The past is near

Российская империя 1762

      Свирепая вьюга бушевала уже более трех дней, дороги замело и крепостные мужики, без приказа своего барина, решили сами хотя бы немного вычистить дорогу, ведущую к их уезду. Они, конечно, понимали, что это не поможет и если не к утру, то середине завтрашнего дня точно все снова завалит снегом, но и лишним не будет, потом, когда погода утихнет, меньше чистить придется. Нравился Владимиру русский народ, люди простые, неприхотливые, трудолюбивые и молчаливые, он к ним благосклонен и не требователен, а они молчат о сущности своего господина и служат ему верно, без предательств. Как поселился он в глухой губернии, сразу же взял себе и имя другое: Олег Давидович Волков. Так было легче и в обществе появляться, и прошлое не вспоминать. Хотя сны все равно не давали ему покоя, он мог и не ложиться, но до безумия и больной истомы хотелось увидеть его лицо. Лицо его невинного Иоана. Всегда сны были разные от простых погонь по огромному особняку за голосом юноши, либо же попытка найти любовника в горящем здании, что под конец найдет, но лишь обугленное тело, что превратится в прах, стоит ему лишь коснуться его.Но иногда судьба была благосклонна к Олегу и тому снилась игра на излюбленном пианино. Иоан ласково улыбнется и прошептав: "Спи, душа моя" продолжит свою великолепную, отточенную игру.        Глубокая ночь уже давно стояла на дворе, а Олег, сев за свой рабочий стол и вертя в руках бокал вина, разглядывал как мчалась за окном снежная буря. В кабинете боярина стояла пугающая полутьма, которую нарушали лишь два трёх свечных канделябра, придающий своим желтым цветом еще более мрачную атмосферу. Поставив бокал на край стола, мужчина снял с шеи шнурок с золотым ключом и наклонился к самому нижнему шкафчику. Отперев замок, Олег взял в руки грубую ткань, на нем было знакомое лицо в профиль, концы ткани обуглены, а краска начинала слазить, но Олег все равно видел знакомые черты: рыжие как огонь волосы с собирающей их в хвост синей лентой, тонкий носик, голубые, как самое чистое небо, глаза, белозубая, широкая улыбка. Волков не мог налюбоваться на единственное, что смогло уцелеть в беспощадном огне. В такие моменты Олег жалел о том, что ни один алкоголь не опьянял и не давал забыться, ведь очень хотелось забыть все, что когда-то случилось по его вине. Вдруг во дворе раздался гул и балаган, Олег пытался это игнорировать, да голоса были слишком встревоженные. Убрав лоскуток портрета на место и заперев его под замок, Олег накинул на плечи теплую шаль и направился было к выходу, да в кабинет со стуком ворвалась крепостная Дарья. –Олег Давидович, такое случилось! Господь бог помилуй, ужас такой! -закричала девушка, но Олег тут же её прервал. –Не тяни, Дашка, что стряслось, что за паника? –Мужики крепостные лошадь нашли, у неё копыто все в крови, и она сильно хромает! Поди в охотничий капкан попала, напугана очень, батюшка. Да беда в том, что она с седлом и без всадника, а это примета дурная, батюшка, ох плохая, -причитала девка не хуже старой бабки. –Тогда вели Марго седлать и пусть одежду мне подадут, и пусть крепостные мужики готовятся, показывать будут, где лошадь нашли. –Но батюшка, родимый там же черно и мрачно, да и вьюга беснует, замерзнете милый, ой как замерзнете. – Полно причитать, Дашка, сказал лошадь седлать, значит идешь и говоришь конюху, чтоб седлал, -отмахнулся Олег и начал собираться –Ничего мне с этого ветерка не будет, а если на моей территории труп хладный найдут, то дурно будет.        На слова хозяина Дашка лишь тяжело вздохнув, покачала головой и пошла выполнять его приказ. Не станет крепостная баба перечить боярину, не посмеет, да и прав он, не хватало, чтоб на боярскую голову неприятности появились, а если появятся, то его заберут, а их выкупит не такой благосклонный боярин, который уже не побрезгует рукоприкладством и истязаниям. Когда дверь закрылась, Олег нервно закусил острым клыком губу и начал собираться, а в голове лишь один вопрос: За что? Сейчас Волкову не хотелось ни с кем иметь дела, но если он не проверит, то начнутся разборки и проверки, тогда ситуация будет еще хуже. А если скакун еще и кто-то из верхушки, то совсем плохо будет. Вскоре мальчишка, Лешка, принес белоснежную рубаху и теплые, черные брюки.        Быстро собравшись, Олег спустился вниз и обувшись, накинул на плечи песцовую дубленку. У ворот уже стояли три крепостных мужика, держащие за поводья белую лошадь с черными глазами и длинной гривой. Сев на Марго, Олег велел показывать место, где крепостные поймали лошадь, мужики были очень общительные, поэтому решили в подробностях рассказать, где её нашли и как к боярскому дому повели. Они, конечно, долго кликали хозяина, но никто не отзывался, а идти по сугробам в метель и на своих двоих может закончится верной смертью. Олег их и не осуждал, все же всему живому хочется жить и жизнь своя ему дороже. Дойдя до нужного места, Волков отпустил мужиков, а сам, скакал куда глаза глядели. Ни час поиска, ни два ничего не давали, лишь пару раз находил заячьи тропы, да старый обвалившийся домик.       