Tunnel Vision

В следующий раз он видит Лиама аж через три недели. Ему предстоит огромное промо-интервью на радиостанции, и он не видит необходимости в том, чтобы тащить Лиама с собой. После этого ему предстоит небольшая встреча с фанатами. Почему нельзя просто взять его привычную охрану? Зачем, кроме всех прочих, нужен еще и Лиам? Но Зейн ничего не решает в этом вопросе, поэтому он молча забирается в очередной черный автомобиль с затонированными стеклами и старается не дуть губы, как обиженный ребенок, когда Лиам садится рядом. Лиам - его личный телохранитель или же золотистый ретривер, которого нельзя оставить одного дома, иначе он раздерет диван? Ему этого не понять. - Доброе утро, - говорит Лиам, и да, наверное, поэтому Зейн в таком ужасном настроении. Он ненавидит утро. Ненавидит просыпаться. Ненавидит, когда что-то прерывает его драгоценный сон. И вчера он поздно лег. Когда ты привыкаешь засыпать после полуночи, довольно сложно заставить себя лечь пораньше, даже если ты знаешь, что на следующее утро об этом пожалеешь. Зейн знал, что он пожалеет, и он жалеет, но это никак не меняет его отвратительного настроения. Вместо того, чтобы ответить Лиаму, он фыркает и опускает на глаза солнцезащитные очки, хоть в машине и без этого относительно темно. Неожиданно у него в кармане вибрирует телефон, и, закатив глаза, он достает его. Ему не нужно смотреть, кто это, чтобы понять, что это кто-то из офиса, скорее всего звонят, чтобы убедиться, что он уже в дороге. Это точно не сам Вилли, потому что он не обременяет себя подобными мелочами. - Алло? - Здравствуй, Зейн, - доносится приятный женский голос. Элеанор, ассистент, секретарь, интерн, его пиар-менеджмент. Это все её должности за то время, что Зейн сотрудничает с «Storming Records», и он не имеет понятия, какая из них официальная. - Просто проверяю, как ты. Ты же на пути на станцию сейчас, да? - Да. - Отлично. И ты же взял с собой мистера Пейна, верно? Зейн бросает на Лиама взгляд сквозь затемненные линзы очков. - Да. Хотя я не понимаю зачем. Остальная охрана встретит меня там, разве не так? Немного слишком брать его с собой, тебе не кажется? - Вовсе нет, - поспешно отвечает Элеанор. - В обязанности мистера Пейна входит сопровождать тебя каждый раз, когда необходимы меры предосторожности. Даже если вся команда охраны уже ждет тебя на месте. Он твой личный охранник. Это значит, что он будет с тобой практически всегда, когда ты выходишь из дома, Зейн. Возможно, будут случаи, когда это не является необходимым, но тебе придется к этому привыкнуть. - Должно быть, ты шутишь. - Твое физическое благосостояние - очень серьезный вопрос, Зейн. А как насчет его душевного благосостояния? - Как скажешь. Что-то еще? - Не забудь про улыбку на своей симпатичной мордашке! Кроме этого, ничего. Зейн прощается и сбрасывает вызов, после чего кладет телефон обратно в карман. - Ты правда так злишься из-за того, что я здесь? - спрашивает Лиам, застав его врасплох. Его сбивает с толку то, что Лиам выглядит так, словно сошел со страниц иллюстрированного журнала о спорте, но при этом кажется таким тихим и нежным. - Нет, - отвечает Зейн, прежде чем успевает задуматься над ответом. Но он злится. Да только... в этом же нет вины Лиама, правда? - Дело не в тебе. Просто я отвратителен по утрам, пока не выпью кофе. По Лиаму видно, что он не ведется на это, но в его обязанности и не входит верить Зейну, разве не так? Он снова откидывается на спинку сидения и смотрит в окно. Это будет очень долгий день, и ему интересно, в курсе ли Лиам вообще, во что он ввязался. Пока что он сопровождал Зейна только раз в клуб. Это тихая гавань по сравнению с остальной его жизнью. Когда они подъезжают к станции, возле входа в здание толпятся фанаты. Они держат плакаты, некоторые из которых вызывают на его лице улыбку, пока он не наталкивается на фотографию четырнадцатилетнего себя. О боже, откуда они ее взяли? Он может поклясться, что удалил из интернета подобное еще до того, как у него появились фанаты. - Господи, - шепчет Лиам, слегка наклоняясь, чтобы посмотреть в окно Зейна. Зейн приподнимает очки, просто чтобы надменно взглянуть на Лиама. - Привыкай к этому, Куджо, - говорит он. Потому что, если Лиам правда будет его сторожевым псом, то им обоим придется с этим свыкнуться. Зейн отступает от транспорта. Блокируя дверь от фанатов, там уже выстроена охрана, чтобы Малик мог безопасно попасть внутрь. Он широко улыбается, глядя по сторонам. Это всё до сих пор поражает его. Не укладывается в голове. Он не Джастин Бибер: он до сих пор не понимает, почему иногда стоит лишь взглянуть в глаза одной из фанаток, и она начнет рыдать. Он не понимает, почему они смотрят на него, словно он больше, чем просто парень, который любит петь. Но они смотрят, и это невероятно. Спиной он ощущает тепло Лиама, хоть они и не соприкасаются. Зейн отходит от него и достает из заднего кармана маркер. Он снимает колпачок и улыбается ближайшей девочке. Наверняка, ей не больше тринадцати лет, и пускай он не ожидал, что его музыка затронет столь юный возраст, это не значит, что он не ценит всех фанов до единого. - Как тебя зовут, милая? - спрашивает он. Девочка вытирает слезы на щеках и сует ему постер с его лицом. - Я так тебя люблю! - кричит она, либо для того, чтобы перекричать толпу, либо просто потому, что она одна из тех, кто кричит, не смотря ни на что. - Я Мэгги! О боже мой! Зейн улыбается ей и быстро расписывается, добавляя в конце «Хорошего дня, Мэгги». Он отдает ей плакат, и она прижимает его к груди с широко распахнутыми глазами, полными слез. Это все, что требуется. Не больше тридцати секунд — и он подарил ей счастье на весь день. Головная боль, которая появится у него к вечеру от криков, того стоит. По дороге ко входу он останавливается еще несколько раз, хотя охрана пытается побыстрее загнать его внутрь. Но Лиам вообще не заморачивается. Он находится рядом, но не делает попыток подтолкнуть Зейна вперед, совершенно к нему не прикасается. Он-то и в курсе присутствия Лиама только потому, что тот стоит достаточно близко, чтобы его не заметить. За ними захлопываются двери, и шум резко обрывается. Зейн поднимает очки с глаз, идя по коридору, застеленному ковром. Он бывал здесь раньше, приблизительно знает путь, но, тем не менее, его сопровождает ассистент, который проводит его по зданию и кратко излагает план происходящего. В общем, у него есть полчаса до начала шоу, что означает, он может заниматься чем угодно (он замечает кофейный аппарат и стол с пончиками и бубликами и точно знает, как проведет свое свободное время) в течение двадцати минут, после чего перейдет в комнату, где будет проводиться прямой радиоэфир. Они зададут вопросы, Зейн ответит, будет уделен момент телефонным звонкам фанатов, а затем они прорекламируют его новый сингл и клип, который выходит через две недели. После этого его поспешно проводят в другую комнату, где он встретится с небольшой группой фанов, которые выиграли встречу с ним в конкурсе. И затем он наконец-то отправится на улицу, подпишет еще парочку вещей и поедет домой. По большей части вполне стандартно. Он просто хочет свой кофе, черт возьми. Когда его наконец-то оставляют в маленькой комнатке без окон с чересчур мягким диваном и с тем прекрасным, чудесным кофейным аппаратом, он сразу же направляется за своей дозой кофеина. На столе стоят сливки, сахар и различные изделия. Он наливает в чашку немного сливок, сверху добавляет кофе, который, если честно, немного крепче, чем он любит, и делает глоток. Хоть напиток и обжигает язык, он все равно довольно вздыхает. Только когда он опускает чашку, то понимает, что-то кто-то за ним наблюдает. В дверном проеме стоит Лиам с потерянным выражением лица. - Что я должен делать? - спрашивает он, и, не зная, что он имеет в виду, Зейн хмурится. - Мне сказали провести тебя от дома до здания. А теперь что? Мне просто... ждать здесь? Или где-то еще? Я не... я не знаю. Честно говоря, Зейн