Время жить

      Саске и Санада как раз возвращались с ночного патруля. Во время их смены всё было довольно спокойно, ничего странного или подозрительного не происходило. Волки шли молча, не хотелось нарушать эту идиллию. — Ай! Рин аккуратно, здесь шипы.       Звери услышали знакомый голос, переглянувшись, они направились на источник звука. — Тише! Ты хочешь разбудить весь штаб? Скорее, у нас не так много времени осталось! Собирай их, пока трава Кокка распустилась.       Волки вышли на небольшую поляну и нашли двух знакомых куноичи-близняшек. В такую рань уже работают, ведь солнце только встало? — Вы одни здесь? — подал голос Санада.        Девушки вздрогнули и обернулись на голос, увидев двух огромных волков, они замерли в боевой позиции, через несколько секунд признав, что это свои, сёстры расслабились.       Парни хотели подойти ближе, как вдруг Рин крикнула им: — Стойте! Не идите сюда в волчьем обличии, травы помнёте. Либо оставайтесь на месте, либо превращайтесь.       Громовые тут же превратились в человеческий облик и прошли к девушкам. — Почему вы одни? Где охрана? — настаивал на ответе Санада. — Не беспокойся, Санада, мы же рядом со штабом, тем более, я слышала, что вы патрулируйте лес. Сейчас слишком рано, пусть ребята отдохнут, — виновато улыбнулась Рин. — Рин, это их работа - охранять вас. Даже близость штаба не гарантирует вашу безопасность, сейчас вы очень уязвимы, — насупился Санада. — Но… — не сдавалась Рин. — Он прав, это безрассудно. Если вам нужно работать в такую рань, значит мы изменим график дежурств, хотя бы один сопровождающий, но должен быть с вами. К тому же прибыл отряд Бетта, людей хватает, — вмешался Саске.       Рин молча кивнула и продолжила собирать травы, двигались девушки тихо, почти бесшумно. Парни решили подождать их и заодно проводить в штаб, поэтому молча наблюдали за работой травниц, стараясь не мешать. — Рин, я все, — отозвалась Тина. — Я тоже, — сестра сорвала последнюю лечебную траву, упаковка её в сумку и подошла к Тине, которая лечила знакомой зелёной чакрой свои руки. Все руки в порезах. Представляю как это больно.       Саске и Санада заметили это, руки сестёр были почти до локтя усеяны мелкими порезами. Заметив их взгляд, Тина улыбнулась и просветила: — Мы собирали траву Кокка. Её лечебные свойства проявляются в своём пике в тот момент, когда распускается бутон, — с этими словами девушка показала на только что сорванную траву с мелким красным цветком. — Бутоны распускаются только на двадцать минут, когда встаёт солнце, после этого, растение снова засыпает до следующего рассвета, накапливая лечебные свойства. Собственно.. поэтому мы здесь в такую рань. Но как вы видите, эта противная трава усеяна острыми шипами вдоль всего стебля, начиная с корней. — Чем же она полезна? — поинтересовались Учихи. — О, многим! Она может использоваться в ранозаживляющих мазях, противовоспалительных порошках или пилюлях чтобы сбить температуру. На самом деле она обладает большим спектром действий и невероятно полезна в любом виде. С травой Кокка может сравниться разве что Волчья ягода. — Волчья ягода? — уточнил Санада, двигаясь с девушками в сторону штаба. — Ну да, растёт вблизи болот или водоёмов на небольших кустарниках. По размеру напоминает сливу, неужели не слышали? — удивилась Тина. — Уникальное растение! Даёт плоды в любое время года. Можно есть сырой, без приготовления. Поэтому, если в лесу её увидите, ешьте спокойно, — улыбалась