12 chapitre
4 июля 2021 г., 20:38
У Чимина было много времени, чтобы привыкнуть к жизни сеульских тусовщиков. Ему пришлось себя кардинально менять, забыть о том, что он полицейский, и открыться по-новому. Омега ошибочно предполагал, что в Париже сможет остаться тем немного взбалмошным и глупым человеком, каким был в Сеуле, где им по большей части восхищались, нежели ненавидели. Но всё оказалось совсем не так. Вивьен учил Пака, как быть по-настоящему желанным и красивым. Чимин долго пытался уговорить себя, что выглядит прекрасно, а не вызывающе в полупрозрачной красной блузе с глубоким вырезом. Маро настаивал без конца на том, что Пак покорит не только одного Джина, его должно любить и окружение альфы.
После сборов, занявших у омеги день, они выехали на машине, присланной господином Бернаром. Чимин продолжал нервничать, заражая Вивьена своим состоянием, потому как, пойди всё не так, и Пак может сам себе нажить проблему, раскрывшись. Но он так грезил поимкой криминальных боссов на родине, что готов был пойти на всё, даже дикие планы Маро.
— Остерегайся стариков, — говорит Вивьен, когда они подъезжали к вилле именинника. — Им ничего не стоит изнасиловать тебя, держись рядом со мной, чтобы я мог видеть тебя.
— Ты меня не успокоил, — икает со страху омега.
— Ты не знаешь языка, поэтому даже представить себе не сможешь, что эти гнусные деды могут говорить про тебя.
— Поздороваться я смогу, — выдыхает Пак. — А что мы подарим?
— Скоро узнаешь, — игриво улыбается Вивьен, Чимину это очень не нравится, стоит просто перетерпеть.
Им открывают дверь, провожая до дома, успевшего заполниться людьми. Чимин никогда не бывал на подобных мероприятиях, но представлял себе их скучными. Богачи расхаживали в дорогих костюмах, пили алкоголь и разговаривали. Ничего не вызывало у Пака подозрений в том, что могло быть что-то здесь не то. Он старался не отходить от Вивьена, предложившего омеге выпить, чтобы немного расслабиться. Чимин сразу отказался от «легкого» алкоголя и взял у официанта стакан крепкого коньяка, потому что на трезвую голову он не сможет действовать. Вивьен показал ему Джина, говорящего с хозяином дома, Пак изумился красоте альфы, увидев его в живую и перестал в себе сомневаться.
— Нам стоит подойти? — прочитал мысли Маро омега и Ви потянул парня к альфам.
Бернар был довольно старым мужчиной, отмечающим сегодня свой семидесятый день рождения. С виду он был похож на усопшего человека, с сероватой кожей, впалыми щеками и достаточно худощавым. Вивьен не постеснялся обнять альфу при Джине, поздравляя. Дон точно не ожидал увидеть здесь Маро, но так ничего не смог сказать омеге.
— Я так благодарен вам за приглашение, — распинался Ви, — честно, я думал, что вы тогда шутили.
— Никаких шуток, голубчик, ты заслуживаешь быть здесь, — приятно улыбался альфа. Чимин, стоя за Маро, видел, как Вивьена раздевали глазами.
— Благодарю, — всё лебезил он. — Кстати, я не один, — выводит Пака из-за спины омега. — Это Чимин.
— Здравствуйте, — с ужасным акцентом произнес парень, почти краснея. — Я жалкий, — бубнит себе под нос.
— Я бы поспорил, — Джин посмотрел на Пака заинтересованно, но омега сжимался, почти не идя на контакт. — Расскажешь, как оказался здесь? — уводит его альфа, смело касаясь талии.
— За что я тебя люблю, — посмеивается именинник, — так это за то, что ты умеешь правильно выбирать друзей, — с чем Вивьен не смел не согласиться. — Могу я сегодня рассчитывать на то, что ты составишь мне компанию после того, как все эти напыщенные идиоты разъедутся?