тоже не знает. - Когда со мной бывает Гарри, ему разрешают остаться здесь, я так полагаю. Лиам кажется неуверенным. - Но Гарри же твой друг. А я на тебя работаю. Наверное, для меня другие правила. - Да, наверное, - признается Зейн. Он поднимает корзинку с пончиками. - Малиновая или яблочная начинка? - Он выбирает яблочную и протягивает корзинку Лиаму. - К сожалению, у них никогда нет шоколадной глазури. Лиам качает головой. - Не думаю, что я должен есть с тобой пончики. Зейн считает, что, откровенно говоря, Лиам не знает, что он должен делать в целом, и он совершенно уверен, что тот получил эту работу только благодаря своему очарованию. Без сомнений это то, что покорило Дуэйна, и вполне очевидно, что причины Луи тоже никак не связаны со способностями Лиама. - Как хочешь, - говорит Зейн, пожимая плечами. Он берет один пончик в рот, чтобы освободить руки, берет второй, потому что он голоден и в последнее время питался только здоровой пищей, и несет кофе к дивану. В итоге Лиам облокачивается на стену, скрестив руки на груди. Надо признать, что его бицепсы впечатляют. Их обтягивает черная ткань футболки, а на предплечье виднеются черные широкие стрелки. Не то что бы его волновали руки Лиама, честно. Если только они защищают его от чьего-либо нападения или что-нибудь в этом роде. Зейн жует пончики, и из его головы вылетают все мысли. Когда его наконец-то забирает из комнаты другой ассистент. Лиам все так же неловко облокачивается на стенку на том же месте, словно вкопанный. Зейн закусывает губу изнутри и чуть ли не спрашивает у Лиама, не возражает ли он побыть в одиночестве. Но это Лиам - его нянька, а не наоборот. Интервью проходит как обычно. Ему задают вопросы, парочка из них не самые уместные, но, тем не менее, Зейн смеется и отвечает на них. На горячую линию дозваниваются кричащие девочки и один парень, который позвонил, просто чтобы узнать размер его ноги. После этого Зейн спрашивает, есть ли у него время чего-нибудь попить перед автограф-сессией, и через секунду в его руках оказывается бутылка холодной воды. Когда он попадает в комнату, где проходит встреча, Лиам уже там. Зейн не имеет понятия, кто его привел, но он снова стоит под стенкой, так же, как до этого, скрестив руки на груди. Наверняка, это выглядело устрашающе, если бы Зейн не был знаком с Лиамом. Но он немного знает его, и очень трудно бояться Лиама, если ты хоть раз видел его улыбку. Его усадили на один из этих неудобных пластиковых стульев, которые напоминают ему о школе. Перед ним стоит стол, который оказался бы длиннее него самого, если бы он лег рядом, захламленный постерами, ручками и дисками. Кто-то спрашивает, готов ли он, Зейн кивает, и в комнату запускают людей. Всего их не больше тридцати. Большинство из них — девочки-подростки, также пара парней и куча родителей. Зейн подписывает вещи до мозолей на пальцах, улыбается до боли в скулах, и его практически вытягивает из-за стола одна особенно сильная двенадцатилетняя девочка. Он смотрит на Лиама, когда это происходит, но вместо того, чтобы выглядеть обеспокоено, как ожидал Зейн, Лиам пытается подавить смех, закрыв рукой рот. - Моя жизнь была под серьезной угрозой, а ты рассмеялся, - говорит Зейн, когда они уже идут обратно по коридорам. - Я должен тебя уволить. Лиам искоса смотрит на него, и уголки его губ поднимаются вверх. - В будущем я буду держать ухо востро с крохотными девочками в платьях. Не хотелось бы, чтобы тебе причинили вред. Зейн опускает очки на глаза и пытается скрыть улыбку, открывая дверь. Вспышки камер, крики со всех сторон, солнцезащитные очки не очень помогают защитить глаза от лучей солнца. Все время, что они находятся на улице, медленно, но уверенно двигаясь к машине, он чувствует у себя на пояснице теплую ладонь. __ - Знаешь, кто сексуальный? Дэниэл Шарман. Он бы смог. Он бы точно смог. Зейн молча вздыхает и запихивает в рот очередной кусок брокколи. Он пытается есть более здоровую пищу, так как в середине апреля