Уже на обратном пути Олег увидел почти занесённое снегом тело. Спрыгнув с лошади, мужчина побежал к человеку в черной шубе. Уже оказавшись возле тела, в животе Волкова будто запорхали бабочки, а в легких расцветали бутоны роз. Короткие и взлохмаченные рыжие волосы, родное белоснежное лицо с тонким носом и губами. Иоан, его родной, любимый и нежный Иоан Ионеску сейчас лежал здесь, в его руках, на которых и умер давным-давно. Голова шла кругом, и Олег ничего не понимал, но точно знал, что сейчас у него есть второй шанс. Подхватил тело и закинув на лошадь, Олег запрыгнул на Марго и держа парня, крикнул «Быстрее» и помчался как можно скорее в особняк. У ворот его уже встречала Дашка с тремя девками и пятью мужиками. Заехав на территорию своего двора, Олег сразу же скомандовал: –Топите печи да по живее! Готовьте гостевую комнату и зовите лекаря! Я нашел хозяина лошади. –Не получится батюшка, -сказала Дашка, подойдя к Олегу –Дорога занесена, не прибудет лекарь, ждать придется пока метель не утихнет.        Кратко кивнув, Олег вместе с крепостными мужиками ушли в особняк. Бабы быстро растопили печь в гостевой комнате, принесли тазы с горячей и холодной водой, тряпки, графин с питьевой водой и стакан. Поблагодарив за помощь, Олег выпроводил всех за порог комнаты и подошел к мирно лежащему парню. Сейчас, в легко-желтом свете, мужчина сел на колени у лица юноши и заметил россыпь золотистых монеток-веснушек по безмятежному лицу. Не сдержав себя, Олег ласково провел ладонью по щеке, а затем и пальцами над бровью к виску, убирая непослушные огненно-рыжие волосы с очаровательного лица. Кончики пальцев начало приятно покалывать. Встав на ноги, мужчина сжал руки в кулак и решил отойти к креслу, что стояло у печи, и сев на него, закрыл глаза. Он был готов поклясться, что перед ним его Иоан, все в нем было от юного и озорного мальчишки, что жил в его сердце все время. И сейчас, он снова лежит перед ним, так же беззащитно, как и раньше после долгого общения на самые разные темы.

***

       Пение птиц первое, что слышится стоило открыть тяжелые веки, казалось, что они были залиты свинцом. Тело нещадно болело, а в голове было пусто. Умеренная роскошь — вот что увидел юноша, стоило ему протереть заспанные глаза и разглядеть помещение получше. Широкий деревянный двухстворчатый шкаф, расписная печь в углу комнаты со стальной дровницей и удобным креслом, на стене напротив кровати круглое зеркало с расписным серебром обручем, а под ним письменный стол с двумя тазиками, в одном из которых были тряпки. Широкая кровать была невероятно мягкая, пружинистая, а подушки, наверное, были пуховые. Стоило юноше шевельнуться и попытаться встать как правую ногу пронзила острая боль и он невольно вскрикнул. Отбросив одеяло, юноша увидел, как его нога была бережно перебинтована и к ней по бокам крепились две тонкие и длинные дощечки. Резко дверь в комнату открылась и в проеме появилась мило улыбающаяся, седовласая женщина. Выглянув в коридор та, сразу крикнула: –Дашка, обрадуй батюшку, наконец-то гость наш очухался, пришел в себя. –Где...Где я? - боязливо поинтересовался юноша и попытался сесть, да только без помощи женщины он не смог –Как звать вас? –Арина мое имя, уважаемый, а вы сейчас в доме дворянина Волкова Олега Давидовича, батюшка наш нашел вас в лесу, когда вы с лошади упали, выходил вас, заботился. –Довольно Аринка, сейчас еще припишешь мне того, чего я не сделал, лучше завари нам чая, да душистого и пряного.        На пороге комнаты стоял мужчина лет тридцати, с черными, будто смоль волосами и как ночь глазами, тонким носом и нежной улыбкой. В сердце приятно защемило, и юноша не заметил, как сам невольно улыбнулся. Аринка быстренько удалилась из комнаты, закрыв дверь. Мужчина спокойно прошел к кровати и сел рядом с юношей. –Я Олег Давидович Волков, хозяин здешних территорий, а теперь могу ли я узнать ваше имя? -его голос был бархатным, спокойным и томным. –Сергей...Сергей Родионович Разумовский, -тихо произнес гость. –Сергей Разумовский, значит,-произнеся его имя он будто смаковал его, пробовал как какое-то дорогое и редкое вино, и реакция у него была такая же, нежная улыбка, от которой внутри разлилось тепло, а в груди будто расцвели кусты камелии –Напугали вы меня и моих крепостных, Сережа,-он говорил мягко, ласково и по доброму –Ох как напугали, целых пять дней вы были то без сознания, то в бреду, температура шпарила и нога ваша, лекарь уже боялся, что не выходим вас. Благо всевышнему вы живы. –Спасибо вам, Олег Давидович, -улыбнулся Сергей, схватив мужчину за руку –Я теперь по гроб вам обязан, если бы не вы, сгинул бы под снегом в том лесу, видать по весне и нашли бы мой хладный труп. –К счастью, нам удалось этого избежать, -сжав руку, в которой покоилась ладонь Сергея, –Сейчас самое главное — это сообщить вашим родственникам, что вы целы и невредимы, они должно быть очень взволнованы вашим исчезновением. –Да, вы правы, могу ли я попросить бумагу с пером и чернилами? –Разумеется, -нехотя высвободив руку из ладони Сергея, ответил Олег и поднявшись с кровати, покинул комнату, но вскоре вернулся со всем, что было необходимо Разумовскому и положил ему на колени–Вот, Сергей Родионович. –Спасибо, -улыбнувшись, сказал юноша и начал писать письмо.        