девушка. — Кстати, мы скоро отправимся собирать её, Цунаде решила, что вместо приготовления пилюль для вас, мы будем раздавать на завтрак и ужин ягоды — эффект тот же, — сказала Рин. — Отправитесь? Куда? — спросили в голос бойцы. — Глубже, в лес. Чтобы сэкономить время будем ходить посменно и скорее всего, понадобится ваша силушка богатырская. Идти далеко, ягоды в мешках тяжелые, на себе не утащить, а зная Хайлин и Катару, те ещё зависнут над чем-нибудь, — засмеялась Тина. — Запомнили место? Не ходите сюда в волчьем обличии, все лапы себе повредите — предупредила братьев Тина. — Я не почувствовал вашу чакру, — начал Санада. — А ты внимательный — мы скрываем её, чтобы никто чужой нас не почувствовал, — подметила Рин. — Когда с нами Щиты или наши волки, мы замедляем поток чакры, чтобы нас слышали только свои. Но это не работает с Хайлин и Блю, у них слишком сильная чакра, её ничем не скроешь. — Я заметил, а с чем это связано? — спросил Саске. — У девочек? Так ведь они энергетические лекари. У Блю и Хайлин нет никакой стихии, по сути, они почти как гражданские. Но вместо этого у них колоссальный объем чакры, они могут лечить людей даже не касаясь их, — начала рассказывать Тина.       Саске вспомнил, как Хайлин в сражении сложила руки в печати и её окружила в радиусе нескольких метров голубая чакра. — Голубая чакра? — уточнил Саске. — Она самая. Зелёная чакра появляется за счет медицинского дзюцу и идёт именно на лечение пациента, а голубая чакра у девочек, она уже априори несет в себе целительные свойства, также она восполняет ресурсы организма и усиливает собственную регенерацию, в бою это удобно. Её можно направить на определённых людей или большой радиус, чем ближе ты к куноичи, тем быстрее накачаешься чакрой, — продолжала Тина. — Цунаде тоже энергетический медик, Джирайя также умеет голубой чакрой пользоваться, он может и передавать чакру другому и применять её в бою. — А мы можем научиться передавать свою чакру другому человеку и концентрировать её в определённых местах? — поинтересовался Санада.       Рин внимательно посмотрела на него, после чего, молча взяла самурая за руку. Какое-то время они стояли молча, Тина сделала тоже самое с Саске. — У тебя большой запас чакры, да, можно научить передавать свою чакру другому. Но учти, она не всем подойдёт, чакра как и группа крови — не универсальна для всех. Есть исключения, такие как Блю, Хайлин, Цунаде и Джирайя — кто может пользоваться голубой чакрой, у них она универсальная. Твоя чакра, допустим, не подойдёт Катаре, водному магу, как и её чакра тебе, — ответила Рин. — Саске, у тебя такая же история, — в ответ на взгляд черноокого парня сказала Тина. — Что делать, если срочно нужно передать чакру другому человеку, а она несовместима? — спросил Саске. — Нууу, тут несколько вариантов.. — протянула Тина. — 1. Найти куноичи с голубой чакрой, и передать ей свою чакру, а она, словно фильтр, пропустит её через себя. 2. Найти куноичи, чакра которой подходит и тебе, и пациенту. Она тоже будет играть в роли фильтра, но времени потребуется больше и есть риск отравления самой куноичи. 3. Это дать напрямую свою чакру, но в очень маленькой порции, иначе будет шанс убить пациента. Скажу сразу, отравление чужой чакрой — это ужасно болезненно, вплоть до летального исхода, — закончила Тина.        Парни задумались над словами девушек. Чем больше общаюсь с медиками, тем больше понимаю, что о мире я знаю очень мало. Пронеслось в головах Учих.