— Простите, не сегодня, — обводит гостей взглядом Ви, столбенея на месте, когда видит Римина, спокойно себе гуляющего по первому этажу виллы. — Господин Бернар, откуда вы знаете этого мужчину? — указывает на альфу омега.
— Ким Римин? Мой старый друг, с трудом вытащил его сюда. Вы знакомы?
— Я знаю его сыновей, — Вивьену это очень не нравится, начало ещё с момента, когда альфа наблюдал за ним с террасы. — Разве он связан с мафией?
— Скажем так, — гладит плечо Маро старик, — у каждого свои скелеты. Римин скрытный человек и он скорее выстрелит себе в голову, чем расскажет что-то о своей жизни, — говорит мужчина, омеге ответить нечего.
Вивьен не может найти Чимина, но волноваться себе за Пака не позволяет. Любой ценой ему нужно свести омегу и Джина, поэтому Маро идёт веселиться. Ви включает прямую трансляцию в инстаграме и берет новый бокал вина, садясь на удобный диван, куда никто не спешит приземлиться. Это всегда так поначалу: тихий вечер с приятной классической музыкой и тайные переговоры не о празднике, а работе. Позже всё измениться, а сейчас стоило довести себя до кондиции веселья. Омега начинает общаться с подписчиками, одним глазом за гостями следя. Вивьен подготовил альфе хороший подарок, который оценят люди, что останутся на то самое «сладкое».
Джин предлагает Чимину выпить и познакомиться, понимая, что Пак приехал из Сеула с Вивьеном, а Маро не станет брать кого попало. Плюсом делать из омеги модель, что поражает Дона, как и утонченность Чимина.
— Ты умеешь быть горячим, — говорит альфа и Чимин старается воспринимать это, как комплимент, потому что у него пока получается удерживать Дона рядом. — Вивьен предупредил тебя, что стоит быть осторожным?
— Рядом с вами я ничего не боюсь, — и алкоголь в крови дает о себе знать.
Недолго пообщавшись с мужчиной, Чимин решает скрыться, чтобы подогреть интерес к своей персоне и возвращается к Вивьену, который по-прежнему на глазах у миллионов пьёт и не стесняется обсуждать гостей.
— Как прошло? — у Маро краснеют щёки, а глаза начинают блестеть.
— Мы почти переспали, — Чимина кроет.
— Давай серьёзно, — закатывает глаза Вивьен и подзывает очередного официанта. — Ребят, — смотрит в экран телефона омега, — если вам тоже нужен папик, то обращайтесь. Их тут достаточно. Я знаю, что думают хейтеры, — приближается к мобильному Маро, щурясь, — что я сплю с богатыми дядьяками. Что ж, вот вам откровение, — начинает шептать, — на этой тусовке насчитается человек десять, которым я подставлял задницу. И вам того советую, но не переусердствуйте, иначе у вашей головы может появиться пушка, во рту старый хер, а в глазах слёзы, — Чимин начинает заливисто смеяться.
Основные гости рассасываются к полуночи, и остаются только хорошие друзья Бернара и приближенные ему люди. Вивьен готов вручить свой подарок. Он, не отключая трансляцию, подзывает всех к центру комнаты к торту со свой рост.
— Дорогой, — улыбается омега, то ли от выпитого, то ли от смущения, — наш и любимый… — тихо говорит имя, чтобы не раскрывать своё местоположение для зрителей омега, — я желаю вам прожить ещё столько же. Долгих лет жизни, а главное денег побольше. В следующем году я подарю вам огромный сейф, — переключает фронтальную камеру, на основную. — Музыку! — классика сменяется попсой и из торта начинают вылезать полуголые омеги, плавно двигаясь в такт движениям.
Вивьен ловит Чимина, возвращаясь к зрителям ещё на минуту, танцуя в обнимку с омегой, и отключается, не замечая, как после садится зарядка на его телефоне. Маро уходит к толпе, пачкая Пака в креме от торта, которым уже были испачканы омеги для именинника, увлекшегося подарком. Вивьен знает, как веселиться, он бы ещё и пяти минут не смог просидеть в раннее царствующей обстановке. Из любой тухлой вечеринки может сделать разврат и всех устраивает, что главное.
