Шайкурай

Я помню день, когда мы познакомились. Летнее марево предвещало дождь, который так и не случился. Я охотился в бетонном лабиринте заброшенного пятиэтажного здания. Там и встретил Кима. Он бродил по комнатам, перепрыгивая мелких хлам на полу, всматривался в темные углы. Я украдкой наблюдал за ним. Мне не понадобилось много времени, чтобы оценить его. Ким не вписывался в рамки моей привычной добычи, и я решил сменить место. Можно было не таиться. Я спрыгнул с лестницы, минуя этаж, и вдруг услышал торопливые шаги. Вскоре они стихли у дверного проема. Ким смотрел на меня с интересом. Хотя нет, он просто пялился. В тот момент я был без маски. И тем более без шарфа. В такое-то пекло. Мне особо запомнилось то, что в его глазах не было ни отвращения, ни страха. Я и сейчас ловлю на себе его пытливый взгляд. Он пришел ко мне домой, когда я уже собирался ложиться спать. С нашей поездки в Лонэроу прошла пара дней, Ким заявил, что выспался на неделю вперед. В то время как я весь день шатался по городу с Нейтом. Он позвонил мне тем же вечером, когда мы вернулись в Райд-Роад. - Что? – наконец спросил я, не вытерпев натиска любопытных глаз. - Я уже давно хотел тебя спросить. Тогда в заброшке было неловко, но мне это до сих пор покоя не дает. - Ты о чем? - Откуда у тебя…ну…это, - робко проговорил Ким и сделал неопределенное движение рукой возле рта. Я понял, что он имеет в виду шрамы. Говорить, что это часть физиологии шайкурай я, конечно, не собирался, но и крыть сплошной ложью тоже. - Ты из-за этого не фотографируешься? – продолжил он. - Да. Шрамы были у меня, сколько себя помню. Не то чтобы я смущался своего лица, просто это я. Такой, какой есть и с этим ничего не поделаешь. - Верно. Ты выглядишь вовсе не ужасно, пусть и напоминаешь японскую городскую легенду. - Ты точно пытаешься меня ободрить? Ким рассмеялся. Пусть иногда он и говорил колкие вещи, но они все равно не могли скрыть его добродушие. Ким относится к той категории людей, которые источают свет даже в самом хмуром настроении. В своих видео он нередко рассказывает о злых духах, таинственных смертях и прочих мрачных событиях – все это не вселяет тревогу благодаря его искрящимся глазам и улыбке. Чем больше я общался с Кимом, тем чаще ловил себя на мысли, что в нем есть что-то особенное. Хотя его жизнь можно считать весьма обыденной: не так давно закончил колледж, снимает маленькую квартирку, а зарабатывает тем, что ведет свой блог и монтирует видео для других. Сейчас Ким выглядел подавленным. К моему удивлению, большую часть вечера он молчал. Даже пара баночек пива не смогли вернуть ему прежнюю болтливость. - Что у тебя стряслось? – поинтересовался я. - Я опять облажался, да? – сказал Ким, теребя пальцем колечко на банке. - Ты про Лонэроу? Да брось. Кто мог знать, что это подделка? - Ты. - Я всегда так говорю, даже не узнав подробностей. - Меня с детства привлекали мистические истории. Я с уверенностью могу сказать, что разбираюсь в этом, но здесь, - Ким всплеснул руками. – Пуф. О поездке я могу вспомнить только то, что успел снять. Все статьи, какие я находил ранее, удалены из сети. Все эта история с Кольвером кажется каким-то бредом. Туман, паутина, ты весь взъерошенный с блестящими глазами. Мне хочется верить, что я действительно нашел что-то сверхъестественное, но уж слишком это напоминает мои сны. И как я умудрился очки сломать? От попыток вспомнить тот день у меня голова кружиться начинает. Я даже не уверен, стоит ли выкладывать видео на канал. Утром я просматривал свои старые работы, и теперь они кажутся мне…смешными. В них нет чего-то серьезного. - Не говори так, - сказал я. Хоть меня и радовало то, что Ким не помнит о событиях в лесу, все же за него терзала обида. – Пусть у тебя не всегда получается