Mind Game

       Жаркое солнце выпаривало воду из земли. Разница температур вызывала "танец" воздуха в оконных и дверных проемах. Стекла были настолько горячими, что, прижми к ним ладонь, отдерешь только оставив припекшуюся к ним кожу. Томми метался по кровати, почти просыпаясь от жары. Синеватые веки подрагивали, светлые пряди прилипли к мокрому лбу, а на оголенной бледной коже спины играли капли пота. Скомканное одеяло сиротливо лежало в углу, скинутое еще утром. При очередном повороте Томми уткнулся лицом в подушку, прячась от настырных полос света, озарявших комнату. Воздуха стало не хватать через несколько минут, но его разбудил только настойчивый стук в дверь.        С протяжным стоном он поднялся с кровати, чувствуя как каждая мышца болит, непослушные ноги дрожали. Потирая смятое ото сна лицо он отворил щеколду, открывая дверь. Едва разлепив глаза, он уткнулся взглядом в незеритовый нагрудник, проскользил взглядом вверх, до лица, и ойкнул, понимая кто перед ним стоит. Сэм в упор смотрел на подростка, теребя ремешок брони. Томми резко захлопнул перед его лицом дверь, отходя назад. Каждая мышца тела напряглась от чувства незащищенности. В последний раз он позволял кому-то видеть свое искалеченное тело так, когда ему перевязывали раны. Последний раз, когда тело было обнажено без уважительной причины перед кем-то — когда он стирал в воде футболку, а Дрим не вовремя пришел. Мерзкое чувство уязвимости сжало горло, и Томми бы отдался панической атаки, если бы опять не постучали. Накинув на себя кофту, Томми открыл дверь опять, с привычной дерзостью заглядывая в лицо Сэма. На дне зрачков подростка плескалась паника. — Что случилось, Сэм? Как нашел меня?,- хмыкнул Томми, пропуская гибрида в комнату. — Ники пропала,- отчеканил Сэм, украдкой осматривая убранство спальни. Было не густо, даже пустовато. — Как пропала?,- пошатнулся подросток. — Поговорим на улице, возьми оружие и броню,- мазнул взглядом Сэм по фигуре Томми. Сэм видел его руки, покрытые огромными широкими лентами розовых шрамов, видел спину, на которой огромным рваным пятном значился шрам от первой смерти. Но Сэм не думал, что на груди мальчишки проявиться тот же шрам, что и на спине — неужели Дрим тогда ударил настолько сильно, что едва ли не насквозь разрубил Томми?        Сэм вышел, ступая широкими шагами. Мимо проходившая Долли вжалась в стену, подавляя пугливый выкрик. Мэт вышел из своей комнаты, едва ли не следом идя за надзирателем. Широко ухмыльнувшись, он подмигнул сестре, одним взглядом отправляя ей посыл:"Скоро". Томми вышел через несколько минут, на ходу одевая шлем. На его поясе держался меч, поблескивая на солнце. Резкое пробуждение посреди дня и жаркая погода портили внешний вид Томми — слипшиеся волосы облепили заспанное лицо. А отсутствие банального утреннего умывания вынуждало его держаться от людей подальше. На автомате он раскидывался приветственными кивками, даже когда вышел на улицу и подходил к дому Паффи. Ведущий его Сэм молчал, его, казалось, не волновало ничего — ни жара, ни болевшая, после ночной выпивки, голова. Уже на пороге дома, надзиратели остановились, приветствуя собравшихся.        