Пока я беременный, ты – мой пёс

— Блять, Осаму, я сейчас сдохну… — Ты это твердишь пятый раз за полчаса. — Но я реально устал. Живот уже огромный, хоть сиди, хоть стой, хоть лежи — во всех положениях он мне давит! Хочу уже родить, бесит это. Дазай отвлекся от телевизора и повернулся к Накахаре, нервно наворачивающем круги по номеру, при этом поддерживая живот. — Насколько я знаю, Мори готов тебя забрать рожать в любое время дня и ночи. Просто потерпи. — Почти месяц терплю! Хочу что-нибудь сломать! Порвать, помять, погнуть, порезать… — каждое свое желание Чуя сопровождал сжиманием и разжиманием пальцев рук. — Ещё что ли плюшевого медведя заказать, чтобы ты его избил? — Да! А потом я его порву и вытащу плюш. Эти действия рыжий выполнял уже не раз, а добытый плюш валялся в свободном углу номера. На нем часто восседал или возлежал его добытчик. Чтобы было удобнее, в мягкой горке Чуя рыл разнообразные углубления, придавая ей новую форму. — Кстати, мне почему-то сегодня рано утром Коё позвонила. Интересовалась, не довел ли я тебя, — шатен гаденько улыбнулся. — Если ты ответил «как же иначе», то это соответствует правде. — Разве? Ты же из-за живота ворчишь, а не из-за меня. — Но косвенно виноват ты! — Значит, твоя наставница открутит мне голову, как только мы вернёмся с нашего «задания»! — О, я на это посмотрю! — Не сомневаюсь… В этот момент зазвонил телефон Чуи. Поговорить жаждал Мори. — Это новая фишка? Наставники звонят кохаям друг друга? — спросил Накахара, прежде чем ответить на вызов. Дазай хотел что-то сказать, но ему в лицо прилетела подушка. — Я слушаю… Босс снова интересовался самочувствием рыжего мафиози. Скорчив кислую мину, он монотонно отвечал на вопросы, поглядывая на Осаму. Парень, похоже, еле удерживался, чтобы не влезть в разговор. Вопросы от Мори вскоре закончились. У Накахары промелькнула мысль, что именно сейчас он бы больше хотел и дальше отвечать на вопросы. Судя по лицу напарника, Чую ждало что-то ужасное. — Ну чего тебе? — спросил он, положив, наконец, трубку — Я так и знал! — внезапно завопил шатен, завалившись назад и лишь в последний момент удержавшись в кресле. — Чего ты там знал? — Тебя все же я и мои слова интересуют! — Идиота кусок… А что ты до этого хотел мне поведать? — Ничего конкретного, — Дазай, делая вид, что ни при чем, ковырял пальцем обивку, задумчиво следя за своими действиями, — Но мне было приятно, что ты позже поинтересовался, что же я хотел… — Ах ты! На Дазая налетел разъяренный рыжий, намереваясь дать смачный подзатыльник шутнику. Только Чуя внезапно резко затормозил, сначала выпучив глаза, смотря куда-то в сторону, а потом резко скривился и согнулся. — Осаму, чтоб тебя все Боги заживо сожрали… Накахара попытался нащупать рукой точку опоры и ею стало плечо внезапно оказавшегося рядом Дазая. Плечо тут же стиснули, и было сложно понять: потому что Чуе было очень больно, или рыжему хотелось сделать больно напарнику? — Тренировочные, походу начались. — Я слышал, они не должны быть такими болезненными, но, смотря на тебя, я уже сомневаюсь в этом. — Захлопнись, виновник моих бед. Я теперь желаю тебе шею свернуть. Если настоящие схватки — больнее, чем это, то тебе просто не жить после родов. А может, и во время них… Дазай поддерживал Накахару за спину, а другой сжал свободную кисть рыжего. Постояв ещё пару секунд, на лице беременного парня отразилось непонимание, после чего он отпустил