Научите меня летать, мистер Поттер

— Научите меня летать, мистер Поттер, — раздался знакомый холодный голос над головой.        Парень, к которому были обращены данные слова, вздрогнул и обернулся. После очередной игры в квиддич он снимал свою защиту, когда остальные игроки уже ушли. Гарри даже не заметил, как к нему сзади подошел профессор Снейп с такой неожиданной просьбой. — Летать? На метле? — спросил с удивлением Поттер. — Естественно! Жду вас сегодня в восемь на поле. И захватите с собой метлу, — с привычным презрением сказал мужчина, резко развернулся и ушел, грозно развевая мантией.        Гарри только сглотнул, от удивления даже не заметив, что при разговоре с ним Северус теребил край своего черного одеяния. В голове было много вопросов, но исполнять «приказ» профессора все же придется. Правда, парень и понятия не имел: как учить учителя. Да, он обучал «Отряд Дамблдора», но там были его одногруппники, а тут другой случай. Поттер был уверен, что за фразу: «Вы же мужчина, хватит бояться» он умрет самой мучительной смертью.        Тяжело вздохнув и решив не обращать внимание на угрозы и язвительность, гриффиндорец пошел в общую комнату. До назначенного времени оставалось несколько часов, стоило заняться делами.

***

       К назначенному месту Гарри подошел на несколько минут раньше и обрадовался, что Снейпа еще нет. Хоть не будет ворчать, что прождал час в ожидании несносного мальчишки. Тот же подошел ровно в восемь в своем привычном наряде и с привычным презрением в глазах. — Добрый вечер, сэр, — сказал парень, сжимая в руках две метлы: свою и обычную. — Мистер Поттер… Я был уверен, что мне придется вас ждать, — язвительно сказал мужчина, — Давайте сразу начнем. — Давайте. Но сначала снимите мантию, иначе она будет вашим парашютом.        Северус тихо хмыкнул, но мантию снял и заставил ее левитировать, ибо повесить было некуда, а на земле оставлять не хотелось. При виде метел он сжал кулаки и тяжело вздохнул, будто собираясь делать шаг в Азкабан. Его черная бровь дернулась, когда Поттер протянул обычную метлу, а не свою красавицу. — Я дам вам полетать на моей метле, но когда удостоверюсь, что вы готовы, — пояснил Гарри.        Профессор кивнул, вспоминая, с какой бешеной скоростью тот летает на играх. Лучше было действительно начать с обычной метлы.        Поттер закусил щеку, понимая, что дело ему досталось очень сложное. Они не могли взлететь в течении десяти минут. И не потому, что метла сломалась, а потому, что Снейп никак не мог оттолкнуться. Он вцепился в рукоять до побелевших костяшек и никак не мог взлететь, при этом рыча на ученика, который пытался помочь. Поняв, что такими темпами они не взлетят хотя бы на пару метров, Гарри наплевал на целостность своей шкуры, отложил свою метлу и уверенно подошел к мужчине, положив руки поверх его собственных. — Не сжимайте древко с такой силой, это вас не спасет от падения. Тут нужно равновесие. Выпрямите спину и оттолкнитесь ногами, — гриффиндорец положил ладонь на спину Северуса и слегка нажал, заставляя прогнуться. — Поттер! — рыкнул тот, грозясь убить парня молниями из черных глаз. — Взлетайте уже. Это не страшно. Зависните в воздухе, а там посмотрим, — сказал Гарри.        К его огромному удивлению, Снейп просто застыл, не собираясь взлетать. Он опять вцепился в дерево пальцами и согнулся. — Вы в полетах, как я в зельях — полный ноль, — специально четко сказал Поттер, наклоняясь к его уху, — И это не изменить. Вам не дано летать, а мне не дано травить людей.        Реакция превзошла все его ожидания. Северус посмотрел на него убийственным взглядом и, казалось, покраснел от злости. Конечно, слова парня были простой уловкой, но в данной ситуации тот этого даже не понял. — Всем все дано, мистер Поттер, просто вы ленитесь, ничего не учите. И я не травлю людей, как вы выразились. Хотел бы подсыпать вам яд, но, увы, законы запрещают, — прошипел профессор в лицо ученика. — Раз всем все дано, то чего же вы топчетесь на одном месте? И да, вы прекрасно знаете, как я отношусь к законам и правилам.        Гарри понимал, что идет на смерть, но пути назад не было. Не заставлять же Северуса взлететь словами: «Не бойся, малыш, все получится. Я тебя поймаю». Это вообще другой случай. За такие слова он мог по шее получить. Но мужчина тихо рыкнул и все же оттолкнулся, не зависая в воздухе, а ускоряясь и устремляясь вверх. Он принял позу для разгона и теперь не знал, что делать.        Оценив быстро ситуацию, Поттер полетел за ним, быстро догоняя и останавливая. Они были на высоте верхних трибун. Северус просто лег на метлу и вцепился в нее всеми конечностями, зажмурившись. Именно на такой высоте ему было плевать на гордость, когда внизу столько метров, а рядом только этот дрянной мальчишка, который держит его метлу.        А тот сидел и думал: как избавить Снейпа от боязни высоты. Может, он боится высоты с рождения, а может его заставили бояться. Расспрашивать Гарри не собирался, у него появилась другая идея. — Все в порядке, сэр, мы просто парим. Я держу вашу метлу, — сказал спокойно Поттер. — Спусти меня на землю! — воскликнул мужчина, даже не открывая глаза. — Да, сэр.        Парень медленно потянул вниз, замечая, что у самой земли Снейп готов был целовать траву. Казалось, его желание летать испарилось, но собственное упрямство и желание все доводить до конца не позволяли опустить руки. — Завтра в это же время у дома Хагрида, — только и сказал Поттер и, чтобы не отвечать на едкие вопросы, сразу направился обратно в школу.