начинается тур, и все хотят, чтобы он был в лучшей форме, когда будет выходить на сцену каждый вечер. Именно поэтому он ест брокколи. Брокколи очень полезна. Хотя макать ее в сыр, - наверное, не очень, но какая разница. - Ты правда пришел сюда, чтобы просто посмотреть «Волчонка»? - спрашивает он Луи, который развалился на диване, словно хозяин. Или словно его приглашали, что тоже не есть правда. Луи отрывает взгляд от экрана, чтобы состроить рожицу Зейну. - Я не могу находиться у себя, - безразлично говорит он. - Почему это? - хмурится Зейн. Луи театрально вздыхает. Он садится и оттягивает шнурки на своих спортивных штанах. - Угари здание, - бормочет он. По крайней мере, звучит это именно так. - Что ты сказал? - У Гарри свидание, - раздраженно повторяет Луи. - Хотел, чтобы я убрался из квартиры ко времени, когда он вернется, наверняка чтобы заняться сексом или еще чем-то. Я не знаю. Хватит задавать вопросы, Зейн, Скотт МакКолл говорит. Зейн оставляет эту тему в покое, обещая себе завтра позвонить Гарри. Таким образом он сможет узнать подробности, а также сделать всё возможное, чтобы решить проблему Гарри и Луи, которая заставила Гарри пойти на свидание с кем-то другим. Не то что бы это было его отношениями или его проблемой, но через три месяца им открывать европейскую часть его тура, и ему нужна их группа в целости и сохранности. - Именно поэтому не надо трахаться со своими друзьями, - бормочет Зейн себе под нос. Луи, со своим пугающе-острым слухом летучей мыши, злобно смотрит на него продолжительное время, но потом вздыхает и возвращает свое внимание к телевизору. Тут не о чем спорить, и они оба это понимают. - Знаешь, что подняло бы мне настроение? - резко спрашивает Луи. - Если бы ты позвонил своему шикарному телохранителю и пригласил его к нам. Зейн смотрит на него с открытым ртом. Он не видел Лиама почти неделю. Ладно, четыре дня. Но он не считал, ясно? Его жизнь расписана практически по минутам, и он помнит точную дату своего последнего интервью, что абсолютно нормально и не имеет никакого отношения к Лиаму, или к его дурацким бицепсам, или... или к чему-то еще. Единственный плюс всей это ситуации под названием «Бери Лиама с собой куда бы ты не пошел» состоит в том, что Зейн не часто выходит на улицу. Чаще всего по вечерам он заказывает ужин из ресторана, либо покупает продукты онлайн. На самом деле, он редко отдыхает, а когда отдыхает, то проводит как можно больше времени у себя в квартире. - Нет, - просто отвечает Зейн. - Разве в его обязанности не входит быть у тебя на побегушках? Разве ты не можешь просто позвонить ему и позвать сюда? - Нет. Луи фыркает и хватает мобильный Зейна, который он оставил на журнальном столике после разговора с мамой этим утром. Зейн тут же подрывается с кресла, но Луи перелазит через спинку дивана (дорогого дивана, который стоит больше, чем позволено диванам) и уже просматривает список контактов. - А вот и он, - счастливо говорит он, и Зейн с ужасом наблюдает, как тот нажимает кнопку вызова. Он протягивает телефон Малику. - Тебе лучше пригласить его. Ты мог бы сбросить, но я уверен, что у него есть определитель номера, и он все равно тебе перезвонит. Зейн вырывает телефон из его рук и, закрыв глаза, подносит к уху. Слышится всего лишь один гудок, после чего Лиам отвечает с тревогой в голосе: - Зейн? - Ээ, привет. - Он морщится из-за неуверенности в своем голосе и показывает Луи средний палец за то, что заставил его пройти через это. - Тебе что-нибудь нужно? - интересуется Лиам. Нет. - Эмм, ты помнишь Луи? Из клуба, и... - Конечно, - тут же отвечает Лиам. - Было бы сложновато его забыть, не думаешь? Зейну хотелось, чтобы было наоборот. Луи тихо смеется, невероятно довольный тем, как неудобно чувствует себя Зейн. - Так вот. Ну, он э-э... хотел бы узнать, не хотелось ли бы тебе... - Зейн замолкает, неожиданно кое-что придумав. - Прости, я сказал Луи? Я имел в виду Гарри. Тот, для которого я закатил вечеринку? Такой высокий, немного