Время жить

— Микото! — М? — девушку будил Хиге, она так сладко спала у него под боком, вставать совсем не хотелось. — Ми-ко-то! — настаивал парень. Рыжая отвернулась от будильника и накрылась одеялом. — Ах так! — парень скинул одеяло со спящей и навис над девушкой. Очень нежно, словно боясь поранить, он начал целовать ее шею.       Микото приоткрыла глаза и повернулась к нему, принимая ласку. Такое пробуждение ей нравилось. Хиге перешел на скулы, щеки, веки, доставляя девушке внеземное удовольствие. Молча спрашивая разрешение, он поцеловал её в губы. Она ответила, утонув в сладком поцелуе. Руки парня проскользнули под её одежду, каждое его касание обжигало. Микото начала отдаваться ему полностью, она не боялась его, не боялась близости мужчины, хотя до этого серьезных отношений у неё не было. Девушка уже хотела снять с парня футболку, как Хиге резко от неё отстранился. Рыжая вопросительно на него посмотрела, почти оскорбленная таким поведением. — Вставай! Я есть хочу! — лучезарно улыбнувшись, сказал Хиге. — Идиот! Придурок! — кричала на него Микото. — Ты мне обещала! Я жду рамен, время позднее, а до обеда еще долго! Давай, собирайся и иди готовь, а я пока наших соберу, — беззаботно улыбался Хиге. — Ты уверен, что придут все? — успокоившись, спросила Микото. Когда она прощалась с девочками, то намерения о суициде не покидали каждую. — Уверен. — Откуда? — Ну, я знаю, что Санада пошел искать Катару, а зная, как она ему нравится, он её нашел, — улыбался молодой человек. — Ему? Катара? — для Микото это было неожиданностью. Хиге в этот момент посмотрел на девушку как на ума лишенную. — Эм, ты еще скажи, что за Саске ничего не замечала. — Так она ему все-таки нравится? — глаза рыжего медика заблестели. — Хайлин? Конечно. Они втрескались в них, когда вы нас на поле боя латали. — Никогда бы не подумала. — Почему? Я так сразу заметил. — Возможно, ты ведь знаешь их дольше, чем я. Просто братья Учихи уж больно не эмоциональные. — О, это сама эмоциональность! — засмеялся Хиге. — Так, какие у нас планы? — спросила Микото. Сегодня ей было намного легче. — Для начала, овечки мои, вас надо собрать вместе. Потом, сделайте мне одолжение, посетите все вместе палату Наццу. Потом, мы пойдем на кухню есть твою стряпню. — То есть мне у плиты стоять? — улыбнулась Мика. — С нас вкусняшки и алкоголь и еще официальный выходной. — Куноичи и так почти не работали, вся работа упала на плечи Яманака и Узумаки. — С ними договоримся. — Так, что мне сейчас делать? — Для начала покажись нашим и посиди с ними. Жди всех. Я провожу тебя до столовой. У Катары все будет в порядке, это я уже вижу, — улыбался парень. — Почему? — Дождь не идет.       Микото только сейчас обратила внимание, что с того дня шел этот чертов дождь, а сейчас светит теплое солнце. — И правда! — улыбнулась кареглазая, она была рада за подругу, кто бы её ни успокоил. — А Хайлин. — Протянул Хиге — Саске добьётся, он намеревался вчера накормить её. — Я замечала как он на неё смотрит, но не могла прочитать этот взгляд, — начала вспоминать Микото. — Почему ты так уверен, что Саске добьется? Как же Скай? — Тогда почему Скай еще не с ней? В отличии от него, Усуи Мако сразу на место поставил. — Хиге, ты и твои друзья — очень хорошие люди, — улыбалась куноичи.        Уже перед входом в столовую Громовой остановился и посмотрел девушке в глаза, между ними моментально пробежала искра. Прижав рыжую к стене, Хиге поцеловал её. Волна наслаждения снова окатила Микото, хотелось ещё. — И ещё один вопрос, — проговорил он ей губы. — Ты ведь хотела продолжить? Краска на лице Микото сказала все за неё, со психу оттолкнув парня, она быстрым шагом пошла на кухню. — Ещё раз такую выходку, как сегодня выкинешь, будешь воздухом питаться! — услышал парень. Штаб Омату впервые за четыре дня услышал смех.

