Деревенские каникулы

Пробуждение с петухами бывает романтичным только в книгах. В жизни, ничего кроме желание свернуть шею ходячему будильнику, ты не испытываешь. Особенно, если петух не твой. Именно об этом думал Антон Шастун, лёжа на небольшом диване и рассматривая деревянный потолок. Он совершенно не помнит, что здесь забыл. «Прямо как после запоя» — проносится в его голове. Парень пытается подняться с импровизированной постели, причём та скрипит как больничная койка. Вдруг, голова Антона резко сталкивается с непонятной преградой. То, что это была полка до пацана доходит уже спустя несколько секунд потому, что сверху на него падает глиняная вазочка. — Бл...— Шастун резко замолкает, услышав храп за стенкой. — Ёбаный кувшин. — заканчивает он шёпотом, при этом пытаясь вытащить из волос застрявшие ромашки, непонятно зачем засунутые в средневековую посудину. Такого пробуждения он явно не ожидал. Шастун с ненавистью смотрит на полочку, не понимая зачем прибивать её настолько низко. Правда, потом до Антона доходит, что виной всему его рост, а не дебил-дизайнер. Кое-как встав с дивана, парень осмотрел комнату. Деревянные пол и потолок, стилизованные под «старину», белые, чистые стены. Особое внимание он обратил на окна, подумав при этом о расписных древнерусских ставнях, которые к счастью отсутствовали. Также, в комнате был шкаф, а вернее комод, явно передающийся по наследству. Письменный стол и стул были новыми, и немного выбивались из общей композиции. Чего не скажешь о красном диване: им наверное ещё в девятнадцатом веке пользовались. Завершали картину миллионы полочек, ковров, вазочек, каких-то деревянных поделок и цветов. Анализировав обстановку, парень задался логичным вопросом: «С кем же надо было бухать чтобы проснуться здесь? И какая сволочь так громко храпит?» Спустя ещё пару минут, Шастун всё-таки преодолел себя и добрался таки до телефона, лежащего на столе. На экране высветилось время: 04:36. Парень тихо застонал, и запустил ромашками, вытащенными из волос, в сторону окна. После этого обул свои белые кеды, и как был в пижаме направился к двери. Открыв последнюю, Антон увидел приличной длины коридорчик, поворачивающий в сторону. Он нарочито громко захлопнул дверь, обратив внимание, что храп от этого на минуту прекратился. — Мне надо на свежий воздух.— Прошептал Шастун. — Там думается лучше, плюс смогу лично посмотреть в глаза твари, которая разбудила меня в полпятого утра. Не долго думая пацан открыл окно, и кое-как протиснулся наружу, оставив на клумбе под окном кучу своих следов. За мазанкой двадцать первого века он обнаружил небольшой сад и довольно большой огород. Антон предпочёл первое, и удобно разместился на лавочке в тени какого-то баобаба, на самом деле называвшегося тополем. На свежем воздухе извилины парня начали работать активнее, и уже спустя 5 минут он смог восстановить хронологию событий.

***

Наступило лето. Антон Шастун закончил второй курс университета, впереди три месяца отдыха. Планов больше чем у Наполеона. Всё обламывает внезапный звонок от родителей. Их просьбы приехать хоть на недельку, навестить «стариков». Учитывая тот факт, что в противном случае ему «перекроют кислород», проще говоря перестанут давать деньги. И парень покупает билет и едет обратно в ненавистный Воронеж, из которого фактически «сбежал» два года назад. За эти два года он обжился в Москве, и родной город кажется ему ещё более убогим. Шастун утешает себя мыслями о том, что как-то же он находил способ развлечься в своей глубинке на протяжении восемнадцати лет, найдёт себе занятие и на пару недель. Гостить в Воронеже долго он не собирался. Да ему и не пришлось, родители уже на второй день после приезда узнали о сыне много нового и успели принять меры. После того, как Антон не успел спрятать электронную сигарету перед приходом родителей (отсутствие практики на протяжении двух лет даёт о себе знать), в его комнате произвели настоящий обыск. Парень подозревает, что там успела побывать полицейская собака-ищейка, по типу тех, кто наркоту ищет. Когда родители напились валерьянки, успокоились и налюбовались на груду алкоголя, сигарет и мусора, извлечённую из комнаты сына, они перешли в наступление. И именно благодаря этому он здесь, в невесть как называющемся селе, у неизвестно какой тёти. Хотя бы дом этой родственницы не похож на деревянный сарай позапрошлого века, хотя усиленно под него косит. Единственное облегчение в этой ситуации, это тот факт что однокурсник Шастуна, Серёжа Матвиенко оказался здесь вместе с ним. Родители приятеля узнав о горе Антона, сразу же пожелали подобной участи и своему сыну, а добрая тётя заявила, что «очень любит детей и с радостью примет обоих». Видимо, о возрасте мальчиков её оповестили не сразу. Каникулы предстоят просто зашибись!