Непослушные и взлохмаченные рыжие волосы прятали голубые как ясное небо глаза, которые иногда поглядывали на него, но Олег этого, к сожалению, не замечал, но не мог не заметить украдкие, как и взгляды, улыбки. Написав совсем небольшое письмо и подписав конверт, юноша протянул его Олегу, тот ничего не спрашивая подозвал крепостную девку и попросил её отправить письмо и поскорее. Девушка кивнула и сразу же убежала. Сергей же успел принять сидячее положение и положить под поясницу мягкую подушку. –Похоже крепостные вас очень уважают, - улыбаясь произнес Сергей. –Просто я от них не требую особо запредельного и за хорошую службу привык благодарить, -ответил Олег и сел в кресло напротив. –Хороший вы человек, Олег Давидович, очень хороший, сейчас таких мало. –Полно вам, лучше расскажите, Сергей Родионович, что вы делали в такую пургу на улице да в лесу, на территории охотничьих угодий? –Я.…-замешкал юноша, но все же собрался с духом –Я сбежал из отчего дома, вспылил из-за того, что матушка моя выбрала мне невесту, грех конечно жаловаться, она и красивая, и обеспеченная, и образованная, не девушка, а загляденье, да вот только не люблю я её совсем, душа к ней не лежит. –Ну, с этим ничего не поделать, насильно мил не будешь, -сдерживая пылкую ярость, ответил Олег.        Сейчас он был готов растерзать родителей Сергея, разорвать на мелкие куски лишь за одну идею того, чтоб его Сергей был чьим-то, помимо его, Олегова. Волков уже давно для себя решил, что Сергей Родионович его второй шанс на счастливую жизнь, о которой он так мечтал. Да, в Сереже он видел Иоана, но и сам Разумовский начал его цеплять. Его Иоан не был таким рисковым как Сережа, в отличие от этого паренька он не перечил отцу и матери, не сбегал из дома –максимум мог нахамить и то, не так часто это можно было увидеть. А вот Сережа был другим, рисковый, искушающий своим непослушанием и не скупой на телесные прикосновения. И его хотелось еще узнать, узнать, что он любит, а что нет, кто его любимый поэт, какие произведения его цепляют, а какие отталкивают. А если Олег этого захотел, то он убьет всех на своем пути, но обязательно добьется своего. –Олег Давидович, что мне делать? Не нужна мне эта свадьба с наигранными чувствами невесты и фальшивыми улыбками нашего бестолкового общества!-гневно выпалил парень и закрыл рот ладонью –П.…простите оно само вырвалось я не это имел в виду. –Не извиняйтесь, Сергей Родионович, я полностью с вами согласен, иногда наше общество до ужаса примитивное и не до конца образовано.        На мгновение лицо Сергея было удивленным, но потом оно озарилось улыбкой. В дверь постучались, и Олег сразу же поднялся со своего места и открыл её. На пороге в комнату стояла Дашка с подносом, на котором стоял фарфоровый чайник с заваркой, двумя чашками и печеньем. Поблагодарив, Олег забрал поднос и закрыл дверь. Пройдя к столу и поставив поднос, мужчина аккуратно разлил чай по чашкам и сев на кровать, протянул одну Сергею. Несколько минут они сидели в тишине, они не знали о чем можно было бы завести разговор, но осмелившись, Олег спросил мнения Сергея о «Утопии» Томаса Мора и трагедиях Шекспира. Тема литературы расшевелила юношу, улыбаясь Сергей взахлеб начал рассказывать о том, как его покорил «Тит Андроник» Шекспира и «Театр» Бена Джонсона. Олег знал эти произведения наизусть, поэтому стоило ему процитировать некоторые строчки на оригинальном языка, как юноша чуть ли не подскочил от счастья. К сожалению, сломанная нога помешала ему. От литературы тема перешла к науке, открытиям и изобретениям. Синие глаза горели так ярко, что Олег мог поклясться, такого он не видел никогда. Темы менялись довольно быстро и постоянно перескакивали из одной в области в другую и обратно. За бурным обсуждением прекрасного и научного мужчины и не заметили наступления ночи. Сергей с нескрываемым нежеланием спать старался хоть как-то держать себя в тонусе, закусывал губу или внутреннюю часть щеки, менял позы в которых то лежал, то сидел, в конце концов он просто старался незаметно щипать себя за руку, но Олег сразу прекратил это, накрыв своей рукой, руки Сергея. –Вижу вы уже засыпаете, Сергей Родионович, я тогда пойду, а завтра утром мы продолжим наши обсуждения, вы согласны? –Да, я и правда вас задержал, Олег Давидович, прошу простить меня за такую грубость, просто я не встречал человека с такими же взглядами, как у себя, - смущенно улыбнувшись, ответил юноша –Тоже самое могу сказать и вам, Сергей Родионович, что ж, сладких снов. –И вам, Олег Давидович.

