Глава 29.
26 октября 2021 г., 17:02
***
Как же тяжело. Ему было тесно в собственном теле. Веки тяжелые, глаза не открываются. Чем больше он приходил в себя, тем отвратительнее себя чувствовал. Наконец-то чёрные очи разглядели потолок. Он в штабе. Лазарет. Та же самая комната, где он валялся с порванными чакроканалами. Хотя, Саске и так это знал. Как и то, что его жизни ничего не угрожает. Но только времени у него всё равно мало в запасе. Со всей звериной мощью, что у него осталась, брюнет принял сидячее положение. Перед глазами поплыло. — Тц, — запустив руку в волосы, парень ждал, когда вестибулярка встанет на место и он различит, где потолок, а где пол. Первый шаг, ноги предательски подкосились, благо его койка была ближе всех к двери. Так вот что переживала Катара. Второй шаг, чуть более уверенный. Ватные ноги встали на одну линию. Толкнул рассохшуюся дверь, достижение. — Командир! Вам нельзя вставать! — послышался сзади голос, один из его подчиненных. — Где Карл? — не обращая на него внимание, Саске неуверенно шагал по коридору вдоль стенки. — Он, он в кабинете, решает вопросы по отрядам. — Понял. — К-командир, вам нельзя. — … Саске игнорировал, только бы дойти до этого чёртового кабинета, да не разминуться. Внезапно, часть его веса перетянули на себя. Подчиненный подставил свое плечо. — Обопритесь, так быстрее. — Хорошо. Саске казалось, что он идет до Карла вечность. Его выбешивало это слабое тело. И на кой его столкнули в озеро так рано? Зато он прекрасно понимал, что ей возвращаться в этот ужас никак нельзя. Той мимолетной боли ему хватило, чтобы понять, такого даже он не вынесет. Дверь в кабинет открыли, перед глазами брюнета за огромным массивным столом, сидел огромный массивный генерал, утонувший в бумагах, картах и чашках из-под кофе. — Генерал, — подал голос подчиненный Громового. Карл нехотя поднял глаза. Его усталый вид тут же бросился в глаза Саске. Долю секунды, маг воды пытался понять, кто перед ним. — Саске?! Как?! Ты?! Чёрт, сади его на диван скорее! — подорвался с места папаша. — Спасибо, — благодарил обоих Учиха. По его лбу сбегали капли пота, такая смешная нагрузка утомило его донельзя. Карл налил ему стакан воды, парень выпил его с благодарностью. — Тебе нельзя.. — Генерал, у нас мало времени, — перебил его Саске. — Саске, у нас всех, слишком много вопросов к тебе, — нахмурился Карл. — Потом, иначе будет поздно. — Я тебя слушаю. Брюнет с решимостью в глазах посмотрел в уставшие голубые, но сосредоточенные. — Генерал, нам нужно найти любую возможность привести сюда госпожу Хинамори. — Лэйлу? — Цунаде не успеет.. — Так, погоди..! — Махнул рукой генерал. — Не успеет сделать что? — Спасти Хайлин, — тяжело дышал Саске, голова стала предательски кружиться, и картинка генерала вместе с ней. — Так, стой! — подхватил его за плечи Карл. — Быстро сюда свободную куноичи! Счет времени потерялся. Снова. Сколько Саске был в беспамятстве, он не понимал, но пришёл в себя уже тогда, когда вся его кампания забилась в кабинет генерала. У висках было приятное тепло, по чакре он понял, что за ним стоит Тина. — Брат, — послышался голос Санады. Друзья смотрели на него с беспокойством и толикой удивления. Санада, Катара, Джек, Наццу, Хиге, Тина, Ино и Мако. Не хватало только Калеба и Хайлин. — У неё мало времени. Цунаде не успеет, нужна госпожа Хинамори, — повторил Саске. Благодаря куноичи, голова не так сильно болела и картинка была более менее чёткой. Брюнет тут же отменил уставшие лица друзей. — Я же говорила! — крикнула Катара. — Цунаде знает как ей помочь, — парировал отец. — Она не успеет! На Цунаде слишком много сейчас работы, на самом деле, она уже её похоронила, — ответил за подругу Саске. — Карл, хоть по воздуху, хоть по воде, нужно доставить сюда госпожу Хинамори, — повторял Саске. — Сын, ты в бреду, — крутил головой папа-шкаф, — она далеко отсюда. — Тогда она умрет, — чёрные очи впились в голубые. — Папа! — обратилась к нему Катара. — Саске, откуда такая информация? — задал вопрос Джек. — Он был там. — ответила Тина, что стояла позади брюнета и снимала боль с его головы. — Ты понимаешь о чем я? — чуть обернулся к ней Саске. — Да, говори, — кивнула шатенка. — Вы о чем? — не въезжал Наццу. — Я встретил их всех.. — начал Саске. И по мере его рассказа, глаза друзей становились все шире и шире. Учиха говорил четко и коротко, опуская многие детали, сейчас ему была дорога каждая секунда. Дослушав друга, Катара вскочила и в отцовских бумагах отыскала карту. — По воде ей добираться дня три, — нахмурилась Катара. — Долго, я боюсь, у неё нет столько времени, — покачал головой Саске. — А сколько у нас есть? — обратился к нему Джек. — Думаю, с учетом сегодняшнего, дня два. Сколько я был в отключке? — Полтора дня, с того момента как я вас нашёл, — ответил Бетта. Карл молча сверлил глазами карту. — Дочь, у нас нет таких ресурсов, — наконец ответил он. — Ты уверен? — брови Катары встали домиком, а карие глаза покрылись солёной стеной. — Водой её не доставить, долго, — прожигал карту глазами генерал. Катара нависла над картой. Молчание. Молчание. — Папа! — вскочила дочь, друзья снова уставились на Тачибану. — Я нашла способ! — И? — Где твоя «красная» бумага с печатью? — Дочка, с ума сошла? — уставился на неё папаша, — что твоя голова опять удумала? — Лэйла же недалеко от клана Солнца! — хлопнула её ладонь по карте. — И? — Они помогут! Дай сюда свою бумагу! — вскочила Катара. — Что за «красная» бумага? — спросил Хиге шёпотом у Санады. — Документ о черезвычайных ситуациях призывающий о помощи соседние кланы, — тихо ответил Санада. Карл порылся в папках и достал Катаре на вид обычный белый лист бумаги с гербом клана Воды и фамильным знаком семьи Тачибаны. По краям документа, словно рамка, были выделены ярко-красные линии. Бумага только одним видом, её белизной и плотностью уже показывала свою значимость. Катара не говоря больше ни слова, принялась строчить письмо. — Не вздумай меня подставить, — чуть улыбнулся генерал, наблюдая за действиями дочери. — Ты мне еще «спасибо» скажешь, — хмыкнула девушка. — А кому ты пишешь, Кати? — докапывался Генерал. — Дай еще бумагу. — Чееегооо? — Папа, потом. — Этот документ тебе не…! — Да знаю я! — хлопнула по столу Катара. — Выбирай, либо я порчу важный документ, либо ты готовишь третий гроб! Перед Хинамори сам распинаться будешь! Я знаю что такое порванные чакроканалы! Цунаде вчера над ней стояла четыре часа, папа! Четыре! Хайлин над Саске стояла четыре дня без продыху! Наццу лечили и Блю и Хайлин неделями! Меня восстанавливала Хайлин по сей день! Папа, ей никто кроме Лэйлы не поможет! — А ты чего молчала? — взревел генерал. — Надо было мне доложить! — И что бы ты сделал? — вскочила со стула Катара. — Сказал бы ай-ай-ай? Папа, ей ли привыкать к гибели куноичи? На её плечах благополучие не только нас, но и всего штаба, медикаментов, реализации лекарств, не говоря уже об громадной отчетности! Ей просто некогда лечить её! — Значит освободите её от этих обязанностей! — парировал генерал. — Здесь мы простые куноичи, мы и так делаем сверх своей работы, — сказала Ино. — Тц! — Папа! — настаивала Катара. — Делай то, что считаешь нужным. Нельзя позволить ей погибнуть. — Генерал прикрыл глаза. — Когда ты получишь ответ? — Сегодня. — На какое время ты рассчитываешь? — спросил Саске. — Завтра