно, но вот последнее. Вопросов стало ещё больше. Если это я, то с чего вдруг я стала прощеным дитем порока? — почесав в раздумьях затылок села обратно в кресло. — Нет, моя семья не самая набожная, но я родилась в браке и вообще не представляю ничего особенного. — Этот момент мне так и не удалось выяснить. — Ты сказал, что убил монаха и решил выяснить сам все о ритуале. Значит, на тот момент ты не знал ничего. — Нет. Собирал информацию по крупицам. Магические артефакты бессмертные создавали всегда, руководствуясь различными древними письменами, — Люций взял стикер и написав на нем мое имя приклеил рядом с отцом Лоры, проведя линию. — Пришлось попотеть, но в итоге я смог узнать, что создали орудие для обретения власти над всеми мирами. Кто-то весьма амбициозный. — Ритуал уже пытались провести когда либо? — В том то и дело, что нет, — демон снова облокотился на стол и недоумевающе развел руками. — С тех пор никаких поползновений, до этого времени. — Хм… — я уставилась на схему, хотя по сути ничего особенно нового не добавилось. — В чем суть ритуала ты знаешь? — Если коротко, то собираются три души и три предмета, символизирующие небеса, ад и людей. Проводятся определенные действия и тот, кто это делает обретает вечную власть над всеми тремя мирами. — Что из себя представляют предметы? — Перо Серафима — небеса, часть вечно полыхающей земли — ад, но вот с людьми так и не удалось узнать, что это. — Вечно полыхающей земли? — цепляюсь я за странное словосочетание. — Сейчас, — демон щелкает пальцами и в его руке появляется небольшая шкатулка, которую он протягивает мне. Темное дерево, покрытое резными узорами увесисто ложится в руку. Касаюсь пальцами прохладной поверхности, проводя подушечками по замысловатым рисункам. От шкатулки исходит необъяснимая сила, вряд ли я могу ощущать ее наравне с бессмертными, но точно подмечаю приятное покалывание, бегущее по кончикам пальцев. Откинув крышку обнаруживаю внутри два предмета. Длинное перо, золотистого цвета, даже в полумраке моей каморки оно сияет, словно покрытое золотом. Рядом с ним покоится небольшой камень, черный как сама ночь, но необычные горящие красно-оранжевым прожилки привлекают внимание. Беру необычный предмет в руку, с удивлением отмечая, что он теплый, как если бы его недавно достали из костра. — Взял с собой, чтобы показать тебе. — Хорошо, — опомнившись кладу артефакт на место и хлопаю крышкой шкатулки. Пораскинув мозгами, отодвигаю несколько книг на самой верхней полке, заталкиваю к самой стене деревянный прямоугольник, возвращая книги на место. Не самое надёжное место, но сейфа в моем доме не водится. — Думаю, больше нет вопросов. Можешь идти, — я отворачиваюсь к схеме, рассматривая ее с неподдельным интересом. — Хочешь, чтобы я ушел? — Да. — Я ведь объяснился, — демон сжимает кулаки в порыве злости. — Мне нужно подумать, — фраза уже стала лозунгом последних дней. — И я не хочу тебя видеть. Лицо Люцифера становится печальным, он поджимает губы отводя взгляд и отрываясь от стола. Здесь ты виноват сам, дорогой, злись и обижайся только на себя. Мужчина поколебавшись все же уходит, на удивление через дверь, а не призвав водоворот как обычно. Оставшись наедине позволяю себе небольшую слабость, чувствуя, как глаза щиплет от подступающих слез. «Еще я из-за этого идиота не плакала» Мысленно одергиваю себя, попутно ущипнув за руку, чтобы привести в чувство. Да, мы ничем друг другу не обязаны. Тогда почему так паршиво на душе?