Джек молча стоял, уткнувшись лицом в пушистую шевелюру Паффи, только подрагивание плеч намекало на истерику. Гостбур витал высоко над землей, маниакально окрашивая волосы Паффи в свою синеву, видимо перепутав женщину с Другом. Паффи почти ни на что не реагировала, рефлекторно поглаживая Джека по спине, да дергаясь то ли от того, что Гост сильно тянул её за пряди, то ли из-за того, что сама синева была кровью призрака. От последней мысли у Томми скрутило в спазме пустой желудок. Переминаясь с ноги на ногу, качалась побелевшая Ханна, а за ней, скучающе облокотившись об стену, стояли Панз и Антфрост. Сэм скривился под маской при виде последнего, на уровне инстинктов ощущая неприязнь к котам. Да и факт нахождения в городе членов Эггпайра не внушал доверия. Потому что Эггпайр недолюбливает неверных. — Паффи, расскажи все что произошло,- обратился к ней Сэм, позволяя и себе расслабиться, опираясь на ограду. — После вчерашнего праздника мы пришли ко мне домой,- начала она, вырываясь из транса. Гостбур, опечаленный тем, что не смог её докрасить, отлетел к Томми, перепачканными в синеве руками схватившись за наплечники,- Мы сидели, разговаривали, около пяти утра легли спать. Я встала в девять, её уже не было. — А её вещи? Может она просто ушла прогуляться?,- скептично выгнул бровь Антфрост. — Её вещей в моем доме было немного, и сейчас их вообще нет. Ни одежды, ни оружия, ни книг зачарований. Она жила в своем доме, совмещенном с пекарней. Там тоже нет ни припасов, ни брони. Пекарня закрыта. Она не могла просто так уйти.        Томми шумно сглотнул, вспомнив её взгляд. Неужели Ники сбежала? Но куда? И почему? Причина должна быть весомой, что бы она бросила свою возлюбленную. На нос Томми упала плотная капля синевы. Гостбур был крайне задумчив. — Эй, Томми. А кто такая Ники? Почему все переполошились?,- задал он вопрос, переманивая на себя внимание всех. — Мы виделись с ней ночью, Гост. Она — та девушка с розовыми волосами. — Ага-а,- протянул призрак,- а я её знал?        Томми подавился воздухом вместе с Джеком и Паффи. — Да, ты знал её еще до начала всего,- съежился подросток. Если Гостбур забыл о ней, то значит Вилбуру или Элайвбуру* это причиняло боль. Но как сказать призраку о том, что Ники была ему одним из самых важных людей? — Вот как? Жаль,- совсем без сожаления отмахнулся Гостбур. — Эй, Томми. Что у вас за терки были с Ники?,- вспомнил Сэм. — Терки? А я откуда знаю почему она с цепи сорвалась на меня,- вспыхнул Томми,- Злилась на меня за Вил... него. Ну сцепились мы с ней пару раз в драке, и что? — А что было ночью?,- подала голос Паффи. — Ночью... Гостбур, свали нахуй, пожалуйста, разговор не для тебя,- огрызнулся Томми, когда очередная порция синевы капнула на его лицо. Призрак ненадолго обиделся, но улететь — улетел,- ночью, из-за встречи с Гостбуром, она была готова мне глотку вспороть. Только взгляд у неё был, как у Элайвбура. — Что ты имеешь в виду? — Она прощалась с этим городом. Но, раз мы еще не взлетели в воздух, она явно его не хотела подрывать. — Пару дней назад я видела как она покупала зимнюю куртку,- внезапно вклинилась Ханна,- зачем кому-то зимняя куртка в здешнем жарком климате, тем более летом?        Среди стоявших пробежала волна осознания. — Сноучестер... Но зачем ей туда?,- встрепенулась Паффи. — Сноу-честер?,- подал голос Панз. — Город в снежном биоме. Там управляют Туббо с Ранбу. У меня там тоже есть дом,- отчеканила Паффи,- но зачем ей это, после жизни на землях СМП? — Там есть еще двое, помимо Туббо и Ранбу,- пробормотал Томми, но был все равно услышан,- Техноблэйд и Филза тоже живут в снежном биоме. — Я не знаю, откуда тебе это известно, и спрашивать пока даже не буду,- отошел от Паффи Джек. Его покрасневшие и припухшие глаза были свидетельством плача,- но все что мы можем сказать — Ники ушла явно не для того, что бы остаться одной. Нам надо найти больше улик. Письма, вещи что угодно. Все что вы сказали — не имеет значения без доказательств. Но если она и в правду на пути в зимний биом, то что-то надвигается.        