Он её просто любит

***

      Вставать в пять утра без будильника для Тины уже не выбор, а необходимость. А нормальный восьмичасовой сон — что-то из рода фантастики. Утренние ритуалы уже несколько десятков лет у неё одни: стакан прохладной воды без газа, маска для лица с алоэ и сорокаминутная тренировка со скакалкой. Можно считать, что программа минимум на утро выполнена, дальше разрешена минимальная импровизация.       Тина босиком спускается на кухню, раскрывает большие льняные шторы темного-фиолетового цвета и карабкается на высокий стул у барной стойки. С завтраком всё ещё проще: кофе с вчерашней смесью из ягод и орехов вполне подойдёт. Быстро запихивает в себя еду и ставит на плиту сковородку. Теперь нужно приготовить детский завтрак. Так случилось, что одной непривычно тёплой весной у Кароль появилась долгожданная, выстраданная душой и телом дочка. Невероятно красивая и не по годам серьёзная барышня, в которой души не чаяли все, кто хоть немного с ней знаком. Евгении всего шесть лет, но малышка уже впитала от мамы желание работать до упада и быть во всем самой-самой. Музыкальная школа, театральный кружок, живопись, английский — только половина всех занятий девочки. Тина слишком долго мечтала о дочке, слишком долго представляла, чему хочет её научить, поэтому на Женю вылились все сумасшедшие идеи её сумасшедшей мамы. Но несмотря на то, что её отдавали во все лучшие кружки города и нанимали для неё самых профессиональных преподавателей во всех областях искусства и спорта, самым главным увлечением Евгении стал балет. Тина всегда завороженно наблюдала за полётами танцовщиц, их изящными па и гордыми осанками настоящих леди. В будущем она очень хотела видеть свою дочку такой же вдохновленной и утонченной девушкой. С первых дней жизни крохи, Тине всё намекало на балет: первые пинетки Женьки были в виде пуантов, а первая игрушка, подаренная крестным, была музыкальная шкатулка с маленькой крутящейся балериной. Тина знала, насколько это сложный путь, но искренне верила, что Евгения будет счастлива прожить свою жизнь в ритме танца. На радость Тине, первое занятие прошло замечательно, Женю сразу взяли в секцию, хотя ей даже не было необходимых по правилам четырёх лет. Девочка сразу влюбилась в балет. Поддерживала мамины стремления, никогда не пыталась пропустить тренировку или схалтурить на занятии. После падений всегда поднималась и, собирая волю в кулак, работала дальше. Не обращала внимания на насмешки подруг и разговоры вокруг имён её родителей. Показывала невероятную трудоспособность, выносливость и, соответственно, выдающиеся результаты. Видимо, упорство и любовь к труду она впитала с молоком матери.