***

Спустившись вниз с целью поужинать я с удивлением обнаружила в гостиной Ости. «Пора научиться запирать двери» — Проходи конечно, чувствуй себя как дома, — начинаю я с подколки. Густо накрашенная бровь девушки изгибается в ответ, она барабанит пальцами по спинке дивана, но в итоге берет себя в руки. — У тебя все равно открыто. Похоже, у демонов проблемы с пониманием личных границ, Люцифер тоже не стучит, всегда вламывается как к себе домой. Миновав лестницу я подхожу к моей гостье и сажусь напротив. — Надеюсь, ты пришла не для того, чтобы расцарапать мне лицо. — Сначала хотела, но потом решила, что это глупо. Тебя тоже обманули. — Здравая мысль, — я наставительно поднимаю указательный палец вверх. — Поговорим? Дьяволица кивает, заметно смягчаясь в выражении лица. — Для разговора нам кое-что понадобится. Я встаю направляясь к холодильнику, извлекаю оттуда ведёрко мороженого, из шкафа беру две тарелки и ложки. Положив пару душевных по размерам порций ставлю их на журнальный столик перед диваном. — Мороженое? — в голосе Ости слышно удивление. — Момент, — я возвожу указательный палец к небу. Из другого шкафчика достаю бутылку виски и два бокала. — Базовый набор, — резюмирую я, разливая алкоголь. — Серьезно? Мы будем пить и есть мороженое? — Ости, мужик, который нас трахает оказался безответственным мальчишкой пудрящим нам обеим мозг. Такое нужно полирнуть чем-то серьезным. Поэтому, во-первых, за знакомство, — я поднимаю стакан, призывая дьяволицу к тому же. Мы чокаемся и делаем по глотку, напиток приятно обжигает горло, проваливаясь в пустой желудок. Кто-то сегодня напьется. — Люцифер разорвал помолвку. В голосе девушки слышна смесь страха и разочарования, и помня слова демона я понимаю их причину. Ости слегка медлит, но в итоге все же берет свою тарелку с десертом. — Я его не просила, — говорю я. — Хорошо. Несколько минут мы молча едим, каждый думая о своем, пока я не решаю продолжить беседу. — Что будешь делать? — О чем ты? — С отцом и всей этой неудавшейся свадьбой. — Про отца Люцифер рассказал? — девушка стыдливо отводит глаза, понимая как выглядит со стороны вся ситуация. — Да. Твоей вины тут нет. — Я не смогла заинтересовать Люцифера, за все время, что мы были вместе. А ради тебя он даже свадьбу отменил, — дьяволица грустно ковыряет мороженое, не глядя на меня. Теперь я вижу в ней маленькую девочку, которая не в силах отстоять себя и свои права перед жестоким родителем. Интересно, у всех демонов проблемы с сепарацией? — Ости, он капризный избалованный мальчик, которому не дают желаемое и ради этого он делает необдуманные поступки. Брюнетка коротко усмехается. — Только ему об этом не говори. — Уже сказала. — И как он отреагировал? — она замирает с круглыми глазами, от такой новости. — Разозлился. Но надеюсь, принял к сведению. Девушка берет в руки бокал и залпом осушает его содержимое, решаю не отставать и повторяю ее действия, затем разливая по новой порции. — Чего ты хочешь от жизни? — веду разговор в нужное мне русло. — Не твой отец, а лично ты. Правда хочешь замуж за Люцифера? Ости разглядывает порцию янтарной жидкости в бокале раздумывая над ответом. — Он хороший вариант. Все же наследник престола. — Вариант… — задумчиво протягиваю я, смакуя десерт. — Ты его любишь? Не решаясь сказать вслух она коротко мотает головой в отрицании. — Я хочу замуж, семью и все сопутствующее, но не сейчас, — вдруг прорывает дьяволицу. — Есть один парень, но он сын обычного демона, не правителя. Отца это не устроит. — Да и пошел он, — разрываюсь я тирадой. — Дети не обязаны реализовывать влажные фантазии своих родителей. Ты отдельная личность, а не его собственность. Поимей гордость, в конце концов или гордость поимеет тебя. — Кто тебя этому научил? — на лице девушки появляется лёгкая улыбка. — Папа, — перевожу взгляд на фотографию в коридоре. — Он вложил в меня две главные мысли, — поднимаю руку оттопыривая один палец. — Никогда не бегай за мужиками. Не живи, пытаясь оправдать чьи-то ожидания, даже мои, — второй палец отделяется от кулака. — Похоже, твой отец не плохой мужик. — Был. Он умер недавно. — Соболезную. — Спасибо. В гробовой тишине мы доедаем десерт, опустошая бокалы с алкоголем. Гнетущая атмосфера и задушевные беседы о тяжёлой жизни не улучшают настроение и я решаю исправить неудавшийся вечер. — Как ты относишься к ночным клубам?

***

Надо же быть таким идиотом. Я сидел в своих покоях, с початой бутылкой глифта, голубая жидкость плескалась почти на середине бутылки, я был порядком пьян. Метнув быстрый взгляд в зеркало увидел там не самую прекрасную картину. Расстегнутая нараспашку рубашка, растрепанные волосы, в одной руке бутылка алкоголя, в другой сигарета. И причина этого обычная смертная девка? Докатился. Какое мне дело до нее вообще? В чем необходимость добиваться взаимного интереса? Тебе, что, мало женщин, Люцифер? Да в аду любая согласится, только щёлкни пальцами. Любая, но не Уокер. Я делаю глубокую затяжку, крутя в руке раздобытый на земле смартфон, благодаря магии связь работает даже здесь. Нахуя я это сделал? Я ведь не буду ей писать?

***

Пламя камина бросает красно-оранжевые блики обнаженное тело девушки, не в силах оторвать глаз любуюсь ей замерев и почти не дыша. Вики с самым непринужденным видом сидит на ковре скрестив ноги, рядом с которыми стоит вазочка со спелой крупной клубникой. Она подцепляет очередную ягоду с наслаждением откусывая кусочек, бурчит себе под нос довольная лакомством, по итогу облизывая пальцы, когда остаток ягоды съеден. «Какая же охуенная» Дёрнув головой вырываю себя из мечтательных мыслей. Надеюсь я не вслух это сказал? — Расскажи о своем отце, — подкидывает тему для разговора Уокер. — Серьезно? Хочешь сидя нагишом обсуждать моего отца? Это ещё один фетиш? Вики издает короткий смешок, глядя на меня с лисьим прищуром. — Хочу знать какой он, правитель ада. — Я тоже будущий правитель. — О-о-о не сомневаюсь, это место твое по праву, но тебе ещё очень и очень далеко до этого. От такой наглости застываю как истукан, не сразу сообразив, что ответить. Тишину наполняет лишь треск дров в камине и стрекот сверчков на улице. — Считаешь, я не достоин стать Сатаной? — Не сейчас, точнее не пока ты всё ещё капризный избалованный мальчишка влиятельного отца. «Да как она смеет?!» Повинуясь вспыхнувшему гневу поднимаюсь с ковра вцепляясь в руку, почти донесшую очередную клубнику до рта. — Уокер, ты хоть понимаешь, кому это говоришь? — угрожающе сверкая глазами, вопрошаю у наглой девицы. — Понимаю, — она высвобождается из моих пальцев и довольная произведенным эффектом кусает губы, слегка розоватые от сока. — Тебе больше никто не скажет правду. Зуб даю, твои прихлебатели в аду только и делают, что нахваливают тебя. Ведь им нужна твоя благосклонность, а мне не нужно ничего. Поэтому, говорю, что вижу. Вывалив свою тираду Уокер недолго гипнотизирует меня своими голубыми глазами, после возвращаясь к трапезе. Недовольный таким мнением хмурюсь, чувствуя, как внутри закипает злость, но откидываюсь назад на ковер, делая вид, что мне все равно. — Мой отец говорит так же. — Значит, сие есть истина, — деловито резюмирует Вики. — Все видят в нем мудрого правителя. — А ты несправедливого родителя? — перебивает девушка. Недовольно морщусь, отмалчивалась в ответ. — Он тебя бил? — Что? Нет, — такое предположение звучит как издёвка. — Физическое насилие слишком примитивно, а мой отец весь из себя мудрый и благородный. Он изнурял меня сложными тренировками и изучением придворного этикета и норм, хотел вырастить второго себя, по видимому. — М-м-м, — с неменяющимся выражением лица отвечает Уокер. — Если ты претендуешь на его место, то его можно понять. Хотя… — она закидывает очередную ягоду в рот, — ты не обязан соответствовать его ожиданиям. Но тогда и трона тебе не видать, как своих ушей. Внутри все вспыхивает от этой прямоты, поленья в камине трещат в унисон с моей злостью, я тоже готов метать искры. Ещё никто не смел мне говорить подобное. — Тебе стоит повзрослеть, если хочешь править адом. Возьми сначала ответственность за свою жизнь, прежде, чем взвалить на себя жизни сотен демонов. — Повзрослеть? А себя, стало быть, ты считаешь дохера взрослой, — злобно кидаю я и это не ускользает от внимания Вики. — И да и нет. Я могу отбросить эмоции, если того требуют обстоятельства. Но в то же время, я слишком безалаберна, забываю запирать двери, принимать пищу, зову домой незнакомцев, которым позволяю остаться ночевать. Взрослые люди так не делают, — только собираюсь съязвить по этому поводу, как Уокер добавляет. — Но это мешает жить только мне. И как только, подобное поведение будет мешать мне заполучить желаемое или представлять угрозу для близких, я начну работать над собой. Нам обоим есть куда расти. Завершив свою тираду, девушка отодвигает вазочку и с вызовом смотрит мне прямо в глаза. А я не без уважения отмечаю — она первая и единственная, кто позволил себе дерзость высказать подобное мнение, так неприятное мне. «Неужели в ее глазах я действительно эмоциональный мальчишка, а не тот на кого можно положиться?»

