Haze

      Не бывает всё в точности, как в фильмах, иначе жизнь будет чистым придуманным сценарием какого-то автора. Это самый ужасный день Чон Чонгука, и он надеется, что завершение дня не станет ещё хуже, чем сейчас. — Нет, ну ты видел того парня, красавчик, не иначе, — воздыхает по актёру из фильма Чимин, руками обняв себя за плечи.       Порой внешний вид Чимина не соответствует его поведению, и Чонгук каждый раз поражается этому. — Мне будто мозги почесали этим фильмом, приправив это тем, чьё имя называть нельзя, — Чонгук рукой проводит по рукаву своей кофты, оттягивая его и рассматривая, сильно ли его испачкал товарищ. — Да брось, так ему и нужно, не будет докапываться до тебя, правда, это было смешно, но всё же, — тянет Пак, всё ещё мечтательно обнимая себя за плечи. — Ты усугубляешь ситуацию и я начинаю думать, что я просто так не отделаюсь, — недовольно фырчит Чонгук, обиженно дуя губы.       Судьба – штука странная и страшная, настигает человека в самый неожиданный момент. И Чонгук, как любимчик судьбы и удачи, попадает под этот удар моментально. — Конечно, кто тебя просто так отпустит? — за спиной Чонгука раздаётся голос того, чьё имя называть нельзя. — Будь ты проклят, — цедит тихо сквозь зубы Чонгук, не оборачиваясь и хватая Чимина за локоть, уводя его вперёд по улице.       По закону подлости Чон знает, что игнорировать проблему – худшее решение. Настолько худшее, что она настигнет его через какое-то время с двойной силой. Даже не так. Прямо сейчас или через пару минут, когда проблеме надоест игнорирование. Возможно, если не обращать внимания на этот голос, он подумает, что никто его не слышит и пойдёт по своим делам? Или возможно Чонгуку повезёт хоть раз в жизни и Ким, тот чьё имя нельзя называть, задира отстанет сам, подумав, что Чонгук оглох. Возможно. А возможно и нет. — Чон, ты в курсе, что избегать источник вопроса очень не деликатно? — снова голос раздаётся сзади, но уже ближе, даже шаги слышатся позади Чонгука. — Ты правда будешь игнорировать его? — шепчет Чимин, наклоняя голову к Чонгуку, что уверенно прибавляет шаг. — У меня есть варианты? — спрашивает Чонгук, даже не думая обращать внимания на человека позади. — Ну вообще… — начинает Чимин. — Да, — Чонгук дёргается назад, когда источник звука за ним резко тянет за капюшон, разворачивая лицо к себе и цедя это «Да» настолько недовольно, насколько возможно. — Самоуверенный Чон Чонгук, кинокритик мирового уровня, что весь фильм вставлял свои комментарии и отбил мне колени.       Почему же судьба так любит вставлять палки в колеса Чонгуку? Всё максимально просто. Один Чонгук на весь городок является не просто магнитом для проблем, но и магнитом для других людей. Он не просто главный герой своей жизни, он ещё и герой в жизнях других. И он же возможность искупить грехи для других или отыграть их на нём на полную. Пример того, что порой молчать – не вариант и громко говорить иногда не стоит. А Ким Тэхен является в его жизни тем ещё наростом проблем и грехов, что его просто игнорировать не получится. Он знал об этом. И надеялся, что в этот раз пронесёт. Не пронесло. Лишь стало хуже. Браво, Чонгук. — Что ты хочешь от него? — сразу впрягается за Чонгука его товарищ, стряхивая рукуТэхена. — Услышать «Да, Тэхен, извини, что я такой кретин не сразу понял, что кресло сломано», — Ким прячет руки в карманы джинс, когда гордо задирает голову и рассматривает Чимина перед собой.       Защитник из Чимина такой себе, особенно от Тэхена. Мало того, что Чимин ниже Чонгука на пару сантиметров, он банально ниже Тэхена на голову. Как так вышло – не понятно. Но Тэхен засчет своего роста спокойно может перевести взгляд на Чонгука, стоящего позади Пака. Тот интересует его больше. Один Чон Чонгук прям магнитом тянет к себе, чтобы колко пошутить или вызвать настолько несчастную гримасу на его лице, что Тэхен прям упиться хочет этим ощущением. — Он не с тобой начал говорить, Пак, успокойся и не лезь, — справа от Тэхена появляется фигура, от которой веет мрачностью и расслабленностью. — Вы всегда парой ходите? — задаёт вопрос Чимин, смотря то на одного, то на другого парня перед собой. — Если я говорю с Чонгуком, Юнги с удовольствием поговорит с тобой, — тянет наигранную лыбу Тэхен, отходя немного в сторону.       