Крохи The Dazzlings

Глава 4.

Перед девчушкой Сонатой находилась маленькая деревянная шкатулка, по размерам она напоминала голову Сонаты. Шкатулка была закрыта на хлипкий, ржавый замок. Раньше может этот замок и мог выдержать напор, но теперь сломать его может даже маленький ребёнок, что Соната и сделала. Замок отпал и шкатулка уже слегка открылась. Из маленькой щели просочился красный свет. Свет мелькнул буквально на секунду, настолько быстро, что Соната подумала, что ей показалось. Наконец Соната открыла крышку, в шкатулке лежала три кулона, двое из них, были треснуты полностью, их красные камни, что были в середине каждого облекли, будто потеряли краски. И только один, верхний кулон всё также сиял, его красным камень переливался на солнечном свете, который просачивался через щели крыши. -Какая прелесть… — Прошептала Соната перед тем как одеть его. По кулону прошли искры после надевания, он будто хотел сказать или показать что-то. Прошла уже неделя после Сонатиной находки, ситуация в доме крайне изменилась. Вот например недавно Соната застукала двух сестер вместе, они рисовали, обсуждали как бы это уговорить родителей купить им новую игрушку. Но больше всего Сонату тронул разговор сестёр о ней, да да именно Ария и Адажио говорили о Сонате. О том как им стыдно за своё поведение, какими плохими сестрами они были, и обсуждали предстоящий день рождения младшей сестры. Да, родились девчонки в один день, но сестры решили, что они виноваты перед ней, поэтому это день рождения должны быть только её. К счастью или к сожалению, но Соната не услышала разговор об этом. И вот две сестры, который внезапно стали подругами друг другу, встали в одно время, наступил день Х. Сестры поделились мыслью с родителями, те поддержали их, они действительно были горды сестрами. Соната вернулась после прогулки на заднем дворе, она уже хотела завалиться спать, она открыла дверь в свою комнату и… -СЮРПРИЗ! — Перебил её мысли радостный крик. Перед девочкой стояли сестры, подруги и родители, на каждом из них был праздничный колпак, те самые колпаки которые вы могли заметить в фильмах. Посреди комнаты стоял столик, столик из красного дерева, думаю это не имеет значения да? Посреди стола стоял красивый, пышный, трехъярусный торт, каждый ярус был своего цвета. Самый нижний был сиреневый, второй ярко жёлтый, а самый верхний был голубым. Наверху торта красовалась надпись «С днем рождения Соната» и сердечки. Возле стола стояло более семи коробок в праздничной упаковке. Из них выделялась две маленькие коробочки. Соната была на седьмом, нет даже на десятом небе от счастья. Когда пришло время открывать подарки, Соната в первую очередь открыла два мелких подарка. За упаковкой обоих подарков были одинаковые, розовые, шипованные браслеты. Подарки как гласили записки на обоих коробочках от Арии и Адажио. Кудрявая и средняя сестра злобно переглянулись. Это она первая придумала этот подарок, хотели сказать оба друг другу, но передумали, вместо обидных слов и очередной ссоры они просто рассмеялись. Вот и прошёл вечер празднования. Соната не могла уснуть, она просто лежала и смотрела в потолок. Она думала о том как Ария больше не грубила сестрам, как Адажио больше не пыталась поставить сестер на место, не было борьбы за лидерством. Соната уже примеряла на себе эту роль. Думая об этом камень на её шеи ещё раз блеснул, а Соната потихоньку засыпала. Может это камень приносит удачу, может он волшебный? С этими мысли Соната медленно погрузилась в мир грёз. А снилось ей как она взрослая со своими сестрами стали лучшими друзьями, как они выступали на сцене. Прекрасные сны обычного ребёнка, не так ли? Хотя никто не знает кроме самой Сонаты что у неё в голове, на этом время пролетело до утра. С самого утра, голубоволосая встала первой. Соната сидела на чердаке и нет, на этот раз не из-за ссоры и не из-за криков души. Она сидела рядом с двумя кулонами, трещины на камнях кулонов начали затягиваться а цвет начал приобретать свой кроваво красный цвет. Соната сидела на коленях расплываясь в улыбке, в искренней улыбке, которая посещала её уже на протяжении недели. Она держалась ручками за кулон закрывая его свет, и тихо что-то напевала.