— Ты ещё дуешься? — подходит к омеге Джин, покачивая головой. — Ничего мне так и не сказал.
— Дуюсь, — а сам улыбается. — Ты поступил ужасно и оправдывать я тебя не буду, но мы семья. Верно? Меня ты не продашь?
— Ни за что, Ви, — обнимает Вивьена альфа. — Такие обстоятельства.
— Хочу тебе верить, — манит пальцем Чимина за Джином омега, и Пак подключается, проводя маленькой ладошкой по спине мужчины.
— Потанцуем? — облизывает губы от крема, который, кажется, повсюду, Чимин.
— Не смею отказать, — уходит Дон.
Вивьен присаживается на ручку от кресла, стоящего неподалеку, наблюдая за парой.
***
— Почему я не могу до тебя дозвониться? — Намджун быстрым шагом входит в особняк Чонгука, находя альфу на кухне, так и застывшего с телефоном в руке. Перед ним стоит остывший завтрак, а на лице полнейший шок. — Что ты смотришь? — склоняется перед ним Ким, видя Вивьена. — Он что, веселится без тебя? — пытается пошутить Намджун, но Чону совсем не до шуток. — Уже ебучий час я смотрю, как эта сучка бухает, — цедит сквозь зубы альфа. — Там целый дом непонятных мужиков. — Успокойся, Вивьен всегда был таким, — хмыкает альфа, пока к Маро не присаживается Чимин. — Стоп. — Что, уже не так смешно? — пылает Чонгук, пока Ви рассказывает о папиках. — Убью. — Откуда он знает Чимина… — Теперь ясно, — закуривает Чон, — значит, ты по этому омеге сохнешь? Намджун подкуривает следом, кладя шляпу на стол, и падает на стул. Чимин выглядит потрясающе, совсем по-другому, без детской невинности в глазах, а с огнём. Он пьяный, но это ему только к лицу. Сколько неизвестных альф могут покуситься на него сейчас? Намджун считает себя дураком, банально не приставивший охрану к понравившемуся омеге, который просто улетел. Ким не мог найти его, представлял всё самое страшное. До Пака не дозвониться, дома его нет, он просто исчез. Чтобы появится рядом с Вивьеном на сомнительном мероприятии. — Я найду ему папика, — выдыхает дым через нос Намджун. — Не молод ли ты для папика? — очередь Чонгука подстегивать друга. — Смотрите, как в лице изменился. Понимаешь теперь, что я чувствую, когда моя ла бестиа занимается черт знает чем на другом конце света? — Доброе утро, — спускается со второго этажа Минхёк, кусаясь в халатик. — Это что, Чимин? — подбегает к мужу омега. — Твою мать! Шлюха добралась до моего Ви, — кричит парень, альфы на него взгляды одновременно переводят. — Как ему только удается… Куда Вивьен смотрит, этот идиот же недалекий, — в расстроенных чувствах омега возвращается в спальню. — А я вижу, Чимин с Минхёком знакомы, — пожимает плечами Чонгук. — У нас случайно нет никаких дел в Париже? — переводит стрелки Намджун. — Проверю ежедневник, — вливает в себя холодный кофе альфа, — поехали, шоу кончилось.***
Юнги играется с щенком, когда Хосок возвращается домой. Альфа замечает сидящего на диване омегу, но проходит мимо. Карбон не имел желания говорить с ним о чём либо, и когда Чон, переодевшись, спустился к нему, Юнги состроил ему «лицо», как бы говорящее «свали». Хосок прижал парня к боку, оставив поцелуй на щеке омеги. — Видел, чем занимается твой друг? — откидывается на спинку альфа, шаря под подушками в поисках пульта от телевизора. — Видел уже, — чмокает щенка в мордочку Юнги. — А меня? — наконец, включает плазму Чон, ехидно улыбаясь. Омега отворачивается, отдавая всё внимание собаке. — Чонгук с Намджуном с ума сходят. — Причём здесь Намджун? — Втюхался в того омежку, который с Вивьеном на видео был. Рон