***

Разблокировав экран открываю новое сообщение, выбрав адресатом единственный контакт в записной книжке. Курсор терпеливо мигает, ожидая моих действий, а я не понимаю, что написать. С каких слов люди начинают разговор в этом случае? Какого хуя отношения это так сложно?

«Чем занимаешься?»

Отправив сообщение, понимаю, звучит оно невероятно тупо и примитивно. Парень из меня никудышный.

«Кто это?»

«Люцифер. Нам нужно поговорить.»

«Я занята.»

«Чем?»

В качестве ответа приходит фотография, на ней Уокер в самой соблазнительной позе, лица не видно, зато видно грудь, прикрытую рукой и комплект из кружевных трусиков и чулок черного цвета.

«Думаю, стоит ли надевать белье сегодня в клуб.»

«Намекаешь, чтобы я пришел?»

«Нет. Я ведь сказала, что не хочу тебя видеть. Это для другого парня.»

Вот ведь сука! Вскочив с места начинаю мерить комнату нервными шагами, делая несколько внушительных глотков глифта.

«Я не хочу тебя терять.»

Пишу я так откровенно, ведомый алкоголем.

«Тогда повзрослей.»

«Тебе тоже не помешает.»

«Согласна.»

Сунув смартфон в карман начинаю метаться по комнате. Что ответить то? Взъерошиваю и без того растрепанные волосы, снова прикладываюсь к бутылке и закуриваю новую сигарету.

«Вики? Давай я приеду.»

Двадцать минут я не получаю ответа, начиная порядком нервничать. Неужели она меня игнорирует? Но вот приходит ответ, голосовое сообщение. Голосовуха, серьезно, Уокер? Я был о тебе лучшего мнения. Для таких как ты даже создали десятый круг в аду. Тапнув по значку плей включаю аудио дорожку. По комнате разносится звонкий голосок девушки, судя по интонации она слегка пьяна и изрядно навеселе. — Люцифер, я не собираюсь быть тебе мамкой и указывать, что делать, — возникает пауза, на фоне слышен стук каблуков и приглушённые звуки музыки. — Ости, встретимся в баре! «Ости?! Какого хера они вместе?» — Так вот о чем я, — Вики молчит, вспоминая нить разговора. — Возьми наконец-то свою жизнь в свои руки и прими решение. Я хочу видеть рядом с собой мужчину, а не избалованного статусом мальчика. Одно дело трахаться от скуки, совсем другое строить отношения. Это ежедневная работа над собой, а ты к ней, кажется, не готов. Мне пора. Запись резко обрывается оставляя меня в звенящей тишине и полнейшем недоумении.

«Какого черта с тобой Ости?»