***

—Малыш, — Тина садится у постели и спешно целует дочку в щеку, ласково гладя рукой по голове. —Мам, — сонно произносит девочка, сжимая в руках панду. —Вставай, любимая, омлет на столе. Через два часа нужно быть в балетной школе. —Ещё чуть-чуть, — стонет дочка, вытягивая свои длинные тонкие руки. —На улице пробки, ты же не хочешь опоздать? — строго спрашивает Тина. —Не хочу, — отвечает Женя и садится на край постели, вешая одеяло на худые плечи. Тина берет расчёску и практически не дыша расчесывает дочкины тёмные шелковистые волосы, чтобы сделать ей балетный пучок. Для Тины это важный и приятный процесс, она очень любит делать дочери причёски. Женька у неё получилась удивительной красоткой. Природа одарила её чёрными, как смола волосами, достающими до попы; глубокими голубыми глазами; белоснежной кожей, как у фарфоровой куколки; острыми чертами лица и аристократическим худощавым телосложением. —Мам, можно сегодня красной, ммм? — протягивает Женя, копаясь в своей косметичке. Косметикой, как и игрушками Тина дочку никогда не обделяла. У Жени всегда было всё, что нужно и не нужно ребёнку. Единственное, чего у неё не было — это времени на игры и шалости. —Жень, может, лучше блеск? — упирается Тина. Боится позволить дочке слишком много. Боится разбаловать. Всё-таки красная помада — уже серьёзный акцент на маленьком детском личике. Не знает, как быть, поставить жесткое ограничение и позволять дочке краситься только детской косметикой. Или всё-таки разрешить, воспринимая это, как невинную шалость. —Ну, пожалуйста, — просит дочка, хлопает голубыми глазками и хмурит лоб точно также, как папа. Такому комбо Тина отказать не может. —Хорошо, но только на время тренировки, потом сотрешь, обещаешь? — Тина наклоняется к дочке и аккуратно рисует контур на пухлых детских губах. Маленькая кокетка профессионально сжимает губки, чтобы распределить помаду, и с интересом смотрит на себя в зеркало. Ну до чего сладкая. —Всё, теперь Олька обзавидуется. —Олька? — переспрашивает Тина, сдерживая смешок. —Да, Оля новая девочка в нашей группе. У неё бабушка известная балерина, и вообще у них династия, все в семье балетом занимаются, поэтому она думает, что самая крутая. Ещё, у неё прядка волос цветная. Мне папа тоже обещал такую, только фиолетовую. —Женя, никаких цветных прядок. Это уже баловство. Ты помнишь, что у тебя скоро вступительные экзамены в балетную академию, там все строго, — Тина закрепляет последнюю шпильку и расправляет пучок. —Ну мам… —Всё, малышка, завтракать. Мне тоже сегодня нельзя опаздывать. —Хорошо, мам, — соглашается Евгения, зная, что с мамой лучше не спорить. Особенно в канун поступления в академию. Виталик привозит маму и дочку к танцевальной студии. Они приехали в притык, поэтому Тина пошла вместе Женей, чтобы помочь побыстрее переодеться. Второпях натягивает на девочку балетный купальник и помогает надеть чешки на вечно повреждённые ноги. —Нормально. Не больно? —Да, мам, совсем не больно, — шипит девочка, улыбаясь маме сквозь боль. Знает, нужно чуть-чуть потерпеть, потом ноги обязательно привыкнут. —Удачи, малышка. На другие занятия тебя повезёт Виталик, следи за вещами, ничего не забывай и занимайся хорошо. Помнишь наше ЦСТУ? — кладёт ладонь на грудь дочки, приводя её дыхание в покое. —Целеустремлённость, старание, трудолюбие и упорство, — проговаривает маленькая Женька, сжимая от боли пальцы. —Умничка моя, — целует дочку и убедившись, что она удачно дошла до класса, бежит на свою репетицию. Тина только успевает влететь в репетиционный зал, как в кармане звонит телефон — Балан. Мужчина, статус отношений с которым не определён уже давно. У них всё волнами от любви до ненависти, от жарких страстных ночей до тотального игнора на полгода. Оказалось, после сорока трудно строить крепкие семейные отношения. Даже если любишь, даже если очень хочешь быть вместе, существует чёртова уйма но и не стоит, а как с ними бороться Тина не нашла ни в одном источнике. А Дан в один момент почему-то решил не помогать. Они оба проиграли битву за свою любовь, и в этом честно признались. В целом, их отношения всегда можно было назвать тёплой дружбой, построенной на взаимоуважении и трепете. Если бы Кароль не ухитрилась родить от него дочь. —Привет, дорогая, как вы? —Привет, нормально. Евгения на балете. У меня весь день финальные прогоны перед туром. Ты как? —У меня сегодня со студией проблемы. Подумал, можно я сегодня заберу к себе Женьку. Тебе легче будет. —Да, конечно, — улыбается Тина, — Жека будет рада провести время с папой. Вчера про тебя весь вечер трещала. Говорит, ты аквариум купил. —Купил, помнишь мы мечтали купить больших пучеглазых рыбок. Смотреть на них вечером после сложного дня и снимать напряжение… —Дан, не нужно… — сжимает губы, прижимая телефон к пылающей щеке. Она всегда против их общих воспоминаний. Считает, что именно сейчас они достигли правильных и максимально комфортных взаимоотношений, чтобы воспитывать дочь. Боится, что он снова вскроет их потайное, вызвав лишние эмоции и тревоги в семье. —Значит, я сегодня с Женькой. У неё есть какие-то занятия? —Да, но немного, сейчас балет, потом английский, в три театралка, ну и вечером сольфеджио и флейта. —Немного? — злится Дан, — Думаешь, это нормальная нагрузка для дошколенка? —Дан, мы уже сто раз обсуждали. И, между прочим, из-за тебя временно отказались от преподавателя по французскому языку и секции по боевым искусствам —Угробите вы нашу дочь рано или поздно, Тина Григорьевна. —Ничего. У неё через две недели вступительные в балетную школу Кухар. Нужно готовить программу. Дай бог поступит, станет полегче, — уставшим голосом произносит Тина и скрещивает пальцы. —Один звонок и уйма сэкономленных сил и нервов нашей дочери. А заодно и её родителей, — напоминает Дан, не понимая, почему женщина категорически не хочет пользоваться связями во благо дочери. —Женя будет добиваться всего своим трудом, на общей основе, как все. Ты тоже этого хотел. —Я не знал, какой ценой это всё ей будет доставаться. Мне не нравится в вашем балете всё, начиная от ежедневных тренировок, заканчивая ограничениями в еде и полном лишении детских радостей. А про стертые пальцы я лучше вообще промолчу. —Дан. Женька растёт счастливым ребёнком. —Только потому что у неё такая замечательная мама. —И замечательный папа! —Только поэтому ещё терплю все ваши тренировки и репетиции. Ладно, ты хотя бы на своих репетициях не забывай кушать, ты же не балерина. —Не забуду. До связи. —До связи, дорогая, удачного дня. Тина откладывает телефон и ещё несколько минут сидит с какой-то странной улыбкой. Хотя с Даном всё не так легко, после общения с ним Тина всегда ощущает какое-то невероятное умиротворение. Она мечтала растить дочку в полной счастливой семье, где мама и папа любят друг друга и живут вместе. Не сложилось. Но всё равно до сих пор не знает, кто мог стать лучшим отцом для её ребёнка, чем Дан. Она не боится признать, что он чудесный папа, заботливый, добрый и невероятно внимательный. Тина знает, что сегодня будет особенно спокойна на репетиции, так как знает, что Женя с папой, а он ещё ни разу не давал свою маленькую принцессу в обиду.