***

      Проводив куноичи до штаба, Саске с Санадой пошли к себе отдыхать и обдумывать полученную информацию. Как вдруг на весь двор услышали крик: — Помогите!!! Медика сюда! Медика! — оба, не думая, сорвались с места на зов.       Возвращался с ночного патруля отряд Бетта, на носилках несли Джека, понять, что это он можно было только по всклоченным волосам, лицо, грудь и одежда — все залито кровью, парень был без сознания. Чуть в лучшем состоянии, хотя бы на своих двоих, шёл опираясь на Наццу Киджа.       На встречу выбежали Сакура и Микото, просканировав Джека, розоволосая распорядилась: — Его в лазарет, к Хайлин, состояние критическое. — А мы? — уставились на девушек Киджа и Наццу. — Раз на ногах, значит жить будете, вами займёмся в приёмной, только идите смойте кровь, — указала Сакура. — И это наши сильные куноичи, которые должны беречь наши жизни? — возмутился самурай из пришедшего отряда. — Это ты должен с них пылинки сдувать, а не они прибегать к тебе на вой от каждой царапины, — словно из неоткуда появился Хиге, скрестив руки на груди. — Микото, не трать на них время, сами свои раны залижут. — Я обязана осмотреть их, ребята, пойдёмте за мной, — улыбнулась Микото. Киджа и Наццу послушно ушли за девушками.       Лазарет для тяжелораненых.       Погрузив на кровать окровавленное тело, напарники отошли в сторону, дабы не мешать медику, Хайлин начала сканировать голубой чакрой тело Джека: — Несколько переломов…ндааа, он просто решето! Кто его так? — куноичи подняла удивлённый взгляд на товарищей раненого. — Мы были на задании, Джек, Киджа, Наццу и ещё пара ребят пошли разведать границу клана, были слухи, что в западной части не все спокойно. — Разве это был не обычный ночной патруль? — Не совсем, наш отряд не отправляют просто так улицы патрулировать, посылают именно в те места, где неспокойно.. — во время рассказа Хайлин уже начала восстанавливать тело Джека, потихоньку, сращивая костную ткань, мышцы, сухожилия, связки, кожу, но так как ран было очень много, то процесс шёл не быстро. — Ясно. Клан Тумана? — Не только, на некоторых шиноби была одежда Оксу, — ответил парнишка.       Глаза медика расширились от этой информации, ведь она знала не понаслышке, как работает Оксу, это большая группа наёмников и чаще всего, заказы шли на важных лиц, в нынешнем положении, на медиков. Оксу? Дело дрянь, значит они и до сюда дошли. Мы в опасности. Бежать, бежать отсюда... Девочки. Хайлин нервно сглотнула. — Что им надо было? — Хайлин узнала голос, ей даже оборачивается не надо было, чтобы понять, кто стоит позади неё. — Выйдите, это лазарет, а не проходной двор, — строго сказала медик. — Какова была их цель? — игнорировал слова куноичи Саске, подходя с Санадой ближе к койке с раненым. — Не могу сказать, мы никого не захватили. Скорее всего они что-то вынюхивали здесь, но наткнулись на наш отряд, — ответил рядовой.       Саске и Санада нахмурились, такой ответ Громовых не устроил, если верить тому, что они слышали, дело приобретало опасное положение. — Эм, Хайлин-сама, с вами все порядке? — спросил сослуживец Джека.       Девушка подняла на него свой испуганный взгляд, плохие мысли размножались в голове, страх сковывал, начиналась паника. Она старалась сконцентрироваться, но не получалось. Так нельзя, сначала пациент, потом можно и поистерить. Успокойся! Успокойся! Успокойся! Нельзя подаваться панике. Не здесь, не перед Громовыми. Ни тогда, когда под руками полуживой человек. Спокойно. Дышим. Вдох — выдох. Вдох — выдох. — Д-да, все х-хорошо, — она пыталась унять дрожь, которая как вирус, распространялась с молниеносной скоростью по её телу. — Я заканчиваю, ему надо будет отдохнуть день — два, чтобы организм восстановился полностью.       Но как девушка ни старалась скрыть свой страх, Саске заметил эту перемену в ней. Что ее так сильно напугало? Побелела за секунду.       Чакра медика вихрилась так словно..словно она испытывала очень ильные эмоции. Учиха не сводил глаз с её спины. — Что-то не так, — промолвил черноокий самурай, так, чтобы брат услышал. — Её чакра.. — подтвердил Санада — Ей страшно? — начал Саске, но их разговор прервали. — Я умер? — Джек медленно разлеплял глаза, пытаясь сфокусировать взгляд, все плыло. — Хм, пока нет, тебе придётся тут задержаться, — улыбнулась куноичи.       Наконец-то картинка стала чёткой и Джек смог разглядеть свою спасительницу: круглое лицо, светлая, почти белая кожа, большие чёрные глаза, обрамленные длинными ресницами. Длинные чёрные волосы были распущены и водопадом струились по её спине закрывая талию, на голове два маленьких хвостика, забранных специально, чтобы лицу ничего не мешало. Портили картину мешки под глазами и болезненно бледное лицо. — Хэх, с такой красоткой я готов пройти все круги ада. — улыбнулся Джек, он открыто любовался девушкой.       Её сосредоточенное лицо привлекало его, девушка не была писанной красавицей, просто симпатичной, но осознание того, что именно она спасла ему жизнь, возвышала её над стандартами красоты. — Ты чувствуешь где-нибудь дискомфорт? — Хайлин заканчивала работу — Я чувствую что-то странное в груди, — Джек театрально положил слабую руку на сердце.       Куноичи тут же перенесла свои руки на его грудную клетку и ещё больше сосредоточилась. Неужели где-то не долечила рану? — Вот смотрю на тебя и понимаю, что влюбляюсь, — улыбается Джек. — Вот дурак! — огрызнулась куноичи, она уж испугалась, что что-то упустила в лечении. Раздражает. — Хайлин, оставь. От него даже ад отвернулся, — с презрением сказал Саске. — Думаю, ты прав, — обернулась медик к нему. — Больше твоей жизни ничего не угрожает. Два дня на отдых. Никаких физических нагрузок и драк, только постельный режим, — бросив слова Джеку, куноичи отправилась мыть руки. Хайлин уже хотела уйти, как её схватили за руку: — Что? — Спасибо, ты мне жизнь спасла. — Всего ли ж отсрочила твоё пребывание здесь, — ухмыльнулась девушка, но после добавила. — Поживи ещё, уйти всегда успеешь. — Как, как тебя зовут? — обратился к ней её пациент, не спуская с неё взгляд. — Хайлин, Хинамори Хайлин. — Хинамори.. — задумчиво произнёс парень. Как. Же. Раздражает. — Пойдём, — из дум Джека вывел Саске, парень положил руку на плечо девушке, сверля глазами пострадавшего. Взгляд сковывал, в них читалось предупреждение, Джек невольно отпустил руку медика. — Твоё состояние проверят сегодня вечером. Перенесите его в комнату, пусть отдыхает и попросите, чтобы сегодня кормили только лёгкой пищей, — дала последние наставления куноичи, не обращая внимание на руку Учихи, сжавшее её плечо. Саске почти насильно вывел её из лазарета. — Эй! У тебя болит что-то? — обратилась к нему Хайлин с вызовом в глазах. — Нет. Но не трать на это время, — фыркнул Саске. — На это?! Ты называешь живого человека этим?! — свирепела брюнетка. Ему сейчас влетит. Веселился Санада. — Что у тебя с чакрой? — начал нападать Саске на неё. — А? Что с моей чакрой? — в тон ему отвечала Хинамори. — Что в роже этого так тебя напугало, что твоё лицо стало цвета постельного белья, а чакра джигу-дрыгу отплясывает?! — Тебе не должно быть до этого дела! — взмахнула волосами Хайлин, отворачивая лицо от пристального взгляда Саске. — Хи-на-мо-ри! — зарычал Саске. — Не фамильничай, Учиха! — Хайлин резко развернулась от Громового и направилась в сторону аптекарской. — А ну посмотрела на меня! — Нет!       