***

       Еще семь дней Олег посещал Сергея, темы для разговора не прекращались, а личные границы и формальности неумолимо стирались. Олег Давидович теперь был просто Олегом, как и Сергей Родионовичем простым Сережей. Уже на четвертый день Сергей решил убрать с ноги дощечки, а на шестой, с помощью Олега дошагал до ванной комнаты ни разу не упав. Конечно, он еще прихрамывал, но это не мешало юноше с не подавляемым интересом ходит по дому Олега и рассматривать его, разумеется, оперевшись на хозяина дома. Уже на утро восьмого дня, Сергей решил, что ему пора возвращаться в отчий дом. Погода была хоть и морозная и небо облачным, но откладывать неизбежное – нельзя. Отец и так расписал ему гневное письмо, а задерживаться в гостях – себе дороже. Олег любезно вызвался сопроводить Сережу и убедиться, что тот не попадет опять в передрягу. А Сергей, хоть ему и было с какой-то стороны обидно, не возражал и был рад. Выпив горячего чаю, Олег и Сергей вышли во двор, где их уже ждали запряженные лошади. –Марго, радость моя, -подойдя к белой лошади с белоснежной гривой, заплетенной в три массивные косы, Олег достал из кармана три крупных колечка моркови и покормил любимицу. –Марго? Какое красивое имя, -улыбаясь произнес Сергей стоя за спиной Олега –А могу я её погладить? –Если она даст, знаешь ли, Сергей, она довольно умная и характерная лошадь, за это я её и ценю. –Умная лошадь на вес золота, -улыбаясь, произнес юноша и, взяв у друга морковь осторожно протянул животному.       Марго осторожно понюхав еду и ладонь Сергея, все же приняла угощения, после чего с удивительным спокойствием позволила Разумовскому погладить себя. Олег же не смог скрыть довольную ухмылку, озарившую его лицо. Сережа, подобно маленькому ребенку встал впереди лошади и аккуратно начал и гладить, и чесать за ушком. Лошадь же довольно фыркала и ластилась. –Сережа, хочу напомнить, что у тебя есть и своя лошадь, а мою отбирать не нужно, я очень ее люблю, - запрыгнув в седло на любимице, сказал Олег и взял за поводья. –А я не отбирал, ты только погляди какая она милая и ласковая, я даже завидую тебе, Олег- улыбаясь ответил Сергей, гладя по морде Марго и все же вернувшись к своей лошади.        Дернув за поводья, Олег и Сергей отправились к дому Разумовских, как оказалось скакать им нужно было долго, очень долго. Сначала они скакали в тишине, но Олег решил погнать лошадь чуть вперед. Сергей сразу же принял вызов и дернув за поводья, заставил свою набрать скорость и догнать, а позже обогнать друга. Свежий лесной воздух придавал наездникам сил, а лошади наконец-то могли размяться и выпустить на волю накопившуюся энергию, ведь ни Олег, ни Сергей не желали уступать друг другу. Гонка закончилась уже ближе к вечеру, когда лошади выдохлись, а наездники устали ехать. Привал было решено сделать короткий и возле маленькой речушки, лошади в свое удовольствие начали пить морозную воду, в то время как хозяева прогуливались и разминались.        Гуляя по заснеженному берегу, Олега озарила довольно коварная, но очень искушающая пакость. Взяв снега и скатав из него подобие снежка, мужчина прицелился и попал Разумовскому прямо меж лопаток. Не ожидав такого, в прямом смысле слова, удара в спину. Юноша грозно посмотрел, а потом, взяв снега кинул в Олега ответный снежок, который безжалостно попал мужчине в голову. Это была новая война. Мужчины начали хватать снег и либо скатывать в снежки, либо устраивать снежный занавес дня неожиданной атаки. При одном таком нападении Олег, не рассчитав траекторию нападения, схватил Разумовского и поскользнувшись упал, юноша же, запнувшись о ноги Олега, упал сверху и громко засмеялся, что заставило и Олега улыбнуться, а потом скромно хихикнуть. Ситуация была до абсурда нелепой, но и до смешного забавной. –Как насчет ничьей, Олег? - спросил Сергей, положив голову на грудь мужчины. –Почему же ничья, Сереж? -усмехнулся Волков, запустив руку в непослушные волосы Разумовского –Я ведь смог сбить тебя с ног. –Но ведь я все равно сверху, -млея, ответил юноша, закрыв глаза и наслаждаясь осторожными поглаживаниями Олега, в то время как в самом Сереже искрится буря чувств и эмоций.       Правильно ли то, что они делают? Они знакомы чуть больше недели, но уже все возможные рамки сейчас были уничтожены к чертям собачьим. И Сергей считал, что так и должно быть. С Олегом было невероятно интересно, весело и главное уютно. В отличие от всех он понимал его с полуслова, он лечил его, несмотря ни на что, он был заботливым и добрым и это главное. Может это и были чувства из детских тетушкиных сказок о прекрасной принцессе и великолепном принце. Какова ирония, ведь принцесс и в помине нет, лишь два принца, что сейчас лежат на снегу посреди леса. Вдруг размышления Сережи прервал адский холод в шее и ехидный смех Олега. –Вот теперь точно, ничья.       Не сдержавшись, Сережа взял горстку снега, после чего вывалил её на лицо довольного Волкова и встав, направился к лошадям. Уже через несколько минут Сергей и Олег продолжили, путь. На этот раз ехали они спокойно, изредка переговариваясь, когда видели шуструю белочку, прыгающую с ветки на ветку или юркого песца скрывающегося в глубине леса. К поместью Разумовского они приехали уже ночью, встретил их полный мужчина лет пятидесяти с художественной женщиной от сорока. Увидев сына, женщина тут же кинулась его обнимать и расцеловывать, а мужчина, Родион Константинович, подошел к Олегу и пожав руку, начал благодарить за спасение непутевого Сережки и сопровождение юнца до дома. Олег лишь спокойно отнекивался, мол ничего особенного каждый бы так поступил. Родион Константинович пригласил за стол, где просил мужчину остаться у них на ночь и уже с рассветом отправляться в путь, Сергей же просил остаться хотя бы на два дня. Олег не смог противостоять уговорам Разумовских и решил задержаться в поместье на два дня.        