***

—Тина Григорьевна, здравствуйте, — к вечеру Тинину репетицию снова прерывает звонок. —Да, Элита Львовна, — Тина с тревогой смотрит на дисплей, вспоминая имя преподавательницы по флейте, — что-то случилось? —Случилось? Да происходит настоящая катастрофа. Евгения не явилась на занятие по специальности. Я подумала, её опять задерживают на сольфеджио, спустилась посмотреть, но её там даже не было. Тина Григорьевна, вы должны, как никто другой, понимать, насколько для музыкантов важна дисциплина. Пропускать уроки в нашей школе запрещено, а в конце года перед экзаменами просто катастрофично! —Элита Львовна, Женя сегодня с папой, не знаю, что у них случилось, но обещаю, что обязательно разберусь. Такого больше не повторится. Упущенный материал мы наверстаем дома. —Тина, надеюсь вы найдёте взаимопонимание с супругом, и больше подобных фривольностей не допустите. До свидания. —До свидания. Тина залпом выпивает стакан воды и судорожно набирает Балану. На том конце бесконечные гудки, переходящие в неприятный голос оператора. Не берет. Что должно было случится, чтобы её Женя прогуляла урок? От волнения за дочку у Тины мгновенно учащается пульс, и падает давление. До сих пор чудо, как с таким отношением к ребёнку, она дожила до её шестилетия. Тина звонит снова и снова. В мыслях, что с ними обязательно что-то случилось, ведь Женя бы никогда не пропустила занятия, тем более в музыкальной школе, тем более в конце учебного года. Глотая одну таблетку успокоительного за другой, Кароль вновь и вновь набирает ненавистный номер Балана. —Тин, ты где? Мы можем продолжать? — в гримёрку заходит Антон. Слишком надолго пропал его босс. —Нет, на сегодня, видимо, репетиция окончена. —Но мы ещё не прогнали финальные песни. —Антон, у меня дочь пропала. Дочь! —Тише, может… —Так, сидеть нельзя, — Тина вскакивает с места и хватает свой рюкзак с вещами, — Я поеду домой к Балану, а ты, пожалуйста, позвони Паше и распусти ребят. —Тина, тише, успокойся, ты сейчас ноги переломаешь от прыти. Если Женька с отцом, тебе точно не о чем волноваться. —Делай, что я сказала, — выкрикивает Кароль и на каблуках бежит к выходу. Здоровье и безопасность Женьки для Тины главные причины тревоги. Дочка для неё слишком долгожданное счастье. Она не допустит, чтобы с ней что-то случится. Она не переживет, если с ней что-то случится. —Тревожная, ты где? — Пашин голос звучит слишком спокойно, это даёт Тине крохотную надежду. —У Дана на квартире, их тут нет, — Тина ударяет коленом об дверь и, опустив руки, сползает вниз по стене. —Помнишь, мы Женьке по твоему хотению повесили на руку умные часы. —Точно! Часы! — вздрагивает Тина и резко вскакивает, — Ты посмотрел? Пожалуйста, не томи. —Её местоположение — центральный парк аттракционов, прослушал их, на данный момент там никакого криминала, только смех твоего недомужа и Женьки. —Она с Даном в парке? —Они проводят время вместе, Тин, — вылыхает Орлов, — как папа и дочка, весело. —Кидай адрес, я еду туда, — лицо Тины наливается красным, она готова к очень серьёзному разговору с обоими. Главное сейчас, устоять на ногах и не потерять сознание от пережитого волнения.