Санада едва сдерживал смех, таким брата он видел впервые. Саске схватил медика за запястье. Санада даже не успел понять, что произошло: рука Хайлин вспыхнула голубой чакрой и в следующий момент Саске уже стоял на коленях держась за грудь в районе солнечного сплетения, пытаясь восстановить дыхание. — Кха! Кха! Ненормальная! — откашливался побитый. — Не чего девушек хватать! — чёрные глаза Хайлин горели огнем. — Дикарка! — Высокомерный кретин! — Что? — Хахахаах! — теперь согнулся пополам Санада, только от смеха. Чем привлек внимание ссорившихся. Всё-таки ему влетело. — Хайлин, прости его, непутёвого, — начал Санада. — Чего?! — Саске почти с обидой во взгляде смотрел на брата. — Пойми его правильно. Мы пришли на крики о помощи. Заходим в лазарет, а ты стоишь над окровавленным Джеком и слушаешь вести с патруля. Потом белеешь на глазах, а циркуляция твоей чакры говорит о том, что ты чего-то испугалась. Вот, собственно, беспокоясь о тебе, Саске и пытался…таким способом… выяснить что случилось. — Хн! — издал недовольный звук Саске.       Хайлин в ответ посмотрела на него с презрением. Потом отвела взгляд будто решая, говорить им или нет: — Оксу.. Оксу — главный страх медиков. Из-за них почти весь отряд Сотка пал, мы — это все что от него остались. Я узнала, что Оксу здесь, это они порезали Джека и остальных.. — девушка обняла себя за плечи. И хоть на улице было очень тепло, складывалось ощущение, что её знобило.       Саске пристально наблюдал за ней, чакра Хинамори опять циркулировала хаотично. Захотелось что-то сказать, как-то успокоить её… Зачем? Саске удивлялся сам себе. Будучи всегда равнодушен к людям, за исключением узкого круга лиц, он понимал, что его реакция на Хинамори нетипична. Но посмотрев на неё снова, он понял, что она вот-вот заплачет и ему стало вдвойне некомфортно. — Прости.. прости меня. — М? — Хайлин посмотрела на него с такой болью в глазах, что сердце Учихи пропустило удар. — Я-я пойду руки вымою. Вот непутевая, только сейчас заметила, что у меня руки в крови Джека. — Нервно хихикнув, куноичи дала дёру подальше от братьев. Не получается у нас разговаривать нормально. Саске почти обреченно смотрел ей вслед. — Не вини себя. Лучше узнаем больше информации об этих Оксу. — Положил руку на плечо брата Санада. — Да.

***

Тоже время в аптекарской.       Два израненных воина сидели на кушетках, а возле них суетились куноичи. Микото делала повязку на груди Киджи. — Ай! Зачем так сильно затягивать? Можно по аккуратнее! — рыжеволосую уже порядком надоели его высказывания. — Будешь дальше причитать, затяну так, что дышать не сможешь! — огрызнулась девушка. — Почему бы просто не залечить мне раны, для чего тогда тебе целебная чакра дана, а? — упирался молодой человек. Спокойно Микото, спокойно. Он с ночного патруля, он не спал. Он устал. Он просто из отряда Бетта. Думаю, если мы узнаем друг друга получше, то мое мнение о нём изменится. — Для того, чтобы залечивать куда сложные ранения в бою, когда нет времени заниматься перевязками, — монотонно ответила Микото.       Парень продолжал ныть и жаловаться на свою жизнь, а Микото все терпела. Думаю, я стала лучше понимать Громовых.       