К удивлению Олега, на утро кроме его и Сережи из хозяев низкого больше не было, как выразился юноша, Родиона Константиновича вместе с Надеждой Димитриевной вызвали по делам свадьбы в город и приедут они только вечером. С одной стороны Олег был рад, они с Сергеем могли разговаривать, о чем вздумается, но с другой все рушилось на куски, свадьба неизбежна, а значит его Сергея могут забрать и поэтому действовать нужно как можно скорее. То ли Сергей не хотел продолжать эту тему, то ли почувствовал раздражение Олега, но о предстоящей свадьбе он больше ничего не говорил, зато не затыкаясь хвастался своей коллекцией иностранных книг. Олег с удивлением находил книги, о существованиях которых он и не подозревал. Сергей же гордо перечислял плюсы той или иной книги.        Весь день Олег и Сергей провели в компании друг друга, забавляли историями и делились мыслями по поводу произведений искусств. Прознав о любви Олега к холсту и красками, Сергей настойчиво просил мужчину нарисовать его портрет. Сначала Волков отнекивался, говоря о утрате былого таланта, но напору Сергея оставалось только позавидовать и подчиниться. Тяжело вздохнув, Олег согласился на портрет углем. Сергей же, радующийся своей победе, принес в библиотеку мольберт с холстом и коробочкой углей, принадлежащих Надежде Димитриевне. Сев за пианино, напротив мольберта, Сергей с детским любопытством наблюдал за тем, как Олег, вставив уголёк в деревянный держатель, и кидая украдкие взгляды, набрасывал первые наброски. Казалось, что сейчас Олег был в своем маленьком мирке, вспоминал что-то далекое и недосягаемое. Таким Олегом нравился еще больше. Решив разбавить молчание, Сергей открыл крышку пианино и аккуратно начал играть любимое произведение: «Прелюдия 1» Баха. Услышав виртуозную игру, Олег широко улыбнулся. –А ты красиво играешь, -выглянув из-за мольберта с холстом, произнес мужчина, смотря черными как ночь глазами в голубые, подобное аквамаринам, глаза Сергея –Сыграй еще, мне очень понравилось. –Конечно, -снова начал играть Разумовский, не подозревая с каким интересом его украдкой рассматривал Владимир –У Баха очень чувственная и эмоциональная музыка, правда? –Правда, все же он вкладывает исключительно любовь в свои творения. –Хотел бы я услышать его произведения вживую, жаль уже не получится, -остановившись сказал юноша. –А мне кажется, что твоя игра намного лучше, чем у Баха, поэтому сыграй еще, прошу, -с нежной улыбкой попросил Олег, не смотря на раскрасневшегося юношу.        Игра Сергея напоминала ему Иоана, такой же медленный ритм, такое же плавные произведение, Иоан писал и играл их сам, не выставляя на показ свои творения, играл он их либо для себя, либо Олегу, когда тот засыпал с очередной книгой в руках. В те дни все задалось беззаботным и радостным. Иоан был рядом и ничего другого не требовалось. От теплых воспоминаний в горле возник ком, а некогда счастливая улыбка пропала с безмятежного лица. Эти воспоминания причиняли боль. Сергей, заметив изменение в лице Олега, прекратил игру и осторожно спросил. –Что-то случилось, Олег? Ты весь помрачнел. –Да так, -отмахнулся Волков, накидывая новые штрихи и нанося пальцем тени –Вспомнил одного человека, которого уже давно нет рядом. –Он был из твоей семьи? -так же осторожно поинтересовался Сергей. –Он и был моей семьей, - кратко ответил Олег, посмотрев тоскливым взглядом на Сергея, от которого у юноши все сжалось внутри.        Встав со своего места, Сергей в два счета преодолел расстояние, что разделяло мужчин и обнял сидящего за мольбертом Олега. Волков с начала удивился такому порыву нежности, но затем решил не упускать шанса и обнял юношу, уткнувшись тому в живот. Длинные и тонкие пальцы осторожно скользнули по черным волосам, приглаживая их. –Мне очень жаль, Олег, но горе утраты не должно съедать тебя всю жизнь, если бог что-то забрал, то нужно немного подождать и он обязательно что-то подарит взамен.        Олег лишь кивнул. Сергей был прав как никто другой, Волков слишком долго ждал, и поэтому сейчас его обнимает Разумовский, что подарил ему хоть немного спокойствия и вернул в те счастливые дни жизни. За дверью послышался гул и топот ног слуг и счастливый, громкий голос Родиона Константиновича, зовущего сына. Сергей отпустил Олега, не забывай осторожно убрать с лица длинными пальцами выбившуюся прядь волос. Юноша улыбнулся и направился к двери. Глава семейства обнял сына и весело сказал: –Мы с Дмитрием Николаевичем договорились, и ваша свадьба с Оленькой состоится на следующих выходных. –Но...к чему такая спешка, отец!?- вскрикнул юноша, удивленный такой новостью. –А чего тянуть кота за хвост? У нас и так все готово, да и Оленька Дмитриева желает поскорее выйти за тебя замуж, -гордо улыбался мужчина –И да, не забудь пригласить Олега Давидовича, он как никак твою жизнь спас, отплати ему, пригласи на праздник. –Хорошо, батюшка, -буркнул юноша, после чего поднявшись по лестнице, скрылся в коридоре комнат. Оставив Олега, заканчивающего его портрет. Мужчина и не заметит, как сильнее сжав палочку угля, сломал её на двое.