вечером она будет здесь, если всё пройдет хорошо, — чуть улыбнулась Катара. — Ты хоть скажи, к чему готовиться, — улыбнулся дочери Карл, наблюдая как она отправляет несколько писем с призывными птицами. — Я написала в клан Солнца, в клан Льда и самим Хинамори. — А?! — коллективно. — Дочь, пожалей мои седые волосы! — Ты не седой еще, па. — Скоро стану! На кой черт ты написала Солнцу? — На них вся надежда, — скрестила руки Катара, присев на диван к друзьям. — Лёд пусть занимается охраной наших границ, а также нашим водным сопровождением домой. Хайлин нужны белые волки с голубой чакрой, ей требуется много чакры, а самая подходящая для неё — голубая. Пусть отправят сюда несколько шиноби или волков чтобы качали чакрой её по пути домой ну и Омату подлатали. — Ты уверена, что Солнце даст добро? — устало смотрел на неё Саске. — Судя по вашим рассказам, Солнце вас стороной обходит. — Вот именно! — кивнул Карл. — Они нам помогут. Либо они, либо никто. Саске снова чувствовал неимоверную усталость. Он сделал всё, что было в его теперешних силах. Как бы Тина не старалась, а уставший организм свое возьмет. Перед глазами опять все поплыло.***
Когда Учиха открыл глаза, за окном была темень. Чувствовал он себя также паршиво. Спал без сновидений к своему разочарованию. Как давно он её не видел, не касался. Хоть они находились в одном здании, он не чувствовал её чакры. Обычно, где бы она не находилась на территории штаба, Саске отлично «слышал» её чакру, что словно гейзер билась в ней. Его ела тоска. Он скучал по ней и чувство, что госпожа Лэйла может не успеть, что что-то пойдет не так, вызывало приступ страха и отчаяния. Последнее что Учиха вспоминал, так это её глаза смотрящие на него с такой любовью и нежностью, что хотелось задушить её в своих объятиях, растворить её в себе. Он снова хотел оказаться в том поле, под ивой. С ней. Видеть её, касаться её. Быть рядом. Зачем, Хайлин? Зачем ты это сделала? — Так и знал что ты не спишь, — в комнату тихо вошел Хиге. И снова Саске резануло по сердцу чувство тоски. Как же надоели эти противные эмоции, что душат словно тугой ошейник. Друг сел на кровать к Учихе. — Она ждет тебя, — сказал брюнет. — Ты видел её? — Всех. Она такая светлая, Хиге. Никаких ран. Та же счастливая улыбка. Я даже не заметил, какие длинные стали её волосы. — Саске, — Хиге с трудом сглотнул ком в горле. — Я так скучаю по ней. — Я тоже. По им всем. Когда Хайлин привела меня туда и я встретил их всех, то не… — Тяжело? — Нет, наоборот, у меня словно камень с души упал. — Саске я не.. — Я знаю, друг. Я все знаю. От туда видно каждое наше действие, слово, даже мысль. Я видел тебя и мне понятны твои эмоции, признаться, я от тебя ушёл недалеко. — Как она погибла? — Довольно глупо, — улыбнулся брюнет, — но если бы не она и Хайлин, то погибло бы куда больше людей. Хиге не понял друга. — Погибли бы ваши дети, Хиге, — ответил Саске. — Это коснулось бы и Блю с Усуи и вас, и скорее всего и нас. — Все настолько глобально? — удивлялся Громовой. — Теперь я понимаю значение фразы — «если хочешь изменить мир, то начни с себя», — хмыкнул брюнет. — Никогда бы не подумал, что действие и слово одного человека может изменить судьбы стольких людей. И это касалось не только нас, а также всех в Омату, если не больше. — Удивительно. Но, Саске? — М? — Почему вернулся только ты? — Так-так! Я так и знал, что они шушукаются наедине, — в комнату влетел Наццу, за ним Мако и Санада с Джеком. Кивнув рассевшимся друзьям, Учиха продолжил. — Я сам не понимаю, они говорили только то, что мне следует знать сейчас, — вспоминал Саске. — Ребята постоянно говорили мне уходить, так как мне нельзя было там надолго задерживаться, а я упирался говорил.. — Что без неё никуда не пойдешь, — ответил за него Джек. — Да. — Мой путь ещё не закончен, в отличии от пути Микото, Сакуры или Хайлин. — Погоди! — наклонился вперед Мако. — В смысле Хайлин? — Её путь завершился, по идее, — прикрыл глаза Саске. — Мне так и не сказали внятно будет она жить или нет, я зацепился, словно за соломинку за мысль, что есть время вернуть её обратно. — Ни черта не понятно! — бардовые глаза Наццу следили за каждым словом брюнета. — Там есть озеро, через него я видел всё, что здесь происходит и ощущал каждого, — Саске посмотрел на Хиге, — когда Хайлин показала мне меня, то дала понять, что моё тело готово, можно возвращаться. — А её? — спросил Санада. — Я лишь слегка дотронулся её изображения на воде, — Саске автоматически коснулся груди, — ей не вынести такой боли. Мне хватило мгновения, чтобы скрючиться. И ещё, меня насторожило поведение Рин. — Рин? — переспросил Мако. — Да. Было чувство, что она специально меня торопит вернуться. — То есть, основываясь лишь на этих догадках, мы вызвали сюда аж два клана? — сделал вывод Наццу. Саске только сейчас вспомнил о недавних событиях. — Лэйла будет здесь завтра, — Санада похлопал брата по плечу. — Лёд тоже вскоре будут здесь, дня через три. — Как сама Хайлин? — Не приходит в себя, что с твоих слов-неудивительно, — сказал Хиге. — Её жизненные показатели падают, — резал без ножа Джек, — генерал чуть ли не силой заставил Цунаде стоять над ней. — А та отказалась, — догадался Саске. Мир начал крошиться. — Да, ответив, что она не жилец и это пустая трата чакры. Слишком много каналов у неё порвано, а учитывая, что ею нормально занялись только через несколько часов после ранения… — Девчонки не теряют надежды, — вставил слово Наццу. — Они качают её чакрой не переставая. — Как и мы, — добавил Мако. — Вы? — до Саске только сейчас стал доходить весь смысл сказанного. — Ино и Катара сказали, что нужно продержаться до прибытия госпожи Хинамори. Всё что мы можем сделать, это поддерживать хотя бы минимальный уровень чакры в ней для работоспособности организма, — сказал Джек. — Мы не бросим её, — добавил Санада. — Ты мне вот что скажи, — сменил тему Джек. — Как она там оказалась? Ты вообще понимаешь, что то, что ты сейчас здесь дышишь почти сравнимо с чудом? — Да. Как она дошла до него в таком состоянии, если по словами Ино, Хинамори и на ноги то не могла встать? — кивнул Мако. — Эти головорезы не хотели убивать их, — ответил Саске. — Бредит что ли ? — спросил Наццу обратившись к друзьям. — Ага, — Хиге коснулся лба Учихи. — Хм, — а вот Мако понимал куда ветер дует. — Мне тут один перед смертью тоже байки пел. — Расскажите, — попросил Хиге. — Если они сбегут или не выполнят заказ, под угрозой оказываются все их семьи, — сказал Саске. — Но как признался сиреневый, он до последнего не хотел убивать куноичи десятой команды. — Вот мразь! — выругался Наццу. — Мне тоже говорил, что пасс Блю все время и втайне защищал от своих же, пока ему не пришел указ убрать её, — кивнул Мако, смотря в окно. — Вот он и убрал её быстро, — понимал Джек. — Тогда причем тут Микото? Хайлин? — развел руками Хиге, — Я все равно не понимаю! — Они устроили всё это, что бы их вырезали. Только так их семьи не тронут, — пояснил Саске. — То есть, её смерть была не провокацией? — И да и нет. — А Хайлин? — спросил Санада. — Тут сложнее.. — наклонил голову Саске, выдержав паузу, парень прошептал. — Ненормальная. Я не понимаю, почему она не дождалась помощи Джирайи и Цунаде, тогда не пришлось жертвовать собой. — Ну, исходя из того, что ты ранее сказал брат, — усмехнулся Хиге, — её действия