Как же он ей надоел, уж лучше и впрямь, прибили бы его посерьёзней. Более глубокие порезы она всё же ему подлатала чакрой, но незначительные раны пусть затягиваются естественным путем, ведь чувствуя его циркуляцию чакры, стало ясно, регенерация у него и так превосходная. — Завтра покажешься утром, свободен, — с этими словами девушка отвернулась от пострадавшего, парень явно её бесил. Тут двери в приёмную открылись, зашёл Хиге. — Хиге? Что-то случилось? — Хизаши тут же подбежала к парню, забыв о головной боли, что сидела на кушетке. — Нет, просто пришёл проверить как у вас дела, — улыбнулся парень, положив свою могучую руку ей на плечо. — Ты закончила? — Да, уже всё, — улыбнулась Микото, схватив сумку для сбора трав, она уже собиралась выйти из лазарета, но её окликнули: — Ясно все с тобой, конечно, зачем лечить раненого солдата, который только что вернулся с миссии, когда можно лечить кое-что другое.       Микото даже покраснеть не успела, Хиге тут же оказался возле Киджы. — Что ты тут мямлишь, идиота кусок, не её проблемы, что ты драться не умеешь!       У Сакуры с Наццу дела обстояли куда лучше, парень просто сидел и молчал, пока девушка его лечила. — А…Эм… Тебя как зовут? — начал знакомство Наццу, сидеть в тишине и слышать нытье Киджи за стенкой было слишком.       Но девушка молчала, сосредоточившись на одном из глубоких порезов. Тогда самурай стал рассматривать медика: длинные нежно-розовые волосы были забраны в низкий хвост, на широком лбу появлялась морщинка — признак сосредоточенности, длинные ресницы слегка подрагивали. — Ты из рода Харуно? — повторил попытку знакомства Наццу.       В этот раз Сакура резко подняла на него свои глаза и парень на мгновение замолчал, а потом слова прозвучали сами: — Зелёный омут глаз меня пленил Исполни свой душевный долг Собрав остатки слабой воли Я напишу покорный слог Что не желаю лучшей доли Прохожий мир уже не мил Остался только мир души И на людей смотреть нет сил Меня освободи — Ва! Как красиво! — глаза куноичи вспыхнули ярким изумрудом. Зеленый омут твоих глаз в трясину утянул меня. Наццу уже восхищался ею. — Так… ты из рода Харуно? — Да! Ты тоже? — девушка в порыве эмоций схватила Наццу за руку. — Верно, меня зовут Харуно Наццу. Будем знакомы, — парень сердечно пожал маленькую девичью ручку. — Очень приятно! Харуно Сакура! — сжав руку в ответ, улыбнулась девушка. — Я тебя раньше в клане Земли не видела, ты откуда? — Мы переехали в клан Воды из-за работы отца, он судовой рабочий. — Вот как! Ты получается много где побывал? — Сакура возобновила лечение. — Да, земли крупных кланов я посетил не раз: Воды, Огня, Воздуха ну и Земли, ну и многие другие. — Ничего себе! Здорово! — восхищалась Сакура. — Ничего особенного, ведь от клана Воды по морю легче всего добраться до других земель, — пожал плечами Наццу. — Не, не скажи! — засмеялась Сакура. — Ну, вот, собственно и всё, завтра придёшь на осмотр.        Заявила куноичи, оценивая свою работу. А ей было на что посмотреть: красивое, накаченное мужское тело украшало несколько шрамов. Растрепанные бардовые волосы, немного грубые черты лица, но какие у него красивые глаза! Пока парень одевался, девушка искоса на него поглядывала и с усмешкой отметила, что он был красивый и куда более приятный, чем слухи об отряде Бетта. — Приду, если ты меня осмотришь, — с улыбкой на устах, одевшись проговорил Наццу. — Посмотрим, — рассмеялась девушка. — А ты не хотела бы.. — начал Наццу, как тут они услышали девичий крик. — Микото! — Сакура, забыв о парне, бросилась в другой кабинет.

