Сломленный

Солнечные лучи пробрались в окно, играя на лице Се Вана, он только промычал что-то неразборчиво и зарылся лицом в одеяло, не совсем понимая, почему подушка такая твёрдая. Пытаясь её смягчить, парень завозился и ударил подушку рукой, злясь, что ничего не получается. Откуда-то сверху раздался бархатный смех, услышав который, Скорпион резко распахнул глаза и сел, осматриваясь в поиске источника звука. Когда его глаза встретились с чужими, парень дёрнулся от неожиданности и чуть не свалился с кровати, оставаясь на месте только благодаря рукам Е Байи. –Доброе утро. Се Ван пару раз глупо моргнул и попытался вспомнить, как вообще здесь оказался. Воспоминания стали вспыхивать одно за другим, заставляя краснеть. Он не мог больше смотреть в глаза бессмертному, но, опустив взгляд, так же резко поднял его обратно. –Твоя одежда, что с ней? Байи снова засмеялся, поправляя распахнутые одежды. –Ты принял меня за одеяло. –Прости. Бессмертный махнул рукой и выглянул в окно, что-то там высматривая. –Ты голоден? Мои дураки вернулись, должны были что-то приготовить. Я принесу сюда поесть. –Не нужно, поедим со всеми. Приведя себя в порядок, двое вышли в направлении кухни, откуда доносился запах еды. Не успели они подойти, как ученики выбежали навстречу и бросились к Скопиону. –Се Ван! Мы скучали по тебе. Е Байи даже воздухом подавился от возмущение. –Эй, чего это вы его облепили? А я? Скучали они. Два дня только прошло. Но никто не обратил внимания на ворчащего бессмертного. Сиюэ и Шаньяо достали коробочки и вложили в руки Се Вана. –Мы видели украшения в твоих волосах и кольца почти на всех пальцах, вот и купили ещё всего понемногу. Скорпион покраснел, что ученики, что их учитель, заставляли чувствовать себя неловко. Раньше почти никто не дарил ему подарков. –Спасибо... –Не будь таким милым, не то наш учитель голову потеряет. Выдал Сиюэ и быстро начал убегать от Е Байи, хохоча во весь голос. Эти двое, как малые дети носились по всей горе, даже не пытаясь на самом деле ссориться. После ещё пары колких шуток, все таки добрались до еды, наслаждаясь завтраком. Оказавшись через некоторое время у себя в комнате, Се Ван пытался понять, как воспринимать вчерашнее. Вроде бы они признались друг другу, но это не очень то разъясняет ситуацию. Признание - это лишь слова. После того, как им манипулировали много лет с помощью слов, Скорпион не доверяет пустым речам. Не важно, на сколько человек искренен, правду говорят только поступки. Вот и сейчас он не собирается терять голову и принимать всё за чистую монету. Нужно подождать, хорошенько присмотреться к поведению Байи, а потом уже строить облачные мечты. Но и сам он должен проявлять инициативу, не сваливать же всё на бессмертного. Нужно делать что-то, что ему нравится, но что? И только в этот момент Се Ван понял, насколько мало они друг о друге знают, только общеизвестные факты и всё. Именно с этого и нужно начать. Для него рассказать правду - это проявить акт высшего доверия. Весь день Скорпион не мог подойти к Е Байи, и дело не в том, что он смутился или испугался, просто Сиюэ и Шаньяо утащили его в какую-то комнату, заваленную белой тканью. –Что это? И зачем вам я? –Ну... –Наш учитель - известный бессмертный, а носит простые белые одежды. Мы решили подарить ему накидку с вышивкой, чтобы он в ней появлялся, когда надо и гостей принимал. Эти двое стали удивлять Се Вана ещё в первый день знакомства, они отнеслись к нему хорошо, хотя даже не знают. –Вы сами будете шить? –Да. –Но мы не можем выбрать цвет вышивки. Поэтому позвали тебя. Именно поэтому до самого вечера Скорпион не мог дойти до Байи, он тоже помогал шить и вышивать, предлагая различные дополнения к накидке. Пару раз бессмертный пытался проникнуть к ним, но был вытолкан за дверь Се Ваном. Тот заметил небольшую обиду на чужом лице, но не стал ничего говорить, подарок должен оставаться подарком. Когда же солнце начало садиться, троица вышла из своего укрытия и разбрелась, кто куда. Скорпион отправился на поиски Е Байи, у него появился один вопрос. Парень заметил, что Сиюэ и Шаньяо отличаются от обычных заклинателей. Они сильнее, очень много знают, словно прожили