очень даже понятны. — Обратив на себя внимание друзей, Громовой продолжил. — Когда в битве наступил переломный момент, она, дабы сохранить больше жизней, поделилась чакрой через Ская и остальных. — Так, — следил за мыслями друга Саске и остальные. — Не поранься Хайлин, сюда не пришли бы Цунаде с Джирайей, соответственно.. — Тот Оксу на неё не вышел бы, — перебил его Джек. — А он знал, что из присутствующих, только она может покончить с ним. А так, у Хайлин был шанс спастись за счет прихода руководителей или, даже с если она погибнет, то Джирайя и с Цунаде спасут остальных, — размышлял Джек. — А как Хинамори добралась до него? Вас же нашли довольно далеко от места сражения? — спросил Мако. — Сиреневый дал ей свою чакру, — ответил ему Бетта. — Она дошла до него и обезвредила только благодаря тому, что он питал её своей чакрой. Тишина в комнате. — Гонишь! — не верил Мако. — Наоборот, всё сходится, — кивнул Саске. — Она не дошла бы до него сама, — согласился Наццу. — Нам ли не знать. — И выжили вы только потому, что вас поддерживала чакра Оксу, — добавил Джек. Тут уже Саске удивлённо посмотрел на друга. — Когда Цунаде стала оценивать ситуацию, она заметила едва уловимую нить чужой чакры. Ты отдавал последние силы Хайлин и твоя чакра связала вас вместе, а вот то, что её питал еще дополнительно Сиреневый никто не знал. — А Цунаде поняла, кто? — удивился Саске. — Я промолчал, — пожал плечами Джек. — Он не хотел её убивать, — прикрыл глаза Санада. — И как это все понимать? Киллеры пытались спасти своих же заказанных? — развел руками Мако. — Не все, но суть верная, — вздохнул Наццу. — Только от этого легче не становится. — А где Калеб? — задал вопрос младший Учиха. — Он.. он не может отойти от гибели Ская, — вздохнул Хонда. — Закрылся в себе, отрешённо бродит по лесу. С того момента, он не проронил ни слова. — Он остался один из защитников, — Санада посмотрел на брата. — Нам ведь и слова не сказали, в каком вы положении. — Как девочки? — Сейчас всем руководит Карин, наши почти не в состоянии, — начал Санада. — Из-за сильной нагрузки, Катара ослабела и снова пересела в коляску. Ино до последнего держала Хайлин на своей чакре, пока её не прогнала восстанавливаться мама Сакуры. Тина, Ино Катара и госпожа Харуно по очереди качают её чакрой. В то время как Цунаде и Карин занимаются ранеными. — Им некогда плакать, просто некогда, — тихо ответил Хиге. — Ты был прав, Саске, — сказал Наццу, — после того, как ты отключился, Карл пошёл к Цунаде и отправил её к Хайлин. — А та отказалась, посчитав это бессмысленным. — Да. — Ли ж бы времени хватило, — смотрел Джек на полную луну.***
Последним от Саске уходил Хиге. — Мне смотреть на тебя больно, — закрыл лицо руками брюнет. — Потерпи немного, я нашел способ. — Хиге! — Цунаде предусмотрительно спрятала все сильнодействующие травы, — усмехнулся Хиге. — Друг, ты чуть в более лучшем положении, чем я. А я… я так не могу. Невыносимо. — Она ждет тебя. — Спасибо, приятель. Громовой вышел из комнаты. Саске знал. Он последний раз видит спину товарища. Голова устало упала на подушку. Это не вынести. Слишком больно. Зная, что ты лежишь в теплой постели, а твой друг пошёл умирать. Хотелось кричать. И снова, снова из его агатовых глаз побежали крупные горькие слезы. Снова. Хиге вошел в комнату Хайлин. В нос ударил запах крови. Он подошел ближе к кровати подруги. Такого, чтобы сохранить жизнь, он даже Микото не пожелает. Рыжей куноичи повезло, погибла быстро без мучений. А здесь, лежащая перед ним девушка, мучается в агонии уже какой день. Боль была такой, что сознание решило покинуть тело. Все её руки были утыканы капельницами с поддерживающими веществами, а также отдельные капельницы с кровью. Худая, белая. Жизнь едва теплилась в ней. Положив руку на её живот, Громовой почувствовал чакру Тины. Но этого было недостаточно, чакра внутри девушки тихо-тихо покидала тело. Карие глаза с грустью смотрели на куноичи. Он бы всё отдал, чтобы она жила нормально. Все прекрасно понимали, что если б не Хинамори, чёрт знает сколько ещё они резали друг друга. — Огонёк. Хиге стал вкачивать в неё свою чакру. Он принял решение: всё что есть, он отдаст ей. Лёгкое покалывание в руках, слабость в ногах, лёгкое головокружение. Организм давал сигналы, что всё, хватит. Громовой упёрто продолжал передавать куноичи чакру, ей нужнее. Время шло. По вискам скатились капли пота, а пальцы рук стали замерзать. Уши заложило, противное гудение давило на черепную коробку. Его тело уже кричало, хватит! Хиге упорно продолжал делиться чакрой. Ртом стал хватать воздух. Картинка стала плыть перед глазами. Сердце колотилось как бешеное, руки замерзли. Как же холодно. Ещё, продолжаем. Ноги подкосились, парень упал на колени не прекращая передачу энергии. В глазах почти темно, картинка настолько нечёткая, что становится страшно. Ещё! Голова раскалывается. Тело тяжёлое, его словно тянет на дно. Хиге продолжал отдавать ей свои силы. Пусть заберёт всё, хоть органы, только выживи! Внезапно он увидел Хайлин. Только не глазами, а в голове. Она стоит перед ним по ту сторону кровати. — Хиге, пойдем. — Х-ха…? — Хватит, пойдем. Девушка была босая. Белое легкое платье на бретельках. Голые плечи. Чёрные распущенные волосы лёгкими волнами сбегали с головы до самой талии. — Пож-жалуйста Х-хайл-лин, — хрипел Хиге, не отпуская чакру, — не ум-мирай. — Не умру, — куноичи улыбнулась ему. От этой улыбки на душе стало тепло. Она всегда ему так улыбалась. По-детски. За ней он пойдет куда угодно. Но девушка сама к нему подошла. Накрыв своей ручкой его руки, она отметила передачу чакры. Он послушался, даже стоя на коленях, его качало из стороны в сторону. Брюнетка аккуратно коснулась его лба, знакомая искорка чакры. Из ничего не видящих глаз парня скатилась слеза. Он скучал по голубому медику. Его стая пострадала, Учиха страдал. Хайлин страдала. — Х-хайлиии-ин. — Пойдем, Хиге. Он шёл вслепую за ней. Только картинка в голове направляла его. И судя по картинке, он был в волчьем облике. Шел он неуверенно, очень медленно, а подруга терпеливо шла рядом с ним направляя. Голова невыносимо болела, волк начал поскуливать от усталости и боли. — Заходи. Зверь зашёл в какое-то тёмное помещение. Пахло травами до жути ему знакомыми и пряностями, но Хиге был не в состоянии вспоминать откуда он помнит этот запах и кому он принадлежит. Хинамори слегка его касаясь, провела чуть дальше вглубь помещения. Силы его закончились, он упал на что-то мягкое. Противно болела голова, конечности подергивались в судорогах. — Ш-ш-ш, сейчас не будет болеть. Хиге чувствовал, как Хайлин касалась его головы. Боль стала тупеть и отступать. Волк прикрыл карие глаза. Какое приятное чувство. Темно. Тихо. Тепло. Не больно. Можно отдохнуть. Мышцы волка расслабились, дыхание замедлилось, стало редким глубоким. От поглаживаний Хайлин его массивной головы, по телу зверя побежала легкость. Наконец-то ему стало хорошо. Спокойно. Ничего не мучило, не терзало. — Хайлин. — М? — Побудь со мной еще немного, хорошо? — Не переживай Хиге, я никуда не уйду. Волк окончательно расслабился. Он так устал. Наконец-то можно отдохнуть.***