***

      Кушетка, ранее на которой сидел Киджа, отлетела в сторону, столик с препаратами и перевязочными материалами опрокинут, колба с антисептиком разбита. Киджа с разбитой губой прижат к стенке, Хиге в ярости сжимает кулаки. — Прекратите оба! Хиге, отпусти его! — срывалась на крик рыжеволосая куноичи. — Только после того, как он принесет свои извинения тебе, Микото, — почти рычал Хиге. — Да Бог с этими извинениями, Цунаде же сказала, никаких драк тем более в лазарете! — злясь процедила Микото. — Нет, я не допущу такого обращение ни к кому из вас! — злился Хиге, вдавливая Киджу в стенку. — Воу, воу воу! Парни остыньте! — подошел Наццу, разнимая парней. — Не знаю, что случилось, но давайте без драк, мы еще и недели здесь не находимся, Киджа! — бардовый с укором посмотрел на сокомандника. — Хиге, у него рана открылась! — проскулила Микото. — Я. Жду. Извинений. — Киджа! — предупредил Наццу. — Вот еще! Я не буду извиняться перед этой рыжей оторвой! Как меня вылечить полностью так ей чакры жалко, а как с этим идти травки собирать, так тут у неё чакра есть! — сплевывал кровь сиреневоглазый боец.       На мгновение наступила тишина в помещении. Только глаза Микото увлажнились. — Что ты сейчас сказал, дерьма ты кусок?! — крикнула Сакура. — Эй-эй-эй! — Наццу насторожила боевая стойка розоволосой куноичи.       В следующий миг девушка, сконцентрировав чакру в руке, запустила удар в Киджу. В момент не оказалось ни парня, ни стены. Шатен отлетел на приличное расстояние с остатками стены. — Да такого как ты, ублюдок, даже лечить не стоит! — надвигалась на него злая Сакура, сжав руки в кулаки. — С-са-ку-ра! — взмолилась Микото, примирительно положив руку ей на плечо. — Нет! Хиге прав! Нельзя спускать такое отношение к себе! — обратилась к ней подруга, зелёные глаза зло горели. — У него рана открылась, Сакура! — Да плевать, не помрёт! — фыркнула Харуно, но всё же пыл ослабила. — Пойдем Мика, из-за вот таких личностей, придется лазарет прибирать.       Девушки развернулись в обратную сторону, где в напряжении стояли Наццу и Хиге. Хвала Богам, разошлись! Киджа, я тебя лично прибью. Наццу только вздохнул с облегчением. — Мда, хороший у нас отряд медиков, одна к мужикам стелется, другая кулаками машет направо налево! Чокнутые!       Хиге сорвался, на ходу превратившись в волка. Твою мать! Закатил глаза Наццу.       Два коричневых волка сцепились в один большой клубок, от них летела пыль с шерстью и капли крови. — Хиге, перестань! У него же рана открылась! — со слезами на глазах кричала Микото.       Вид крови и дерущихся волков ударил по ней, было невыносимо смотреть на этот ужас, что разразился перед глазами. Снова волки. Снова кровь. Почему..почему это происходит со мной?       Картина из прошлого душила, она снова переживает этот ужас. Её парализовало. Хизаши хотела разнять их, но тело не слушалось. Сакура заметила перемену в лице подруги, взгляд Микото был направлен в никуда. Снова этот взгляд. Сердце Харуно сжалось. — Что тут происходит? — на шум прибежали все, кто был поблизости: Санада, Саске и Хайлин. — Микото, что случилось? — Хайлин подошла к заплаканной подруге, но заметив отсутствующий взгляд рыжей и сожаление в глазах Сакуры, поняла ситуацию. — Сакура, давай уведем отсюда Микото, мальчики взрослые, сами справятся. — Пойдем, Мика, — согласилась Харуно. — Н-но, рана Киджы! — сознание вернулось к плачущей. — Ничего, есть другие кто ему поможет. Не помрет, — успокаивала Хайлин. — Они с-сцепились! Я закончила л-лечение, у-ужеее собиралась уходить с Хиге з-за травами, н-но Киджа… Ос-осстановите их пожалуйстааа! — выдавила из себя рыжая куноичи, слезы потекли рекой.       