плечо шатена и постарался отодвинуться от него. — Кажись, оно прошло. Отстань… — А если нет? — Кто из нас беременный? Отстань, тебе говорят! Чуя снова безуспешно выдергивал руку, но её не отпускали. — Ты лучше приляг, пока опять не началось. — Я лучше знаю, что мне нужно. И сейчас мне нужно… Авокадо. — Авокадо?! — Да. Хочу авокадо. И пока ты будешь думать, где его достать, я надеюсь на уединение! Взяв в руки столько плюша, сколько мог, Накахара ушел из номера. Дазай подозревал, что авокадо — лишь повод, чтобы парень не трогал напарника. Ещё больше он был уверен, что рыжий даже не знает, какое оно на вкус (Осаму сам не знал). Надеясь, что в одиночку с Чуей ничего не случится, перебинтованный парень огляделся вокруг. Телевизор ещё был включен. Смотреть передачи и какие-то фильмы уже не хотелось, поэтому шатен его выключил. А больше в номере заняться было нечем. Осаму, поразмыслив, упал спиной на кровать с раскинутыми в стороны руками. Полет был недолгий, но приятный. Приземление на мягкое покрывало оказалось ещё лучше. Однако, даже это было лишь секундной мерой избавления от скуки. Невольно закралась мысль, что Чуя наверняка разговаривает с будущей дочкой и рассказывает про отца всякие гадости. «Ну и пусть! А сам-то, изначально, вообще хотел избавиться от ребенка!.. А всё-таки, как её зовут? Как он её назовет?»

***

Чуя всё-таки вернулся в номер. Сказать, что он зашёл — было сложно, парень скорее заполз, периодически поскуливая. — Блять, Осаму, помоги, — пропищал он, опять сморщившись от боли. Дазай, сначала не поверил, увидя полудохлого напарника с искаженным в муках лицом. Его отрезвило лишь обращение по имени. Шатен быстро подбежал к нему, поднимая с колен и заставляя опереться на себя. — Что? Опять? — Я умираю… — Чуя слегка дернулся, будто всхлипнул. — Ш-ш-ш, тихо, давай позвоним Мори? — Тогда пускай он меня усыпит… — Так, просить о смерти — моя фишечка, кончай с этим, Персик. Ты рожаешь что ли? — Незаметно? — Бля… Подожди пару минут… Дазай перетащил Накахару на кровать, а сам подбежал к телефону, оставленному на столе. Звоня боссу, он уже находился рядом с рыжим, зачем-то трогая его лоб. — Идиот, температура тут ни при чем… Ебать!.. Он снова сжался и перевернулся на бок лицом к ногам напарника. — Чтоб я ещё раз с тобой без презервативов… — А, то есть с ними ты все же не против? — шатен не удержался от язвительного словца. Чуя захотел обматерить его в ответ, но шатен приставил палец к его губам, требуя молчать. Вместо слов, Накахара больно укусил чужой палец, а первое, что услышал в трубке Огай — громкий вскрик ученика. — Что у вас там происходит? — спросил босс с задержкой, очевидно, приводя эмоции в порядок. — Мори-доно, Чуя-кун, кажется, рожает. Что мне делать? — Угонять первую попавшуюся машину и мчаться ко мне, нарушая все правила. Но можно пойти более традиционным методом, хотя, не советую. — Я вас понял, Мори-доно. — Обязательно засекай время между схватками и их продолжительность. — На хрена? — Далёким от медицины не понять. Лучше поторопись, а то Чуе-куну придется рожать без анастезии, а за это потом он тебе оторвёт что-то важное~ — … Вы догадались? — А как же? — в трубке послышался смешок, а затем Дазай отключился. — Яйца оторву, подонок, — прошептал Чуя, выгибаясь от неприятных ощущений. — Меня об этом уже предупредили… Обними-ка меня… Осаму подхватил напарника на руки, а тот обнял его ногами и руками.