***

       Ночью Олег, укутавшись в теплую шаль, сидел в кровати и старался прочитать какую-то французскую поэзию, да вот в голове был вихрь эмоций и чувств, что переполняли мужчину. Что за игры судьбы? К чему бог так издевается над отродьем, давая ему возможность вновь оказаться в объятьях дорогих рук, но забирая его самым подлым способом. Оставить в живых, но не представлять возможности обнять, поцеловать и трогать. Олега это бесило до мандража в руках и скрипа зубов. Сергей сам к нему тянулся, и Волков мог поклясться всем на свете. И мысль об этом дарила легкость, эйфорию и наслаждение. Хотелось вновь его увидеть, вновь оказаться в родных объятьях и ощутить нужные прикосновения. Отложив книгу, мужчина устало потер переносицу и хотел было лечь и закрыть глаза, но ему не позволил еле слышный, осторожный стук в дверь. –Да? -спросил Олег, напряженно смотря на дверь, которая медленно открылась и в проеме появилась голова Сергея с взъерошенными волосами, детской улыбкой и сияющими глазами –Сережа? Что стряслось? –Идем, кое-что покажу! -шепотом сказал юноша и поманил к себе рукой. – Идем-идем.       Усмехнувшись, мужчина покачал головой и поднявшись пошел к Сергею. Юный Разумовский, схватив Олега за руку разу же потащил мужчину. Волкову ничего не оставалось как сжать руку Сергея и последовать за ним. Остановился Разумовский у дверей на балкон и открыв дверь, юркнул за спину Олега и закрыв ладонями его глаза осторожно подталкивал его, заводя на балкон и повернул чуть в сторону. –Готов? -шепотом спросил юноша. –А у меня есть варианты ответа? -съязвил Олег, услышав в ответ лишь тихий смех. –Неа.        Когда ладони наконец открыли Волкову глаза, тот увидел длинное полотно расстелившегося по всему черному небу бирюзового, искрящего и танцующего северного сияния. Было невероятно красиво, Олег и раньше видел северные сияния, но не придал этому значение, а сейчас оно казалось одним из самых красивых, что когда-либо он видел. –Что ты со мной делаешь, Олег? - вдруг послышался голос Сергея, стоящего уже рядом, но не отрывающего взгляд от природного зрелища –О тебе только и думаю, все мысли мои только о тебе. –Как и мои, о тебе, Сережа, -ласково произнес Волков, как глаза Сергея заискрились, будто звезды –Это взаимно, Сережа, взаимно и чувства, и желания, все взаимно. –Но как я могу, Олег? -подойдя ближе, спросил Разумовский, не отрывая взгляда от черных как ночь, глаза, в которых сейчас были искры звезд –Правильно ли все-то, что я хочу? –А даже если и нет, то разве тебя это остановит? -мужская рука осторожно легла на впалые щеки юноши и большой палец бережно гладит скулу. –Ни на секунду.        В мгновение ока юноша обнял Олега за шею и припал своими губами к его, желая выкрасть желанный поцелуй. Волков медлить не стал и обнял в ответ, прижав к себе юношу и углубил их поцелуй. Буря эмоций и чувств снова охватили Олега, не давая ему и секунды на размышления. Одно мгновение и худое тело оказалось прижато к нему, а руки беспорядочно гладили щеки, шею, плечи и спину. Волков ощущал, как все быстрее и быстрее иссякают последние крупицы здравомыслия. Уж слишком долго его изводило желание забрать юношу к себе и никого к нему не подпускать. К сожалению, обоих поцелуй пришлось разорвать из-за катастрофической нехватки воздуха. Тяжело дыша, юноша все же прекратил поцелуй, но не желал отпускать Волкова из объятии, хотя тот и не особо вырывался. –Олег, молю тебя, ты ведь завтра уезжаешь, поэтому останься сегодня со мной в комнате, побудь хотя бы до рассвета, -просил юноша, положа руки на плечи мужчины. –Как же я смею отказать в просьбе хозяину дома? -поцеловав Разумовского в лоб, ответил Волков и прижал к себе .        Юноша, окрыленный счастьем, обнял мужчину за руку и потянул за собой, желая поскорее скрыться в своей комнате, где до семи утра их точно не потревожат. Уже в комнате, на кровати Сергей беспрерывно целовал Волкова, кусал губы и прижимался разгоряченным телом. Олег понимал желания любовника и полностью его разделял, но также и понимал, что сейчас не то время и место. Только вот сказать «нет» никак не получалось, из-за чего Сергей в одно мгновение сел на бедра Олега, не прекращая его целовать. Олег тут же обнял юношу и разорвав поцелуй. –Не сейчас, душа моя, не сейчас.        