(пред)последний Винчестер

      Размышления Уокера приводят его к ещё паре семей, на которые в ближайшее время могут совершить покушение. Правда его бывший коллега Тейлор погиб несколько лет назад, работая под прикрытием, но близкие у него остались, и у них все шансы стать следующими. Нападёт ли таинственная даэва, о которой говорили Сэм и отец, на вдовствующую женщину и её детей, раз умер объект мести, Корделл проверять не хотел. Сэм его в этом, к счастью, поддерживал.              Или же следующий на очереди капитан Джеймс — кандидатура, от которой не по себе. Мало того, что лучший друг, бывший напарник, начальник, так и втягивать кэпа в эту чертовщину не хотелось: того и гляди, отправит к психиатру, а Корделлу уже Ариадны Рамирез по самые уши хватило.              Имей они дело с обычными преступниками, все было бы куда проще, стандартнее. А здесь свидетелей либо нет, либо…              Корделл устало трёт глаза и откладывает старые записи — голова гудит от обилия мыслей. Меньше всего хочется сейчас думать, что он мог потерять ещё и детей, несмотря на настырные попытки предательских мыслей пробраться и укорениться. А ведь подробности ни у Стеллы, ни у Августа не выясняли — успели лишь отправить к психологу, который выявил серьёзный стресс и психологическую травму от потери матери, а потому настоятельно не рекомендовал добавлять воспоминания о происшествии.              Да и что они могли бы рассказать? Что видели напавшего на них монстра? Ничего нового: Сэм уже в красках описал, как выглядит эта убийственная тень, как действует… Пункт про невозможность одолеть даэву в прямой схватке Корделлу особенно «понравился». Сэм на это обещал что-нибудь придумать.              Сэм, Сэм, Сэм, родной брат. По крови роднее, чем Лиам был всю жизнь и будет впредь, но назвать Винчестера братом у Уокера язык не поворачивается, как и примерить к себе имя Генри Винчестер. Наверное, слишком быстро начал пытаться — пока что объявившегося близнеца гораздо легче воспринимать как сбрендившего консультанта по сложному делу.              А вот у детей с этим проблем не возникло, особенно у Стеллы: что-то зацепило её в Сэме настолько, что она потянулась к нему — прежде подобное взаимопонимание он видел только у неё с Лиамом и то чаще в вопросах подростковых бунтов. Огги всë ещё держится настороженно, но он уже расположен к ситуации больше, чем успел принять её его отец.              Корделл отправляет кэпу отчёт, дублирует на Мики и решает проветриться.              «Сайд Степ» всегда действовал на рейнджера расслабляюще — это же его место встреч с друзьями, в которое он боялся зайти с самых похорон, ведь Эмили… Эмили работала там, была душой заведения. Стоит, наверное, взять себя в руки и переступить порог, поболтать с Джери, которая задаст трепку за то, что не пришёл раньше.              Пару минут он смотрит в сторону левады, где Сэм осторожно касается морды одной из их лошадей, не рискуя подходить близко. Уже по одному этому движению видно, насколько далёк Винчестер от техасской жизни.              Стоит ли звать Винчестера с собой? На этот вопрос быстро находится ответ: не сейчас. Посмотреть бы на реакцию Джери и особенно Хойта — наверняка занятное будет зрелище, но сейчас Уокер ещё не чувствует себя готовым для легкомысленного веселья.              Размышления Корделла прерывает звонок.              Рейнджер принимает вызов. На связи — капитан Джеймс, на фоне — грохот, звуки борьбы. Слов почти не разобрать из-за шума, но Корделл понимает и так.              — Сэм! — громко окликает он новоявленного брата уже на пути к пикапу.              Сэм не медлит, лишь заскакивает в дом забрать оружие и тоже ныряет в пикап. Почему-то Корделлу казалось, что тот возьмёт «Импалу», но она и припаркована дальше.              В пути Винчестер коротко инструктирует Уокера, только, кажется, зря распинается: близнец слушает, но уже сейчас видно — он поступит по-своему.              — А дядюшка Джо не промах, — заявляет Дин с заднего сидения. — Жаль, я помочь не смогу. Такая заварушка, эх…              Сэм мотает головой, отгоняя неуместные сейчас видения, но бросает взгляд в зеркало заднего вида и тут же оборачивается: прямо за ними поспевает… Детка. С Бонэмом за рулём.              Не самая лучшая мысль.              Но выбирать не приходится — любая помощь пригодится, да и арсенал под рукой лишним не будет.              — Если он оборвал провода, я его придушу, — тут же ворчит Дин.              В этот раз монстр, видимо, изменил своим правилам.              У дверей департамента Сэм оттесняет Корделла, врывается первым в уже знакомое здание. Успевает заметить растрепанную мексиканку Рамирез с разодранной в кровь ногой от бедра и ниже. Прикрываясь столешницей, женщина держит на прицеле… Джеймса.              Капитан сцепился с чем-то, что Сэм пока не в силах разглядеть в полумраке надвигающегося вечера. Корделл, памятуя рассказы о даэве, срочно зажигает верхний свет и бежит включать лампы на столах, ищет завалявшиеся фонари помощнее, чтобы максимально осветить помещение.              Выхвативший Кольт Винчестер не успевает ни разглядеть, ни отреагировать на происходящее: мощная сила впечатывает его в стену, невидимая рука сжимает горло, а оружие отлетает в сторону. Рядом скользит тень, и Сэм уже думает, что всë, конец, даэва его сейчас распотрошит, а дело перейдёт по наследству дядюшке, но неясная тень, похожая на размытый силуэт, бросается вперёд — на того, кто пригвоздил Винчестера к стене.              Рука расслабляет когти, и Сэм падает на пол, жадно хватая ртом воздух. Спохватывается, тянется за оружием, но его забирает подоспевший Бонэм: взводит курок и стреляет в тень.              Невидимое нечто издаёт пронзительный звук, похожий на крик боли, и, кажется, меняет планы, хочет теперь напасть на Бонэма за дерзость. Сэм в мгновение отталкивает дядю, хватает с ближайшего стола лампу и светит впереди них, точно светом стреляет; то же самое делает Корделл, неизвестно как оказавшийся рядом — в последний раз Сэм видел близнеца на другом конце кабинета.              Винчестеру чудится крик на улице. Похожий крик боли.              Видимо, не только ему, потому что, перебросив фонарь Рамирез, Уокер бежит наружу.              Битва стихает, повисает драматическая пауза, во время которой каждый из оставшихся пытается отдышаться.              — Что это, чёрт возьми, было? — приходит в себя первым Джеймс. — Сэмюэль?              Сэм и сам мало что понимает. Это ведь была демоническая тень, которая чуть не убила кэпа и его, так почему она не напала, когда он был открыт? Напротив, тень как будто… защищала его.              Тем не менее, он коротко объясняет, что такое даэва, с чем её едят и что вообще-то сверхъестественное очень даже реально. Происходит это под методичное приведение офиса рейнджеров в относительный порядок и попытки вернувшегося ни с чем Корделла заставить свою напарницу Рамирез позаботиться о ранах. Сначала он попытался взять её на руки и оттащить к ближайшей аптечке — уж очень мексиканка шатко передвигалась, — но она вывернулась и пригрозила надрать ему зад, если он попытается снова.              — Мне позвонить Трею? — спрашивает Уокер, послушно отступая.              — Только его тут не хватало, — ворчит Рамирез — Мики, как её называет Корделл, — пока пытается открыть грязными руками бутылек антисептика.              — Я помогу, — вызывается Бонэм. — Если ты не против. У меня есть опыт латать раны после таких драк.              Вообще спасибо дяде, присутствие и авторитет которого добавляют словам Винчестера правдивости в глазах таких новичков, как Джеймс и Рамирез. Видя, что он принимает услышанное как должное, соглашается со словами Сэма, остальные легче верят в невероятные вещи.              — Так вот, какой особый случай имела ввиду Донна, — подытоживает капитан.              — Нет, она говорила об оборотнях, но вы выбили джекпот, — хмыкает Сэм, взвешивая в руках Кольт. Дядя выстрелил хорошо, если учесть, что цель двигалась и была незримой, и сделать поправку на длительность его пенсии, но, похоже, только ранил врага. При условии, что Кольт в принципе действует на даэву.              — А в чем разница? — допытывается Рамирез, словно не ей тут бинтуют тугую повязку и рассказывают о необходимости наложить швы хотя бы тем же загадочным Треем.              Сэм объясняет и чувствует себя при этом немного не в своей тарелке. Не столь давно он проводил подобные лекции для группы охотников из альтернативного мира. И где они сейчас? Но то были люди, закаленные битвами с ангелами, вампирами и прочими тварями. Законники, даже рейнджеры — не чета пережившим конец света беженцам, однако если дело затянется…              В конце концов, Джоди Миллс и Донна Хэнскам тоже начинали с испуганных полицейских.              — Ты и впрямь большой специалист по всей этой чертовщине, — не спрашивает, а, скорее, констатирует Джеймс. Сэм пожимает плечами.              — Могу ошибаться, но это не походило только на тень, — подает голос Мики, движется, забыв о Бонэме и шипит от боли. На неё смотрят вопросительно, кажется, все, поэтому она поясняет: — Это был… как будто человек.              — Знаешь его? — справляется Джеймс.              — Никак нет, сэр, но могу нарисовать.              Она находит на столах планшетку, листок и карандаш с ластиком, уходит куда-то в укромный уголок и просит её не трогать какое-то время.              Капитан окидывает взглядом беспорядок в офисе:              — Ещё никогда так не радовался, что я в разводе, а сын уехал, — бормочет он. Трудно поспорить, ведь иначе напали бы дома в самый расслабленный момент на противника, не имеющего полицейской и военной подготовки. Корделл ловит себя на мысли, что тоже с удовольствием уехал бы подальше и подольше, если бы это обезопасило его собственную семью от нападения. Несмотря на боль детей и мамы.              — Джеймс, вызвать группу? — спрашивает он, лишь бы отвлечься от этих мыслей. Монстр напал вечером, никого уже не осталось, кроме двух самых отчаянных трудоголиков.              — Если только клининговую, — отмахивается Ларри. — Толку улики искать, если это… демон, — он рассеянно осматривает кабинет, бросает взгляд на рисующую Рамирез и снова возвращает на Уокеров и Сэма. — Так вы все-таки родственники, — произносит капитан, будто стремится заполнить неловкую паузу.              — Братья-близнецы, — произносят все трое. Получается хором, что вызывает у Джеймса нервный смешок. — Долгая история, потом расскажу, — добавляет Корделл.              Ларри делает движение рукой, означающее «я слежу за тобой», или в его версии — «смотри, я запомнил». Уокер усмехается с видом «тебе понравится услышанное», у Сэма аж сердце от тоски щемит: так легко, жестами и ухмылками, он общался с братом. С Дином. Последний раз недавно.              Мики наконец приносит рисунок: девушка-мексиканка с длинными тёмными волосами, лицо которой искажено в оскале. Нарисовано хорошо, умелой рукой, но никто девушку не узнаёт, Джеймс даже берёт листок в руки, вертит так и эдак, разглядывая, однако вскоре сдаётся и спрашивает, не может ли Рамирез нарисовать это же лицо, но более спокойное, без гримасы. Та вооружается ещё одним листком и карандашом, снова уходит в сторону.              — Это призрак? — спрашивает Бонэм, вызывая от Корделла и капитана вопросительные взгляды.              — Вряд ли… — тянет Сэм. — Призраки так не убивают.              — Ага, скажи это милашке Мелани Мëрчант, — язвит Дин. — Или Генри Холмсу, тёзке нашего братика Генри «Корди» Уокера. Тебе ещё вспомнить? Да и не могут демоны без чужого тела обретать облик.              Сэм качает головой, стряхивает мысли. Голос брата его отвлекает.              — Что-то не сходится, — бормочет он. Все признаки хорошо ложатся и на демона, и на призрака. Неудивительно, в общем-то, если вспомнить, как рождаются демоны, не зря ведь кости в обоих случаях можно сжечь.              — А сера, умник? — одергивает его Дин. — Какой призрак серу за собой разбрасывает?              Дельное замечание.              — Кажется, у нас два монстра, — виновато признаёт Сэм очевидное.