найти поистине мистическое событие, но люди смотрят твои видео и всегда возвращаются к ним благодаря твоей искренности. Они видят честность в твоей работе и преданность своим убеждениям. В подобной теме что-то развлекательное не менее важно. Я помню твое видео о носочном тролле. Это одно из моих любимых. Ким улыбнулся, а затем закатился смехом. - Не напоминай, оно получилось от безделья, - сказал он. Мы разговаривали до глубокой ночи. Тревоги Кима постепенно затихали. Остаться у меня он не захотел, да и разместиться было негде. Ким вызвал такси и уехал домой. Когда я проснулся, то увидел на экране телефона несколько сообщений от Нейта. Он предлагал сходить в бар вечером. Я согласился. Не могу сказать, что этот охотник вызывал у меня дружеские чувства, но все же было приятно общаться с соплеменником. Он понимал мои проблемы и с жаром делился своими. Рядом с Нейтом мне не нужно было скрывать свою сущность и следить за каждым сказанным словом. Можно сказать, мы можем понять друг друга по одному лишь взгляду. Обеденные лучи солнца лужицами растекались на полу. По мере отступления сна, моя голова все сильнее начинала болеть. С усилием открыв глаза, я понял, что лежу в одних джинсах поперек дивана. Волочась в ванную, я заметил на руках царапины. В зеркало лучше бы не смотрел: темные круги под глазами, слипшиеся пряди волос и темно-алые разводы на шее. Я умылся, холодная вода немного помогла взбодриться, но мой разум настойчиво отказывался выдавать воспоминания о минувшей ночи. Они скакали в моей голове калейдоскопическим безумием, отзываясь звенящей болью. Такого похмелья у меня еще не было. Я принял душ, заварил кофе и принялся кропотливо собирать вчерашний день в памяти. У меня это получалось с трудом, пока я не догадался найти футболку. Она валялась возле входной двери. Стоило мне ее поднять, как я оцепенел – от ткани смердило кровью. Приблизив футболку к носу, я осторожно вдохнул чей-то оставшийся след. Слава предкам, этот запах Киму не принадлежал. Я сунул одежду в пакет, чтобы потом сжечь ее на работе. Возможно, Нейт помнит больше о вчерашней гулянке, но его телефон весь день недоступен. В кармане джинсов обнаружился чек, и пока это было моей единственной зацепкой. Я вбил название бара в поисковую строку и быстро нашел сайт. Мне отчетливо вспомнился зал, где все переливалось неоновым светом, а музыка заглушала собственный мысли. Надолго мы там не задержались, Нейту не понравился бармен. Не удивительно, ведь по своей надменности тот ему не уступал. В другом баре было намного тише и темнее. Много черного и красного, танцующие люди и весь алкоголь с привкусом абсента. Его пламя плясало в моих руках, пока сознание растворялось во мраке зала. Воспоминания обрываются и возвращаются вновь уже на улице. Мы шли сквозь темноту, и казалось, даже фонари старались избегать встречи с нами. Но только не полуночные хулиганы. Мы с Нейтом брели вдоль кирпичной стены, когда из-за угла вышли двое крепких парней и потребовали наши бумажники. Один достал нож и стал демонстративно им играть, перебрасывая между пальцами. Я помню, как мы с Нейтом переглянулись, он сверкнул звериными глазами и оголил пасть. Затем крики и брань. Воспоминания снова закружились юлой. Мы бежали, перепрыгивая мусорные контейнеры, цепляясь за пожарные лестницы и балконы. Одно мгновение и я перепрыгиваю с одной крыши на другую. Затем ласковый рассвет щекочет мне глаза, я вытираю окровавленное лицо шарфом, который найти в квартире так и не смог. Нейт смеется, что-то говорит и хлопает меня по плечу. Я смутно помню, как добрался до своей квартиры. Сначала я даже перепутал адрес. Ноги привели меня к многоэтажному дому, крышу которого я сразу узнал. Здесь живет Ким. И самое гадкое то, что Нейт все время следовал за мной.