***

       На следующий день Снейп явился уже без мантии, но с тем же рвением научиться летать и преодолеть страх высоты. А еще в детстве он любил летать, но когда Джеймс скинул его с большой высоты и поймал магией лишь в метре над землей, он боялся даже смотреть в сторону метлы. Зачем же тогда Северус захотел летать и обратился с этим к Поттеру-младшему? Он хотел избавиться от большинства страхов, среди которых была боязнь высоты. Но учиться самому совсем не хотелось. А то вдруг упадет, а поймать некому. А Гарри любил скорость и был идеальным ловцом, да и от отца, кроме внешности и любви к квиддичу, ничего не было, что не могло не радовать.        Подходя к дому Хагрида, Северус заметил его с Гарри около гиппогрифа, которого приманил великан свежим мясом. Да и любило это животное его, Гарри и Гермиону, которые не дали ему умереть. — Что вы задумали, мистер Поттер? — спросил с прежним презрением Снейп, за которым прятался страх перед этим существом. — Я понял, что вы не сможете летать, если будете бояться высоты. Поэтому решил показать вам все прелести полета. Я буду с вами лететь на гиппогрифе, — сказал парень, обернувшись. — Так вот, зачем ты попросил меня его призвать, — улыбнулся Хагрид ему, — Умно, Гарри.        Северус только фыркнул. Не признавать же ему правоту Поттера. Тот погладил животное и залез на него, шепча что-то на ушко. Потом посмотрел на профессора и протянул ему руку. — Залезайте и садитесь за мной. Или же вернетесь в Хогвартс?        Опять провокация. Мужчина хмыкнул, но руку принял и сел за Гарри, чисто из ненужной гордости не собираясь держаться за него. Поблагодарив Хагрида, парень начал управлять животным. Как только гиппогриф начал разгоняться, зельевар вцепился в Поттера мертвой хваткой, понимая, что они сейчас взлетят. Страх был меньше, чем вчера, но он был. Успокаивало лишь то, что перед ним сидит Гарри и подставляет всего себя, чтобы профессор мог расслабиться и открыть глаза. Солнце медленно уходило за горизонт, небо было окрашено в розово-оранжевый цвет. Гиппогриф не делал никаких разворотов, а лишь плавно скользил по воздуху, позволяя расслабиться.        Гриффиндорец не выказывал никаких плохих чувств, когда дышать от рук профессора было затруднительно, а ребра ныли. Но ему было приятно стать опорой для такого человека, чувствовать его голову на своем плече, сдерживать хихиканье от длинных черных волос, которые щекотали шею и щеки. — Посмотрите на закат, сэр. Разве можно увидеть такую красоту с земли? — тихо сказал Гарри, дотронувшись пальцами до его холодной руки.        Мужчина слегка приподнял голову и открыл глаза, видя самый красивый закат в своей жизни. Полет наконец-то показался прекрасным, пришло чувство долгожданной свободы. Ветер не бил в лицо, а нежно, словно руки матери, гладил щеки и лоб.        Руки Северуса ослабли, и он выпрямился. Они подлетали к самым облакам, но не летели выше, где было слишком холодно. Внизу раскинулись реки и деревья, высота больше не казалась пугающей. Никто не собирался скидывать зельевара и смеяться над ним, а Гарри, спокойно сидящий перед ним, обещал поймать.        Сердце и без того бешено стучало с начала полета, а теперь и вовсе бешено забилось в горле. Чертов мальчишка слишком сильно отличался от отца, на него не получалось злиться. — Пора возвращаться, — сказал Поттер и, получив один лишь кивок, развернул гиппогрифа обратно.        Они летели от солнца в сторону потемневшего неба. В груди что-то сжалось от осознания, что они снижаются. Хотелось снова развернуться к солнцу и лететь к нему. Безусловно, это был самый лучший полет в жизни Снейпа. Он никогда не скажет об этом Поттеру, но обязательно добьется повторения.