Сергей, ласково улыбнувшись кивнул и, поцеловав Волкова в лоб, положил голову ему на плечо. Так они пролежали до самого рассвета, изредка перешептываясь ласковыми словечками. Уже к восходу солнца Олег сказал Сереже жениться на Оленьке Дмитриевне, объясняя негодующему любовнику, что иначе их союз быстро раскроют, ведь подозрительно, что юноша отказался от свадьбы с первой красавицей Петербурга и проводит все время с лучшим другом. Нехотя, Сергей все же согласился, но с условием, что каждые выходные будет приезжать к Олегу и тот будет только с ним. И Волков не смог отказать.        Будущая Разумовская и правда была красавица, коричневые волосы, аккуратные черты лица и стройная талия, не будь в жизни Олега Сергея, он бы может и заглянулся на Оленьку, вот только жених привлекал его в сотни раз больше. Когда клятвы были произнесены и обмен кольцами состоялся, молодожены поцеловались. Олег мог бы злиться на девушку, что сейчас держала его Сергея за руки и целовала, но он не мог, ему было даже жаль её, ведь из всех гостей только Олег знал, что девушка никогда не сможет стать для своего мужа желанной и услышать истинные Серёжины стоны наслаждения, какими он одаривал своего возлюбленного Волкова ранним утром в своей спальне, за одно расцарапав мужчине всю спину и искусав губы. На выходе из церкви, все бурно поздравляли жениха, пожимая ему руку и целовали щеки счастливой невесте. Пиршество, устроенное Разумовскими и Лисовскими, было на зависть каждого дворянина, гости шумно болтали и веселились, а Сергею все это было до омерзения противно, хотелось поскорее оказаться в объятьях Олега, ощутить его горячий поцелуй на своих губах, шее и плечах. Хотелось снова оставить на сильных мужских плечах укусы и багровые метки, доказывающие, что Волков принадлежит только Разумовскому.        Не стерпев бурного пиршества, юноша натянуто улыбнулся новоиспеченной жене и сказав, что подышит свежим воздухом ушел на верхний этаж, на балкон. Любуясь ночным небом несколько минут, Разумовский услышал шаги за спиной, он прекрасно знал кому они принадлежали и поэтому на лице появилась счастливая улыбка. Мужские ладони легли на бедра Сергея и сжав их, прижали его к сильному телу. Стоило хоть немного закинуть голову назад, оголив невинную, тонкую лебединую шею, как кожу сразу же опалили горячие и желанные губы, целующие от подбородка и до самых плеч. –Что ж вы в такой мороз на улице стоите да без шубы или дубленки, Сергей Родионович, вы ведь можете простудиться, -шепча на ухо, спросил Олег. –Даже если заболею, Олег Давидович, вы же вылечите меня? Правда? -накрыв ладони возлюбленного своими, ответил Сергей, уткнувшись в шею Олега. –Правда, Сергей Родионович, все правда.        Простояв так еще несколько минут и обменявшись парочкой поцелуев, мужчины вернулись к уже опьяневшим гостям, которые праздновали счастливый брак и пророчили молодоженам много красивых и милых детишек и только один гость прекрасно знал, что детей у этой пары вряд ли будет.

***

–Дуэль — это самая дерьмовая идея из всех, Сережа, - не стесняясь в выражениях сказал Олег, гладя возлюбленного по голове, убирая с лица непослушные локоны –Если про это узнают, то будет очень плохо, вас могут казнить. –Ты зря беспокоишься, душа моя, я ведь буду секундантом Павла Михайловича, не больше, -прижавшись к нагому телу любовника, беззаботно сказал Сергей. Только вот Волков не разделял этого беззаботного настроения. –Не знаю, лисенок, страшно мне за тебя, всякое может произойти, -поцеловав Разумовского в лоб, ответил Олег. –Мне так нравится, когда ты называешь меня лисенком, -улыбаясь, как бы не взначай сказал Сергей. –Не меняй тему, Сережа, -прошептал мужчина, но при этом не скрывая улыбку на губах. –Клянусь тебе, душа моя, я буду очень осторожен и возле себя буду держать лошадь, чтоб побыстрее сбежать к тебе, - сев сверху на Олега, произнес Разумовский и со всей страстью поцеловал возлюбленного. –Раз ты поклялся, то я буду спокоен, лисенок, -прошептал мужчина и поцеловал Сергея в ответ.        Дата намеченной дуэли неминуемо пришла. Летний небосвод был затянут серыми тучами и казалось, что вот-вот должен пойти дождь. Как жаль, что даже он не спасет от дуэли. Сергей с самого утра был готов ехать, поэтому, как только на часах было двенадцать, он поцеловал Олега в щеку и вышел из их спальни, услышав тихое: «Будь осторожен». Конюх уже подготовил лошадь Разумовского и пожелав господину хорошей дороги, передал поводья. Поблагодарив крепостного, Сережа запрыгнул на лошадь и поскакал на место встречи. Местом дуэли был выбран берег речушки, где еще зимой Олег и Сергей дурачились в снегу. Привязав лошадь к железному поручню, что поставил Олег, так как мужчины часто приезжали сюда всю весну, он огляделся и нашел взглядом скачущего Леонида Викторовича, оппонента Павла Михайловича и его секунданта Игоря Константиновича, к лошади которой была прицеплена маленькая карета. У Игоря с Сергеем были в прекрасные, дружеские отношения, поэтому увидев друг друга они сразу же улыбнулись. –Павел Михайлович еще не приехал? - спрыгнув с лошади и пожав руку Сережи, спросил Игорь. –Вот-вот должен приехать, -ответил Сергей.       