Стоящие молча согласились. Разделившись на группы, они пошли осматривать места, в которых бывала Ники: дом Паффи и её дом-пекарня. Томми пошел осматривать пекарню, изредка поглядывая на Джека, лицо которого было покрыто тенью злости. Подросток знал, что скорее всего тут не обошлось без вездесущего Дрима. Но что он сделал с Ники? Это еще предстояло выяснить. Внезапно, Томми перехватил Мэт, взявшийся из ниоткуда. Отвев в сторону Томми, под удивленный взгляд остальных парней, Мэт совершенно случайно вывел из себя его. — Томас,- блондин скривился, услышав такое отвратительное фамильярное обращение к себе,- помоги, пожалуйста. — Я занят, Мэт,- оттолкнул его плечом Томми, пытаясь обойти,- не до тебя. — Это быстро, одно маленькое обещание всего-то,- настаивал на своем ребенок. — У тебя есть две минуты на объяснение. — Помоги нам сбежать,- выпалил Мэт. — Кому "нам"?,- процедил сквозь зубы Томми. — Мне, моей сестре и брату, это не бесплатно, вовсе нет, можешь просить что хочешь,- в глазах Мэта плескалась уверенность. — Да катись ты к черту, я не буду никому помогать сбегать,- широкими шагами начал отходить блондин. — Да тебе же это легко сделать, что тебе стоит нам помочь?,- обиженный и недопонимающий Мэт бросился следом, кладя руку на плечо. — Я сказал тебе четко что не помогу. Свали нахуй с моей дороги,- скидывая с себя чужую руку,- я не буду помогать твоей семейке, хоть сдохните.        Мэт остался стоять, чувствуя безысходность. Его шанс на спасение был упущен, удалялся от него подпрыгивающей походкой. Мэт не хотел возвращаться домой — его угнетала сама мысль об отце-тиране. А Томми не думал об этой семье. В его голове созревала новая, отчаянная идея — узнать все ответы у Дрима. В конце-то концов, у них осталось еще множество нерешенных вопросов.

***

       Дрим вскинул голову, заглядывая вглубь утреннего неба. Тусклые звезды таяли с золотисто-розовом свете, редкая птица рассекала воздух, тревожно заводя песнь. Джордж спал рядом, его корона, увитая цветами, лежала на земле. Болезненная бледность кожи с посиневшими подрагивающими веками говорила о переутомлении парня. Всю эту ночь, как и предыдущие сутки, они бежали из леса, нередко используя жемчуг эндера для телепортации. Отвыкший от таких нагрузок Джордж быстро выдохся, а потому теперь непробудно спал. Дрим резко опустил голову, рассматривая землю под собой. Среди равнодушных звезд, умирающих в агонии нового дня, блуждал взор тусклых зеленых глаз. Дрим чувствовал это своим естеством, кожей, душой.        На горизонте частоколом стояли горы, отделяющие Эндерфолл от остальной земли, но они не были целью путешественников. Дрим хотел свернуть к заливу, что бы навестить торговые города, а затем переправиться через горы, возвращаясь к долине. Но это потом, не тогда, когда его друг изнеможен. После разговора у статуи, они договорились на это внеплановое путешествие, обещав друг другу выгоду. Дрим был доволен, даже слишком. Обведя взглядом спящего Джорджа, разглядывая играющие на его темных прядях блики, приоткрытые губы, тонкие руки, Дрим поймал себя на мысли о том, что Джорджу действительно не идет быть кочевником. Невысокий, худой, с молочной кожей, легко покрывающейся синяками от любого удара, он должен быть во дворце, восседая на троне. Ему бы шел королевский наряд, неспешная поступь, ровная спина и чуть закинутая наверх голова. А единственной тяжестью, которую он мог бы носить, были ли бы украшения да корона, а не броня и оружие.        Но наступившее утро, встречающее путешественников прохладой и росой, разбудило Джорджа. Потирая сонные глаза, он открыл рот в зевке, чувствуя как сухая нижняя губа, не выдержав, трескается. Зализывая языком ранку, парень натыкается взглядом сначала на потухший костер, а затем и на Дрима, сидящего на земле. Поднимаясь, опираясь на локти, он еще несколько секунд смотрит в никуда, прежде чем кидает приветствие Дриму. В ответ ему приходит лишь сухой кивок. Когда оба парня стоят, разминая затекшие мышцы, Джордж пересекается взглядом с крестом на маске и выдает легкую улыбку. Тяжелый вздох раздается из-под маски: — Ты безнадежен, Джордж,- с улыбкой в голосе, отвечает парень,- за валуном, в нескольких метрах, ручей течет, иди, умойся. — А ты?,- отдаляясь, спросил Джордж, обернувшись через плечо. — А я давно встал, сонный король,- фыркнул Дрим, открывая инвентарь.        Джордж обошел валун, поросший мхом от сырости, зацепился за торчащие корни камней и, не удержав равновесия на скользкой, влажной земле, упал, проехавшись коленями по земле. Теперь ручей нужен был не только для того, что бы умыться. Проклиная свою неуклюжесть спросонья, оценивая масштаб трагедии, Джордж пришел к выводу, что в городе лучше закупить себе еще пару комплектов одежды. Потому что, уверенный в скором возвращении, он не взял с собой ничего. Умывшись холодной, чистой водой, он стал набирать её в ладони, пытаясь оттереть грязь со штанин. Получалось крайне плохо, руки покрывались ею, но неровный слой оставался на ткани. Закусив губу, Джордж скинул обувь с ноги, аккуратно ставя её в русло ручейка. Да, было бы логичнее снять штаны и постирать, но сама мысль о том, что бы находиться посреди леса без них смущала парня. Легкая судорога скрутила пальцы, от чего он чертыхнулся. Сзади послышались шаги и недовольное шипение. — Какого черта ты так долго копаешься?,- спросил Дрим, рассматривая открывшуюся ему картину,- вылезай из воды — простудишься. Что произошло? — Я упал,- вставая и собираясь обуться, кинул Джордж. — И полез в ледяную воду отстирывать себя? А переодеться не пробовал? — У меня нет запасной одежды,- пробормотал Джордж, но был услышан.        Дрим тяжело вздохнул и открыл инвентарь, находя в нем сумку с запасной одеждой. Порывшись в сумке он выудил черные брюки и кинул ими в Джорджа. — Переодевайся. Если заболеешь — твои проблемы,- уходя обратно предупредил парень,- и давай по-быстрее, а то без тебя уйду.        Кивнув спине Дрима, Джордж засуетился, стаскивая с себя свои штаны. Брюки оказались на несколько размеров больше чем надо. Подвернув длинные штанины, Джордж вытянул из грязных штанов ремень, что бы закрепить брюки на себе. Мягкая хорошая ткань обдала ноги теплом. Такие брюки не носятся для путешествий: добротная ткань должна украшать обычных людей, занятых мирной жизнью. В легком гомоне леса и журчании ручья раздались нехарактерные хлопки. Быстро закинув штаны в инвентарь, Джордж побежал обратно к их "лагерю", понимая что Дрим скоро будет зол. И в правду, скрестив руки на груди, Дрим мерно выбивал дробь ногой по земле. Заметив Джорджа он опустил напряженные плечи, рукой маня его за собой. Давно потухший костер и смятая трава напоминали о ночлеге. — Нам еще далеко?,- поравнявшись с ним спросил Джордж, подтягивая все равно сползающие брюки. — Нет, если поторопимся, то до вечера успеем,- раздвигая и придерживая ветви елей, что бы они не дали никому по лицу, задумался Дрим. Джордж смотрел ему в затылок, рассматривая, явно самостоятельно собранный хвостик. Ремешок маски дополнительно поддерживал прическу, прижав огромный петух, из которого могли выпасть пряди. Джордж мог бы в благодарность за штаны помочь Дриму с волосами, если бы тот, конечно, согласился.        