***

       На следующий день особых успехов не наблюдалось. Северус продолжал цепляться за рукоять метлы, но не жмурился, а искал взглядом Гарри. Тот был всегда рядом и приносил спокойствие и уверенность в своих действиях. Но такой легкости, как вчера, не было. Мысли о том, что все дело в Поттере, профессор запихивал вглубь и пытался доказать себе, что и без него очень даже круто. Не круто. Летать одному не круто, а страшно и неприятно.        Так прошла вся неделя. Как бы Гарри ни пытался, что бы ни делал, а нормально летать зельевар так и не мог. Тот уже не сыпал оскорблениями и не плевался кислотой, что приятно удивляло ученика. С ним стало приятно общаться после уроков, Снейп сам мог подойти и заговорить. Почему так произошло гриффиндорец не знал, но все стало ясно в один день.        С самого утра был сильный ветер, который не пугал только игроков в квиддич, но для неумелого Северуса это был аргумент отложить занятие. Но его упрямство взяло верх, и занятие все же состоялось. Гарри хмуро смотрел на мужчину, но возражать в сотый раз не стал.        Снейп чуть более уверенно поднимался все выше, зная, что парень где-то рядом. Тот летел сзади, замечая, что ветер усилился и появились тучи. Должна была начаться буря. Они оба любили эту погоду, только если находились в помещении, а не на улице. Такая погода мешала что-либо делать.        Начал капать дождь, раздался первый гром, сверкнула молния. «Нужно заканчивать», — подумал Гарри, посмотрев на небо, а потом и на своего учителя. Внезапно дождь хлынул, как из ведра, а в метлу Снейпа попала молния. Хвост загорелся, предмет утерял свою магию и устремился к земле вместе с зельеваром. Тот от испуга тихо ахнул, вцепившись в дерево мертвой хваткой.        Мысленно матерясь, Поттер устремился следом. Его мощная метла была быстрее падающего человека, поэтому гриффиндорец поймал Северуса, при этом упав с метлы и смягчив удар о землю собой. Вопреки ожиданиям, мужчина не почувствовал боль и понял, что утыкается своим крючковатым носом кому-то в грудь. Отпрянув и ощутив чьи-то руки на своей талии, он встретился с прищуром Гарри, который лежал на мокрой траве. — А я говорил, что летать в такую погоду — плохая идея. А еще я обещал вас поймать, — хмыкнул он, не убирая руки. — Глупый мальчишка. Зачем ты подставился? — спросил с шипением Северус, не обращая внимание на тяжелые дождевые капли, сильный ветер и шум. — Учителя всегда должны защищать своих учеников, — только и ответил тот, неосознанно заправляя черные пряди волос профессора за ухо, которые мешали ему смотреть и лезли в рот.        Оба замерли, уставившись друг на друга. Северус казался более красивым, чем обычно. Капли дождя стекали по его мокрым волосам и лицу, капая на лицо Гарри, который промок до нитки. Его зеленые глаза блестели, и этот блеск привлекал зельевара, как никогда. Вопреки своему скверному характеру, Снейп наклонился, прикрывая глаза и дотрагиваясь своими теплыми губами до нижней теплой и потрескавшейся губы Поттера. Это был не поцелуй, а просто касание губ, но оба будто получили разряд тока. Они согревали друг друга собой и теплым дыханием. Руки Северуса, мокрые и в редких травинках, дотронулись до волос гриффиндорца, а пальцы вплелись в короткие локоны.        Гарри не отвечал, что немного напугало мужчину, и появилось желание отстраниться. Старый дурак, расчувствовался перед чертовым мальчишкой, которому до него и дела нет. Это все из-за прошлого. Никто о нем не волновался, даже милая Лили не готова была подставиться под удар ради Северуса. Его до глубины черствой души тронул поступок глупого гриффиндорца, который внезапно не дал отстраниться и слабо превратил простое касание губ в поцелуй. Как бы странно это не звучало, но это был первый поцелуй в жизни зельевара. У него никогда не было любимого человека, он никогда и ни с кем не встречался больше пары недель. Никто не мог выдержать снейповского характера, кроме этого Поттера. Они оба даже были девственниками. Последний был таковым из-за небольшого возраста и нежелания заниматься сексом по приколу или из-за крутости. Так обычно подростки начинают курить. А Северус попросту к себе не подпускал шальных людей, а посещение борделя казалось грязнее дрочки.        Но сейчас, когда поцелуй стал более глубоким и неуклюжим, оба забыли о своих статусах и о прошлом. — Я не подливал амортенцию в ваш тыквенный сок, — пробормотал Снейп, слегка отстранившись и ощущая жар на губах.        Гарри тихо хихикнул и предложил вернуться в Хогвартс, иначе риск заболеть становится очень высоким. Но уже на следующий день он проснулся на кровати Северуса с температурой. Прошлым вечером у них ничего, кроме поцелуев, не было. Они мокрые ввалились в покои декана Слизерина, приняли душ и переоделись. Снейп одолжил свою длинную черную рубашку, которая едва доставала до колен ученика. Они легли вместе, согревая друг друга и обмениваясь легкими поцелуями на ночь. Северус впервые уснул с такими легкими и свободными ощущениями, которые испытывал, когда вместе с Поттером летел на гиппогрифе.        На следующий день профессор был так же хмур, но это не мешало ему с некой тревогой и нежностью заботиться о болеющем гриффиндорце, который одной улыбкой говорил, что видит его насквозь.