Спаситель, он же и второй задира, а так же здравый смысл, который потерял при рождении Ким – Мин Юнги. Как говорят в простонародье, а именно в стенах учебного заведения: двое братьев, которые на братьев то и не тянут. Возможно, у них разные отцы, к этому Чонгук склоняется больше. А возможно, Ким Тэхен не удался при рождении и ему дали другую фамилию, как самому нелюбимому детищу в семье, к этому Чонгук тоже склоняется больше, чем к варианту, что они родные братья. Нужно быть благодарным сценаристам и судьбе, что Мин Юнги появился сейчас и скорее всего выдаст что-то более адекватное, чем Ким Тэхен. — Кончай, Тэхен, время не резиновое, нас уже ждут на краю города, — тянет лениво Юнги, осматривая этот детский сад.       По-другому перепалки этих двоих назвать нельзя. Чонгук слишком тихий, Тэхен слишком громкий. Но у Чонгука есть громкий Чимин, а у Тэхена тихий Юнги. Поэтому порой разрешить конфликт может Мин. — Или вы тоже подтягиваетесь на вечеринку к первому баскетболисту учебки нашей? — спрашивает Юнги, видя вопросительный и озадаченный взгляд Чонгука, и более волнительный и радостный Чимина. — Ты думаешь задротов звали? — интересуется рядом стоящий с ним Ким. — Вполне, он приглашал всех, — пожимает плечами Юнги. — Ну да, а вы останавливаете, Чонгук и рвался туда, — тараторит Чимин, получая шлепок по плечу от друга.       Чонгук припомнит это Чимину. До конца дней его припомнит. Даже пальцем не двинет, если будет ситуация, где нужно будет выручать его. Как вообще Чимин умудрился ляпнуть, что он, Чонгук, рвётся на какую-то богом забытую тусовку, куда он в жизни бы не пошёл?       Такой подставы Чонгук явно не ожидал. Поэтому принимает правила этого спектакля и включает наигранную уверенность. Голову гордо вверх задирает и смотрит на Тэхена с вызовом. Пожалеет ли Чонгук об этом? Однозначно. Уничтожит ли его Тэхен после такого? Несомненно. Хочет ли Чонгук чтобы день закончился прямо сейчас? Да. Очень хочет. — Мне даже интересно увидеть заучек в кругу крутышей, — неожиданно пропускает смешок Тэхен и хлопает Чонгука по плечу. — До встречи на вечеринке, сегодня будет туманно.       Странная реакция Тэхена выбивает Чонгука из колеи. Ноги начинают дрожать, стоит Киму и Мину уйти дальше. Грудную клетку сдавливает, и дыхание становится тяжелее. Мало того, что день неудачный, у него ещё и тревога начинает заново нарастать. Это состояние его преследует со времен переезда в этот город. Когда другие подростки стараются освоиться за лето в городе, Чонгук же сидел в четырёх стенах комнаты и смотрел в одну точку. Его и так дома сжимает до размера атома, а сейчас он сожмется до размера нейтрона, если не до меньшего размера. До кварков. Страшно становится за себя, в первую очередь. И только потом приходит осознание, что страшно из-за того, что может быть там. — Эй, Чонгук, расслабься, дыши, — начинает нервно тараторить Чимин, руками похлопывая по плечам его. — Всё хорошо, всё обошлось, сейчас сходим туда и обратно, сразу ко мне пойдем, а? — Кто тебя тянет за язык каждый раз в такие моменты? — язвит Чон, стряхивая с себя руки Чимина. — Пошли уже, быстрее отделаемся, быстрее день закончится.       

***

       На улице становится темнее и прохладнее. Погода оставляет желать лучшего и делает конец дня ужасным по ощущениям. Становится тревожнее. Атмосфера гнетущая. Ожидания от того, что может произойти, заполняют голову новым потоком мыслей. Чонгук погружается обратно в свою среду вечного бега по кругу. От кого бежит? От самого себя, своих мыслей, чувств и эмоций. От страха, который сковывает его. Становится снова паршиво. Если это всё расписано, то Чон надеется, что как в фильме не будет. Он не хочет подцепить какого-то вампира, что захочет всадить в его артерию свои клычища. Конечно, он не верит в таких фантастических существ. Но всё равно боязно. Даже если не существует их, это может быть любой пришибленный мужик или бешеная собака, последняя явно захочет полакомиться им. Головой мотает, чтобы мысли отогнать от себя. Лишний раз накрутит самый плохой исход, чтобы быть готовым у нему. А после будет сам себе грозить пальцем, мол, «Я же говорил!».       Если будет, как в кино, то Чонгук решится на отчаянный шаг в своей жизни. В коем-то веке перестанет быть занудой и даст потоку времени и жизни унести его туда, где не будет этой тревоги и абсурдности.       Сегодня будет туманно.