Программный сбой самозащиты

вопрос про первое убийство.

Ана стреляет: патрон рассекает воздух, разрывает голову мишени. Идеально, говорит тренер. Лучшая в отряде, отличный боец и убивать наверняка несложно. Особенно ради благого дела. Они же сражаются за то, что бы в конечном итоге не сгнить где-нибудь в заброшенном доме на краю мира. Ана думает, что справится. Она ошибается. Пуля проходит почти ровно — проскакивает ближе к горлу. Но так даже интереснее. Ана прислушивается к себе, считает секунды: Земля продолжает крутиться, дыхание не сбивается, и ее даже не тошнит. Жертва падает неловко — извивается, дергается, умирает. Проходит примерно вечность, прежде чем вокруг скапливается лужа крови. Ана замирает — их учили убивать омников, не людей. Вопросы застывают в воздухе, но ей уже некому их озвучить. Перезаряжает винтовку — еще остались дела, тем более в коммуникаторе раздаются крики, выдергивают из оцепенения. Вечером хоронят павших. У тех, кого она подстрелила, наверняка тоже были товарищи. Мысль обжигает в районе глотки, и Ана поспешно удаляется с церемонии. На следующий день случается истерика — тянет в легких, сжимает ребра. Медики говорят, что это нормально, со всеми бывает, ты не первая. Ана слабо кивает в ответ. Такого предательства от собственного организма не ожидала. Командующий смотрит с пониманием, мог бы сказать: «на тренировках легче, да?», но молчит. И она благодарна ему за это. Убивать нелегко. Но сомневаться никак нельзя.