Очередной торчащий корень поймал Джорджа в свои сети, но вовремя спохватившись, он устоял на ногах, чертыхнувшись от неожиданности. Но Дрима не повезло в этот раз: обернувшись на звук, он упустил мохнатую лапу ели, что от души хлестнула его по лицу. Крепкая маска выдержала удар, в отличие от гордости, которая разбилась от звонкого смеха Джорджа. Но смех продлился недолго, прерванный тихим чихом. Под маской не было видно обеспокоенного взгляда неоновых зеленых глаз. Потихоньку лес отступал, в проредях ветвей виднелось поле, но даже лучи солнца не радовали Джорджа. Резко начавшийся насморк мог быть первым звоночком простуды, крайне нежелательной в путешествии. — Почему здесь так холодно?,- шмыгнув носом поинтересовался бывший король. Его очки грозились соскользнуть со своей позиции, корона хранилась в инвентаре. — Неподалеку холодное море, в этих местах даже летом прохладно,- мельком взглянул на парня Дрим, а затем остановился, задрал рукав рубашки, и прикоснулся незащищенным одеждой участком кожи лба Джорджа,- у тебя горячий лоб. Заболел? Или переутомление? — У меня болит голова,- промычал в оправдание Джордж, прикрывая глаза, но не собираясь сдаваться,- скорее всего просто устал.        Дрим несколько секунд стоял в раздумьях. Да, нагрузка на не привыкший организм дала свои плоды, как и холод этих земель. С сомнением он потянулся к застежке плаща. За зеленым оком Эндера щелкнул механизм, и плащ соскользнул по ровным плечам. Дрим накинул его на плечи Джорджа, защелкивая механизм. Длинный плащ касался земли, но Дрима было уже плевать на его сохранность. Важно было одно — что бы Джордж дошел до города. — Спасибо, Дрим,- голос Джорджа дрогнул, а на щеках вспыхнул румянец от неловкости. Он отвык от простой человеческой заботы, какая и должна быть в нормальном обществе. Взгляд сразу же привлекли глаза на плаще,- что это за символы? — Это Око Эндера, символ Эндерфолла. По легендам это ключ к измерению богов. — Вот как? Дрим, а откуда ты столько знаешь об Империи? Даже в библиотеках дворца нет такой информации, да и зачем тебе носить символы павшей Империи? — Много не нужных вопросов, Джордж. Я отвечу на них позже. А знания? Я живу не первый год — знаю где найти нужную информацию.        Джордж нахмурился, понимая что Дрим опять ушел от ответа, но тут же одернул себя:"Может есть причины". Слабоватое оправдание на время угомонило интерес парня. Он провел рукой по добротной ткани, удивляясь качеству материала, задел тяжеловатые наплечники со свисающими нитями цепочек, и накинул на голову капюшон. Джордж утонул в плаще, большой капюшон имел много пространства внутри, его пришлось немного скинуть, что бы видеть мир. Одной рукой взяв разлетающиеся полы, Джордж поежился и поспешил за Дримом, успевшим отойти. Прохладный ветерок пронизывал открытые участки тела, но Джорджу было гораздо теплее. Его мысли скакали от того, что Дриму может быть холодно идти налегке, до того, насколько они далеко от СМП. Эндерфолл со своими землями находился за горами, достаточно далеко, что бы усомниться в чудодейственной силе телепортирующих жемчужин. Джордж чувствовал что упускает нечто реально важное, но от мыслей голова разболелась еще сильнее, так что он отпустил переживания. Они поднимались на холм, иногда скользя по влажной траве. Яркое негреющее солнце радостно поднималось из-за гор, поле дарило запах распустившихся цветов, дикая пышная полынь клонила голову перед идущими.        Стоя на вершине холма, путешественники рассматривали цветастые крыши зданий. Казалось — стань на носочки или подпрыгни — и вот, увидишь край воды, плещущейся о берега, подлизывающей землю под беловатыми стенами домов. Даже отсюда был виден обширный рынок и снующие люди. Оба парня аккуратно начали спускаться с холма, подходя к стенам, окружавшим город. Дрим поймал за капюшон навернувшегося Джорджа, не успевшего удержать равновесие. Стража на воротах равнодушно проводила их взглядом, пропуская внутрь. — А зачем им стена и стража?,- рассматривая дома спросил Джордж. — Набеги монстров и разбойников — обычное дело здесь,- не задумываясь ответил он. — А по нам видно что мы не разбойники?,- скептично выгнул бровь Джордж, когда Дрим повернул на новою улицу. Вывески магазинов привлекали взгляд, бывший король заприметил таверну, в которой понадеялся найти что-нибудь съедобное, но его друг свернул к кузнице, или в что-то по типу этого — Джордж не успел разглядеть вывеску.        Оставив Джорджа на входе, Дрим прошел в основной зал, в поисках продавца. Пахло жаром и металлом, слышалась ругань мастеров. Джордж мученически свел брови от назойливого стука по металлу. Кто работает в такую рань? Но по уставшему лицу мимо прошедшего работника стало ясно — они и не ложились. Джордж чувствовал озноб, крадущийся по конечностям, кончики пальцев заледенели, и очередной чих подвел бывшего короля к выводу — заболел. Погрузившись в мысли о том, как же так вышло, он и не заметил вернувшегося Дрима, держащего на руках броню. — Все хорошо? — Да, просто задумался,- соврал Джордж, застывая при виде брони. Янтарные пластины захватили взгляд. На них поигрывал свет из окна, от чего, казалось, они горели огнем. — Нравится? — Очень, что это за материал?,- несмело протянул руку Джордж, касаясь теплого металла. — Ихор, очень редкий материал. Зато свою цену окупает с головой,- хвастливо хмыкнул Дрим, прежде чем ответить на вопросительный взгляд,- Она в несколько раз лучше незеритовой брони. Хочешь себе такую же? — Разве можно? Она наверное стоит как мой бывший дворец,- убрал руку Джордж. — Да ладно тебе, Джордж, мы же друзья. Я закажу тебе такой же комплект, пошли.        И оба парня пошли обратно внутрь, где с Джорджа сняли мерки. После они направились в таверну, под недовольное шипение парня в маске. Дрим оказался ярым не любителем подобных заведений, но урчание живота Джорджа сломило его. И, пока Джордж наслаждался заказанной едой, Дрим договаривался с хозяином о съеме комнаты. Свободных мест жилья было немного, ведь пришли торговые корабли, и торговцы наполнили город. В недолгом противостоянии хозяина таверны и Дрима победил мешок золота, щедро кинутый последним, с искренней фразой:"Подавись".        Уже сидя в комнате, Джордж признался Дриму в том, что простужен. Его бил озноб, а глаза закрывались. Жалкие пара часов пути выбили его самочувствие из колеи. Дрим пытался уйти за лекарем, но Джордж в панике впился заледеневшими пальцами ему в руку. То ли его так сковал страх перед врачом, то ли боязнь остаться одному в таком состоянии, но он не разжимал хватки. Дрим присел рядом на кровать Джорджа, поправил плащ, что теперь заменял одеяло, и остался поглаживать по спине парня. Белые перчатки не позволяли чувствовать температуру Джорджа, но Дрим был уверен, что она подскочила. Когда оцепеневший Джордж уснул, опираясь на друга как на подушку, Дрим не стал его будить или идти на поиски лекарств — он аккуратно переложил его на кровать, оставаясь рядом.        Откинув со лба темные пряди, сняв очки, оставляя их на тумбе, Дрим усмехнулся, любуясь Джорджем. За окном гомонили люди, с первого этажа таверны раздавался смех и пьяная ругань. Только под маской на лице расплывалась широкая улыбка, за которой прятались все чувства.

