Не кусайся, Мин Юнги!

      На следующий день, когда боль в руках окончательно отступила, силы вернулись в свой изначальный предел, а хозяин тела понемногу просыпался, раздался звонок телефона, что перепугал не только единственного человека в доме, но и животину: от маленького паучка у подоконника, до большого и неповоротливого кота, который всю ночь сипел своим мокрым носом, радуясь, что его не выгоняют с кровати. — Ёб твою налево, Тэхен! — злобно прокричал Пак в трубку телефона. — Ты время блять видел? — Чимин-а-а-а, — донеслось из трубки, — я тебя жду, рыжая ты морда! — Блять, ТэТэ, ты время видел? Шесть, мать его, утра. У меня кот еще не понял, что он проснулся, а птицы еще дрыхнут в гнездах. Так с какого, прости меня сердечно, хуя, ты возомнил себя выше остальных и не спишь? — Ну, Чима, ты же обещал! — настаивал Тэхен. — Через часа четыре может. Проснусь и поговорим.       Отключив мобильник, Пак блаженно закрыл глаза и погрузился в царство морфея. Но увы, счастье длилось не долго. По логике Тэхёна, если один раз дозвониться не удалось, отправь миллион сообщений. — Тэхён! — орёт в трубку Пак, перезвонив своему горе другу. — Да что ж ты за тварь такая? — Попрошу не обзываться! — доносится гордый голос из динамика. — Я не обычная тварь, а экзотическая. — Ну да, "Фантастические твари и где они обитают". Я даже знаю где. — Ну Чимин-а, ты же обещал... — Ладно! Достал. Буду через час, с тебя полный сет роллов и алкоголь. Жди.       На этой ноте Чимин торжественно завершает разговор, желая, чтобы его друг потерялся где-нибудь в лесу и его утащили бабайки.       Титаническими усилиями подняв свою жопу с кровати и погладив кота по голове, Пак вышел из комнаты и направился в ванную. Через минут пятнадцать, выйдя свежим и обновленным, он направился на кухню, где наглая рожа уже уселась на стол и глядела на Чимина как на предателя. Ну, а чего он так долго? — Наглая ты морда, уже поджидаешь. — А ты прешься прям со скоростью четыреста девяносто три километра в час. — мысленно огрызнулся Мин, спрыгивая со стола.       Найдя в холодильнике пару яиц и меньше половины пачки молока, Пак, конечно же, решил сделать себе лёгкий омлет. Ну, чтоб потом не сильно штормило во время пьянки. Маленький сожитель в лице одного безмерно наглого кота уселся прямо рядом с миской, с парой уже взбитых яиц, и с интересом наблюдал за тем, как Чимин наливает молоко, попутно насыпая различные специи и приправы: от чёрного перца до семян льна. После полного приготовления блюда, разложив всё на две тарелки, Пак пошел заваривать кофе. Решил перестраховаться.       Отделив совсем немного белкового завтрака котейке, Чимин поставил блюдца на стол, сел и принялся за свой завтрак, уже вкушая вкус кофе, что варился в кофемашине. Конечно же, кот с аппетитом стал уплетать то, что ему было предложено, время от времени вглядываясь в лицо Чимина и иногда фыркая. Не нравился ему Пак, тут уж ничего не поделаешь. Хоть тот и был красив и в какой-то мере добр к Юнги, иногда он раздражал аж до скрипа зубов.       Быстро доев всю еду и убрав посуду за собой и котом, Чимин закинул всё в раковину, залил водой и быстро, кабанчиком, поскакал в свою комнату одеваться. До выхода было не так много времени. Юнги же сладко предвкушал тишину и обдумывал шаги побега до мельчайших деталей.        — Лиу Мяу-Мяу, я ушёл! — кричит из прихожей Чимин, быстро натягивающий на левую ногу черный кожаный кроссовок. — Я тебе корма оставил и меня в принципе не ебёт будешь ты его есть или нет. Люблю тебя, мой маленький кошмар!       С этими словами Пак выбегает на лестницу и закрывает металлическую дверь за собой. На ключ нет смысла, потому как закрытые двери цветочного магазинчика с рольставнями не даст никому проникнуть внутрь.       Только подходя и открывая один из заслонов на двери, Чимин понял, что забыл телефон на своей кровати, пока переодевался, поэтому он быстро развернулся и побежал по лестнице в свою комнату.

***

      Услышав закрывающуюся дверь, Юнги оперативно поскакал к Паку в комнату к шкафу с одеждой. Превратившись в человека, