Lonely Day

Утро встретило не со звучания будильника как обычно, не с крика матери, зовущей на завтрак. Непривычно приятное тепло обвивало всё тело. Приоткрыв один глаз, чтобы узнать что или точнее кто его так крепко к себе прижимает, Ди улыбается уголками губ, краснеет, одёргивая себя и еле слышно выдыхает, чтобы не потревожить сон мужчины. Чес такой милый, безумно красивый. Необычен настолько, что забирает душу в первые же мгновения, как видишь взгляд карих, наполненных теплом, глаз. Волосы до плеч в постоянном беспорядке, но это лишь добавляет мужчине шарма. Ди готов поклясться, что его сердце выпрыгивает от каждого касания этих смуглых, длинных пальцев к своему телу. Сглотнув, юноша закусил губу, чуть отстраняясь. Ему приспичило в туалет, но горячие руки Чеснока не выпускали его. Пришлось немного потревожить сон брюнета. Коснувшись губами лба мужчины, после переходя на щёки, парень поймал его губы, но вместо ожидаемого результата, Ди просто прижали к себе крепче, терзая то нижнюю, то верхнюю губу, выбивая из груди весь воздух. Поцелуи с Чесом приносили невероятное наслаждение, которое не было сравнимо ни с чем. Глаза старшего открылись и ласковая улыбка всплыла на губах. Блондин не знал в каких именно отношениях они находились, но Чес доказал ему, что его намерения насчёт подростка серьёзны, не выпуская и смотря так, словно всю жизнь его не видел. — Чес, пусти… — просипел Ди, стараясь выбраться из крепких объятий, мужчина на это только хмыкнул, вновь целуя его и убирая всякое сопротивление. Спустя пару мгновений, юноша учащённо задышал, отрываясь от мягких губ и предпринял ещё одну попытку, — Ну же… Мне в туалет нужно… — радует, что это сработало. Облегчённый выдох заставил Чеснока засмеяться, он выпустил младшего и сам приподнялся на постели, потирая заспанные глаза. Синяки под ними впервые за все годы стали чуть меньше. Выспался. Готовить брюнет научился ещё будучи двенадцатилетним школьником. Матушке не было никакого дела, она знала, что он справиться и очевидно, парень даже благодарен ей немного за то, что она оставила его в живых и помогла выйти на путь самостоятельности. История, которая до сих пор безумно ворошит сердце, делает больно, колет. Но которую он никому и никогда не рассказывал. Яичница шкворчала на сковородке, колбаски и лук добавляли изысков такому казалось бы простому блюду, а чайник, что начинал закипать, был до краёв наполнен водой и парочкой ложек чая с мятой и малиной, что так полюбился Ди. Сэндвичи с сыром и ветчиной, другая пара с арахисовой пастой. Иногда казалось, что у брюнета слишком большой желудок, но у него просто был прекрасный аппетит. Ди вышел, вытирая волосы полотенцем и Чеснок успел поймать каплю с его шеи губами, нахально усмехаясь, слыша нервный вздох. Похоже, что блондин с ним краснеет гораздо больше, чем в обычное время. Пригласив парня к столу, брюнет всё аккуратно, не свойственно ему, разложил, включил музыку и принялся поедать свою стряпню. Атмосфера казалась расслабляющей, даже какой-то романтической, что не могло не смутить металлиста, но он не подал виду, пробуя на вкус и понимая, что никогда не пробовал настолько вкусной еды. На часах семь часов, а Ди понимает, что уже опаздывает. Несмотря на то, что ни он, ни Чес, не хотели расставаться хотя бы на миг, Чеснок отправил его в ненавистный сейчас больше всего университет. Слишком сложно было сосредоточиться и в целом думать об учёбе, когда в трейлере, на окраине города, ждал любимый человек. Да, именно любимый, самый лучший для блондина. На прощание, они поцеловались. Ди всё больше тянулся, старался быть ближе, но строгий и в тоже время очень любящий взгляд говорил о том, что ему придётся. — Иди, малой, буду ждать тебя к вечеру! И не забудь позвонить родителям! — кричал брюнет вдогонку уезжающему автобусу. Младший ярко улыбнулся ему, посылая незаметно воздушный поцелуй, сидя у самого окна на задней площадке. Насчёт родителей, он не мог ничего обещать, но что придёт — понимал точно. К Чесу хотелось возвращаться.