достаточно долго, но выглядят молодо, чуть ли не моложе самого Се Вана. Бессмертный нашёлся в своей комнате. Он с серьёзным лицом пытался собрать волосы и вставить шпильку, но выходило явно плохо. Скорпион подошёл к нему со спины и забрал шпильку из рук. –Зачем так мучаться? Мог дождаться меня. –Ха, ты же занят. Когда это на меня время появилось? Было ясно, что он всё ещё дуется, прямо как ребенок. Се Ван не смог сдержать улыбки от такого сравнения, а Байи, увидевший её в зеркало, сразу забыл, как вообще обижаться. –Я очень хотел помочь Сиюэ и Шаньяо с подарком для тебя. Поэтому и не позволил войти внутрь. Стоит немного подождать и сам всё увидишь. Скорпион быстро управился с прической и осмотрел свой труд. –Ты решил поменять причёску? –Нет. Те двое подарили мне шпильку, примеряю, нето будут злиться. Е Байи поднялся и направился к кровати, увлекая за собой Се Вана и усаживая рядом. –Я же вижу, что ты хочешь что-то спросить. –Да, Сиюэ и Шаньяо, откуда они и как давно здесь? Скорпион заметил, что на мгновение глаза Байи стали словно стеклянными, но он взял себя в руки и после вздоха начал говорить. Обычно он смотрел в глаза собеседнику, но не в этот раз, сейчас взгляд был устремлён в пол. –Эти дети здесь очень давно. Чанцин нашёл их и привёл сюда. Именно тогда он загорелся идеей создать место, куда смогут приходить все, а позже задумал спасти всех преступников. Учеников у нас тогда было много, они со временем уходили с горы, но не эти двое, в то время они хорошо общались с моим сыном... с Жун Сюанем. На самом деле они спасли меня, сначала когда Чанцин основал долину и ушёл, потом, когда умер Жун Сюань. На самом деле я очень боялся, что все оставят меня. По виду Е Байи и его затихшему голосу Се Ван понял, насколько это больная тема. Он накрыл руку бессмертного своей и слегка сжал, давая понять, что он здесь, рядом, что готов выслушать всё, что ему позволят услышать. Когда Байи поднял на Скорпиона глаза, у того сердце сжалось от открывшейся картины. По щеке бессмертного скатилась одинокая слеза, но в ней было столько боли, что можно захлебнуться. Се Вана разрывало от чувств к этому человеку, сердце готово было выпрыгнуть, а руки подрагивали. Он и подумать не мог, что за привычным видом можно скрывать столько боли. Чувство несправедливости заполнило все мысли. *Байи не заслужил всего этого. Почему именно он должен был каждый день бояться остаться в одиночестве? А этот Чанцин, он что, сумасшедший? Бросил такого человека ради этой чёртовой Долины.* Решающим ударом стала последняя фраза Е Байи. –Я и сейчас боюсь, что однажды проснусь, а вас не будет, совсем никого. Се Ван резко притянул его к себе, заключая в объятия и прошептал прямо на ухо, опаляя кожу дыханием. –Никогда, такого не случится никогда. Он действовал робко и нерешительно, но всё же взял лицо Е Байи в руки и оставил на его губах лёгкий поцелуй, практически невесомый, но такой сейчас правильный. Их лбы соприкоснулись, дыхание смешалось, а пальцы переплелись. –Никто из нас никогда не бросит тебя. –Скажешь мне это, когда кто-то из них заберёт тебя и убежит с горы. Се Ван в недоумении отстранился от бессмертного, заглядывая ему в глаза. –Подожди ка, только не говори, что ревнуешь к своим ученикам... –Я не ревную, с чего бы это? –Ты ревнуешь! –Нет! –Тогда я могу пойти с ними завтра в трактир. Наверное вернусь дня через два . У Е Байи даже глаза расширились от услышанного, он резко усадил Скорпиона к себе на колени. –Вот значит как? Тогда я на неделю уйду в поместье Четырех сезонов, там как раз по мне соскучились. Се Ван не смог сдержаться и рассмеялся, он уткнулся в плечо Байи, облегчённо выдыхая. –Ты снова шутишь и ворчишь. Никуда я, конечно, не пойду. Кто-то же должен тебя накормить. –И волосы собрать... –Хорошо, всё, что угодно. Они ещё долго сидели в таком положении, пока Байи не заметил, что Скорпион засыпает в его руках. –Ты останешься здесь, или отнести в твою комнату? Ответа не последовало, Се Ван только поудобнее устроился и засопел. Бессмертный снял с него верхние одежды, разделся сам и улёгся, обнимая Скорпиона со спины и утыкаясь ему в затылок. Запах этих волос успокаивал и помогал уснуть.