Малыши

— Чуя-сан, меня немного тревожит ваш младший сын, — негромко поделилась учительница, неуверенно поглядывая через очки на мужчину. Тот скрестил руки, по привычке широко расставив ноги. — Что натворил? — Сразу уточнил Чуя, про себя слегка удивляясь, что претензии возникли ко второму ребёнку — обычно старший чудил дай боже. — Не то, чтобы натворил, — мялась женщина, но под пристальным взглядом не терпящего мямлей рыжего постаралась подвести ближе к сути. — Дети писали сочинение о том, кем хотят стать, когда вырастут. Мы хотим лучше понимать каждого из них, поэтому и даём подобные задания… Чуя прикусил изнутри щеку, чтобы не сказать ей торопиться и не тянуть кота за яйца. — Сора написал, что хочет стать полицейским, — женщина потянулась к небольшой кучке тетрадей, ища нужную. — И что не так? — Искренне недоумевал Накахара, переводя взгляд то на учительницу, то на её подрагивающие, видать от нервов, руки. — Полицейские, вроде, добрые дела делают и всё такое. Не преступником же стать хочет. — Так-то оно так, Чуя-сан, только вот… Рыжий и на это промолчал, хотя очень уж хотелось без этих «сан» и прочего официоза. Пришлось за последнее время научиться быть, как то говорят, вежливым. Хотя Чуя не считал, что был грубияном — ни раньше, ни сейчас. Просто все вокруг слишком нежные. Ему наконец протянули тетрадь младшенького, и он полистал её, разглядывая старательно выписанные карандашом иероглифы. Адзисай вот писал в отличие от Соры так, что Чуя ногой, и то лучше напишет. И ведь заставить дрянного мальчишку упражняться было невозможно — всё, чего пока омега добился, так это исписанной краской стены дома. Драил старшенький потом как полагается, пока Чуя сидел рядом с ним, оценивая, какие вдруг ровненькие сделанные им надписи. Худшие опасения касательно малышни сбывались — паршивые гены давали о себе знать. — «Когда вырасту, хочу стать полицейским», — зачитал вслух Накахара, пробегая глазами по строкам. — «Потому что если надо украсть там сумку у пожилой дамы или дом ограбить богатый, а некому сделать это, то что тогда? В мире должно быть равновесие.» Чуя не знал, что первым привлекло его внимание: слово «дама», которое ещё Дазай использовал с завидной регулярностью, или две ошибки в слове «равновесие». Или, быть может, сама суть описанного. — Теперь понимаете, да? — Обеспокоено спросила женщина, сцепив руки в замок на коленях. — Я надеюсь, он имел в виду, что должен бороться с преступностью и предотвращать такие…происшествия. Рыжик ещё немного посидел так, обдумывая всё это, а затем поднялся. — Ну я с ним поговорю и уточню, Мегуми-сан, — омега гордился тем, что запомнил кое-как её имя. — До свидания. — Да-да, Чуя-сан, воспитательная беседа будет полезна, — закивала та, и только когда Накахара уже покинул кабинет, всплеснула в ладони. — Чуя-сан! Тетрадка! Мужчина быстрым шагом направлялся прочь, уже покинув второй этаж. Ему было интересно узнать у Соры, как именно он представляет себе работу полицейского и не перенял ли случаем малой эту слегка клептоманскую натуру своего папаши. Ещё интереснее ему было поиграть в детектива и выяснить, куда пропала его расческа. Учитывая полученную информацию, картина стала проясняться.