рассказал об их интересном знакомстве. Отправлю близнецов в ближайшее время в Париж. — Это ещё зачем? — отпускает щенка на пол Юнги, погладив подошедшего Портоса. — По работе, — но парням стоило бы поставить мозги на место. Хосоку не особо нравится поведение как Чонгука, так и Намджуна. И если со вторым всё понятно, то с Чоном совсем нет. Хосок поражается, как Минхёк ещё ничего не узнал. — Кстати, как спалось? Юнги продолжает приходить под утро, чтобы точно быть уверенным, что альфа спит, но Чон каждый раз слышит его приход и желает спокойной ночи, не касаясь. Это стало надоедать, от омеги никакой взаимности Хосок и не пытается дождаться, но то, что Юнги вообще осмеливается пойти в спальню, уже нравится ему. Он так же рычит на Чона, не воспринимая всерьёз его намерения, а пытаться сделать какой-то лишний шаг альфа себе не позволяет. Незачем отпугивать Карбона больше, чем оно есть. — Сплю я отлично, — смотрит в экран телевизора Юнги. — Может мне поставить односпалку? — задумывается Хосок. — Слишком много места, кажется. А так ты хоть поближе ко мне будешь, — ластится альфа, кладя голову на колени омеги. — Обойдешься, — постепенно вникает в суть фильма омега, расслабляясь, когда рядом и у ног ложатся собаки. Он не замечает, как собственная рука заползает в волосы альфы, мягко поглаживая голову. Хосок засыпает до конца фильма. Юнги чувствует себя уютно, не смотря на внутренние разногласия. У него новая семья, в которой можно быть в разы счастливее, чем с Джином. Хосок мог бы дарить омеге реальную любовь, но вот чего дать альфа не мог — свободы. Юнги потрепал Чона за плечо и стал подниматься. — Век бы так спал, — потянулся Хосок. — Кровати нет? — щетинится омега, уходя с собаками на кухню. — Неважно где, важно с кем, — посмеивается Чон, но больше смущать Юнги не хочет, у него и без того покраснели щеки.***
Похмелье обходит стороной только Вивьена, который на ногах с раннего утра. Он будит Чимина музыкой, льющейся из старого патефона, и подпевает песне. Пак не помнит, как добрался до квартиры Маро, но себя нашёл на диване. Косметика поплыла, а прическа осталась где-то на вилле Бернара. Чимин приподнялся, мгновенно падая назад, когда его застала врасплох головная боль. Вивьен уже приготовил ему таблетку и воду, но ничего не спасало. — А ты куда? — руки упрямо прилипали к лицу, Чимин не понимал почему. — В универ,— порхал по комнате омега, налету одеваясь и что-то жуя. — Еда в холодильнике, дверь просто захлопнешь. — Что вчера было? — Ничего из ряда вон выходящего. А, нет, мне звонил Минхёк. На тебя жаловался, — смеётся Вивьен, подбирая сумочку к туфлям. — Надеюсь, он не захочет провести выходные в Париже. Расслабься, всё было супер. Главное, что ты познакомился с Джином. — И напился, — отворачивается к спинке дивана Пак. — Отдыхай, если что пиши, — поправил помаду в зеркале Ви, отключил музыку и вышел из квартиры. Маро сел в ожидающее его такси бизнес-класс, и достал мобильный из кармана. Зарядить толком телефон, севший с ночи, не удалось, но увидеть пропущенные от Чонгука Вивьен успел. Он смекнул, что альфа был свидетелем незабываемой ночи и отмазываться не собирался. Пожалуй, он перебрал, но ничего такого себе не позволял. Ви всё ещё считал, что у него есть альфа. Сосредоточиться хотелось только на учёбе, чтобы не забивать голову мыслями о Чонгуке и том, что мог сказать Чон насчет интересных будней Маро. Вивьен встретился с друзьями у входа в университет и отправился на