Белые лилии, красная кровь

Драко тихо выдохнул, судорожно схватившись за тёмное древко в изголовье его кровати. Поднёс дрожащие пальцы к лицу, потирая усталые глаза. Из ослабевшей ладони выпала короткая записка: «Милый, господин считает, что пары месяцев вполне достаточно, чтобы выполнить задание. Прошу, поторопись, скоро он отправит людей проверить твою работу. Если они будут угрожать сделать что-то со мной, не поддавайся. Мама всё решит. Ты только не выходи из Хогвартса. Не вздумай покидать замок! Люблю тебя. Н.М.». Крепко сомкнув зубы, Драко глубоко вдохнул, пытаясь восстановить утраченный ненадолго контроль над эмоциями. Его лицо приняло угрюмое выражение, как будто он переносит тупую, ноющую боль. Из закушенной губы потекла тонкая дорожка крови. — Ха-а-а… Блять, — выдохнул Малфой. Нагнувшись, он поднял листочек, тут же сжигая заклинанием. — Блять-блять-блять!!! — вдруг прошипел блондин, напрягаясь всем телом. Белки его глаз покраснели, дыхание сорвалось — он все ещё пытался делать вид, будто все в порядке. — Дурак! — Малфой вцепился руками в свои волосы, в странной попытке причинить себе боль. Из него посыпались тихие ругательства вперемешку со всхлипами. — Дурак… Чего он тянул? Почему он не сделал ничего? Не попытался хотя бы? А ведь у него был выбор — он мог попросить о помощи. И сейчас его мать почти прямым текстом говорит, что, если он не убьёт Дамблдора, пострадает не только Драко. Малфой ещё раз глубоко вдохнул, быстро утирая злые слёзы. Ещё не всё потеряно — нужно только решиться.

***

Сегодня Гарри нездоровилось. С самого утра он ощущал неприятный жар, заставлявший его щёки пылать. Десны над клыками воспалились, а кулаки просто чесались заехать по морде какому-нибудь альфе — верный признак приближающегося гона. Забрав у Помфри пару флакончиков с успокаивающим зельем, Поттер отправился на завтрак в Большой Зал. Рон подмывал его прогулять уроки, и Гарри почти согласился… Но Гермиона вовремя напомнила, что потом придётся ходить на отработки. В общем, не без потерь, но герой всё же оказался на Трансфигурации, потом ЗОТИ и, наконец, на Зельеварении. Под конец дня коленки Гарри начали отбивать чечётку под партой, бутыльки с успокаивающим закончились, а количество замечаний от Снейпа превысило все допустимые границы. С Зельеварения Поттер сбежал, не дослушав даже объяснений Слизнорта. Поэтому он не видел, как вслед за ним из класса выскочил ещё один человек. Закрыв нос рукой, он, чуть не переходя на бег, быстро шёл вдоль тёмных коридоров Хогвартса. Гарри срочно нужно было к Помфри. — Подожди, Поттер! — немного запыхавшийся Малфой, сильно дернул брюнета за руку, останавливая. Он решился. Решился попросить помощи у Всеобщего Героя. Слизеринец, наконец, признался себе, в том, что он не в состоянии самостоятельно разобраться со своими проблемами. Решение обратиться к Поттеру далось ему непросто. Гарри раздражённо оглянулся: Драко выглядел сильно взволнованным. Беспокойный взгляд, трясущиеся, обескровленные пальцы и мертвенная белизна лица заставили Гарри сбиться с шага и потерять некоторую долю раздражения. — Малфой… — брюнет, задержав дыхание, аккуратно вытащил запястье из рук парня, тут же отворачиваясь. Он тяжело облокотился на каменную стену, зажмуриваясь. Гарри вело от запаха стоящей рядом омеги, он еле сдерживался, чтобы не вдохнуть воздух полной грудью и не наброситься на глупого Малфоя. — Уйди, Драко… — Что?.. — немного растерялся блондин. — Поттер, стой! Поттер! — Драко вновь поймал сильную кисть. — Я… Мне нужна… — Уйди, Малфой, — сдавленно произнес гриффиндорец, легонько оттолкнув от себя омегу. Ему было почти дурно от близости Драко. Гарри перенёс мутный взгляд на виднеющийся вдали тёмный проход — до кабинета Помфри ещё далеко. Сжал руки в кулаки, заставляя себя не останавливаться. — Поттер? Да постой же! — Драко в бессилии дернул брюнета за руку. Ему казалось, его шанс на спасение уходил от него вместе с Поттером. Эта мысль подталкивала Драко к решительным, почти истеричным в своей несвоевременности мерам. Это похоже на шутку. Гарри закусил губу до крови. — Поттер! — ещё один рывок. — Оставь меня, Малфой! — он всё же сорвался. Гарри сильно толкнул блондина в стену, удерживая за воротник. Приблизился, ведя носом по линии шеи. Рот Гарри наполнился слюной, клыки удлинились. Малфой замер; затаив дыхание, вжался в стену. Поглощенный своей проблемой блондин только сейчас заметил состояние гриффиндорца. Сбитое дыхание и расфокусированный взгляд говорили сами за себя. — П-поттер? — Да… — на выдохе ответил Гарри. Шумно втянул воздух в грудную клетку, поглаживая большим пальцем оголённую шею Малфоя. Драко судорожно выдохнул — дрожь прошлась по всему его телу. — У… Ходи, — сквозь зубы произнёс Поттер, только сильнее прижимаясь к омеге. — Отпусти! Я… Мне нужно было!.. — слизеринец забился в руках альфы — ему стало чертовски страшно. Он хотел открыться, рассказать о своей проблеме, и самое страшное, что он боялся услышать — сам решай свои проблемы. Конечно, он не думал, что… — Я… Не хочу… Брать чужое, — противореча словам парня, руки его уже шарили по телу вырывающегося блондина. — Прости… Прости, — слезы текли из глаз Гарри, когда он, скалясь, срывал слизеринскую мантию с Драко. Слюна капала с его выступающих клыков, как у бешеной дворовой псины. — Акха! — Драко вздрогнул — Поттер грубо дёрнул его на себя, заталкивая в неиспользуемый, пыльный класс. Закрыв дверь, он тут же вжал блондина лицом в стену. — П-поттер… Поттер, не надо, — тихо шептал слизеринец, пытаясь призвать брюнета к разуму. — Ты пожалеешь, Гарри. Не делай этого. — Прости меня… Прости, прости, — язык героя прошёлся по загривку Малфоя. Гарри зажмурился, чуть отстраняясь: — Беги, Малфой… И тут же он, почти плача от безысходности, вновь грубо толкнул омегу в стену. — А-аргх!.. — укус. Драко задохнулся от поразившей его боли. Широко распахнутые глаза невидяще смотрели перед собой. Он тонко заскулил, сильно забившись в руках Поттера. Слёзы закапали из серых глаз. — Прости меня, Драко… Прости меня, — шептал Гарри, продолжая кусать Малфоя. Поверх первого следа ложились новые и новые отпечатки клыков альфы. — Помогите… Помоги… — скулёж Драко было сложно разобрать сквозь громкие всхлипы. Поттер грубо срывал с него остатки одежды. Когда на костлявых плечах осталась висеть только расстёгнутая белая рубашка, вся заляпанная каплями крови, Поттера будто сорвало с Драко. Парень громко влетел в стену, разбивая о неё голову и сваливаясь на пол мёртвым грузом. Малфой, тяжело дыша, съехал по стене. Над ним возвышался Снейп. — Сп-спасибо, — слабо произнес блондин, облизывая сухие губы. Его глаза пекло от сдерживаемых слёз. Быстро осмотрев ранки, Северус помог встать крестнику: — У вас проблемы, мистер Малфой, — оповестил он блондина, бросая злой взгляд на лежащего без сознания Гарри. — Как и у Поттера.