***

      Пробуждение Хайлин было несколько другим. Ей было очень жарко и почему-то тяжело, лениво открыв глаза она поняла, что Саске почти лежит на ней , он её буквально придавил. Девушка решила перекатиться на другой бок, но даже во сне Учиха хватку не ослаблял. Ну раз так.. брюнетка сделала попытку высвободиться из-под него. — Успокойся, — сонно пробубнил Саске. — Саске, ты меня придавил, мне тяжело, — прохрипела девушка. Молодой человек открыл глаза и понял, действительно, придавил маленько. — Прости, — перекатился с нее парень. Он так хорошо спал. А когда он вообще уснул? — И вообще? Какого ты спишь тут? — зыркала на него девушка. — С тех пор как ты уснула на мне. А что мне оставалось? — улыбнулся парень, расставаясь с обрывками сна. — Положить меня и идти заниматься своими делами. — Так я и занимался, сторожил твой сон, заодно и сам выспался.       Хайлин понимала, что только что спала всю ночь с мужчиной в одной постели, под одним одеялом, так еще и в обнимку. Куноичи прикрыла стыдливо глаза. Нет, она и раньше оставалась ночевать с ребятами в одной комнате, но они всегда принимали волчий облик, тут другое. Она перевернулась на живот, обхватив руками подушку и начала думать, что же она сейчас испытывает: стеснение — да есть, стыд — нет, удовольствие — как ни странно, да. У Хайлин были сложные отношения со Скаем, она знала, что не безразлична Металлику, так ласково они его называли, но к нему она не чувствовала такого же, он был для неё чем-то средним между братом и лучшим другом, одним словом — не то. Повернув голову в сторону Саске, она встретилась с ним взглядом. — Что ты смотришь на меня? — сухо спросила девушка. — О чем ты думаешь? — О том, что раньше никогда так тесно с мужчиной не спала. — А раньше были случаи? — глаза Громового сверкнули, губы растянулись в улыбке. — Были, мы иногда ночевали все в одной комнате, но Щиты принимали волчий облик, поэтому как-то не воспринимали их… — не договорила девушка. — Ха-ха-ха! — Саске смеялся в голос. Хайлин уставилась на парня в полном недоумении. Что Скай, что Калеб, два болвана! М-да, Скай, в таком случае, мне тебя даже не жалко. — Ну, дальше? — успокоившись, но сохраняя улыбку, интересовался брюнет. — Что дальше? Вот и думала сейчас, какого это спать в кровати с мужчиной, который задавил тебя во сне, — с сарказмом ответила Хайлин. — И как? — Отстань, — спокойно ответила девушка, хотя румянец выдавал ее. — И? — Чего тебе? — Значит я могу теперь спать с тобой дальше? — хитро улыбаясь, спросил Учиха. — Еще чего! Размечтался. Многого хочешь, Учиха! — Не фамильничай, ты права, я многого хочу, — улыбался Саске.       Хайлин уткнулась в подушку, не могла она больше смотреть на его улыбку, признаться, что ей нравилось видеть как он улыбается с ней, было слишком. Признаться, что этот Зверь был красивым в любом облике — тоже. Тут она услышала шепот на ухо: — А знаешь, что я еще хочу? — издевался над ней парень. — Знать не желаю. — Врешь. — Ты хочешь знать, чего хочу я? — решила поиграть в его игру Хайлин. — Я внимательно тебя слушаю. — Вот сделай так, чтобы я отведала стряпню Микото сегодня, а еще хочу вкусных пирожных. — Что мне за это будет? — улыбался парень. — Я выполню то, чего ты хочешь, — улыбнулась девушка. — Но только, если ты все подготовишь сегодня, — глаза парня округлились и приняли первоначальный вид. — И что же я хочу? — улыбаясь почти по хищному, стал подниматься с кровати Саске. — Поцеловать меня, ты же смотришь на меня хищными глазами. — Вот как.       Она лениво потянулась и снова уставилась пустым взглядом в стенку. Вчера всё было не так, вчера она снова вспоминала о кухонном ноже. А сегодня утром она почувствовала.. удовлетворение. Впервые со смерти Сакуры, она не хотела уйти за ней. В отличии от Харуно, что похоронена в сырой земле, Хайлин проснулась в теплой кровати, да ещё и не одна, а в обнимку с Громовым зверем. Неправильно. Все это неправильно! Я не должна так беззаботно просыпаться утром. Его не должно быть здесь.       Глаза Хайлин снова защипало, в горле встал ком. Она уткнулась лицом в подушку, выжидая, чтобы Учиха встал с кровати и оставил её одну. Но замолчавшая Хинамори — это первый признак, что что-то не так. Поэтому Саске сразу заметил слегка дрогнувшие плечи девушки. Понятно дело, что смерть подруги не отпустит её от одной миски съеденной каши.       Присев рядом с ней, он взял и посадил Хайлин к себе на колени. Куноичи вцепилась в подушку, как в спасательный круг. Волна горя снова её накрыла. Нежно поглаживая девушку по распущенным волосам, Саске просто ждал когда она успокоится. Какие мягкие, словно шёлк. Парень заметил, что ему нравятся её волосы. Этот черный шёлковый водопад закрывал всю вздрагивающую от слез спину Хинамори. — Пойми, тут нет твоей вины, — шёпотом сказал он. — Легче от этого не становится. Все как-то неправильно. — Что неправильно? — он убирал пряди волос с её лба, пытаясь оторвать от лица подушку. — Ты не должен быть здесь, мы не должны.. — Хинамори, просто прими и смирись с этим, — вздохнул Учиха. — Она погибла, но ты то должна продолжать жить. Его слова вызвали новую порцию рыданий. — К-как же мне тяжело.       Наконец-то он оторвал подушку от её лица. Покрасневшие, печальные глаза смотрели на него с таким горем, а в её агатовых глазах стояла стена слёз, в груди Учихи больно кольнуло. Не плачь, пожалуйста, только не плачь. Кричи, круши все вокруг, но не плачь. — Если не успокоишься, я тебя поцелую сейчас, тогда никаких пирожных. — У меня все лицо с слезах, слюнях и соплях, — шмыгала носом девушка. — Так тебе же хуже будет.       Снова она обмякла в его руках как и вчера вечером. Оставшись без подружки-подушки, Хинамори закрыла рыдающее лицо трясущимися руками. Желудок хотел есть, но мысли о еде вызывали тошноту. Как она не старалась, держаться в присутствии Саске, все пошло крахом. Эмоции взяли верх над разумом. — Боюсь, я не смогу съесть пирожное при всем желании, меня тошнит о мысли о еде. — Только попробуй снова отказаться от еды, в следующий раз я тебя свяжу и буду кормить насильно по часам. — Х-ны! Он сидел столько, сколько нужно было чтобы она успокоилась. После, приведя себя в порядок, пара пошла в сторону столовой. — Я не смогу, — встала у дверей Хинамори. — Пойдем. — Его рука легко коснулась её спины между лопаток. Такой легкий жест почти насильно толкал брюнетку в столовую.       В столовой было довольно много людей, но именно их стол был пуст. — Я схожу тебе за едой, жди тут. Свалишь, привяжу к холодильнику. — Боже, как страшно. — Хайлин закатила глаза. — Хн. — Хайлин? — Мика! — девушка набросилась на рыжую. — Прости меня, Микото! — Ты меня прости! Мы не должны были так разделяться. — Хны! — Ну-ну, всё-всё не надо, — погладила её по спине Микото, хотя у самой наворачивались слезы.       Только Саске в столовой покинул подругу, как озадачился, пирожных он найдет без труда, а вот со стряпней Микото — тут вопрос, и ответ на него уже шёл ему на встречу: — Брат! — улыбался Хиге. — Выглядишь отлично,— поприветствовал друга Саске. — Получилось? — Конечно! А ты как? — Во всяком случае, вывел Хайлин из обморочного состояния, — кивнул головой Саске. — Отлично, двое есть, — пробубнил Хиге. Саске косо посмотрел на друга, иногда даже он побаивался выходок Хиге. — Ты о чем? — Вы должны мне помочь, — сложив руки, ответил кареглазый. — Я пообещал Микото, что сегодня мы соберёмся все вместе и поедим рамен, ещё я пообещал пирожных ей. Саске не верил своим ушам, такого совпадения быть не может. — Вы что, сговорились? — Э, ты о чем?! — смотрел на друга с искренним непониманием Хиге. — Хайлин попросила у меня сегодня, чтобы я организовал ей обед приготовленный Микото, сладкое она тоже упоминала. — Вот это да! — не меньше Саске удивился Хиге. — Нет, честно, не виделся с ней с того самого дня. — Ладно, каков план действий? — Нужно найти остальных, а девушек собрать вместе. Еще, им всем нужно навестить Наццу. — Понял, с меня пирожные.       В этот момент, к девушкам подошли Саске и Хиге с подносами. Оба парня о чем-то договаривались. — О, две овечки есть! — улыбнулся Хиге, поставив поднос Микото на стол, он обнял обеих подруг. — Так, поплакали, теперь давай кушать, а мы за другими пойдем. Можете пока меню проработать, с кухни ни ногой! — Что? — не поняла Хайлин. — Садись и ешь, — прилетел приказ от Саске. Хайлин посмотрела на содержимое подноса и в миг позеленела. — Эй-эй! — схватил её за локоть Хиге. — Все в себе не держи, но это лучше сдержи! Давай, вдох-выдох, вдох-выдох. Дышим, дышим! Девушка начала повторять за Громовым зеленея ещё больше. — Получится её накормить? Вчера миску каши она съела, — спросил Саске у Микото. — Да, можете посидеть с ней минут десять? Я сейчас кое-что приготовлю, это быстро. Пока не кормите её, все равно не сможет. — Микото тут же выбежала из помещения. По пути рыжая куноичи врезалась в Калеба. — Микото? Что случилось? — Найди всех! — Что? — Веди всех в столовую, через десять минут буду!       Калеб улыбнулся, увидев настрой подруги, парень отправился на поиски друзей.

***

      Санаду разбудили лучи солнца что прорвались через плотную штору. Прикинув, что пора вставать, так как они не ночевали в штабе и скоро руководство спохватится что их нет, молодой человек разлепил глаза. В недоумении он заметил, что Катара перекочевала на его половину кровати и сладко спит у него под боком. И вот что странно, его это совершенно не напрягает, ему нравится, что она спит рядом. Так, отставить. Аккуратно переместив Тачибану на другой конец, Громовой пошел греть воду в ванной. Девушка проснулась от хлопка двери. Катаре понадобилось время чтобы вспомнить последние события вчерашнего вечера. — Твою налево. Надеюсь я по пьяни не приставала к нему. И не несла всякий бред. И не храпела.       Всплыла улыбка Санады, приятное тепло в волосах, его объятия. Всё как-то запуталось. Дочка Генерала клана Воды сбежала в мотель ночью с Учихой, делила с ним одну комнату и кровать, распивая алкоголь. Папе лучше об этом не знать. Но она признавала, благодаря Санаде ей стало легче. — Доброе утро. — Санада вышел из ванной комнаты одетый в свою одежду. — Доброе. — Нам лучше вернуться в штаб и позавтракать в столовой. — Сейчас оденусь.       Санада проводил её взглядом не понимая, что с девушкой не так. Вчера на такое короткое время она снова стала живой и активной, сейчас чуть лучше вчерашнего. Не плачет, уже что-то. Катара готовая вышла из номера. Девушка шла за ним по улице в полном молчании погруженная в саму себя. По дороге в штаб Катара окликнула Громового. — Санада. — М? — парень обернулся. — Спасибо тебе, я знаю что мне нужно сделать. — Что же? — Я скучаю по девочкам. — В карих глазах стояла решимость. Парень улыбнулся. — Твое желание сейчас исполнится. — Что?       Перед Санадой стояли Блю и Усуи. Катара в непонятках выглянула из-за спины брюнета и увидела друзей. — Ребята! — Катара! Маг воды побежала к ним в объятия. — Вы тоже ночевали в городе? — спросил Усуи у брюнета. — Выбора не было, ей нужно было сменить обстановку. — Санада наблюдал за воссоединением подруг. Блю так ярко улыбалась, заражая радостью Катару. Приятное зрелище. — Аналогично. После того, как Цунаде разогнала их с аптекарской, они совсем разбились. — Верно. — Мы настолько привыкли друг к другу, что длительное расставание тяжело сказывается, — ответил Усуи всё ещё смотря на двух куноичи. — Ты то сам как? — Спросил Санада, когда они повернули в сторону штаба, девушки шли чуть спереди, тихо разговаривая. — Мне всегда нравилась Сакура, — признался Молния. — Яркая, весёлая, ответственная и сильная куноичи. Вообще, благодаря девочкам из десятого отряда, Блю словно расцвела. Каждая дорога мне, что я, что Калеб, что Скай—мы до сих пор на задании, куноичи до сих пор под нашей защитой. И видеть как твоя подруга погибает от того, что ей не успели помочь, словно нож в сердце. Мне тяжело. Усуи говорил это с тоской в голосе, а печальный взор был направлен на спины идущих впереди подруг.