***

Они, как и рекомендовал Мори, быстро погрузились в первую попавшуюся машину. Ей оказалась машина владельца отеля, но все знали, что он не будет против. Парни отъехали в течение пары минут. Ещё спустя столько же Дазай нарушил первое ПДД. — Идиот! Какого черта сплошную пересёк, дубина?! Нас же собьют! — Чудо, что я вообще машину завел. Я не знаю, как потом буду тормозить. — Не понял?.. — Я не умею водить. И пристегенись, пожалуйста. Рыжий без лишних слов пристегнулся. Дазай, перехватив руль покрепче, резко свернул на свою линию, избегая встречи «лицом к лицу» со встречным автомобилем. — Ты молитвы знаешь? — спросил Чуя. — Нет. Секунду, когда ты стал верующим? — Да только что! Голова чуть не отвалилась от этого виража! — Лучше скажи, куда жать, чтобы скорость понизить. — Педаль тормоза под правой ногой… Под влиянием всей этой ситуации Чуя, похоже, забыл о схватках. Осаму же забыл, что ему надо что-то засекать. Подростки подъехали к зданию Мафии под вой сирены полицейских машин. Примерно пять минут назад они превысили скорость. Дазай лишь успевал вовремя выкручивать руль, а Накахара пять раз успел попрощаться с жизнью. К концу поездки у рыжего двоилось в глазах, живот сильно скрутило, а внезапно вернувшиеся схватки накалили атмосферу до предела. — Скотина… Никогда больше не сяду в машину, где ты за рулём… — Договорились, Персик, — прошептал он подхватывая его вновь на руки. У входа их уже ждала подмога в лице Мори. — Ты же засекал, Дазай-кун? — крикнул мужчина, подбегая к парням. — Чего засекал?.. — Не сажайте меня с ним в машину… — простонал Накахара, перебивая напарника и чуть не падая на босса. — Мори-сан, ловите его, если что! — Быстрей ко мне в кабинет! Все трое совсем скоро были на месте. Это был тот самый кабинет, в котором прежде Мори не раз проверял состояние Чуи на ранних сроках. От вида белой плитки на стенах, парню стало дурно. Дазай, увидев свободную кушетку, положил рыжего, пока Мори наполнял шприц заранее приготовленным раствором. — Осаму, подойди ближе… — позвал Чуя. Шатен склонился над рыжим. В этот момент Накахара вцепился руками ему в шею и начал душить. — Чуя-кун, прекрати! — Мори с инъекцией в руках пытался усмирить молодого мафиози. Парень как будто не слышал его, продолжая сжимать горло напарника. Дазай не сопротивлялся. — Чёртовы подростки, — выругался Огай, делая укол без предварительной обработки кожи. Почувствовав укол Чуя дернулся, отпуская Дазая. — Что вы мне вкололи?! Осаму посмотрел куда-то в сторону: — Даже нормально придушить не можешь… — Дазай, заткнись, — далее босс обратился к Чуе, — Это эпидуральная анастезия, обезболивающее короче, и не вздумай ещё раз цепляться к Дазаю! — Да если бы не этот сгусток идиотизма и дегенерации я бы спокойно и дальше существовал! Какого хуя, Осаму?! — Твоего, шлюшка! — Заткнулись оба! Не знаю, как вы не поубивали друг друга в отеле, но я настоятельно не рекомендую устраивать разборки здесь! Дазай: стой смирно, пока я не скажу, что делать. Чуя: забудь о существовании Дазая и сосредоточься на дыхании. Накахару вновь накрыла схватка и заставила вскрикнуть. — Мори, а как дышать? — простонал он, когда боль утихла, — И когда Анастасия начнет действовать? — Анестезия. Дазай, возьми со стола полотенце и вытри Чуе пот. Сам Мори тем временем находился в ногах рыжего, определяя раскрытие. Осаму, вновь подойдя к Чуе с полотенцем, протер ему лицо. Голубые глаза парня казались мутными. Похоже, он