кудрявый, с зелеными глазами. Он считает, что ты невероятно сексуален, понимаешь? И он попросил меня узнать, свободен ли ты в пятницу, чтобы сходить в кино или куда-нибудь еще. Луи больно щипает его за руку, но оно того стоит. - Ой, - мягко произносит Лиам. - Я... я польщен, правда. Просто... не думаю, что я должен заводить подобные отношения с кем-то из твоих друзей. Это было бы слишком рискованно. Зейн хмурится, на мгновение забывая, что всё это просто шутка, которую он разыгрывает, чтобы побесить Луи (что работает, если судить по недовольному выражению лица Томлинсона). - Рискованно? -Ну, дело в том, что... ты же мой босс, верно? Но кроме этого, в мои обязанности входит защищать тебя. А я не смогу тебя защищать, если, к примеру, мы с твоими друзьями будем в людном месте, и я отвлекусь на какую-то шутку Луи. Или я не замечу потенциальную угрозу, если мы будем разговаривать, и я буду слишком увлечен тем, что ты говоришь, понимаешь? Так что, я думаю, нам всем лучше оставаться в строго деловых отношениях. Деловые отношения? Откуда вдруг взялся этот официальный Лиам? Ведь это совсем не похоже на парня, который ходил с ним в клуб в день рождения Гарри, или на интервью на днях. Он все такой же вежливый, но кажется каким-то отдаленным, его тон слишком формальный, и Зейн думает, может быть, что-то случилось? И тогда он вспоминает. Вспоминает телефонный разговор с Элеанор, который состоялся у него вскоре после интервью, как только его в очередной раз высадили возле дома. Она спросила, как справляется Лиам, а Зейн горько рассмеялся, потому что он был все еще зол на всех за то, что насильно заставляли его идти проходить через это. И после он сказал... как там было? «Мне кажется, он и понятия не имеет, что должен делать». - Это из-за... Тебе звонила Эль? - выпаливает Зейн. На секунду на линии образуется пауза. - Я говорил с одним из твоих представителей, да. Но я немного занят сейчас, Зейн. Так что, если я не нужен тебе по работе, мне нужно идти. - Ладно, - медленно произносит Зейн. - Но, Лиам, постой. Если... я поговорю с Элеанор, я не должен был... - До свидания, Зейн. Зейн ошарашенно смотрит на экран телефона. Лиам бросил трубку. Никто никогда не бросает трубку, когда говорит с ним. Он сделал это вежливо, но все же. Единственный человек, кто вообще бросает трубку, обрывая их разговор, стоит сейчас в его гостиной, но Луи всегда являлся исключением из всех правил. - Что случилось? - требует ответа Луи. - Он согласился на свидание с Гарри? Не могу поверить, что ты... - Он бросил трубку, - говорит Зейн, и вслух это звучит еще более странно, чем в его голове. Луи, кажется, удивлен так же, как и он. - Черт, - выдыхает он. - Лиам — молодец. Не думал, что он на такое способен. Зейн зыркает на него и решает провести беседу с консьержем, чтобы он никогда больше не пускал Луи внутрь. __ В машине царит неуютная атмосфера. Последние два раза Лиам был сдержанным, но дружелюбным. Сегодня же он неподвижно сидит на месте, положив руки на колени и сжимая ткань джинсов. Он пристально смотрит в окно, как это обычно делает Зейн, выглядя усталым и раздраженным. «Что ж, я тоже могу играть по этим правилам», - думает Зейн. Потому что он не очень счастлив в данный момент. Он просто хочет пройтись по магазинам. Ему нужна новая пара обуви, может, несколько футболок, потому что основная масса его гардероба в настоящее время — это свитера, так как он жертвует свою одежду на благотворительность каждые два месяца, и сейчас у него нет одежды, которая подошла бы под текущую погоду. Шопинг — это то, чем чаще всего он занимается в одиночку. Теперь же Лиам должен следовать за ним из магазина в магазин. Поэтому Зейн решительно смотрит в окно. Когда они приедут в район с магазинами, машина высадит их у одного из любимых мест Малика. Их заберут отсюда же через полтора часа или когда позвонит Зейн. Он выходит из машины, ни разу не взглянув на Лиама, и сразу же заходит в магазин. Внутри прохладно, холоднее, чем