***

       Мако встретил пришедших на полигоне. — Вы тут какими судьбами?! — уставился он на две пары. — И давно куноичи можно штаб покидать без разрешения руководителя? — Ну, правила же для того и нужны, чтобы их нарушать, — засмеялся Усуи. — Я решила сменить обстановку, вот и попросила Усуи провести меня в город, — ответила Блю. — А мы увязались за ними, — подхватила Катара. — Вижу вам лучше, это главное. — Мако озадаченно посмотрел на друзей, пожав плечами, улыбнулся. — Пойдемте, все ждут. — Что? — ребята удивленно уставились на брюнета.       Блю и Катара встали как вкопанные, когда увидели, что все их друзья собрались в столовой. Девушки молчали. Громовые не знали, какой реакции ждать от куноичи. — Десятая команда снова в сборе! — нарушил тишину Скай. — С возвращением! — поприветствовала Рин. — Девочки! — Блю снова растрогалась. Хайлин накинулась на нее с объятиями. — Я скучала по вам, я так скучала! Последовали коллективные обнимашки. Пока девушки приходили в себя от нахлынувших эмоций, Саске и Хиге ввели в курс дела Санаду и Усуи. — Я с Мако сходим в город, — предложил Саске. — Я отведу всю эту шарашкину контору к Наццу, — вызвался Хиге. — Ты уверен, что это хорошая идея? — засомневался Санада. — Думаю идея хорошая, — согласился Усуи. — Вы посмотрите на них, им по-прежнему больно, но они хотя бы улыбаются. Наццу такая терапия должна помочь. — Тебе, друг, тоже следует пойти с ними, — похлопал блондина по плечу Хиге. — Скай и Калеб тоже будут. — Хорошо. — Вот только с выходным для девочек нужно разобраться, нужно к Цунаде идти. — Я все сделаю, — сказал Санада. — И на девушек и на нас, парней. — Тогда пойдем к Наццу? — спросил Скай. — Кто что предпочитает пить? — поднял самый главный вопрос Мако.

***

      Наццу все также лежал и смотрел в потолок. Настроение было паршивым, хотелось снова сброситься с этого оврага. Тело медленно восстанавливалось, ходить он пока не мог самостоятельно, но он мог хотя бы сидеть без невыносимой боли, да и руки слушались лучше. Внезапно он почувствовал приближающуюся чакру, много чакры. — Только не это.       Дверь у Хиге открылась как всегда, с ноги. Почему этот ходячий гром не умеет заходить в палаты спокойно? Пришел кошмар наяву — куноичи, причем все. Наццу почти с безразличием в глазах смотрел на них, а внутри хотелось кричать. Странно что они все вместе, слышал что они по разным углам разбежались и топятся в горе. Неужто Громовые постарались? — Вам всем нужно поговорить, — серьезно сказал Хиге. — Мне не о чем с ними разговаривать, — ответил отвернувшись Наццу . — Ты можешь не говорить, — подошла к кровати Микото. — Главное знай, что мы также как и ты, виним себя за её смерть. И никто не винит тебя. — Что за бред ты сейчас сказала? — грубо ответил Харуно. — Я был рядом с ней! Она умерла при мне на моей миссии! — Наццу, мы тоже были рядом, — стараясь держать голос, ответила Микото. — Ты знаешь, как мне тяжело осознавать, что мы не успели к вам? — А как нам тяжело принимать тот факт, что мы не спасли её? — подошла Катара. — Меня называют талантливым медиком, но какой толк от этого таланта, когда я не смогла спасти подругу, что умерла у меня под руками? — с влажными глазами подошла Хайлин. — Мне тоже тяжело, для меня все девочки из десятого отряда—моя семья, — подошёл ближе Усуи. — Мы—их Щиты, уже как четыре года на задании, какого нам их терять? — Наццу, мы пришли сказать, что никто тебя не винит в её гибели, — вступил в диалог Скай. — Это наша общая трагедия. Мы не хотим, чтобы ты думал, что это ты причина в её смерти. Наццу не мог проглотить ком в горе. — Сейчас мы должны быть вместе! — крикнула Хайлин ему в глаза. — Потому что.. потому что одной быть очень больно! Ты не представляешь как я хотела… — девушка осеклась, вспомнив про нож. Наццу заметил этот взгляд понял. — Ты совсем дура?! — наехал на неё бардовый. Скай напрягся. — Ты..вы.. ненормальная! Боже, я впервые жалею, что сейчас не могу ходить, оттаскал бы тебя за твои хвостики! — Так попробуй! — завелась Хайлин. — Эй-эй, вы чего? — не понимал Калеб. Остальные глядели на них в непонятках. — Поэтому мы и пришли к тебе, — сказала Катара. — Тебе как и нам нужна поддержка. — Ах! — Рин подбежала к кровати с подносом еды. — Когда нам сказали, что ты плохо питаешься, то настряпали на быструю руку. — Спасибо, девочки, — ошалело смотрел Наццу на подношения. — Дай я осмотрю тебя, — подошла Блю. Направив на него поток своей голубой чакры девушка некоторое время сосредоточенно молчала. — Помочь? — подошли ближе к подруге Катара и Хайлин. — Да, Хайлин, понадобится твое наставничество. Хочу попробовать сама. — Хм, давай. — Я буду жить? — опасливо спросил Наццу. — Если захочешь—будешь, — ответили два энергетических медика. — Так, пока они над тобой химичат, давай тебе помогу и я, — подошла Катара, направив на него стихию воды.       Наццу получил тепло сразу с шести рук. В то время, пока трое стояли у него над душой, остальные развлекали его разговорами. Парень даже не заметил, как быстро пролетело время. — Вот так, Блю. Молодец! — похлопала в ладоши Хайлин. — Наццу, скоро встанешь на ноги. — То есть, я не стану инвалидом? — глаза бардового заблестели. — Не должен, если у меня все получится, — улыбалась Блю. — В кой-то веки интересный пациент достался! — Страшно слышать от медика такое! — скривился Наццу, чем вызвал коллективный хохот. — Ладно друг, отдыхай, — попрощались с ним парни. — Мы еще зайдем. — Да, — улыбаясь ответил Бетта. — А, Хайлин, подожди. Мы можем поговорить? — Да, конечно, ребят идите. Я догоню. Друзья попрощавшись ушли, Хинамори осталась одна с Харуно. — Ты ведь не серьезно, да? — печально спросил Наццу. — Ты поправишься, мы.. — Я не об этом. Девушка озадаченно на него посмотрела, но потом опустила глаза. — Мне было плохо. — Не до такой же степени, чтобы закончить жизнь суицидом. — Ты не лучше. — Я был с ней рядом в тот момент. — А я после тебя! — с вызовом посмотрела она на него. — Что это меняет?! Она умерла, Наццу. — Скажи, тот сверток что ты ей дала, он мог бы её спасти? — Он бы продлил её мучения, — кулаки брюнетки сжались до белых костяшек. — Одно дело рваная рана, другое дело порванные легкие и раздробленные кости, третье дело разорванные чакроканалы. Тут нужна именно помощь куноичи. Чакры у неё не было, даже благодаря этой панацее у неё не хватило бы сил себя спасти. И когда я её коснулась, то поняла, что никто ей не поможет. Но принимать это было невыносимо, Наццу, — брюнетка снова заплакала. — Она просила.. отпустить, а я как упертый баран, пыталась продлить её пребывание. Это так тяжело. Я себя ненавижу. — Хайлин опустила голову.       Он понял её. На словах Наццу не мог этого объяснить, что это было за чувство, но он её понял. Что-то что их объединяло. — Посмотри на меня, — нежно, но тихо попросил Харуно, касаясь холодной женской ладошки. — У-у-м-м, — она подняла на него свою заплаканную физиономию и встретилась с его слезами. — Н-наццу, — глаза Хайлин приобрели голубой оттенок, в цвет её чакры. — Иди сюда, — тяжелая рука бардового притянула её к себе.

***

— Ну, а теперь самое вкусное! Идите готовить! — торопил девчонок Хиге. — А ты чем будешь заниматься? — уставилась на него Тина. — Ждать. Это самое сложное. — Во дает! — засмеялась Блю. — Так, тогда со мной пойдут Рин и Тина, остальных жду через час, — отдала команду Микото. — Почему так? — не понял Хиге. — Хайлин там появляться опасно для жизни, для приготовления чая я её позову попозже. Блю и Катара устроят драку с едой и обязательно что-то спалят. Поберегите мои нервы, которых и так нет, — нахмурилась Микото. Катара и Блю переглянулись. — Я могу тебе помочь, — обнял рыжую Усуи. — Хорошо, — кивнула Микото. — Усуи, ты готовишь? — удивился Хиге. — Он отличный повар! — кивнула голубоглазая. — Тогда мы пойдем погуляем пока, — подошли к двум куноичи Калеб и Скай. — Куда мы пойдем? — спросила Катара. — На полигон, — подмигнул Калеб. — Ну, я дойду до Санады и присоединюсь к вам, — пожал плечами Громовой.

***

— Ты думаешь один выходной им действительно поможет? — с сомнением смотрел на самурая Джирайя. — Если все пойдет по плану, то да. — Кивнул Санада. — А если нет? — Тогда будем думать дальше. — Хорошо, если это им поможет. — Я надеюсь, вы больше не повторите такой ошибки? — Взяв бумагу, спросил Санада. — Боюсь вашу группу тоже нужно будет отправить. — Вам смерть Сакуры ничего не значит? — взбесился Громовой. — Хайлин и Катаре нужно будет собрать редкие лекарства, не ягоду. — Да хоть золото! Вы не видели в каком состоянии вернулся отряд Хиге? Какая бы трава там не была, она не стоит здоровья и жизни девочек! — Санада. — Нет, они никуда не пойдут, — тяжелый кулак приземлился на стол. — Иначе я лично напишу Генералу клана Воды. — Твое письмо дойти не успеет, — покачал головой руководитель. — Санада, у меня связаны руки, будешь истерить, отправлю с девушками Бетту. — Какого черта?! — почти рычал Учиха. — На них идет охота, а вы посылаете их в лес сорняки собирать! Мы сами соберем, скажите что. — То, что им нужно собрать, может сделать только маг воды, то есть Катара. Прости Санада, сейчас даже нам, опытным воинам, диктуют свыше. — Вы же сами их убиваете!       Учиха пошел прочь из кабинета. По пути он столкнулся с лучезарным Хиге. — Брат, что за желание убивать витает вокруг тебя? — Они снова отправят их на миссию. Думал порву Джирайю. — Им что, недавнего инцидента мало? — нахмурился Хиге. — Мало. — Так, пойдем со мной, — друг схватил брюнета за руку и потащил за собой. — Мы куда? — На полигон, пар выпустить.        На полигоне уже во всю работали ребята. Катара своей стихией воды сражалась с Калебом, Скай сражался с Блю, девушка отрабатывала технику ближнего боя, используя чакру. Хиге завис на какое-то время наблюдая за процессом. Он вспомнил разговор с Наццу и это его озадачило. — Ты хочешь на мечах или в волчьем облике? — Санада тоже смотрел на тренировку друзей — Давай на мечах. — Микото здесь нет. — Не важно, кухня не так далеко отсюда.       Громовые скрестили мечи. Каждый выплескивал свои эмоции по своему. Хиге было тяжеловато отражать атаки друга, хоть он и знал Санаду как облупленного, он также знал его в гневе. А Учиха был злой. Друг позволял ему выплеснуть все эмоции на себя, заодно и разомнется сам. С оружия они перешли на стихии, валуны камней и куски земли стали летать в разные стороны. — Да ты задолбал, Хиге! — крикнула Катара. — Ложииись! — крикнул Калеб. — Чего? — парня окатило водой. — Эй, ты чего водицей своей не управляешь? — Ты нас убьешь своими камнями! Как-то так получилось, что Хиге забил на Санаду и переключился на Катару. — Ну-ка иди сюда! — Бегу и волосы назад! — наступала на него маг воды. — Эй, а наш бой? — крикнул Санада. — Подождет, сейчас нужно Катару поставить на место!       Земля и вода сошлись в поединке, это было настолько грязно, что ребята отошли от них подальше, Калеб прикрывал всех ветром от грязи. — Катара молодец, не уступает ему, — восхищалась подругой Блю. — Можно сразиться два на два, — предложил Калеб. — Санада, как думаешь? — И как ты хочешь разбиться по парам? — Я с Хиге, ты с Катарой, — ответил Калеб — а то против воды ставить воздух и огонь как-то слишком. — Я бы тоже поучаствовал, — добавил Скай. — Не, тут металл не к чему, — сказала Блю, наблюдая за боем. Черт, против неё сложно сражаться. Вода дополняет землю, тяжело. Тем не менее, Хиге получал удовольствие от боя с интересным противником. Катара очень талантливая, отлично держится.       Катара была такого же мнения о своем противнике. Ей было тяжело, но интересно сражаться против Хиге. — Объявляю ничью! — крикнул Скай. — Согласен? — спросила Катара. — Черт, не хочется признавать, но противник ты хороший, — улыбнулся Хиге, обливаясь потом. — Эй, хотите два на два? — спросил Калеб. — Хм, давайте! Только не со мной, сначала Санада на мне отдувался, потом Катара, я пас! — Хиге рухнул на траву. — Тогда Скай, давай я с тобой, Катара с Санадой — предложил Калеб. — О, эта парочка стоит друг друга, валяйте! Я побуду зрителем. — Громовой указал на Тачибану с Учихой. Ребята с азартом приступили к бою, Блю же подсела к Хиге, наблюдая за друзьями. — Хиге, от лица подруг благодарю тебя и парней. Спасибо вам. — Все что угодно, кроме слез, — подмигнул Хиге. — Что-то Хайлин задерживается, — переживала голубоглазка. — О чём они вдвоем могут разговаривать? — Наверно о Сакуре, — Громовой посмотрел в небо. — Не хотелось бы, — призналась Блю. — Мне не нравится состояние Хинамори. — В плане? Блю, у неё подруга погибла, что ты хочешь? — Просто я переживаю ха Хайлин. Нельзя было нам разделяться. — С ней вчера был Саске, так что думаю, под его надзором, Хайлин пойдет на поправку. — Хм, вот как? — Блю улыбнулась во все тридцать два. В поле зрения Блю появилась Хинамори, опасения подруги оправдались. — Ты был прав, они о Сакуре разговаривали. — М? — Хиге приподнялся на локти. Плакала ведь, Наццу придурок. Дабы не мешать ребятам в спарринге, Блю и Хиге подошли к Хинамори. — Эй, котенок, что случилось? — дернул её за хвостик Хиге. — Да так, с Наццу поболтали, — вытирала слезы девушка. — И чем он тебя до слёз довел? — нахмурилась Блю. — Правдой. Я-я наверно к себе пойду, умоюсь и отдохну. — Нет, никуда ты одна не пойдешь! — одернула её Блю. — Отпусти! Что я вам мешать буду, нет у меня настроения играться. — Эй-эй-эй! Девочки! — вмешался Хиге. — Нет, никуда ты не пойдешь, Хинамори! — схватила голубоглазка её за руку. — Да отпусти уже, Блю! — Агатовые глаза Хайлин вспыхнули голубым. — Нет! — Так, не драться!       Девушки, активировав чакру замахнулись на друг друга. Хиге взрывной волной чакры отнесло в сторону сражающихся друзей. — Осторожно! — крикнул Скай. Санада закрыл Катару собой, в то время, как Хиге, активировав стихию земли, смог затормозить себя. — Твою мать! А без взрывов можно, а? Я себя ощущаю куклой тряпичной! — Ты в порядке? — подошла к нему Катара. — Да, просто откинуло. Хотя признаться откинуло не слабо. — Там что, Блю и Хайлин сцепились? — пытался сквозь поток голубой чакры что-то разглядеть Калеб. — Именно, вы же девушки! Оставьте решения проблем на кулаках нам — парням! — кипел Хиге.       Два энергетических медика носились по полигону нанося удары друг другу, но у Блю было преимущество — она шиноби, Хайлин же просто хорошо владела чакрой. Поэтому в ближнем бою, Хинамори была ей не ровня. Хайлин думала пробить ей чакроканалы, но Блю хорошо знала подругу, к тому же, хорошо знала где находятся важные чакроканалы и куда Хинамори будет бить. Потому голубоглазая при удобном случае с размаху впечатала Хайлин в землю. — Боже, она её не убьет хоть? — переживал Хиге. — Не должна, — сосредоточенно наблюдал за боем Скай. — Может, разнять? — спросил Санада. — Как ты их разнимешь? — покосился на друга Хиге. — УСПОКОЙСЯ! — крикнула Блю. Хинамори отпихнула её с себя, откашливаясь от удара. — Не лезь! — Достала! — Блю снова её атаковала. Обе девушки уже покрылись ссадинами. Рабочие халаты медленно и уверенно рвались и изнашивались. — Эй, девочки, перестаньте! — шел к ним Скай. — Отвянь! — рыкнула Блю, отправив ударом Хинамори в пруд.        Снова волна голубой чакры окатила ребят, благо она не ранила, только вблизи от сильного удара могла оглушить. Хайлин знатно ей проигрывала, чакры у Блю в этот момент было в несколько раз больше. — Блю! — побежала на выручку Хинамори Катара. — Ты переборщила, — подошел к разъяренной куноичи Калеб. — Нужно всю дурь из неё выбить! — кипела Блю.       Хайлин вынырнула тяжело кашляя. Выйти на берег ей помог Санада. Девушка выжимала свои длинные волосы, бросила злой взгляд на Блю: — Довольна? — процедила побежденная. — Нет, Хинамори, не довольна. Слабачка! Где твоя сила, где твоя чакра?! — кричала Блю. — Где моя соперница? — Отстань от меня, поиграли и хватит. — Так, — разнял девушек Санада. — Хайлин, ты в порядке? Посмотри на меня. Та отказывалась на него смотреть. Кто угодно, но не братья Учиха, им она не могла противостоять никак. — Мы просто поругались, ничего серьезного. — Посмотри на меня, — настаивал Санада. Девушка старательно смотрела на траву. — Хайлин? — Да что?! — с вызовом она посмотрела на Санаду. Но брюнет улыбался, смотря куда-то за её спину. Нет, он же должен быть в городе. Только не он! — Что здесь происходит? Вы подрались что ли? — сзади девушки стоял Саске. — Не твое дело! — огрызнулась Хайлин, не поворачиваясь. Кто её опять довел? — Хинамори, не думал что ты такая плакса. Блю проиграла в бою и сразу в слезы? — Что?! — А что не так? — хищно улыбался Саске.        Хайлин посмотрела в голубые глаза подруги. Шаг за шагом она подошла к ней вплотную, положив свою сырую макушку ей на плечо, она тихо дала волю эмоциям. Блю обняла её. — Всё будет хорошо. — Не будет, её больше нет, Блю. — Хайлин вцепилась дрожащими руками в перепачканное платье Блю. — Но ты то есть, мы есть, — обнимала сырую подругу Блю. — Я больше переживаю за тебя, твои запасы чакры тают на глазах. — Я не могу, я устала. Видеть как побитая, сырая Хайлин рыдает в объятиях Блю.. Со стороны Хайлин и впрямь выглядела совсем ребёнком, возможно из-за того, что Блю была выше Хинамори почти на голову. Блю молча гладила брюнетку по голове, а в красивых голубых глазах стояли слезы. Вот она — выдержка шиноби. Катара нервно вздохнула изо всех сил стараясь не разрыдаться. Калеб встал к ней почти вплотную и взял за руку, маг воды лишь кивнула в знак благодарности. Парни чуть коллективно не завыли, все усилия в пустую. — Кто ревет, тот не ест пирожное, — сказал Саске, обращаясь к Хайлин. — Мы столько всего взяли, что хватит накормить целый штаб, но учитывая, что ты не в состоянии все это съесть, я отдам твою порцию Ино и Карин, они в отличии от тебя, хотя бы работают и не ноют. Реакция Хайлин была бесподобна. — Это моё! Я просила! — оторвалась она от Блю, сверля Учиху взглядом. — Покупал я на свои деньги, значит могу распоряжаться ими как хочу. — Так не честно! — На войне все средства хороши, — улыбался Учиха. — Санада, почему у тебя такой эгоистичный брат! — обратилась злая Хайлин к нему. — Какой есть, — засмеялся брюнет, отчего все, заразившись повеселели. — Ну всё-всё, пойдем, я уже отсюда чувствую, что девушки на стол накрыли, — обнял Хайлин Скай. — А тебе следует переодеться и поесть горячего, после чего, будешь требовать от Саске сладкого. — Хорошо. — Значит у меня ты истерики закатываешь, а с ним послушная? — вскипел Саске. — Скай добрый и хороший, — обняла Акаши Хайлин. — Дорогая моя, а вот ты сырая и холодная, — засмеялся парень, выскользая из её объятий. — Пойдем переоденемся, тебе еще чай готовить, — девушки увели Хайлин в штаб. Саске проводил их взглядом. — Мы пойдем на кухне поможем, где Мако? — спросил Калеб. — Продукты потащил девушкам, а меня к вам отправили. — Хорошо, встретимся там, — Скай махнул ребятам рукой, парни попрощались с Громовыми. — Смотрите как светится, — процедил Саске, смотря Скаю в спину. — Друг, не ревнуй, — повис на нем Хиге. — Зато смотри как она с тобой преобразилась. — Что случилось то? — хмурился Учиха. — Всё же нормально было, когда я с Хондой уходил в город. — Сакура её не отпускает, — смотрел вслед девушкам Санада. — Утром она как проснулась реветь начала. Ребенок. Не чего ей тут делать, война не для неё. — Похорони девяносто два человека, посмотрю на тебя. — Осадил брата Санада. — Она такой от Наццу вернулась, они разговаривали наедине, а уж после её Блю отмутузила, — оповестил Хиге. — Надо к Наццу тоже в гости зайти, — злобно улыбнулся Саске. — Я в одном согласен, — ответил Санада, — её чакра все ниже и ниже. — Меня тоже это напрягает, — согласился брат.