После слов Разумовского, из чащи леса показался Павел, мужчина чуть ли не на ходу спешился со своего коня. Мужчина желал как можно скорее отвоевать честь своей невесты, которую так грубо оскорбил Леонид Викторович, сказав, что девушка слишком быстро оправилась после смерти покойного мужа. Поклонившись друг другу, мужчины достали свои пистолеты. И отсчитав двадцать шагов, повернулись к друг другу и нацелили оружия. Сергей стоял с правого плеча Павла, близь к воде и поручню с лошадьми, Игорь же с зеркальной точностью стоял по правое плечо Леонида ближе к дороге, где с каретой стояла его лошадь.        Сначала выстрелил Павел, к сожалению, мужчины был промах, он попал лишь в дерево, что было за Леонидом. Оппонент лишь ехидно усмехнулся и сняв с пистолета предохранитель, сделал выстрел. После характерного «Бах» последовал скрежет и гробовое молчание повисло на берегу. –Павел...-единственное, что смог сказать Сергей, прежде чем рухнул на земь.        Посмотрев на Сергея, Павел обомлел, юноша истекал кровью. Только сейчас мужчины с ужасом осознали: пуля отрикошетила и попала в Разумовского. Недолго думая, Игорь сорвался с места и подхватил юношу, помчался к карете, причитая, чтоб Сергей не смел закрывать глаза и что они скоро приедут в поместье Разумовских. Только вот услышав про отчий дом, Сережа отрицательно закивал и отхаркивая кровь шепотом сказал: «Волков...отвези в поместье Волкова» Игорь решил не спорить и, уложив Сергея на сиденье кареты, запрыгнул на лошадь и погнал туда как можно скорее. Скакав со свей скорости, не жалея лошади, примчались в поместье Олега Давидовича они только через три часа. Крики крепостных и мольбы Игоря помочь Разумовскому заставили Олега сорваться с места и сбежав по лестнице вылететь во двор.        Весь мир Олега, что был осторожно выстроен Сергеем в одно мгновение рухнул, стоило ему увидеть окровавленного любовника. Подбежав к Игорю и взяв Сережу на руки, Олег, срывая голос, требовал привести врача, а сам, с парнем на руках побежал на верхний этаж в их спальню. Животный страх в мгновение охватил Олега, он не желал верить в происходящее, не желал видеть окровавленного Сергея. Взяв возлюбленного за руку, Олег прижал её к себе, заставив Сергея открыть помутневшие, но такие же, очаровательные голубые глаза. –Душа моя...Олег я так рад, что ты рядом, -прохрипел Разумовский, слабо сжав в руках ладонь Волкова. –Лисенок мой, жизнь моя, потерпи немножечко, скоро приедет врач и мы поможем тебе, ты только дождись, лисенок мой, -протараторил Волков расстегивая ворот рубашки Сергея. –Прости меня, Олежа, прости пожалуйста, душа моя, не послушал я тебя, сглупил, -улыбаясь ответил Сергей, смотря на любовника, стараясь разглядеть в нем лицо Волкова –Я так рад, что ты сейчас рядом, кроме тебя мне никто не нужен, душа моя. –Ну что ты такое говоришь, лисенок мой, скоро приедет врач и все будет хорошо, ты только держись а... –Ничего не будет, душа моя, - перебил Олега, Сергей, сжав руку Волкова –Не строй ложных надежд, любовь моя, только больнее от них. И ты, и я понимаем, что до рассвета я не доживу, поэтому прошу, просто будь рядом со мной, мне большего не нужно. –Я буду...конечно буду рядом, Сереженька, лисенок мой, -ответил Волков, пытаясь прогладить образовавшийся в горле ком. –Так я люблю, когда ты называешь меня лисенком, душа моя, -произнес Сергей, прежде чем закрыл глаза.        Бледная тонкая рука обмякла, а мужская грудь больше не вздымалась. Сергея не стало, и Олег был готов растерзать любого, кто попадется на его глаза, разнести все треклятое здание, но он не будет, вместо этого он поднял тело Сергея прижав его к себе и уткнулся в мягкие рыжие волосы. Он отомстит, он убьет всех причастных, разве что пощадит того паренька, что привез его Сережу. Поцеловав возлюбленного в лоб и уложив на кровать, мужчина поднялся и выйдя на улицу, нашел встревоженного Игоря. –Сергей Родионович умер, -единственное что смог сказать Олег.        Услышав новость, крепостные мужики сразу сняли шляпы и перекрестились, шепча: «Царство небесное, боярину», а бабы не веря зарыдали. Игорь упал на колени и схватившись за голову, начал что-то бормотать. Олег лишь похлопал его по плечу и отправился в дом, уже на крыльце, он почувствовал капли дождя. –Даже небо рыдает, лисенок мой.