Проснулся он как ни странно тоже от поглаживаний. Но что-то поменялось. Ветер. Дул легкий теплый ветер, а в воздухе пахло цветами и солнцем. Волк прикрыл карие глаза и тут же их зажмурил. Яркое солнце ослепляло. — Вставай, соня! — прозвучал веселый женский голос. Карие глаза волка распахнулись. Его голова покоилась на белой юбке платья Хайлин. Хиге удивленно поднял на неё голову. — Я скучал по тебе, — лизнул он её в щеку, вызвав знакомый звонкий смех. — Не мне ты это должен говорить. Давай, принимай свой обычный облик и пошли! Хинамори спихнула с себя волка и заливаясь веселым смехом побежала от него. Громовой не долго думая ринулся на своих двоих за ней. Пробежав немного, молодой человек остановился. Зеленое бескрайнее поле усыпанное цветами благоухало сладким запахом. Тёплое солнце приятно грело кожу. Босые ноги. Белая одежда. Впереди красивая девушка в белом. Брови его чуть нахмурились. Она не должна быть здесь. — Не расстраивайся так, — Хайлин поравнялась с ним. — Не могу, ведь он очень переживает, как и остальные. — Все будет хорошо, — она взяла его руку в свою. Парень безоговорочно пошел следом. Еще издали, благодаря рассказу Саске, Хиге увидел иву. И их. И её. Друзья шли к нему на встречу. — Как же чёрт возьми я рад вас видеть, ребята! — Хиге бросился обнимать друзей. Пока в его объятия не влетела Микото. Сколько радостного смеха и возгласов подхватил с собой ветер! Они воссоединились. Он прижал рыжую девушку к себе, а та в ответ обняла его повиснув на шее. Так они и стояли. Наконец-то она рядом. Он может видеть её яркие карие глаза, слышать её голос, касаться её. Он был счастлив. — Ну хоть у кого-то нормальная реакция, — смеялась Блю. — Учихе спасибо, подготовил, — Хиге продолжал тискать Микото. — А что дальше? — Нам пора уходить, — пожала плечами Сакура. — Да, собственно тебя мы и ждали, — кивнул Усуи. — А ты? — спросил Хиге у Хайлин. — Я пока останусь, — печально улыбнулась девушка. — Я не могу оставить тебя здесь, — нахмурился Хиге. — Во. Учиха два! Точь в точь его слова! — закатила глаза Сакура. — Ты ведь ещё жива? — Пока да. — А мы можем подождать? — спросил Громовой. — Это не долго ведь. — А смысл? — спросила Блю. — Она скоро вернётся к ним. — Хиге не переживай. Саске сделал всё, что нужно было, — улыбнулась Рин. — Да, он успел, поэтому ничего страшного, — улыбалась Микото. — Но как так? — не понимал парень. — Я отдавал тебе чакру и увидел тебя. Ты повела меня за собой. — А ты понял, где ты уснул? — спросила Сакура. — Нет, — пожал плечами Хиге. — Рядом со мной, — коснулась его плеча Микото. — Ты отдал всю чакру Хайлин и благодаря тебе, она выдержит до прибытия мамы Лэйлы. Так как ваши чакроканалы были соединены, она и пришла к тебе. — Я ведь…? — Да, Хиге. Ты отдал всю чакру мне, на последние её остатки я проводила тебя в молельню, где ты и уснул спокойно. — Улыбнулась Хинамори. — Спокойно. — Повторил парень. — Но та противная головная боль, это ведь ты её убрала? — Да, — кивнула Хайлин. — Мне вас так жаль, — погрустнел Хиге посмотрев на товарищей. — Не стоит, друг, — хлопнул его по плечу Скай, — встретимся ещё в земной жизни. — Ты точно будешь в порядке здесь, одна? — не успокаивался Хиге. — Уж поверь, здесь то она в полной безопасности, — подмигнул Усуи. — Спасибо тебе, Хайлин, — Хиге обнял подругу. — И тебе спасибо, до встречи! — Хайлин расцепила объятия и помахала друзьям, что пошли в сторону огромной ивы, девушка же осталась у пруда, наблюдая за событиями. Сердце её ликовало, она снова воссоединится с родителями, Саске и друзьями.***
Саске периодически приходил в себя и снова проваливался в сон. С того момента как Хиге покинул его комнату в лазарете, парня мучила лихорадка. На лоб положили что-то холодное, веки приоткрылись. — Я тебя разбудила? — на него смотрело обеспокоенное лицо мага воды. — Скорее пробудила, — чуть улыбнулся брюнет. — Как твои ноги? — Что? Это я должна спрашивать о твоем здоровье, Саске, — ответила улыбкой Катара. — Устал. Который час? — Только закончили обед. Я тебе каши принесла, поешь немного, — девушка помогла Саске сесть, затем поставила перед ним раскладной столик с миской каши. — Как твои ноги? — Устали, — грустно улыбнулась Катара. — Больше пяти шагов не могу сделать, падаю. — Почему так? — Саске отправил первую ложку каши в рот. — Потому что в том лесу… с Оксу, и потом на поле боя... — Ты поправишься? — Конечно, — уверенно кивнула куноичи. — Худшее осталось позади. — Выдержав паузу, наблюдая за тем, как Саске ест кашу ложку за ложкой, маг воды продолжила. — Мы нашли его утром в молельне, рядом с Микото. Он словно просто уснул. Учиха перестал есть, положив ложку обратно в кашу, к его удивлению, хоть есть он особо не хотел, но каша была вкусная, словно её готовила… Микото. — Кто готовил кашу? — Что? — Кто готовил эту кашу? — Мммм-кхх, — девушка спрятала лицо в руках. — Микото её приготовила перед тем как начать печь пироги. Даже трехдневная каша её приготовления вкусная. — Спина Катары затряслась. — А сегодня мы нашли Хиге рядом с ней.. — Иди сюда, — Саске потянулся к ней. — Уууу! — маг воды уткнулась в его плечо, поливая слезами. — Саске, почему все так? Почему они? Такая ведь пара. — Как раз потому, что они такая пара, — гладил её по волосам брюнет. — Он отдал всю чакру Хайлин, когда я пришла утром к ней, то почувствовала его чакру. С таким запасом, она дождется маму, — хлюпала ему в плечо Катара. — Значит не зря. — Но Саске! — печальные, полные горечи карие глаза девушки смотрели на него с непониманием. — Он всё равно не смог бы по другому, а так, он отдал всё что у него есть Хайлин. Согласись это лучше, чем он наглотался бы каких-нибудь ядовитых трав или грибов. — А как Хайлин это принимать? — Она всё знает. — Ты как пришёл в себя после ранения стал другой, более просветленный что ли, — чуть улыбнулась куноичи. — Может и так, — парень обнял плачущую девушку. — Мне так тяжело Саске, — прошептала Катара. — Санада и Мако раздавлены, сломаны, а я... я не знаю что мне делать. Мне не хватит сил успокоить его так как я сама потеряла подругу и вот-вот потеряю вторую, потеряла Ская, потеряла Хиге, еще и Калеб закрылся в себе, а сегодня.. Я весь день не могу его найти. — Давайте соберемся все в аптекарской, как раньше, — его рука скользила по длинным волосам девушки. — Чтобы оценить как нас стало мало? — скептически усмехнулась Катара. Но потом девушка замолчала. — Саске, есть кое-что, что можно попробовать. — М? — Только я переживаю за твое состояние. — Мы успеем до прибытия Хинамори? — Да. Останься здесь, я постараюсь организовать всё с девочками. — Рассчитываю на тебя, — потрепал её по голове брюнет, девушка радостно улыбнулась ему. Тачибана покатилась на своей коляске к Тине и Ино, девушки были в палате Хайлин. К её удивлению, в палате была и Карин. Сколько раз девчонки не звали Узумаки с собой, та всегда, как и Рин, отказывалась. Пока Ино не объяснила им, что красоволосый медик любит и предпочитает одиночество. Карин подпускала к себе молчаливую Рин и Микото и то только потому, что рыжая куноичи своим упорством и вкусной едой её подкупила. С остальными Карин общалась как с коллегами, с которыми она вынуждена жить и работать. Ревновала ли Карин Ино к остальным? Нет. Узумаки прекрасно знала, что живая Ино часто поглядывала на громкую десятую команду. И пусть Карин не любила оставшихся куноичи, даже ей было не сладко видеть, как одна за одной они погибают на её глазах. — Как она? — подъехала к Хинамори Катара. — Ухудшений нет, — сняла очки Карин. — Чакра из неё выливается, долго ей не протянуть на чужих подачках. — Цунаде приходила к ней недавно, постояв два часа, ушла, — злилась Тина. — Что сказала? — обратилась к подруге Катара. — Пф, сказала «девочки, мне жаль», — бесилась Ино, — она оставила её умирать здесь с чистой совестью! — Странно, что она не добила её, — ответила Карин. — Она это и сделала бы, не будь тут отца, — смотрела Катара на Хайлин. Тачибана взяла её за руку. Холодная, словно кукла. — Девочки, помогите мне с одной идеей, пока мы тут все не соши с ума. — Мы тебя внимательно слушаем. — Ино улыбнулась.***