***

— О боже! Вот это запах! — вдыхал аромат только что приготовленного рамена Хиге. — Давай, садись, — улыбалась Микото. — Ребята, кому чего положить? Мы тут наготовили на целый штаб, надо, наверно, все отряды позвать? — на неё уставились все пары мужских глаз. — Вот еще! — Самим мало будет. — С какой стати? — Не забивай этим голову.       Все девушки дружно рассмеялись, смех лечил их, наконец-то они занимались чем-то кроме работы, парни активно метали шутки и веселили куноичи, чтобы у них даже шанса не было, вспомнить о Сакуре. — Так в итоге, чья идея была? — спросила Тина. — Я предложил вчера вечером Микото, — выступил Хиге. — Я поспорила с Саске, утром, — добавила Хайлин, уплетая эклер. — А мы вчера, гуляя по деревне, обсуждали тему пирожных, — высказалась Блю, попивая чай. — Вот это да! — удивилась Тина. — Вот что значит отряд, даже думаем одинаково! — Семья, — коротко поправила подругу Хайлин. — Да, согласен, — улыбнулся Скай.       Никто не высказался вслух, но все думали одинаково: всех присутствующих удивлял такой ход событий, казалось — это просто невозможно, было слишком много совпадений, и если куноичи и Защитники знали друг друга давно, то с Громовыми они знакомы всего лишь месяц-полтора, откуда такие схожие мысли и желания? Впрочем, какая разница? Главное в этой ситуации — результат, а он был на лицах девушек. Они улыбались. Блю и Саске все еще исподлобья наблюдали за Хайлин, она ела, но мало. Закрывшись на кухне, молодые люди и девушки разговаривали, шутили, смеялись и пили алкоголь, а он тек рекой. — Мне хватит, инче усну прямо здесь, — заплетался язык Микото. — Тебя проводить в комнату? — хищно улыбнулся Хиге. — Маладой челове-ик, оставь свои пошлости в штанах! — высказалась Тина. — Ха-ха-ха!!!       Кампания просидела за болтовней до глубокой ночи.

***

— Тебе лучше? — зеленые глаза смотрели в голубые. — Ты сам как? — девушка устроилась в его кровати под боком, положив голову ему на грудь. — Как ни странно, а готовка и щебетание девчонок мне помогли. — А я избила Хайлин и чуть не утопила её в пруду, — призналась девушка. — Боже мой, — засмеялся парень, гладя Блю по коротким волосам. — Надо было выбить дурь из неё. — Это тебе надо было снять напряжение, нашла тоже противника, — щелкнув её по лбу засмеялся блондин. — Её уровень чакры падает. — Восстановится, Саске ей поможет. И тем более, вспомни её после смерти Йоко. — Помню. Лучше бы не помнила. — Кивнула Блю. — Саске? Думаю да, он ей поможет. — Усуи? — М? — Я так рада, что ты со мной, не представляешь как. — Куда я без тебя, — парень поцеловал девушку. — Как насчет секса по пьяни? — Предпочитаю трезвый, благо моя девушка медик и я на утро не буду страдать от похмелья, — обнял голубоглазку блондин.       Но Блю была настойчива. В темноте её голубые глаза сверкали как у кошки, её запах, её взгляд, её наглая улыбка возбуждала Молнию. Она дерзко села ему на ноги елозя бёдрами, возбуждая парня ещё больше. Тоненькие пальчики слегка царапали ему плечи, а горячее дыхание у уха вызвало табун мурашек. — Бессовестная, — облизнул губы парень. — Я хочу тебя. — Это выпитое сакэ меня хочет. — Тем не менее его руки нагло пробежались по её сильным бёдрам. — Тогда не смотри на меня таким пошлым взглядом, — улыбалась брюнетка. — Ты сидишь на мне в одном топе и коротких шортах, имей совесть, проказница. Его рука снова прошлась по её бедру. От возбуждения у Блю закололо грудь, она снова двинула бёдрами. Зелёные глаза Усуи, подобно её, светились в темноте. — Не будь..таким..занудой. — Короткими поцелуями она дразнила его, а он отвечал. Обняв его за шею, она прижалась к нему обнаженным животом. Усуи ей подчинился, разрешив ей целовать его, он впустил ее дерзкий язычок к себе, наслаждаясь ею. И вот по телу побежал мощнейший поток энергии, снова это потрясающее чувство. Ему казалось, что он сломает её голыми руками, настолько бушевала его чакра. — Прекрати качать меня чакрой, пока я ненароком тебя не поранил. — Блондин прервал поцелуй. — Ты же сам сказал, я медик. Залечу. — Блю, давай не сегодня. Она остановилась. У неё не получилось. — Ты.. ты такой же как и она! — ударила его по груди. — Почему вы отравляете сами себя! Хайлин — это ты в юбке! Усуи, нельзя так!       Блю видела его состояние, он горел также как и Хайлин, а все потому, что любил их всех слишком сильно. Хоть и внешне он выглядел получше Хинамори, уж она то видела, какие печальные его зелёные глаза, она видела, как внутренне он истощен, как он мало ест и фальшиво улыбается. Когда ей было плохо, Молния помог, вытащил её из бездны горя, однако сам добровольно тонул в этом омуте. — Не отталкивай меня прошу! Я же вижу твою скорбь, Усуи! — Просто будь со мной, — грустно улыбнулся парень, запустив руку в её короткие волосы, лаская шею большим пальцем. Блю зажмурилась как кошка, чем вызвала усмешку блондина. — Усуи. — М? — Я люблю тебя. — Я знаю. Знаю Блю. Он обнял её двумя руками, словно она была спасательным кругом для него. Он справится, надо просто подождать и быть рядом. Он справится.