пары. Для него странным не было, что в отличие от Чимина самочувствие было прекрасным. Маро слегка закален на разного вида алкоголь, но чего предчувствовать не мог Ви, так это то, что ему станет резко плохо прямо посередине первой пары. Омега не смог отпроситься выйти и просто выбежал из аудитории к уборной. Съеденный по утру бутерброд оказался в унитазе, и Маро решил, что всё дело во вчерашней выпивке. Омега подошёл к раковине и намочил руки. Слабые хлопки по щекам с трудом возвращали Вивьена в нормальное состояние. Желудок продолжал играть с парнем, от фантомного ощущения нового позыва Ви так и не избавился. Он отложил сумочку, всмотревшись в отражение в зеркале, и достал полы рубашки, заправленной в брюки. — Да нет, это вино, — нервно улыбается себе омега, — или испорченный сыр. Он встаёт боком, рассматривая свой живот, который продолжает казаться ему плоским, с каких углов не посмотреть. Может совсем немного Вивьен набрал веса в Сеуле, чего на деле не мог позволить с их Чонгуком играми. Но продолжал себя успокаивать всячески, не давая панике места в голове. Вивьен набрал номер своего личного врача, опустив рубашку, и прислонился задом к раковине. Он должен быть уверенным, что они с Чонгуком не совершили ошибку. Такие вопросы Ви решает сразу, дабы не угнетать себя. — Доктор Дюран, доброе утро, — улыбался в трубку омега, — я могу сегодня увидеть вас? — Здравствуй Ви, что тебя беспокоит? — Плохо чувствую себя. — Подъезжай в клинику к пяти, я найду для тебя время. — Спасибо большое, — выдохнул Маро, вспоминая, что ему нужно вернуться на лекцию. — Потом, — сам себе сказал омега, забрал вещи и вышел из здания. До вечера Вивьен гулял в одиночестве и как бы сильно не хотел думать о своём интересном положении, что не точно, не смог. Он стал вспоминать моменты, когда ему становилось плохо, но заканчивалось это быстро: головокружения, редкие боли в животе. Мало ли чем мог отравиться в Сеуле? Новая совсем еда, Вивьен к ней так и не привык. И уж лучше бы у него было несварение, чем ребенок Чонгука. Женатого мужчины, скрывающего свою связь с Маро. Сколько бы не пел Чон об их вроде и серьёзных отношениях, в любовниках вечно Вивьен не смог бы сидеть. Альфа уже надел на него кандалы и сбежать от него нельзя, некуда. А позвонить Чонгуку Ви собирается после того, что скажет врач. К вечеру состояние омеги из напряженного медленно катится в осознание, которое бьет сильнее, чем то, что скажет ему Чон. Маро не сводит глаз со своих коленок, дрожащих, как осиновый лист, пока едет к доктору. Но чтобы там не было — это точно не смертельно и выход можно найти. Вивьен вновь здоровается со знакомым врачом, когда входит в его светлый кабинет, забитый медикаментами и картами. Омега садится на кушетку, скрещивая пальцы, когда немного занятой Дюран заканчивает заполнять рабочие документы. — Я слушаю тебя, Вивьен, — не отвлекается доктор средних лет. Ви всегда было комфортно рядом с этим альфой, который мог объяснить любую болячку на пальцах и дать дельный совет на здоровье. — Мне кажется, я залетел, — говорит это впервые Маро, а голоса своего почти не слышит. Врач снимает квадратные очки, кладя на стол и подходит к парню. — Подними кофточку, — просит он, омега поднимается, задирает рубашку и в лампу на потолке впивается взглядом. — Тест делал? — Ви головой вертит, знает, что тест может врать. — Тошнота, головокружение? — Да. — Если доктор Фран в больнице, то мы сделаем УЗИ, — альфа звонит