уже очень сильно устал и частично не соображал, что происходит. — Мори, мне кажется, он скоро отключится. — Значит подействовала «Анастасия». Ему будет полегче, но не позволяй спать. Накахара слышал, что Огай сказал «не спать», однако глаза слипались. Боль отпустила и в данный момент он лишь ощущал лёгкое напряжение мышц внизу живота. Даже захотелось повернуться на бок и накрыться одеялом, чтобы провалиться в сон. — Да он бредит! — Дазай пытался достучаться до напарника, который смотрел ему в глаза со вселенским безразличием. Никогда ещё Осаму не видел таких глаз Чуи и это пугало. В голове Накахары крутилось: «Как же меня он заебал. Хорошо, что я его не слышу. Наверное, Анастасия действует и на слух…» — Но я-то все слышу, Чуя! Проснись, ёб твою мать! Шатен, не зная, что ещё предпринять, с размаха влепил рыжему звонкую пощёчину. У Накахары полетели искры из глаз, а голова откинулась в бок. Не теряя времени, Осаму повернул лицо к себе, наконец-то видя осмысленный взгляд перед собой. — Значит так, сука, ты сейчас же берешь себя в руки и на схватке начинаешь тужиться, понятно тебе?! Чем лучше ты будешь тужиться, тем быстрее всё закончится! Понял меня? Рыжий кивнул, ощущая начало новой схватки и начиная тужится. — Ну же, сильнее, — подбадривал Мори, держа наготове полотенце и наблюдая, как рождается детская головка. — А можно как-то без меня, а? — Накахара вновь устало посмотрел в потолок. Снова была небольшая передышка между схватками. — Чуя, тебе осталось совсем немного, тебе нужно всего лишь, наконец, родить её, просто… Высрать ребенка и всё! Пожалуйста, это последнее, о чем я тебя прошу. — Господи, не завидую ей, иметь такого отца… Ой, бля… Новая схватка чуть не заставила проглотить язык мафиози. Рыжий, ощущая потребность за что-то схватиться, ухватил край кушетки. Никто не знает: то было действие способности или случайный всплеск адреналина, но этот край кушетки Чуя оторвал. Дазай прыснул, а Мори не обратил внимания, сосредоточившись на появляющемся ребенке. Схватка закончилась. Накахара с удивлением обнаружил внезапно потяжелевший кусок кушетки. Не найдя лучшего решения, он просто всунул его Дазаю. — Это мне зачем? — спросил шатен, намереваясь вернуть предмет рыжему. — А мне зачем? Я занят! — Идиоты! Чуя, дыши, или ребенок задохнётся к чертям! — А что с обезболивающим? Меня снова будто режут изнутри. — Кончилось действие. Дыши, тебе говорят! Снова вспышка боли пронзила тело, заставляя Накахару выгнуться. — Знаешь, я тут понял, Дазай, — начал Чуя, вновь отдыхая и не забывая дышать, — Ты — альфонс. — Ха, тогда ты — сучка. — Куколд. — Дебилоид. — Дурак. — Кобель. — Лузер. — Развратник. — Это кто ещё т!.. Чую вновь накрыло. В конце этой схватки парень почувствовал невероятное облегчение, а чуть позже детский крик. — Ура-а-а… Всё закончилось… — Мори, как она? — Внешне дефектов нет, кричит. Через несколько минут смогу сказать точнее. Мужчина унес ребенка в соседний кабинет. Дазай вернулся к Чуе, гладя уставшего рыжего по голове. — Ну, так ты придумал, как её назовешь? — Нет… Не знаю. Сам назови. — Ну, тогда пускай её будут звать… Май? — Накахара Май… — словно пробуя имя на вкус, произнес Чуя, — Ничего, звучит. — Значит его и оставим. Спасибо, — Дазай поцеловал его в лоб. — И это всё?! За все девять месяцев и адские муки здесь — это всё?! Да ты мне по гроб жизни должен, падла! Сука, не уворачивайся! Как только встану, я все равно тебя убью!