***

Микото умывалась перед сном у уличного умывальника, когда рядом появился Хиге. — Ба! Хиге, напугал. Ты чего? — Ты почему не в кровати? — Вот, собираюсь. — Я провожу. — Ну пойдем, — пожав плечами, Микото пошла к себе в комнату. Походка девушки была не шибко твердая после выпитого алкоголя, но как оказалось, Хиге вообще шел в развалочку. — Мы пришли. Спокойной ночи. — Я длж убеди-и-ться, что в твоей комнате нет никаго! — Хиге, ты пьян, — пожала плечами Мика и прошла к себе. — Я пьян? Я не пьян! Или пьян? Я пьян на одну пиалочку! — Ты пьян на три бутылочки! — с укором посмотрела на него девушка. — Это много, наверно, — смотрел в пол парень. — Достаточно чтобы опьянеть. Выйди, мне нужно переодеться. — В чем проблема, раздевайся, а я тобой полюбуюсь. — Пошел вон! — возмутилась Микото. — Сейчас Учих позову, они тебя быстро за шкирку вынесут. — Пф, нашла кем пугать, — усмехнулся парень. — Микото, а можно я у тебя останусь? Коричневый волк распластался на ковре рядом с кроватью. Честно говоря, девушке по большому счету было все равно, где и в каком виде он будет спать. Хизаши переоделась в пижаму, что составляла футболку, что была чуть выше колена и шорты. Забравшись под одеяло она быстро уснула под сопение волка.

***

      В отличии от сестры, Рин спать не хотелось. Она сидела на ступеньках и смотрела как ярко светятся звезды на фоне темного небесного полотна. Благодаря задумке ребят ей действительно стало чуть лучше. Однако, Сакуру она знала с детства, розовый медик была ей второй сестрой. И так просто отпустить её уход девушка не могла. Рин чувствовала себя глубоко несчастной, словно что-то потихоньку рвалось, крошилось, рушилось у неё внутри и она не знала как это вылечить. Утешение она находила у сестры и друзей. Они все такие сильные. Они всегда были сильными, а я всегда нахожусь в их тени под защитой. Сейчас одиночество грызло её. Голова была пустая, а на сердце больно. Девушка с тоской смотрела в небо, пытаясь сдержать подступившие к глазам эмоции. — Рин? Травница встрепенулась. — Мако? Что ты здесь делаешь? — Хочу задать тот же вопрос, я был уверен что вы все спите. — Не спится. — Тогда..я присяду рядом? — Что? Да, конечно. Несколько минут они молчали, все это время шатенка искоса поглядывала на парня. В груди сразу стало теплее. — Скажи, тебе по прежнему больно? — нарушил тишину брюнет. — Такое не отпустит после съеденного пирожного. Я же её с детства знаю. Восхищаюсь Тиной, она стойко переносит утрату. Я так не могу. — Не тебе одной сейчас нелегко. Хайлин тоже выглядит не важно, да и Усуи фальшиво улыбается. — Усуи? — брови девушки взлетели вверх. — Он же постоянно утешал всех нас. — Да, только глаза выдают его, — кивнул Мако. — Какая я эгоистка, думала только о том, как тяжело мне, — наклонила вниз голову Рин, чтобы парень не видел её лица. — Не переживай, вам больно всем, — Мако погладил её по голове.       Короткое проявление доброты вызвало у девушки поток слёз. Громового такая реакция не удивила, даже наоборот, он предвидел это. Накануне Саске рассказал ему о ночном происшествии с Хайлин, поэтому увидев Рин одну ночью, Мако слегка забеспокоился. Скинув с себя куртку, он укрыл ею девушку, а Рин сама того не понимая, прижалась к нему.       Но Рин роняла слезы вовсе не из-за Сакуры. Она плакала по себе, коря себя за свой эгоизм, зависть, жадность и несчастье. А она завидовала. Завидовала Блю, за то что она любима Усуи, завидовала Катаре за её семейное положение, завидовала Хайлин за её талант, завидовала собственной сестре за её сильный характер, завидовала Сакуре за уникальную красоту. И только Микото она жалела. У рыжей подруги не было семьи, не было статуса, не было ничего особенного — они были похожи. И только благодаря тому, что её положение в сравнении с Микото было удачнее, она чувствовала себя лучше. Сейчас её ел стыд перед Микой и подругами. И даже сейчас перед Мако она выглядит так, будто плачет по Сакуре. Она хотела его внимания, хотела чтобы её заметили. — Все будет хорошо, мы рядом и мы поможем, — обнимал девушку Мако. — Неужели Громовые звери прониклись симпатией к маленькому отряду девочек? — сквозь слёзы улыбнулась Рин. — А как вас не любить? — мягко улыбнулся Громовой, гладя девушку по голове. — Вы все, без исключения, такие классные, талантливые и красивые, а вашим узам дружбы можно только восхищаться. — Даже мной? — Что? — не понял Мако. — Даже во мне есть что-то особенное? — черные глаза Рин устремились на него. Такой внимательный и глубокий взгляд смотрел прямо в душу. — Именно. У тебя красивые глаза и мягкий голос, ты излучаешь умиротворение и спокойствие. А самое главное, ты своими руками и своими знаниями спасаешь жизни и защищаешь нас, — улыбнулся брюнет. — Ты замечательная.       Рин не могла поверить в услышанное. Её сердце трепетало от его слов. Она потянулась к нему, но заметив его удивленный взгляд, успела взять в себя в руки почти перед самым его лицом. — Листик в волосах, — соврала Рин, слегка погладив его по голове. — Благодарю. — Мако, скажи, — отстранилась шатенка. — Тебе все еще нравится Блю? — Нравится. — Но ты ведь знаешь, что она с Усуи. — Знаю, но это не мешает мне любить её. — А любовь ли это? — удивилась Рин. — Раз уж заговорили на эту тему, — смущенно улыбнулся Мако во все 32 зуба, отчего сердечко Рин стало колотиться чаще. — Наверно любовью это действительно не назвать, она мне просто нравится. Мне нравится её внешность, её дерзкий характер её непринужденность и некая дикость. Она мне напоминает волчицу. Я просто восхищаюсь ей. — Ясно. — Кстати, как-только я признался тебе в этом, мне даже легче стало, — глаза брюнета засияли. — Блю и Усуи замечательная пара, и я не собираюсь портить их отношения. — И тебя это устраивает? — не понимала Рин. — Пока вполне, просто Блю не моя, но я бы хотел себе девушку похожую на нее. — А если не найдешь? — Что за пессимистический настрой, Рин? — парень дружелюбно потрепал её по коротким волосам. Но глаза куноичи смотрели на него с обидой, они влажно блестели при свете луны. — Я сказал глупость? — Я просто подумала о том, что мы можем не дожить до своего счастья, ведь можем погибнуть в любой день. — Прекрати Рин, — нахмурился Хонда. — Скажи Сакуре об этом! — со всей злостью она прокричала эти слова шепотом. Не дав Мако и слова сказать, она побежала прочь от него. Обида её душила. Дурак! Дурак! Дурак! Громовой придурок!       Дойдя до маленькой молельни, она спряталась там, скрыв свою чакру. Зажгя свечу Рин согнулась пополам в рыданиях. С её хрупких плеч слетела его куртка и снова, снова зависть и обида жрали её изнутри.