Санада и Саске видели ужас в глазах девушки и уже возненавидели Бетту за это. Слишком много страха ложится на плечи этих девушек. Подумал Санада, провожая взглядом куноичи. — Наццу, забери этого идиота, пока его Хиге не порвал. Не знаю, что тут случилось, но уверен, Хиге не на пустом звуке взбесился, — сказал Санада, смотря как Хиге молотит за загривок Киджу, избегая груди, где зияла рана. — Не буду, мало того, он ещё в нашем корпусе получит от меня лично, — сложив руки на груди улыбнулся Наццу. — Хм, — усмехнулся Саске. — Так может ты скажешь, что случилось? — Не, не хочу чтобы вы своему другу начали помогать, — засмеялся Харуно. — Тогда я удивлен, что ты с ним солидарен, — улыбался Санада, видя как Киджа сдает позиции. — Ну…да. Тем более я боюсь попасть под горячую руку Сакуры, — засмеялся Нацу. — Девчонки тут у вас прикольные!       Только сейчас братья заметили, что стена в лазарете отсутствует, внутри бардак.       В момент мощная струя воды окатила два волчих тела, от такой неожиданности Хиге и Киджа немного ошалели, все уставились на источник воды — Катару. — Вы совсем ненормальные?! Сказано же было — НИКАКИХ драк! Вы думаете нам заняться больше не чем, как вас латать, мы вам кто? Разошлись в разные стороны! — прогремел как гром среди ясного неба голос Катары, девушка ещё держала наготове водную стихию на случай неповиновения.       Оба волка тяжело дышали, с Киджы струйками стекала кровь. — Что вы сотворили с лазаретом?! Никого из вас лечить не будем, слишком живые, чтобы вам помогать! — не успокаивался водный маг. — А вы чего стоите лицезреете? Ждете когда они поубивают друг друга?! — наехала девушка на свидетелей.        Все трое вытянулись по струнке. Харуно в гневе видел, видеть в гневе водного мага не хочу. Наццу нервно сглотнул. — В смысле лечить меня ты не будешь, а на кой вы тут тогда вообще, куклы ходячие? — не успокаивался Киджа. — Да я жалобу накатаю всему руководству за халатное обращение с самураями!       Теперь на него сорвался не только Хиге, тут как тут появились два черных волка, глаза которых просто горели от ненависти, Киджа уже встал в боевую позицию, но межу ними встал Наццу. Тут подбежали Скай, Усуи и Калеб. — Как ты мог её до слез довести?! — кипела Катара, водные кольца трансформировались в острые игры и как-то они были невесело направлены в сторону Хиге и Киджи. — Катара, тише, — сказал Калеб.       Как ни странно, игры трансформировались обратно, но вода все равно кружила вокруг куноичи. — А ты куда смотрел, ты же за стенкой был! — прилетело обвинение Наццу. — Я ему в няньки что ли нанимался? Между прочим, лазарет сломала Сакура и отправила в нокаут Киджу тоже она! — защищался Харуно, вид водного мага в боевой готовности слегка…пугал. — Парни, у вас все девчонки такие..такие бойкие? — прошептал Наццу. — М-да, девочки у нас с характером, но очень ранимые, — улыбнулся Усуи. — Парни, на счет 3 ложитесь, — тихо сказал Калеб. Все приготовились. — Раз. Два… Три! — Что вы там шепчетесь, как девчонки? — язвил Киджа. — Твою ма…!!!       Как только молодые люди пали наземь, обидчика смыло очередным потоком воды. — Будет вам уроком Микото до слёз доводить! — кинула Катара и направилась в аптекарскую. — Кххх, ха-ха-ха! — в голос ржал Наццу перекатившись на спину. — Ты знал, что она всё равно запустит водой? — спросил Саске у Калеба. — Догадывался. Все-таки не первый день её знаю, — улыбнулся Калеб, отряхивая землю с одежды. — Ребята, деритесь, но не здесь, девушек напугали, — тихо сказал Скай.        Как ни странно, его слова подействовали очень отрезвляющие на собравшихся. Хиге, забыв о своем сопернике, повернул голову в сторону, где ещё недавно стояла заплаканная Микото. — Ублюдок, чтоб тебя черви сожрали! — зарычал Хиге, ища глазами Бетту. — Хиге, хватит. — начал Усуи. — Иди остынь, перед Микото потом извинишься, сейчас она тебя боится до смерти, не ходи за ней. — Почему боится? — глаза Хиге сделались печальными. — Дааа, ну и потасовка вышла! — начал Наццу. — Я только с Сакурой познакомился, думал на обед её позвать, а вы мне, олухи, все планы обломали!       Напряжение потихоньку спало, парни превратились в человеческий вид и пока они отряхивали с себя землю Усуи промолвил: — Вся семья Микото была убита волками.       Повисло тяжелое молчание. Новость была ошеломляющая, вспомнив, как недавно куноичи сладко спала на боку волка, ни у кого даже мысли не возникло. — Ни за чтобы не догадался, что она боится волков, — высказал Саске мысли всех присутствующих.