кому-то, по разговору Вивьен понимает, что тому самому омеге-гинекологу, которого Вивьен ранее посещал. Улыбка альфы и следующее: да, сейчас будем; вызывает у Маро мурашки. Он не готов узнать так быстро, лучшим казалось просто гулять и гложить себя неприятными сомнениями, а не с бухты барахты бежать за ответом. — Пойдем, не волнуйся, зато будешь точно знать. Фран поприветствовал поникшего омегу, понимая его состояние. Альфа остался в сторонке, наблюдая за Вивьеном, снимающим верх. Он лег на кушетку и зажмурился, если бы можно было отключить слух, то и это бы сделал. Палка о двух концах. Ви хочет знать, что с ним происходит, но слышат такую правду не готов. Пока омега колдовал над его животом и успокаивал словами, Маро думал о Чонгуке. К нему хочется невыносимо. Вот бы он сейчас сидел рядом, держал за руку и был счастлив узнать, что у него будет ребенок, но детей даже с мужем Чон так и не завел. Вивьен уверен, что дети просто не для этого альфы, как и не для самого Ви. — Подтверждаю, — смотрит на альфу Фран. — Беременность есть. Пятая неделя. Вивьен внутренне вопит раненным зверем, а внешне спокоен, как удав. Возможно, это шок, никто из докторов точно не знает, что происходит с парнем. — Я могу записаться на аборт? — всё так же с закрытыми глазами лежит Маро. — Так резко? — подходит к нему Дюран. — Обсуди это со своим альфой, Вивьен, а потом уже… — Нет, я не… — У тебя всё очень хорошо, — подключается гинеколог, стирая с живота парня гель, — не стоит делать поспешных выводов. Подумай хорошо, а потом приходи. — Мы не пытаемся тебя переубедить, — уверяет альфа, но Вивьен никого слышать не хочет. Пусть ему и дали время, оно просто ни к чему. Уходит Маро полностью опустошённым и разбитым, на прохожих убито смотрит, свою боль в воздух выбрасывает, людям отдаёт. Он сам ещё ребенок, как сможет воспитать кого-то? Вивьен до размеров плода внутри себя сжимается, страшно становится. А жизнь под сердцем развивается, Чонгука частичка, всё ещё альфы, без которого Ви дышать сложно. Руки дрожат, но сказать об этом омега должен отцу, чтобы себя сильнее убедить в том, что убьет ребенка. Зарядка упрямо говорит о том, что её чертовски мало и, возможно, Вивьен даже не сможет вызвать такси до дома, но волнует его лишь Чонгук. — Наконец-то! — альфа кричит сходу, Маро так и оседает на ступеньках клиники. — Что это блять было? Ты считаешь, что можешь просто так взять и свалить на какую-то пьянку, где есть альфы? Слушаешь меня, Вивьен? — омега только угукает. — Как только я увижу тебя — выпорю так, что сидеть больше не сможешь. Ты даже не удосужился сказать мне, что намылил свою задницу куда-то. Понравилось? — Прости, — поглаживает живот Ви, а слёзы, как бы не хотел их удержать, по щекам скатываются. — Я не подумал. — Конечно, ты не подумал, а то, что я здесь, как на иголках сижу, тебе всё равно? — Чонгук, прости. И за ребенка прости, я не… правда не думал, что всё так получится, но мы заигрались и… я только вышел из больницы. Пять недель, понимаешь? У меня есть время сделать аборт, так что… — вытирает лицо от слез, — давай просто разойдемся, чтобы такого больше не повторялось? — в трубке недолго молчание. — Ты беременный? — Вивьен не может по голосу альфы эмоции понять, думая, что это удивление скорее всего, а после может злость. — Да, это твой ребенок. — Ла бестиа… — и тишина. — Чонгук? — он поднимается, шмыгая носом. — Чонгук! — Вивьен отрывает телефон от уха, понимая, что он окончательно сел.