Мако, Санада, Саске, Наццу и Джек сидели в полном недоумении. Девочки их созвали в аптекарскую, а самих нет уже минут как десять. Да и находиться было тяжело. Не хватало Ская, Калеба и Хиге. И Хайлин. — Он так и не отвечает? — спросил Саске у брата. — Нет, чакру чувствую, дает понять что живой. — Хоть это радует, — вздохнул Мако. — А в чем причина собрания? — осматривался Наццу, — нам вроде как скоро встречать Хинамори. Что девчонки опять удумали? — То, что они хоть что-то удумали, в отличии от вас, уже о многом говорит, — чуть улыбнулся Саске. — А тебя я вообще не понимаю! — ответил Харуно. — Ты хоть был у неё в палате? Как ты можешь здесь сидеть с такой спокойной рожей?! — Наццу, — предостерег Санада. — А я не прав? Даже ты бегаешь за коляской Катары, как курица за единственным хрустальным яйцом, а он чего? Его девушка сейчас не там и не тут! — бесился Харуно. — Успокойся! — ответил Джек. — Да как я могу быть спокоен!? — вскочил Наццу. — Мне что, одному не безразлична жизнь Хайлин?! — А что ты сейчас можешь сделать?! — вскочил Мако. — Ты её можешь вылечить? Заставить Цунаде обратить своё внимание на этот полутруп? Телепортировать сюда госпожу Хинамори? Что? Ну будешь ты сидеть возле неё, как собака возле пустой миски, едой она от этого не наполнится! — Я…! — начал Наццу. — Довольно! — поднял руку Санада, — Мако прав, Наццу. У нас связаны руки. Что было в наших силах, мы сделали. — Мы ничего для них не сделали, а они продолжают умирать у нас перед глазами, — запустил руки в волосы Харуно. Тишина в комнате. Каждому хотелось порвать друг друга, только потому что он здесь сидит и дышит. — Простите за задержку! — дверь с ноги открылась. Парни все обернулись на входящих куноичи. Тина на пару с Ино несли большую кастрюлю. Наццу и Джек, что сидели рядом, подскочили и забрали у девушек ношу. — Фух, спасибо! — вытерла рукой лоб Тина. По комнате распространился запах еды. Очень знакомый запах. — Это...? — недоуменно смотрели на кастрюлю парни. — Еда, прикиньте, — вздохнула Ино и стала накладывать каждому в миску. Лапша под соусом с яйцом и кусочками мяса, то, что на скорую руку всегда готовила Микото. Молодые люди, как завороженные смотрели на блюдо. — Если будете так смотреть, оно остынет, — вкатилась в комнату Катара. — Вы сами приготовили? — Наццу взял палочки и подцепил лапшу. — Да, Мика вела кулинарную книгу, — улыбнулась Тачибана. — Пришлось порыться в её ещах, но мы все приготовили сами. — Вкус может отличаться, — предупредила Ино, — но есть можно, мы — не Хайлин. — Хе-хе, — усмехнулся Саске. — Ну правда же! — виновато улыбнулась блондинка. Молодые люди сняли пробу. Вкусно. Очень вкусно. Парни молчали перерабатывая информацию и переваривая первую порцию еды. А когда они ели в последний раз нормально? Санада забыл когда он последний раз ел в столовой. — Я давно так вкусно не ел, — нарушил тишину Мако. — Девочки, спасибо. — Да, спасибо вам, на мгновение я подумал.. — начал Наццу. — Что ничего не изменилось, — закончил Джек. — Нам бесполезно как-то утешать друг друга, — начала Катара, — сейчас, мы в одинаковых пропорциях потеряли дорогих нам людей. Какая у кого не была судьба, а расставаться все равно тяжело, — Тачибана выдержала паузу. — Но мы можем сохранить то, что приобрели со всеми нашими друзьями, это традиции, например, совместный прием пищи. — Перегонки на волках, — дополнила Ино. — Чаепитие по вечерам, — сказала Тина. — Продолжать учиться, — кивнул Санада. — Отбирать друг у друга еду, — Наццу потянулся через стол и выцепил у Мако кусочек мяса. — Эй! — Ха-ха-ха!!! — стол засмеялся. А потом все коллективно удивились. Парни поняли причину собрания. Эта атмосфера. Непринуждённая семейная атмосфера за столом. Всё легко и весело. На душе стало чуть легче, словно они временно спрятались в «домик». За дверью остались похороны, остались не решенные проблемы, за стенкой осталась вся горечь. Рано или поздно они вернутся ко всей этой грязи, но сейчас их дух и тело отдыхают. Отдых нужен всему, даже от проблем и скорби. — Ну, а теперь чай и десерт! — хлопнула в ладоши Ино. — Мне помочь? — закопошилась Катара. — Сиди давай, я помогу, — Мако встал на помощь девушке. — О, Мако, разнесешь тогда чай? — обратилась к нему Ино. — Конечно. — Ино просияла. — Да, вот как мало нужно для счастья, — сказал Саске, наблюдая за тем, как Мако и Ино, словно муж и жена занимаются на импровизированной кухоньке. — А вот и сладкое! — Тина тем временем раскладывала вкусности. — Почему так много? — удивился Санада, девушка все выкладывала и выкладывала на тарелочку вкусняшки. — Ну, я чутка увлеклась в магазине, скорее по привычке… — на блюдцах лежали лакомства Микото и Хиге, Ская, Хайлин и Рин. Отдельное блюдце с пирожными, хозяев которых уже нет. — Боже, Тина! — Ино и Мако подошли к столу с подносами дымящихся кружек чая. — Простите! Не выбрасывать же их, — пожала плечами шатенка. — Что? Нет, я к тому, что я всегда хотела попробовать пирожное, что так любил Хиге, он же никогда даже кусочка не оставлял! — исправилась Ино и ловко подхватила пирожное вилочкой. — Хм, я заберу любимую корзинку Хайлин, мне нужен повод для издевки, — подхватил инициативу Саске. — О, пока все думают, я возьму моти, что любила Рин, — Наццу вошел в игру. — Со мной поделись, — пихнула парня локтем Тина. — Ха-ха! — веселился Харуно. — М-м-м-м, а ведь вкусно! — Ну дай попробовать! — потянулась к нему Катара. — Нет! Вас много, а я один! — забрал блюдце Харуно. Джек ловким движением подхватил лакомство с тарелки Харуно и разделив его кинул каждой девушке. — Ооо, спасибо! — обрадовались девушки. — Эээээй! — взревел Харуно. — Ха-ха-ха! — Имей совесть, они готовили и ходили в магазин, — ел как ни в чем не бывало Санада. Он настолько привык к бедламу за столом, что уже не обращал внимание на тёрки парней. Лишь острый волчий слух ловил веселый женский смех и реплики. — Как твое самочувствие? — обратился он к брату. — Пока они смеются — замечательно, — кивнул Саске. Санада был с ним не согласен. Красные глаза, а под ними неестественные Саске черные круги, анемичность кожи, худоба на лице. Чакры в теле было ниже нормы и не проходящая лихорадка заставляли старшего брата беспокоиться. Все серьёзные раны Саске залечили, откуда эта лихорадка? Особенно сейчас. Старший Учиха видел, что Саске держится из уважения к куноичи что старались на кухне. То, что у брата высокая температура, Санада не сомневался. Но вот почему? На помощь Санаде пришла Катара. Девушка сидела рядом с Саске. — Ты снова горишь, — она положила руку на его лоб. — Почему с ним так? — задал вопрос Санада. — Могу только предположить что это такая реакция организма, — Катара усевшись поудобнее, активировала стихию воды, чтобы