***

«Ладно, как минимум от скуки я не сдохну, Серый уж постарается!» — подумал Антон, ухмыляясь. — «Но если местные гопники увидят его хвостик, пиздить его придёт весь район», — невесело заключил парень. Отвлёк его от рассуждений заурчавший живот, и Шастун начал задумываться о перекусе. О том чтобы поднять тётку и попросить приготовить еды не может быть и речи, он взрослый пацан сам справиться. А учитывая то, как она храпит...Хотя этот звук вполне может исходить и от Матвиенко. Но не важно. Относительно еды вариантов два: либо вернуться в дом и найти там кухню с чем-нибудь съедобным, либо заняться мародёрством и «ограбить» тёткин огород. Копать картошку у парня желания не было (равно как и мозгов, она ещё не выросла, дебил), поэтому Антон отправился на поиски входа в дом. Крепкую, дубовую дверь он нашёл быстро, но на его беду она оказалась заперта. Тётка более хозяйственная чем он предполагал. Шастун вернулся к своему окну и влез внутрь, окончательно растоптав всё, что было на клумбе. Побродив по коридору, и оставив на чистых коврах кучу земляных следов парень отыскал кухню. Тоже закрытую. Тётка оказалась не просто хозяйственной, а супер предусмотрительной. Антон уже в третий раз перелез сквозь оконную раму, втоптав в землю всё, остававшееся на клумбе. Бегло оглядев огород, он понял что ему не светит ничего, даже картошка. Шастун уже начал зло поглядывать в сторону курятника, прикидывая, хватит ли, ему сил на битву с крикливым петухом. Последний оказался всё-таки слишком страшным, и пацан был вынужден отступить. Когда он уже подумывал лечь спать дальше на пустой желудок, его взгляд наткнулся на яблоневый сад, принадлежавший тёткиному соседу. Чувствую себя героем юмористического рассказа Носова, Антон подошёл к забору. В нём боролись голод и здравый смысл, но потом к голоду присоединилась ребяческая дурость, и парень начал штурмовать забор. — Ну и что такого в том, что мне уже двадцатник, — буркнул он себе под нос.

***

Соседом тёти Наташи был никто иной, как достаточно известный Питерский артист Арсений Попов. Что он забыл в Белгородской области? Чёрт его знает, но скорее всего более сухой и тёплый климат, а также тишину. Последней, по правде говоря по утрам не было. Соседские петухи уже довели его до приобретения беруш. Они конечно, не до конца спасали, вот и сейчас шум около забора слышен вполне ясно. Сквозь сон Арсений подумал, что петухи обнаглели в край раз уж полезли на его забор. Потом, до его сонного мозга дошло, что для петухов эти звуки слишком громкие, но он не придал этому особого значения. Когда же в саду актёра послышался отборный мат, он сразу снял все обвинения с петухов. Сон тоже испарился. Попов быстро прикинул могут ли это быть воры, и получил отрицательный ответ. «Для грабежа поздновато, половина деревни уже не спит, — думал мужчина, — да и ничего особо ценного у меня нет, до Оскара я ещё не дошёл». В итоге Арсений решил, что это шалит ребятня. Правда мат немного настораживал, но какие в наше время дети! Вооружившись на всякий случай сковородой, актёр двинулся в сад.

***

Тем временем Шастун воевал с забором. Вернее с заборами. Вся сложность его задачи заключалась в том, что заборов было двое. Первый — ветхий, деревянный забор тётки, а второй — добротный, из белого кирпича забор соседа. И если тёткино хлипкое ограждение было высотой в полтора метра, то соседское заграждение имело больше более внушительный вид. И сидя на этом заборе парень думал только об одном: как бы не сломать себе чего при спуске. Ребяческая дурость уже давно победила смысл, при чём не только здравый. Антон решил что он в состоянии перелезть с забора на ветку яблони. Но это было заведомо проигрышное решение, даже если бы он был кошкой. И ладно если ветка просто бы сломалась под его весом, не так обидно было бы. Так нет. До дерева он даже не долетел, и полетел с забора, умудрившись при этом приземлить свою задницу прямо в бочку с дождевой водой, которой сосед поливал цветы. — Блять, да какой еблан тут бочку поставил! — с трудом вылезая из неё, пропыхтел Шастун. Но его пыхтение оказалось неожиданно громким, в чём он вскоре убедился, заметив незнакомого мужчину со сковородкой наперевес. Первой мыслью Антона было дать дёру, но чтобы перескочить через этот забор без посторонней помощи надо быть спайдерменом. Второй мыслью Антона было попросить у незнакомца омлета, ну а что сковородка ведь есть. Третья мысль была о том, что незнакомый тридцатилетний брюнет с голубыми глазами вполне симпатичный.

***

Арсений крался сквозь яблоневый сад, и чувствовал себя чем-то средним между ниндзей и охранником. Двигаясь на шум, он наконец нашёл его источник. Это был немного лопоухий парень, со светло-зелёными глазами и лохматыми, светлыми волосами, одетый в белые кеды и голубой пижамный костюм. Он был почти по пояс мокрый, по всей видимости искупался в небезызвестной Попову бочке. Легонько замахнувшись сковородкой Арс выскочил из кустов. Парень его заметил и явно испугался. Первой мыслью Арсения был почему-то побег. Вторая мысль Арсения заключалась в том, чтобы кинуть в неизвестного сковородкой. Третья мысль говорила что этот парень вполне милый.