было на улице, и он рад, что надел этот красный свитер. Он слышит позади себя, как открывается дверь, но не поворачивается проверить, Лиам ли это. Два магазина спустя настроение Зейна значительно ухудшается. Над головой висят серые тучи, и ему кажется, что они сейчас в тему. Лиам похож на манекен, который он видит в каждом магазине. Большую часть времени он проводит, молча скрестив руки на груди и внимательно наблюдая за Зейном и остальными людьми в помещении, не говоря ни слова. Раза два Зейн спрашивает его мнения о чем-то, но Лиам только что-то мычит себе под нос. Зейн уже много лет в этом бизнесе, и пусть его трудно назвать «дивой», он провел достаточно времени в подобном окружении, чтобы знать их поведение. И если Лиам хочет вести себя как капризный ребенок, Зейн тоже может. - Понеси это, - резко говорит он, пихая Лиаму в руки свои сумки, из-за чего тот недовольно смотрит на него. - Это не входит в мои обязанности. В мои обязанности входит... - Защищать меня, - заканчивает за него Зейн, закатывая глаза. - Как скажешь. Защищай меня, неся мои сумки. - Я не могу делать свою работу, неся твои вещи, - замечает Лиам. Зейн фыркает и прибавляет шаг, немного спотыкаясь, так как его сумки в самом деле тяжеловаты. Он толкает дверь магазина, в котором они находятся, и специально с силой отпускает ее назад. Она практически ударяет Лиама, но, к несчастью, тот успевает вытянуть руку вперед, чтобы предотвратить столкновение. - Я возьму что-нибудь попить, - решает Зейн, когда они проходят мимо Starbucks. - Мне нужно передохнуть после таскания всего этого дерьма. Лиам заглядывает во внутрь и прыскает со смеху. - Мы не пойдем туда. Зейн замирает на месте. - Прости, что? - Мы не пойдем туда, - повторяет Лиам и кивает головой в сторону здоровой витрины. Как только Зейн смотрит туда, его ослепляет вспышка камеры. Лиам тут же хватает его за руку и тащит вперед. - Слишком людно. Пошли. Зейн пытается вырваться из его хватки. - Ты не можешь указывать мне, куда я могу или не могу... - ЗЕЙН! - О боже мой, это Зейн Малик?! - Я люблю тебя! Что ж, ладно, возможно, Лиам прав. Позади них слышится топот ног, и, издав стон, Лиам тащит Зейна за собой еще быстрее. Они поворачивают за угол, и Зейну уже не хватает воздуха. Черт, он совсем не в форме. И эти дурацкие сумки не помогают. Почему он решил, что ему нужны три пары обуви? Он ошибался. Лиам смотрит назад, когда они поворачивают за угол, и, видимо, он что-то видит, потому что продолжает тянуть Зейна за собой в первый попавшийся магазин на другой стороне улицы. Зейн совершенно не сопротивляется. Может, он и капризный, когда дело касается Лиама, но не глупый. Он знает, когда воевать, а когда определенные бои уже проиграны, и это один из таких случаев. - Нам нужна машина к... Ты видел название этого места? Зейн смотрит по сторонам. В воздухе чувствуется запах еды, и он делает вдох, не задумываясь. Он не прочел вывеску перед тем, как они зашли, но легко ориентируется. По комнате расставлено множество маленьких столиков, и на каждом лежат меню-листовки. Зейн берет одну из них, глядя на азиатку за прилавком. - Китайская кухня, - задумчиво произносит он. - Да, я догадался, - рявкает Лиам. - Название? Или адрес? Чтобы я смог вызвать машину и забрать нас отсюда. Зейн поворачивается и смотрит в окно, большая часть которого покрыта краской в виде названий коронных блюд ресторана, а также извилистого красного дракона. Ему едва видно, что происходит снаружи, и он сомневается, что много кто может увидеть, что находится внутри. И возле здания, и даже на той стороне улицы, не видно проходящих мимо кричащих девочек. Зейн возвращает своё внимание к меню. - Определенно хочу яичные роллы. Не знаю, что еще. Лиам медленно опускает телефон. - Что? Зейн пожимает плечами, засовывает меню в задний карман, кидает сумки на пол рядом с Лиамом и подходит к кассе. Это то место, где ты заказываешь и забираешь, там есть только несколько мест, чтобы действительно