***

       Карл отшатнулся от нервного СапНапа. Огоньки возле основания рогов вспыхивали то сильнее, то почти потухали. Карл боялся обжечься, но сильнее — обидеть любимого. Едва касаясь пальцами висков СапНапа, Карл попытался мысленно воззвать к Квакити, который исчез несколько дней назад. Исчезновение Квакити рушило планы ифритового гибрида, но разбивало сердце обоих оставшихся. Карл старался мыслить трезво, храня в себе уверенность, что он их не предал, не изменил, не нашел кого-то на стороне. Причиной его пятидневного отсутствия он объяснял занятостью в его городе, проблемами в бизнесе и Дримом. СапНап со своей вспыльчивостью мыслил совсем в другом ручье — казино, хозяином которого был Квакити, полнилось слухами о "юной крылатой женской особе, в фиолетовом платье". С этой девушкой Квакити носился уже четыре месяца, но ни разу не познакомил их лично. У него были всегда отговорки, и множество рассказов о ней. У СапНапа дергался глаз при каждом упоминании её болезни, ведь Квакити всегда упоминал её спину, на которую не мог смотреть без жалости и неприятных позывов в желудке.        СапНап был ревнивым, слегка резким в своих поступках. Но три кольца в красивой коробочке хранили в себе все то, что он не мог выразить напрямую. Это было желание связать их жизни, разделить любовь и судьбу. СапНап давно мечтал сделать предложение своим парням, что бы находиться в официальном браке, но что-то вечно мешало. Квакити избегал этой темы, будь-то она была проклятой. Карл надавил пальцами на виски гибрида, целуя в макушку. Огоньки ласково лизнули его щеки, не обжигая, но даря тепло. СапНап сгреб своей большой ладонью руку Карла, прижимая к своей щеке и нежно потерся щетиной, чувствуя как тонкие пальцы возлюбленного скользят по коже, губам. Запрокинув голову назад, гибрид с благодарностью посмотрел Карлу в глаза, хвостом оплетая его ноги. Эта нежность путешественника во времени всегда спасала его от отчаянья, от необдуманных поступков. Но он не мог больше сидеть и ждать — пять дней отсутствия были серьёзной причиной отправиться на поиски Квакити. Карл понял гибрида без слов, кротко кивая в ответ.        Обсидиановая рамка портала манила своим нутром. СапНап накрыл ладонью выпирающие грани блока, с инстинктивной любовью коснулся теплой фиолетовой дымки портала, частицы которой закружились вокруг как лепестки сакуры в ветреный день. От дымки несло жаром и тем особым запахом Незера — порохом и пылью, песком душ и ароматом деревьев. СапНап жадно вдохнул этот запах, вбирая как можно больше в себя. Только ладонь Карла, нашедшая себе место на его лопатке, вернула его в реальность. Оба парня вошли в дымку, телепортируясь в Незер. Их встретил красноватый туман багрового леса. Где-то раздалось похрюкивание пиглинов и рев хоглина, которого они забивали. Детеныши пиглинов высунули свои мордочки из-за деревьев, рассматривая чужаков, но их интерес быстро сходил на нет, когда на глаза попадался СапНап. В Незере он менялся — огоньки вспыхивали сильнее, облизывая своими языками рога, черные глаза приобретали оранжевые оттенки, Карл лишь мельком видел его отца Бэда — но запомнил огненную корону у него, поэтому часто просил СапНапа повторить украшение. И сейчас, полуприкрытыми глазами обводя окружение, он манипулирует огнем, укладывая его на мотив короны на своей голове. На полный восхищения взгляд Карла он лишь ухмыляется, становиться на одно колено, отдавая поклон, и создает ему такую же корону, пламя которой светит, но не обжигает.        