облегчить существование друга. — Реакция на что? — не понимал Санада. — На стресс, — ответила Катара. — Саске, приляг здесь на кровать. — Нет. Брюнет поднялся чуть пошатываясь и направился к креслу, что так любила Хайлин. — Подожди! Его же расправить нужно! — потянулась за ним Катара. — Стой-стой, друг ты мой горячий, — придержал друга Мако. — Им будет неудобно крутиться вокруг тебя с этим креслом, ложись-ка ты лучше на кровать, она хоть заправлена по-человечески — Её ещё можно заправить по другому? — посмотрел Саске на друга с сарказмом. — Так, не спорь, — поднялась Ино. — Ложись. Через пару минут Саске отключился. — Реакция на стресс? — переспросил Харуно. — Это же Саске, — вздохнула Тина, — ты в самом деле думал что он не переживает по поводу Хайлин? — девушка осадила парня. — Не переживает, что её порезали у него за спиной? Что она в одиночку дралась с Оксу? Что она застряла у этой чёртовой ивы и находится в коме? Ты серьезно, Наццу? — Да как же понять его! У него на лице одна маска! — защищался Нацу. — Тогда посиди с ним для приличия и послушай то, что он бормочет в бреду, — вздохнула Ино. — И что он говорит? — спросил Санада. — Он как ненормальный перечисляет все наши имена. Нас, Хайлин и ребят что уже... — начала Ино как все услышали: — Прибыл господин Хинамори! Прибыла госпожа Хинамори! К удивлению Санады, Катара вылетела из аптекарской на своих ногах, забыв о том что не могла долго на них простоять, за подругой выбежала из комнаты Тина. Остальные повыскакивали из-за стола и побежали за медиками.***
Как чета Хинамори появилась на полигоне, пока никто не понял, но этот всплеск чакры.. На секунду Громовым показалось, что на полигоне находятся Блю и Хайлин, но нет. Концентрация чакры была бешенная. Почти по щиколотку в снегу стояла госпожа Лейла с мужем. Как только женщина скинула с себя капюшон длинной накидки у всех парней чуть не вырвалось имя Хайлин. Они как две капли воды. Только госпожа была чуть повыше дочери. Густые длинные чёрные волосы были высоко убраны в элегантный пучок и закреплены красивой шпилькой в виде бегущего белого волка. Тот же овал лица, те же большие черные глаза, та же аристократичная бледность кожи, тот же мощный поток голубой чакры ощущался от неё. Даже будучи в зимней накидке было ясно, что младшая Хинамори и фигурой пошла в мать. Приобнимая жену за плечо стоял Лео. Ростом он был чуть ниже генерала и по пропорциям чуть уже. Высокий, но не настолько широкий, в отличие от мага воды. Сильные руки чуть сжимали хрупкое плечо жены. Чёрные короткие волосы слегка по вискам пошли сединой, на лице не было ни усов, ни бороды, отчего Лео казался намного моложе Карла. Из-под мантии виднелась рукоять меча. Такие же глубокие черные глаза с настороженностью озирались по сторонам. От Хинамори исходила такая сила, что подошедшим Наццу и Джеку захотелось встать по стойке смирно. Пару Хинамори окружало двадцать белых волков, они словно барьер стояли кольцом вокруг их. Из-за спины Лео вышел мужчина. Скинув капюшон, он выставил на всеобщее обозрение свои золотые волосы, заплетенные в толстую косу, его слегка смуглая кожа сильно выделялась на фоне снега и белых волков. Карие глаза мужчины были сощурены, его слепил снег. — Лео! Лэйла! — послышался бас генерала клана Воды. Бойцы Омату расступились. К прибывшим шел Карл, а за ним Джирайя и Цунаде. — Папа Лео! Мама Лэйла! — к ним мчалась Катара забыв о всех правилах приличия, стандартов и этикета. Хинамори пошли ей на встречу, пока маг воды не рухнула в снег, вызвав испуг прибывших. Карл ускорил шаг, но его опередила Лэйла. — Кати! — женщина подлетела к Катаре, что пыталась встать на ноги. — Боги! Почему такие ухудшения, мне же писали, говорили что все хорошо. Ты же сама... — Мама, это временно, ничего страшного! — Катара с таким порывом обняла её. — Как я скучала, мама, как я скучала! — Катара уткнулась ей в плечо, разрыдавшись как ребёнок. — Ты ж моя девочка, — Лэйла улыбалась как настоящая мама. От её улыбки исходила такая эманация добра, чистоты и невинности, что многим наблюдающим захотелось упасть у её колен. — Катара! — Лео приземлился рядом. — Что с ногами? Как ты? Почему? — Папа Лео! — девушка перекинулась с Лэйлы на него, повиснув на шее. — Я так скучала! — Оххх, Катара, где твои манеры? — подошел к ним Карл. — Ты думаешь она такое слово знает? — поднялся Лео и обнял лучшего друга. — Ну! — надулась Катара. Отец помог ей встать на ноги. — Кто помимо Хайлин нуждается в срочном лечении? — милого лица Лэйлы как не бывало. Сейчас перед бойцами стояла решительная, серьезная куноичи. — Только Катара и Саске, с остальными мы справились, — из толпы вышла Тина. — Здравствуйте, с прибытием. — Девушка поклонилась. — Тиночка! — Лэйла тут же заключила её в объятия. Шатенка, проронив слезу, ответила крепкими объятиями. — Так, Катару к Саске, или наоборот, — скомандовала Лэйла, — сначала займусь ими. — А как же ваша дочь? — подал голос прибывший с ними мужчина. — Разве её жизнь вам не важнее? — Ради неё мы все здесь, — ответил Лео. — Серый! Из толпы наблюдавших выскочил серый волк. — Возьми пятерых её волков и идите к Хайлин, пусть они начнут давать ей её чакру. Остальные идут со мной и ждут дальнейшего распоряжения. Мудок, вы пока идете с нами. Поверьте, и мне и Карлу, и, думаю, многим будет интересно узнать подробности вашего визита. Джирайя, проводи нас пожалуйста. Такой решительный, твердый, почти властный голос заставил многих вытянуться по струнке. В отличии от доброго и веселого генерала, выражение лица Лэо не сулило ничего дружелюбного. — Прошу за мной, — руководитель направился в главный зал. — Лэйла? — обратился муж к ней. — Я сначала займусь ими, потом пойду к дочери. Если что отправлю тебе волков или девочек. — Хорошо. — Мама, пойдем тогда в аптекарскую, Саске там лихорадит, — обратилась к ней Катара. — Не напрягай ноги, — нахмурилась женщина, поддерживая её за локоть. К ним подошел черный волк с рубиновыми глазами. — Залезай. — Санада, — чуть смутилась Катара. — Мама Лэйла познакомься, Санада Учиха. — Привет! — мягко улыбнулась Лэйла, — пока формальности оставим на потом, у нас еще будет время поговорить. Санада, отвези Катару в аптекарскую, а я пойду следом. В аптекарской. Катару усадили на диван. Тина и Ино стояли возле Тачибаны. Санада, Мако, Наццу и Джек встали подпирать снену, словно она должна рухнуть. Никто из них не проронил ни слова и уходить не собирался. Но казалось Лэйла даже не замечала их, что не мало удивляло парней, ведь каждый был готов к тому, что его попросят выйти или начнут задавать вопросы, на которые совсем не хотелось отвечать. — Как давно он в лихорадке? — приступила к осмотру Лэйла. — Это третий день, — ответила Катара. — Какие были раны? — Порез на плече, протаранен живот, была задета бедренная артерия. Повреждение печени и селезенки. — Сколько крови потерял? — Лэйла сканировала его своей голубой чакрой, даже не скинув с себя накидку. — Лежал на двух капельницах крови. — Хм. — Хинамори скинула с себя накидку, оставшись в простом рабочем платье изумрудного цвета. — Не сходится. — Что? — наклонилась вперед Катара. — Анамнез не сходится с тем, что происходит. Чего-то не хватает. — Лэйла посмотрела на парней. — Нужны любые сведения, пусть самые незначительные. — Их нашел я, — выступил вперед Джек. Лэйла кивнула