посидеть и насладиться обедом, и уж точно нет официантов. Зейну всё равно. Он просто умирает от голода и питался здоровой фигней целую неделю. Ему хочется себя побаловать, желание оставаться в хорошей форме может пойти к черту. - Сейчас к вам кто-нибудь подойдет, - говорит женщина за прилавком. Зейн кивает и изучает меню на стене, которое намного обширнее, чем те листовки на столе. Через мгновение к ним выходит молодая девушка с тугим хвостом на голове. Она достает из-за уха ручку и, приготовившись записывать в блокнот, поднимает на него взгляд. Зейн молится, чтобы она его не узнала. Но она узнает. Это понятно по ее широко распахнутым глазам и заиканию, когда она произносит: - Чем...чем я могу вам помочь? - Мы просто хотим спокойно поесть, - объясняет Зейн, надеясь, что она поймет его намек. Надеясь, что она не такая, как та официантка, что обслуживала их с Гарри несколько месяцев назад в каком-то паршивом итальянском местечке, которая, по всей видимости, растрепала всем своим подружкам о том, что Зейн там, потому что не прошло и полчаса, как место было окружено. - Что хорошего посоветуете? Меню слегка приводит в растерянность. - Всё, - мигом отвечает она. - Это всё семейные рецепты. Всё зависит от ваших предпочтений, правда. - Я доверюсь вашему выбору, - улыбаясь, говорит Зейн. - Закажите мне ваши любимые блюда. Чтобы хватило на двоих. На двоих очень голодных парней. Меня не волнует цена. Ах, и что-нибудь попить. - Эээ... - Девушка смотрит в блокнот, после чего снова встречается с ним взглядом. - Вы уверены? - Зейн кивает. - Хорошо. Это займет приблизительно двадцать минут. - Она что-то нажимает на кассовом аппарате. - Итого, 22,79. И, ээ... может быть, автограф? Ничего страшного, если вы не хотите. Нет, правда, просто скажите «нет», я не должна была спрашивать, я... Зейн протягивает руки за ручкой и листком, и она вручает их с ошарашенным выражением лица. Он быстренько пишет свое имя, добавляет «Надеюсь, будет вкусно» со смайликом в конце и отдает обратно. Он лезет в карман, достает кошелек и дает ей пару купюр. Когда он забирает сдачу и поворачивается, то обнаруживает Лиама прямо за собой. Настолько близко, что практически врезается в него. - Что ты делаешь? - шипит он. Зейн обходит его и плюхается на ближайший стул. - А на что это похоже? Я заказываю что-нибудь поесть. - Но машина будет здесь через пять минут, - выразительно говорит Лиам. - Ну, а мой заказ будет готов не меньше, чем через двадцать, так что придется подождать. Лиам отчаянно вздыхает и опускается на стул напротив него. Он кладет руки на стол и задумчиво смотрит на Зейна. Малик устало смотрит на него в ответ. Позади них он слышит, как на кухне гремят посудой, от чего у него урчит в животе. - Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, - наконец произносит Лиам. - Я пытаюсь выполнять свою работу и быть дружелюбным с тобой, а ты на меня жалуешься. Затем я пытаюсь выполнять ее, не разговаривая с тобой, и ты жалуешься мне, а затем ведешь себя, как... как... Зейн играет с солонкой, стоящей на столе. - Как? - мило спрашивает он. -Ты знаешь как, - тихо говорит Лиам и опускает взгляд на свои ладони. - Я знаю, что ты не хочешь видеть меня своим телохранителем, и я знаю, что это не твое решение. Так что завтра я уволюсь. Таким образом я больше не буду портить твою жизнь. Зейн старается не выдавать своего удивления. Одно дело - думать о чем-то, когда он раздражен, мысленно злиться на то, что Лиам должен повсюду сопровождать его. Другое дело — зайти так далеко, чтобы Лиам почувствовал необходимость уволиться. Он не хотел этого. Ни в чем из этого... ни в чем из этого нет вины Лиама. Сегодняшнее поведение - его вина, да, но остальные случаи? Остальные дни? Во всем виноват Зейн. - Прости, - выпаливает он еще раньше, чем успел мысленно принять решение извиниться. - Я... черт, это не твоя вина, ладно? Моя. Я не хотел телохранителя, потому что я очень скрытный человек. Когда я не работаю, мне нравится