***

      Хайлин шла вдоль озера под руку со Скаем. После всего что она съела и выпила её мутило. Луна красиво отражалась в водной глади. Прохладный ветер приятно успокаивал. Хайлин прерывисто дышала, чтобы унять тошноту. — Может тебе прилечь? — беспокойно посмотрел на нее Скай. — Лучше вообще не делать резких движений. — Успокой свой желудок, ты же медик в конце концов. — Это ерунда, лучше по копить чакру и сохранить содержимое. Ух..! — Эй-эй, держись, — теплая рука опустилась на её поясницу. — Скай, мне страшно. Я слышала Цунаде отправит нас в лес. — Я и Громовые будут с вами, мы не допустим. — Вы не допустите, но и вас я хоронить не хочу! Я не выдержу. — Все будет хорошо, — погладил он её по спине. — Сейчас главное чтобы твой желудок успокоился. Ты сильно похудела, бледная, почти серая. — Что, разонравилась тебе в таком виде? — посмеялась девушка. — Нет, но мне больно смотреть на тебя. Я клялся твоему отцу, говоря, что непременно тебя защищу, но к сожалению, я не всемогущий. — Хвала Луне, хоть кто-то это признает, а то Учиха себя Богом считает, — закатила глаза Хайлин. — Он..он тебе признался? — Да пойми ты этого учиханутого, что хотел он сказать. Скорее всего просто хотел успокоить меня, — пожала плечами девушка. Однако глаза Ская отдавали холодным металлом.       Пара продолжала наматывать круги вдоль озера, Хайлин только сейчас заметила, что опавших листьев стало больше. В Вите зима долгая и суровая, это тебе не клан Воды. Совсем недавно они плескались в лесном озере и хохотали как дети, а сейчас с ними больше не будет Сакуры и лето резко уступило осени. — Я ревную. — Что? — Хинамори посмотрела на Ская. — Я ревную тебя к Учихе. — Мы же разговаривали на эту тему, Скай, — посмотрела на него Хайлин. — Только сердцу не прикажешь, — грустно улыбнулся Скай. — Ты по-прежнему мне не безразлична.       Парень взял длинную прядь шелковых волос. Хайлин не знала, что на это ответить. Она любила его, но не так, как тому хотелось. Сердцу не прикажешь. Скай замечательный парень, но не её. Она это чувствовала и понимала, что этот разговор когда-нибудь наступит. — Скай, я не испытываю того, что и ты ко мне. И не заставляй чувствовать себя виноватой еще и перед тобой. Я люблю тебя, но как брата, друга, как.. не знаю, но не как своего мужчину. — Может, ты сама того не понимаешь. Посмотри сама на себя, в любой ситуации ты ищешь защиты и помощи у меня, — его рука переместилась на её шею. — Верно, как любая младшая сестра ищет защиты у старшего брата. Ноль реакции, её чакра даже не всколыхнулась. Сердце не забилось быстрее, а взгляд стал еще более холодным и печальным. Она не врет. Сердце Металлика учащённо билось о ребра, в то время как её стучало ровно. Потянув брюнетку к себе, Скай поцеловал Хайлин. Но безответно. — Ты жестокая, Хайлин. — Прекрати Скай, мне и так больно, куда еще бить, — агатовые глаза плакали. — Это я должен плакать, а не ты, — печально улыбнулся парень. Между ними трещал воздух. Хайлин нутром ощущала его холод.       Акаши молча отвернулся и пошел прочь, оставив её одну на берегу озера. Брюнетка, плача, смотрела ему в спину. Она себя ненавидела. Зная, что причинит ему боль, резала его без ножа. Она ненавидела себя за это, но как учила её Блю, себя предать она тоже не могла. Зная, какие чувства испытывает к ней Скай, Хайлин все равно пыталась поддерживать дружеские отношения. Внезапный спазм в животе заставил её согнуться пополам. Самое дебильное, когда органы словно перекручивает в узел, а еда не идет наружу. По коже побежал жар, куноичи сдалась боли и активировала чакру, чтобы хоть как-то передохнуть от этого. Боль стада стихать, но тошнота не проходила. — Чёрт, придётся.       Прочистив желудок, Хинамори умылась в пруду. Кожа горела. Скинув с себя рабочее платье, куноичи осталась в одной майке и шортах. Убедившись, что нет никого из мужчин поблизости, Хайлин прыгнула в воду. Резкая смена температуры отрезвляющие подействовала на тело, перевернувшись на спину, медик снова активировала свою чакру, успокаивая целебной силой изможденный организм. Она потеряла счет времени плавая на спине и смотря на звезды. Тошнота прошла, жить можно. — Эй, совсем с ума сошла?! — знакомый голос вывел её из некого транса. Хайлин перевернулась и увидела ошарашенного Джека, что стоял с керосиновой лампой в руках. — Бегом на берег, ненормальная! — Джек, отвернись, моя одежда на берегу. — Да что я там не видел! — улыбнулся парень. — И все же, прояви этикет. — Хайлин подплывала к берегу. — Сказала девушка из благородной семьи, купающаяся ночью голой в пруду, — закатил глаза парень, но отвернулся. — Я в одежде, просто она мокрая и что ты здесь делаешь? — выходила брюнетка из воды. — Ты совсем мозги утопила? Спешу напомнить, что ты находишься в штабе, где полным полно мужчин — это раз, я на патруле — это два. — Прости, забыла, — одевалась Хайлин. — Ты все? — Угу. Джек пробежался по ней взглядом. — У тебя губы синющие. — Меня тошнило, вот и решила успокоить организм. — Давай провожу тебя. — Не надо, я сама, — Хайлин обошла парня и направилась своей дорогой. — Ну уж нет странное создание, чёрт тебя знает, вдруг на крышу залезешь и будешь голой плясать. — Уверена, тебе бы понравилось, — наиграно засмеялась Хайлин. — Отрицать не буду, — улыбнулся Джек и догнал её. — Что-то случилось? — Мы пили, вот и плохо. — И все? — Что ты еще хочешь услышать? — вздохнула она. — Хинамори, за дебила меня не держи, это со Скаем ты играть можешь, со мной такой трюк не прокатит, — закинул руки за голову Джек. — Все.. сложно, — выдавила из себя Хайлин. — Так давай упростим это. — Некоторые вещи ты не упростишь, Джек. — Если это нельзя изменить, значит нужно принять и отпустить это. Девушка удивленно посмотрела на него. — Что ты имеешь в виду? — Если твоя проблема не решается, её нужно отпустить. Все проблемы рождаются у нас в голове, зачастую проблема проблемой кажется только тебе, а для других всё понятно. — Не понимаю, — Хайлин смотрела на него во все глаза, даже идти прекратила. — Какая у тебя проблема? Сакура? — В ответ девушка кивнула. — Отпусти её. — Как ты не понимаешь.. — Это ты не понимаешь, Хинамори. Сакура умерла, её больше нет. Она свободна и счастлива там, куда мы все попадем, но чуть позже. Она ведь улыбалась, правильно? — Да. — Ну вот, отпусти её. Не смотри на меня как на идиота, я знаю, что вы подруги, Сотка и все такое. Я не говорю, что ты не должна ничего чувствовать, я говорю тебе смириться и отпустить её. Я верю в жизнь души после смерти физического тела и верю, что они, души, находятся с нами до тех пор, пока мы горюем. Представляешь сколько дней Сакура ходит за тобой и плачет?       Хайлин словно ударили по голове. Ей стало очень холодно, сырые волосы намочили платье, но что-то изменилось внутри неё. Как в детстве, когда она расстроенная прибежала жаловаться матери, а та дала ей совет, успокоив её. Признать то, что говорил Джек было дико, но она понимала про что он говорит, ведь она также верила в это. — Я-я поняла тебя. Это сложно, но я попробую. — Просто помни об этом, — он потрепал ее сырую макушку. — Можно еще вопрос? — Задавай, считай меня своим психологом. — Ты никому не расскажешь? — Если дела любовные, то нет, — улыбнулся парень. — Мне Скай признался. — А ты его отшила. — Да. — А сейчас чувствуешь себя последней сволочью, ведь ты не хотела его ранить, но при этом хотела сохранить дружбу. — Да. — Если ситуация повторится с ним, твой ответ изменится? — Нет, — мотнула головой. — Тогда не парься. Ты никому ничего не должна против совей воли. — Мне так стыдно перед ним, — мялась Хайлин. — Мне приятны его чувства, но я не отвечу на них так, как хочет он. — Это его проблемы. — Что? — Это он ожидал от тебя взаимности, он себе напридумывал того, что ты априори дать не можешь. Его ожидания не оправдались, не твои. Ты не в ответе за его чувства. — Но мы же друзья. — Именно. Вы просто друзья детства и зная твои чувства было очень глупо признаваться тебе. Вон, посмотри на Мако. Ему нравится Блю, но он даже не делает попыток привлечь её внимание к себе, он не хочет портить отношения Блю и Усуи. Он просто её любит безвозмездно. — Джек, откуда в тебе столько мудрости? — обняла его Хайлин. — А в тебе откуда столько бездумности? Бр, Хинамори, ты сырая. Одежду испортишь.       Проводив ее до комнаты Джек пошел патрулировать дальше, но быстро обернулся. Что-то белое вышмыгнуло из-за угла и понеслось в лес, по чакре он понял, что это Хайлин. Ладно, пусть переосмыслит. Надеюсь, она переоделась.       Она неслась по лесу. Сердце колотилось, в голове было куча мыслей. Всё равно не уснет сейчас. В нос бил приятный запах леса, где-то угукала сова, листья шелестели под ней. Она летела по спящему лесу. Если Саске спалит, прибьет.       На секунду Хайлин улыбнулась собственным мыслям. Наконец-то она прибыла на место. То же озеро, тоже дерево. Перед глазами пробежали события того дня. Сев на берегу озера, она сосредоточилась на дыхании. По телу побежала чакра, под кожей ощущалась легкая вибрация. Нити её голубой чакры летали в воздухе словно легкий туман. — Ты пришла. Её голос. — Помоги мне, Сакура.