ему, разрешая говорить. — Он дрался с Оксу-энергетиком. Обезвредила его Хайлин, но добил его Саске. Когда я нашел их Саске отдавал остатки чакры Хайлин, они были связаны. — Так, — её глаза с сосредоточенностью слушали бетту. — Он потерял очень много крови, весь снег под ним был пропитан.. — Дальше. — Их связывала ещё одна нить чакры, чакра самого Оксу. Только благодаря этому шиноби они дождались помощи. — Хайлин в себя так и не приходила? — Лэйла снова повернулась к Катаре. — Нет, — ответила Катара. — А когда пришел в себя этот молодой человек? — Прошло больше суток, часов тридцать, — сказал Санада. — Какие были симптомы после пробуждения? — Отсутствие координации, головные боли, слабость, упадок сил, частый бред и скачущая лихорадка, — ответила Тина. — Что говорил в бреду? — Звал всех нас и… — Тина осеклась. Брови Лэйлы приподнялись ожидая услышать ответ. — И звал всех ребят, кто погиб, Хайлин тоже звал. — Так… Он был у ивы? — Д-да, — кивнула Тина. — Понятно, — Хинамори прошлась по аптекарской собирая необходимые медикаменты и травы. — Мама? Что с ним? — спросила Катара. Парни напряглись. — Он слишком долго был «вне тела», — начала куноичи, — теперь и страдает из-за того, что душа не может резонировать с телом. — Он же не… — Санада сделал шаг вперед. — Не беспокойся, — Лейла снова радушно улыбнулась, — всё будет хорошо, я просто ускорю и облегчу ему эту задачу. Ну и натерпелся, дружок ты мой. — Хинамори так ласково погладила Саске по голове. — Тяжело тебе пришлось, да? А стресса то столько, совсем парень молодой, дитя! — Мама, нам всем от двадцати! — надулась Катара. — Дети да и только! — отмахнулась как от комара госпожа. — Х-хай-л-лин? — Саске приоткрыл глаза, узнав чакру. — Ш-ш-ш, все будет хорошо, — Лейла гладила его по голове активируя голубую чакру. Брюнет снова уснул. — Тина, вот рецепт, приготовь и выпой ему. Ино, поставь базовую капельницу. Я пока дам ему своей чакры. В идеале я бы приставила к нему одного из волков, но думаю этот парень не поймет моих действий. — Если это необходимо, то с ним кто-нибудь останется, — сказал Санада. — Это лишнее, вы вскоре понадобитесь Лео, вам будет интересно послушать, — Лэйла продолжала качать его чакрой. — К утру лихорадка пройдет, ему станет легче. Но лекарство, что ему сейчас приготовит Тина, пить в течении недели, какое гадкое бы оно не было и как хорошо он себя бы не чувствовал. Справишься? Тина забрав рецепт побежала готовить. — Ино, дорогая, можно попросить тебя сделать твой фирменный чай? — попросила Лэйла. — А, конечно, — блондинка скрылась за шкафом. — Так что, Санада, проконтролируешь своего младшего брата? — Лэйла заговорщески улыбалась ему. — Разумеется, — Учиха поддался её обаянию. — Так, Кати, теперь ты, — Хинамори пересела к магу воды, осмотрев её ноги. — Родниковая моя вода! Зачем ты так?! Что такое здесь произошло, что ты так напрягла свой организм, Катара? Ты же опытная куноичи! Что за пренебрежение к своему организму! Комната замолчала. Прибывшие ничего не знали ни о Оксу, ни о причине боя. Их вызвали по факту, сказав только о травме Хайлин. — Понимаешь, мам, тут много что за три дня произошло. Много ужасного и страшного, — поникла Катара. Сейчас перед Санадой сидела маленькая девочка и отчитывалась за провинность перед доброй матерью, а не страшный маг воды, что боится весь штаб. — Удивительно что она сама ни о чем не спрашивает, — сказал Мако. — Я больше удивляюсь тому, что ни она, ни её муж не бросились к умирающей дочери, — ответил Джек. — Я думаю ей самой страшно узнать всю правду, — предположил Санада. — Она ещё не знает и о ком.. — Возможно, — согласился Мако. Хинамори обернулась на парней, словно слушала их ментальный разговор. Чёрные глаза пробежались по комнате, в то время как её голубая чакра бегала от стоп к коленям водного мага. — Я не чувствую чакру Микото и Ская, — тихо сказала Лейла. — Кхыыых! — закрыла руками рот Катара, согнувшись пополам. — Кхыыыы! — Ясно, это из-за них, верно? — Глаза госпожи приобрели нежный изумрудный оттенок, по щекам скатились слёзы, но куноичи продолжала лечить Тачибау. — Угхум, — кивала головой Катара, давясь эмоциями. — Девочка ты моя, — Лэйла обняла её. — Бедная моя девочка! Катара повинно положила свою голову ей на плечо, что-то тихо лепеча ей. Лэйла только кивала головой смахивая свои слёзы. Но её цвет глаз о многом сказал молодым людям. Они просто так цвет не меняют. — Как именно пострадала Хайлин? — Лэйла оторвала от себя заплаканную Катару. Глаза Хинамори по-прежнему отливали нежным изумрудом, но были уже сухими. — Я расскажу, — вышел вперед Джек. По прежнему опыту, Бетта уже говорил во всех мельчайших подробностях. Лейла слушала его кивая и не перебивая. Даже когда речь дошла о гибели Ская, ни один мускул на её лице не дрогнул, в отличии от водного мага, у которой, что ни слово, то слеза. Тина в это время ловко напоила бессознательного Учиху лекарством и стояла в сторонке, слушая рассказ друга. Ино, поставив рядом с Лэйлой чашку чая, подошла к Мако. Выслушав полный отчёт от молодого человека, Лэйла обратилась к медикам: — Действия Цунаде? — Четыре часа позавчера и два часа сегодня, — тихо сказала Катара. — В остальное время мы по очереди отдавали ей свою чакру. — Почему не попросили Джираю? — Что? — встрепенулись все три куноичи. — У Джирайи голубая чакра, почему не попросили, чтобы он поддерживал её? — нахмурились черные тонкие брови Хинамори. — Им всем некогда, по большому счёту, они её похоронили разу как нашли, — высказалась Ино. — Если бы не настойчивость Саске, она бы погибла, — закончила Тина. — А что не так? — спросил Наццу. — Мало того, что в ней почти нет её собственной чакры, она получает чакру ото всех. А усваивать ей чем чужую чакру? Чакра огня и земли сама по себе тяжелее, чем, допустим чакра воздуха, голубая чакра самая лёгкая и чакра Джирайи дала бы её организму больше сил, а так ей пришлось копить в себе всю вашу чакру, тем самым отравляя себя ещё больше. — Как... же так? — осела Ино. — А что нам оставалось?! — развела руками Катара, — оставить всё как есть? Чакра из неё выливается как из решето! — Я вас не обвиняю, вы сохранили ей жизнь — это правильно, — печально сказала Лэйла. — Погодите, — Мако оторвался от стены, — есть шанс что она не выживет? — Есть, — кивнула Лэйла. — Тогда почему вы здесь, а не возле неё? — взбесился Джек. — Простите меня и накажите за неуважение, но мы вызвали вас сюда не для того, чтобы здесь чаи распивать! Катара и Саске могли бы подождать помощи! — Первое правило куноичи — сначала помоги тому, кого можешь наверняка спасти, только потом пытайся спасти тех, у кого минимальны шансы, — отчеканила Лэйла. — Но ведь она ваша дочь! — крикнул Джек. Лэйла подняла на него глаза. Изумрудные, прекрасные печальные глаза, в которых стояли слезы, но не покидали границ. Все её выражение лица говорило о железной выдержке и замечательном самоконтроле. Бетта тут же остыл. Он не раз видел такое выражение лица у самой Хайлин. Он знал, что сердце матери на самом деле рвется по частям. Раздался короткий волчий лай. Хинамори вылетела из аптекарской, а за ней остальные, Санада бережно пересадил Катару в коляску и покатил следом. В комнате остался только Саске, что наконец-то спал спокойно. — Мы передали ей свою чакру, — сказал один из белых волков, что лежал в ногах