Багровый лес пропускал идущих, и вскоре нилий под ногами начал заменяться адским камнем, который прилипал к подошвам. Пустоши Незера зияли туманом, пролетал редкий гаст, прогуливались зомби-пиглины. Скопления светокамня висели на самом потолке биома, в их свете блекло поблескивал кварц. Давно заученные дороги вели идущих к порталу, вевшего прямиком на казино. Этим порталом пользовались редко - в экстренных ситуациях. Стоя перед ним, можно было почувствовать легкий прохладный ветерок, который исходил от фиолетовой дымки. Этот ветерок резко контрастировал с общей жарой Незера. Телепортировавшись, Карл и СапНап не обратили внимание на то, что их огненные короны осыпались вниз яркими искрами, оставляя мелкие ожоги на коже и подпалины на волосах и одежде. Охрана пропускает их, отдавая короткий поклон — все сотрудники знают кто они. Люди внутри не обращают внимание, кто-то занят игрой, кто-то набиванием желудка. Возле Вип-зоны дежурит еще один отряд охраны, но цель парней — официанты, или, как лучший вариант, бармен. Он протирал столешницу, но, заприметив подошедших, бросил это дело. — Добрый вечер. Вас что-то интересует, Господа? — Добрый,- процедил сквозь зубы СапНап,- когда Квакити был здесь в последний раз? — Четыре дня назад Господин Квакити был здесь, после этого он не появлялся,- не решился задавать вопросы бармен. — Что он здесь делал? Был с кем-то или один? — Господин Квакити был не один, с ним была девушка, Несси вроде бы её звали. Она отправлялась в путь и он её в последний раз угощал. — Несси? Расскажи о ней поподробнее,- огоньки СапНапа вспыхнули, напугав рядом стоявших. — Несси появилась здесь около четырех месяцев назад,- позвал за собой в подсобку господ бармен, что бы лишние уши ничего не услышали,- он внес её на руках, она была без сознания, а её крылья были переломаны. Все эти месяцы она жила в Вип-зоне, лечилась. Жаль её — такая маленькая, а такую травму перенесла. — Маленькая?,- удивленно выдохнул Карл. — Да, я лично с ней несколько раз разговаривал. Её всего шестнадцать, или около того. Пугливая, тяжело шло её лечение. А Господин вился вокруг неё, как над хрустальной вазой, чуть ли не родственницей хотел объявить,- чем больше говорил бармен, тем больше затухали огоньки, приходя в нормальное состояние. Значит это всего лишь ребенок. — Ты сказал, что она отправлялась в путь, так? Куда она направилась? Он за ней? — Да, однажды она сказала мне что ищет деревню, в которой поселилась её мать, думаю она продолжила свой путь. Господин не отправлялся ни с ней, ни за ней, но и мне не говорил, куда ушел.        Карл положил руку на плечо СапНапа, ободряюще улыбнувшись, и горячо зашептал: — Видишь? Он не изменял, это всего лишь ребенок. — Это не освобождает его от мозговынесения, Карл. Он все еще не с нами, один черт знает, где он. Пошли, нам его еще искать.        Карл опять улыбнулся, аккуратно переплетая свои пальцы с пальцами СапНапа. Только на выходе, вспомнив о чем-то он задал последний вопрос: — Вы сказали, что у неё есть крылья. Что она за гибрид? — Гибрид жуткой твари,- потемнело лицо бармена,- Фантома. Я не забуду внешний вид её кожи — словно заживо разлагающийся человек,- прикрыл ладонью он рот.        "Фантома?" повторил мысленно путешественник во времени "Значит не только жуткая, но и опасная. Но с другой стороны, я понимаю почему он так вцепился в неё — крылья, способность к полету. Он ко всем крылатым так относится из-за инстинктов." Оба парня вошли в портал, через Незер направляясь к тюрьме Пандоры. "Несси, да? А не встречал ли я похожую на тебя девушку в другом времени? Такого же гибрида фантома, чья кожа гниет заживо?" Впереди парней ждала длинная дорога. Пустошь Незера приветствовала их прилипающим адским камнем, редкими мобами. Это уже не напоминало их путь в Казино — не было ни корон из огня, ни той атмосферы. СапНап был спокойнее и задумчивей, его выдавали только полыхающие огоньки. Даже Карл почувствовал разливающееся в груди беспокойство, которое долго откидывал на границы сознания. Где же пропал Квакити?