***

      На следующий день девушки решили собраться во всеми любимой комнате аптекарской, где до этого ночевали Хайлин с Саске, и заняться излюбленным женским делом — сбором сплетен. Вопросов у подруг было достаточно, но не все можно спросить в присутствии парней. Устроившись поудобнее на диванах у девушек поднялась главная тема собрания: — Так, а теперь рассказывайте, каждая по порядку, что позавчера случилось! — начала Блю. — И за дуру меня не держите, я же чувствую, как феромоны в воздухе летают, — комната зарядилась смехом. — Дак, я думаю вы и так все видели, — улыбнулась Микото. — Хиге мне нравится, я ему тоже, он вчера нашел меня и всю ночь был со мной. — И?! — выжидающе на нее уставились все. — Ох, пошлячки! — засмеялась рыжая — Нет, секса не было, мне еще недавно жить не хотелось, о чем вы! Но, сегодня утром… — покраснев, куноичи замялась. — Уууутроооом?! — протянули все. — Утром, чуть было не случилось, — вздохнула Микото. — Только не говори мне, что ты вся такая стесняшка и сбежала от него! — наехала на подругу Блю, остальные закивали в знак согласия. — Если бы! — почти с горестью вздохнула рыжая. — Я то хотела, готова была! А Хиге… он… дурак в общем. — Так что? — спросила Рин. — Этот дурак сказал, что голодный и прервал все, — рассказчик была краснее рака, спрятав свое лицо в подушку она ждала, когда подруги перестанут смяться. — Микото, — вытирая слезы, выступившие от смеха, начала Блю. — Иди, исправляй ситуацию. — Ты правда хотела? — интересовалась Катара. — Да, а чего отказываться? Он мне нравится, почему бы мне не испытать это с человеком, который нравится, — ответила Микото. — Ты его любишь? — спрашивала Тина. — Я не задумывалась над этим, — нахмурилась рыжая куноичи. — Мне с ним просто комфортно, не вижу смысла тратить время на эти бесполезные мысли, типа: «нравится», «люблю», «симпатизирую». Просто хочется быть с ним, без особой на то причины, думаю, этого достаточно, — пожала плечами Микото. — А я вот совсем запуталась, — пробубнила Катара. — Ты о чем? — посмотрели на нее Блю, Микото и Тина. — Кажется я не безразлична Санаде, — покраснела водный маг. — И, кажется, мне он тоже. — То, что ты ему не безразлична знают все в штабе, — посмеялась Блю. — А ты что, что тебя останавливает? — Я просто не разобралась в себе, мне непривычно, — мялась Катара, обняв подушку. — Это говорит та, за которой несколько лет бегал Калеб, — закатила глаза Тина. — Калеб-друг, а тут другое. Мне нравится, что Санада рядом со мной. Мы даже ночевали вместе в одной комнате. — Чтоооо?! — коллективный женский визг. Катара в крации рассказала про случившиеся на иве. — Короче ясно все с вами, — улыбнулась Тина. — Мне кажется у вас всё получится, просто вы оба не такие импульсивные как Хиге. — Да, вы будете отличной парой! — поддержала Блю. Катара расцвела в улыбке. — Девочки, я прокололась, — закрыла лицо руками Микото. — Он услышал меня. — Не поняла? — воскликнула Тина. — Ментальная связь, — понимая, закрыла глаза Катара. — Он еще не знает? — Догадывается, как мне кажется, — пожала плечами рыжая. — Я не знаю, как так вышло, я просто была в отчаянии. — Не собираешься ему показать свой волчий облик? — спросила Тина. — Не знаю, не решилась. Это так глупо, имея волчий облик, я до смерти боюсь волков, — вздохнула Микото. — Я не принимаю саму себя, ненавижу это животное начало в себе самой и других людях, после того, что это животное сделало с моей семьей. — А как же твое отношение к Хиге? Он же часто в волчьем обличии разгуливает, — не понимала Тина. — Вот тут то и прикол, что этот волк мне нравится! Наиглупейшая ситуация! А началось все с того момента, как мы уснули на полигоне, — поныла Микото. — Не знаю, что с ней делать, если попросит—покажу, нет—буду молчать. Пока решила так поступить. — Ну и ладно, — улыбнулись девушки. Все прекрасно знали, что рыжая куноичи боится волков, а влюбилась в известного Громового зверя, да еще и сама скрывает свое волчье обличие. — Мда, что ты волчица неудавшаяся, что Хайлин, — уставилась на рыжую Блю. — А Хайлин то что? — спросила Тина. — Так ведь её же «белой вороной» в детстве окрестили, — вздохнула Катара. — Вот она и комплексует. — Правда? Я думала она очень заметная на поле боя, из-за этого и не принимает облик, — удивилась Тина. — А кто окрестил ее так? — А вот тут, подруга, самое и смешное, что это прозвище ей подарил Скай, — вздохнула брюнетка. — Тина, тут дело в том, что Скай не знал и не знает, что «белая ворона» и есть Хайлин, — пояснила подруге Катара. — Когда Хайлин только переехала к нам с семьей, она отправилась в своем облике на волчью сходку, чтобы завести друзей. Познакомиться то они все познакомились, но тогда она от Ская эту кличку и получила. Издевался он над ней знатно. — Как так? — удивилась травница. — Вот так как-то получилось, — пожала плечами Катара. — И в этот же день она познакомилась с ним в человеческом облике, он сразу же в неё влюбился. Но она не раскрыла ему свой маленький секрет. Почему не знаю, но и мы молчим. Возможно поэтому они и не вместе. — Кстати о волчицах, а где она? — оглядела комнату Блю. — А Рин? — спросила Микото. — С утра её мельком видела, выглядит она не важно, лучше дать ей время побыть одной, — обняла колени Тина. — Поссорились? — косо посмотрела на подругу водный маг. — Нет, она с посиделки такая. Я хотела с ней вчера поговорить, но она ушла скрыв чакру, решила дать ей время побыть одной, — пожала плечами Тина. — Может стоит проверить? — настаивала Блю. — Если к ужину не отойдет, то конечно. А так, я уважаю её личное пространство. Каждому человеку нужно побыть одному, — ответила сестра-близнец. — Просто вдруг она не может справиться с эмоциями, скучает по Сакуре, — предложила Микото. — Если честно, думаю, дело не в Сакуре. — Нахмурилась Тина. — Так, девоньки, понятно, тут все события будут разворачиваться медленно, — засмеялась Блю. — Тогда, у меня для вас новость! — заявила голубоглазая. — Вы меня простите сразу, но вся эта ситуация, смерть Сакуры, меня выбила из колеи и я решила уйти из отряда. Повисло молчание. Новость была шокирующей. — И как ты собираешься это сделать? Мы не можем просто манатки собрать и попрощаться, все-таки не в гостях сидим, — серьезно начала Катара. Глаза Тины округлились. — Блю, неужели ты…? — Пока нет, но я хочу… Это единственный способ, черт возьми, выжить, — вздохнула девушка. — А можно для непросвещённых? — спросила Микото. — Единственный способ уйти с военного призыва для девушки это беременность, — сказала Блю. Теперь глаза округлились у всех. — А как же Усуи? — спросила Микото. — Он и предложил мне этот способ, по сути, ребёнок спасет и меня и его от участия в войне. Меня отправят подальше отсюда, а так как Усуи является единственным моим кормильцем, то его отошлют со мной, — объяснила Блю. — В твоем случае, споров нет, а в случае с Усуи — не факт, — ответила Катара. — Да, согласна, но девочки, согласитесь, у него шансов здесь выжить гораздо больше, чем у меня, и даже если его оставят на войне, его переведут в менее опасное место, так как у него есть беременная жена. — Жена?! — хор голосов заполонил комнату. — Да, теперь я официально его жена, — улыбнулась девушка. — Поход за пирожными был предлогом, простите девочки.. — виновато улыбнулась голубоглазая. — Во дает, а! — До зимы я хочу забеременеть, чтобы весной меня уже не приписали в этот роковой поход за ягодой, — нахмурилась девушка. — Вот это новость! Поздравляю! — улыбнулась Микото. — Это надо отгулять! — захлопала в ладоши Тина. — Так, не поняла, кольцо где? — весело протянула Катара. — Здесь. — Блю достала цепочку из-под водолазки, на котором блестело аккуратное колечко. — И-и-и-и! — Катара, Тина и Микото кинулись обнимать брюнетку. — Повторю вопрос, а где наша белая волчица? — снимала подруг с себя Блю.