Хайлин. — Отменяй, иди отдохни, — Лэйла погладила волка по голове и помогла спуститься с кровати. — Мы ещё нужны? — обратился к ней другой белый волк. — Конечно! — ощетинился другой, — это же чакромесиво! — Кто может, оставайтесь, — Хинамори взмахнула рукой, призвав всех к тишине. Мать подошла к дочери. — Бедная моя девочка.. — Лейла, словно боялась сломать, коснулась лба Хайлин. Другую руку она направила на грудь, пытаясь понять масштаб работы. — Ты молодец. Ты молодец, Хайлин. Её тихий грустный голос заставил вздрогнуть всех присутствующих. — Она выживет? — не унимался Джек. Но Лэйла молчала. — Госпожа Хинамори! — брюнет подошел ближе. — Будь добр, позови мужа и Хокаге Солнца. — Хооокааагее? — протянули Наццу и Мако. — Сейчас, — Джек отправился на поиски и через короткое время в палату вошли Лео, Карл, Хокаге Солнца и Джирайя с Цунаде. — Дочь? — первым вошёл Лео и подошёл к жене. — Малышка моя. Руководитель волков, взял холодную руку Хайлин в свою. Лэйла с такой болью посмотрела на мужа. Все замерли в ожидании реакции, действий хоть чего-то. Тишина давила хуже любого крика. — Не верю, что это дети воды, — Хокаге ближе подошел к кровати. — Здравствуйте, — подкатила к нему Катара. К всеобщему удивлению, Хокаге опустился перед ней на колени, взяв её руки в свои. — Как так? — Как-то так, — печально улыбнулась Катара, — спасибо вам от всего имени клана Воды, что доставили сюда господина и госпожу Хинамори. — Катара, что мы для тебя или её можем сделать? — с надеждой смотрел на неё Хокаге, а на них шокировано смотрели все присутствующие. — Я не могу вернуться обратно и объявить всем, что ты осталась калекой, а Лина погибла. Меня не поймет ни мой народ, ни наши общие друзья. — Я... я не могу просить у вас о большем, вы и так сделали достаточно, — Катара снова смахнула подступившие слезы. — Не трать такую драгоценную воду, дитя ты моё, — улыбнулся Хокаге ласково разговаривая с ней. — Лео, Лэйла, скажите, что я могу сделать для вашей дочери? — Что моя дочь такого сделала, что за неё заступается целый клан Солнца? — усмехнулся тот, обнимая жену. — О, долгая история, — отмахнулся Хокаге. Лейла же сосредоточенно сканировала чакрой Хайлин. — Мне не успеть её вылечить, — нарушила атмосферу она, — слишком серьезная рана, сколько бы её не качали чакрой, бесполезно. — А если со мной вдвоем? — подошла к ней Цунаде. — Не хватит времени, она умрёт завтра-послезавтра, — хмурилась Лэйла. Ребят словно по голове ударили. — Спасите бестию! Верните нам голубого медика! Мы ей жизнью обязаны на несколько поколений вперед! Присутствующие обернулись назад, из открытой двери и окон были видны бойцы Омату. Кто едва стоял на ногах, кто был перебинтован, кто более менее выглядел здоровым. Собрались почти все, кто мог стоять на ногах, бойцы не отходили от лазарета, оккупировав вход. Они подняли такой шум, что Джирайе пришлось их успокаивать. Все требовали одного — спасти жизнь куноичи. Лэйла озабоченно посмотрела на мужа ища в нём решение проблемы. — Что вам требуется, чтобы помочь ей? — настаивал Мудок. — Чудо, что позволит за короткое время восстановить её поврежденный чакроканал, — ответила Лэйла. — Их тут несколько, — поправила Цунаде. — Главное залечить самый большой, центральный. Остальные подлатать уже труда не заставит, особенно в четыре руки. — Но от него практически ничего не осталось, — Цунаде смотрела на чакросистему Хайлин. — В этом вся проблема, даже работая в четыре руки у нас уйдет несколько дней, а ей... ей немого осталось. — Я вам помогу, — ответил Мудок. — И как? У вас есть такая техника, возвращающая мертвых к жизни? — с сарказмом сказала Цунаде. — Есть, — спокойно кивнул Хокаге, не отрывая глаз от брюнетки. — Меня только нужно направить и сказать что залечить, могу действовать через вашу чакру, — обратился он к Лэйле. — Тогда приступим, — кинула Хинамори. — Как только моя чакра соединится с остатками её чакроканала, подключайтесь к моей. Далее будете действовать через мои руки. — Понял, жду сигнал. Все ребята напряглись в ожидании. Долгое время Лэйла молчала сосредоточившись на остатках калала чакры, жалких маленьких кусочках, что осталось от него. Неудивительно что чакра из неё выливалась, энергии просто негде было копиться, ведь сам резерв был разорван. Также госпожа видела, что Хайлин пыталась его собрать на скорую руку, но у дочери ничего не получилось. И понятно дело, такое самой не сделать, да ещё в таком состоянии. Бедная её девочка! Как ей было жалко собственную дочь, будь она в другой обстановке, то разрыдалась. — Мудок, давай. Хокаге аккуратно накрыл её руки, сияющие голубой чакрой, своими. Комнату озарило золотое сияние, словно солнышко, отчего многие прикрыли глаза, зажмурившись. — Чувствуешь? — приоткрыла глаза Лэйла. — Теперь я знаю что нужно сделать, чтобы твой враг мучился в долгой агонии. Удивлён, что её не добили сразу, — кивнул Мудок. — Бедное дитя! Такая боль. — Вы же… ? — подала голос Катара. — Я не дам ей погибнуть, — усмехнулся Хокаге. — Что это за техника? — смотрела Цунаде, наблюдая как тело куноичи окутывает золотое сияние, словно в неё садили солнце. — Да так, как-то пил замечательную ореховую настойку и разговорился с двумя удивительными куноичи, — улыбнулся Мудок. — Слово за слово, разошлась дискуссия, спор, а потом вуая. Новая техника. — Чёт я пил эту настойку, на утро встал весь избитый Учихой, — буркнул Наццу. — Ха-ха-ха! — засмеялись Карл, Лео и Мудок. — Не с теми пил значит, — ответил Хокаге. — Ну как вам ответить, — покосился Харуно на Катару, — вот с вашей любимицей и пил. — Ой, не вспоминай, — покраснела Катара. — Дитя воды? Хэ! Ну бывает! — засмеялся Хокаге. — Мои тоже иногда побитые просыпались, но довольные, заразы. — Канал восстановлен, — ответила Лейла. — Остальные? — спросил Мудок. — У неё нет сил лечить себя самой. Техника всё равно скоро закончится, она довольно кратковременная, давай пройдемся по всей энергосистеме, всё равно ей восстанавливаться долго. — Хорошо, — кивнула Лэйла улыбнувшись. Рука Лео, все эта время покоившаяся на её плече засветилась голубым, он передавал свою чакру жене. — Как ты себя чувствуешь? — обратился к ней. — Терпимо, спасибо, — жена одарила его ласковым взглядом. — Жаль тебя не было, когда ранили Ская, — смотрел за ними Карл, — парень бы выжил. — Не уверен, — ответил Лео. — У него, если судить по ране Хайлин, было всё тоже самое, плюс его должно было располосовать так, что ни одной иглой не сошьешь. — Так и было, — склонил голову Карл. — Что с ней будет? — Как минимум, её жизнь вне опасности, — ответил генералу Хокаге. — Осталось только влить в неё много чакры и ждать. Хоть резерв чакры мы ей восстановили и подлатали остальные каналы, восстанавливаться ей всё равно будет тяжело. Это тебе не царапину залечить. — Мудок, спасибо за помощь, мы в долгу. — Лео обнял жену, что прекратила лечение. — Мы всегда вам поможем, — покрутил тот головой. — Ранее оказанная помощь вот этих девиц неоценима. — Не, Хокаге, мы в расчёте, — подкатила к нему Катара. — Ну, значит стоит вас опять пригласить в гости? — засмеялся Мудок. — Пф, можно подумать они приглашения ждать будут? Укатят на одном из кораблей и ищи свищи их, хоть огнём, хоть маслом! — вздохнул генерал. — Ой, зря наговариваешь, хорошие девочки! — Хокаге Солнца обнял девушку. — Только чутка безбашенные!