«Она хорошая девчонка, просто запуталась.»

Рухнув обратно на стул нервно курю, раздумывая над словами девушки. Блять, неужели отец прав? Неужели они оба правы? Не видать мне ни трона, ни Уокер. Как она умудряется так смело бросать мне вызов, будучи обычной смертной. И какого черта я ее слушаю? Телефон коротко пиликает. На экране новое сообщение от Вики. Фотография, где она целуется с белобрысым барменом, с этого ракурса он вылитый Дино. И подпись.

«Просто помни, что ты не единственный мужик на свете.»

Стерва! Я тушу окурок в пепельнице, делая последние глотки глифта из бутылки. Выхожу в коридор, на ходу застегивая рубашку направляюсь к выходу из замка. Я этого так не оставлю.

***

Call when you want, but there's no one home, and you're not gonna reach my telephone! Out in the club, and I'm sippin' that bub, and you're not gonna reach my telephone! ( Звони сколько хочешь хочешь, Но у меня дома никого нет, И тебе до меня не дозвониться. Я в клубе С бутылкой в руке, И тебе до меня не дозвониться. ) Lady Gaga & Beyonce — Telephone

В клубе жарко и шумно. Алкоголь уже порядком ударил в голову и последнее, что я сделала под его влиянием и действием эмоций это отправила Люциферу фото поцелуя с барменом. Представляю как он будет беситься. Думал он один может парить мне мозг? Я тоже не промах и могу заставить понервничать этого гада. Безусловно, сейчас, даже будучи навеселе и целуясь с Максом скорее из вредности, чем из реального желания я понимала — это не то. Между мной и демоном царила страсть, метались искры, заставляющие сердце биться чаще, а внутренности делать головокружительное сальто, каждый раз, когда он целует меня, раздевает, шепчет какие-то пошлости на ухо овладевая моим телом. Черт возьми, я только сейчас смогла признаться себе, что меня тянет к нему с невероятной силой. Его присутствие в моей жизни вдыхает в нее новизну и вкус. Но ведь если не заставить его уважать меня, ничего дельного не получится. Мне нужно все или ничего. Поэтому иди к черту, Люцифер. Если я нужна тебе, потрудись повзрослеть. Из раздумий и бешеного ритма танца меня вырывают чьи-то сильные руки. Распахнув глаза я вижу перед собой разъяренного демона, и похоже он пьян, как и я. — Уокер, какого хуя?! — А в чем собственно дело? — деловито интересуюсь я перекрикивая шум музыки. — Ты знаешь в чем. Мы уходим, — он подхватывает меня под ягодицы поднимая вверх и продвигается к выходу, разрезая толпу. — Обалдел?! Поставь на место, я тебе разрешения не давала. — Оно мне не нужно. Уже возле самого выхода нас догоняет обеспокоенный Макс. — Оставь ее в покое! Парень пытается преградить дорогу демону, но тот отталкивает его в сторону грубым жестом продолжая путь. — Макс, не надо! — кричу я бармену. — Ради твоей же безопасности. — Ну уж нет, — злится парень, снова догоняя нас. Тем временем демон останавливается возле машины, открывает дверь и ставит меня рядом. — Вики, уходим, — бармен берет меня за руку и тянет на себя. Люцифер, и без того эмоциональный в обычном состоянии, будучи пьяным совсем не отдает себе отчёт. Резко развернувшись он бьёт Макса по лицу, я едва успеваю освободить руку, чтобы не упасть следом. Из моего рта вырывается испуганный крик. — Что ты творишь?! Пытаюсь опуститься вниз, чтобы помочь парню подняться, но мою талию обхватывает уверенная рука, Люцифер запихивает меня в машину под мои протестующие крики, пока бармен пытается встать с асфальта. Помочь мне он не успевает, демон прыгает на водительское сиденье, щёлкают замки, машина начинает движение. Последнее, что успевает сделать Макс, это со злости стукнуть ладонью по стеклу. Автомобиль удаляется прочь от клуба набирая скорость и только сейчас я понимаю — Люцифер ко всему прочему жутко пьян, а это значит мы можем разбиться на ближайшем перекрестке.