***

Сильная лихорадка настигла Драко под ночь. Это было похоже на сильнейшую течку, только куда ярче и, как сказал Снейп, скоротечнее. Простыни под Малфоем быстро намокли и неприятно липли к телу, кожа горела огнём, слишком бурно реагируя на любое касание, а взмокшие волосы хотелось отрезать ко всем чертям. Извиваясь на кровати в спальне Снейпа, Драко грязно проклинал Поттера на все лады. Северус, в это время сидящий в соседней комнате, делал то же самое. — П-профессор… — позвал блондин. Он тихо хрипел не в силах произнести что-то громче. — Профессор Снейп… Профессор. Северус быстро вошёл в комнату, аккуратно прикрывая дверь. — Я… Мне нужно… — Драко не мог сформулировать мысль. Он, не стесняясь, терся о простыни истекающим смазкой членом. Северус выгнул бровь, холодно рассматривая крестника «в самой красе». Малфой захныкал. Таким жалким и грязным он никогда ещё себя не чувствовал. — Помогите, пожалуйста… — Сейчас идёт жесткая перестройка ваших гормонов, после вы будете… — Мне плевать, — перебил слизеринец, останавливая затуманенный, возможно, даже похотливый взгляд на мужчине. — Мне нужно!.. — голос Драко сорвался на короткий визг от злости и отчаяния, когда, не сказав ни слова, Северус вылетел из спальни. Крупные слёзы полились из глаз Драко. Он громко заплакал, закрывая лицо руками, в то время как ноги его были пошло расставлены. Малфой ненавидел себя за это, но хоть как-то более менее прилично свести конечности не получалось. Блондин отчаянно не хотел терять уважение в глазах своего декана и от этого ревел только пронзительнее. Захлебываясь слезами, он вновь позвал: — С-северус!.. Север-рус… — Драко, поперхнувшись, закашлялся. Дверь в спальню громко хлопнула, и через пару мгновений в Драко что-то прилетело. В руках Малфоя оказалась скомканная, белая простынь.  — Крестный? — блондин неуверенно приподнялся, сминая в кулаках ткань. Снейп выглядел запыхавшимся, как будто быстро бежал. — Это простынь с постели Поттера… — выдохнул мужчина. — Тебе с ней должно быть легче, — он, не оборачиваясь, вновь покинул комнату. На этот раз окончательно.

***

Эта ночь была худшей в жизни Малфоя. Только под утро он смог забыться беспокойным сном, прерывавшимся слишком часто, чтобы было возможным выспаться. — Мне нужно посмотреть, как заросла… Метка, — выплюнул последнее слово тихо зашедший Снейп. Драко, устало открыв глаза, медленно перевернулся на живот, позволяя мужчине делать свою работу. Он устал. Устал настолько, что не было сил даже злиться на Поттера. Метка… Это столько проблем — изменение запаха омеги, смещение цикла течек, слишком бурная реакция на феромоны героя и в то же время полное игнорирование других альф. Но главное, самое противное — абсолютная зависимость от укусившего альфы. Драко не сможет жить вдали от Поттера, не сможет сношаться с кем-либо, кроме Поттера, не сможет иметь детей не от Поттера — организм просто не примет. Полная зависимость. Забавно то, насколько жестока природа — у укусившего альфы нет никакой привязки к омеге. И если альфа не захочет создать семью с омегой, последний вынужден будет остаться одиноким. Навсегда. — Драко, — спокойнее произнёс Северус, встав с кровати. Мужчина собрался уходить. — Он хочет с тобой поговорить. Через пару минут в комнату действительно зашёл Он. Неуверенно озираясь, Гарри небыстрыми шагами приближался к Малфою. Поттер неуклюже хромал, припадая на правый бок — было заметно, что Снейп уже «поговорил» с ним. Он, слабо улыбнувшись Драко, аккуратно сел на кровать. Так, чтобы, не дай Мерлин, не задеть слизеринца. — Драко… — начал Гарри. — Не надо, — легко перебил его Малфой. Поймав удивлённый взгляд гриффиндорца, Драко пояснил: — Ты уже извинялся. Разве не помнишь? — презрительно скривившись, спросил он. Гарри виновато опустил глаза. — Я возьму ответственность за свой поступок, — глухо, но твёрдо произнёс парень. Блондин фыркнул: — Конечно, возьмёшь. Мои родители просто не позволят тебе оставить меня одного. Дело в другом, — доверительно заглянув в зеленые глаза, продолжил слизеринец. Наклонился чуть ближе к альфе, шепча: — Где гарантия, что ты не умрешь на этой войне? Что с тобой мне будет лучше, чем одному? — Я не умру на этой войне, — угрюмо ответил Гарри. Драко зло улыбнулся. — Все люди смертны! Но ты же понимаешь, — оскалился слизеринец. — Не это страшно. Страшно то, что они бывают внезапно смертны. Да, Поттер? — Что?.. О чем ты? — растерянность, почти страх сквозили во всей фигуре гриффиндорца. Драко резко прекратил улыбаться: — Уходи. Уходи, Поттер, — не заметив изменений, он тяжело вздохнул, закрывая глаза: — И… Прости. Мы оба виноваты. Прости. Я не должен был этого говорить. — О чем ты говоришь? — странная нервозность охватила героя. Ему казалось, что-то очень важное, очень страшное крылось во фразе Малфоя, брошенной на эмоциях. — Малфой? — надавил Гарри. Драко просто устал. Как и Поттер. — Пошел вон. Проваливай!