не работать. Мне нравится иметь возможность просто... заниматься чем угодно с друзьями и ни о чем не беспокоиться. А иметь при себе охрану 24 часа в сутки препятствует этому. Не говоря уже о том, что в этом даже нет нужды, правда, и... - Я понимаю, - перебивает его Лиам. - Как я уже сказал, я уволюсь. Извини, что причинил тебе беспокойство. Зейн потирает лицо ладонью, пытаясь сдержать отчаянный стон. - Я же только что сказал, что это не твоя вина, понимаешь? Правда, Лиам. Ты... хороший. Не сегодня, но обычно. И я уверен, что ты отлично делаешь свою работу. - Лиам медленно поднимает на него взгляд. - Я не должен был вымещать этого на тебе, но я вымещал, потому что могу быть своенравным, когда дело касается определенных вещей, и эта, по всей видимости, одна из них. Но... но я не хочу, чтобы ты увольнялся, ладно? Ведь если ты уволишься, мне приставят кого-нибудь другого, и у меня предчувствие, что он понравится мне намного меньше, чем ты. На губах Лиама появляется неуверенная улыбка. - Таким образом ты хочешь признаться, что я тебе нравлюсь? Может, и нравится, в каком-то роде. Он знает о Лиаме не так много, но то, с чем он столкнулся, нужно признать, вызвало приятное впечатление. И при других обстоятельствах Зейн легко мог бы стать друзьями с таким человеком, как Лиам. - Наверное, - бормочет он. - Немного. Может быть. Лиам улыбается и барабанит пальцами по столу. Зейн закатил бы глаза, глядя на его довольное выражение лица, если бы оно так его не радовало. - Ой, - неожиданно говорит Лиам. - Ты меня тоже прости. Я вел себя как придурок сегодня, а не должен был. Зейн вскидывает бровь. - Я думал, ты выполняешь свою работу. - Я могу выполнять свою работу и ладить с тобой, - смущенно морщится Лиам, от чего Зейн расплывается в улыбке. Когда их еда готова, ее приносят к ним за стол вместе с двумя стаканами холодной колы. Зейн быстро делает глоток и тут же приступает к трапезе. Он так чертовски голоден сейчас, что это просто смешно. И еда очень вкусная, хоть он знает названия только половины из этих блюд. Для большого парня Лиам ест аккуратно. Перед ними расставлена куча блюд, предусмотренная для них двоих, но Лиам ест только из двух тарелок. В момент, когда он решается на риск, попробовав острую курицу, которую Зейн поглощал, скорее всего, не самым привлекательным образом, его глаза расширяются, и он начинает кашлять. - О мой бог, - Лиам тяжело дышит и тянется за напитком, выпивая за раз половину. - Ты мог предупредить меня! У меня такое чувство, будто я сунул лицо в костер. Зейн не может сдержать смеха. - Что? Не можешь вытерпеть небольшой жар? - дразнит он. Лиам тоже смеется над собой, но быстро замолкает. Его лицо становится серьезным, и он накалывает свинину на вилку, хмуро глядя в тарелку. - Знаешь, а ты не такой, как я думал. Зейн слышал эти слова миллион раз. - Дай догадаюсь: ты ожидал самовлюбленного, хамоватого типа, который командует всеми вокруг и рассчитывает, что все будут целовать ему зад? - Нет, - быстро отвечает Лиам, качая головой. - Нет, не это. Но также я не думал, что ты окажешься таким... настоящим. - Настоящим, - повторяет Зейн. Это нечто новое. - Каким именно образом настоящим? Лиам пожимает плечами, с улыбкой глядя вниз. - Мы сидим в двухзвездочном ресторане, едим дешевую, наверняка вредную для нас китайскую еду, и у тебя на лице кисло-сладкий соус. - Он еще раз пожимает плечами. - Не то, чего я ожидал. - Где? - требует ответа Зейн, вытирая лицо. Он трет вокруг рта, пока Лиам смеется над ним, но ничего не чувствует. - На подбородке слева, - подсказывает Лиам. Зейн берет салфетку и вытирает то место. - Готово. Зейн старается не думать о том, что скорее всего сейчас его щеки горят румянцем. - Спасибо. Лиам расплывается в улыбке, аккуратно кладет вилку на стол, немного наклоняется вперед и спрашивает: - Раз уж мы убедились, что ты меня не ненавидишь, можно мне кое-что спросить? - Конечно. -Ладно, - Лиам прочищает горло. - Ашер. Расскажи мне о нем всё.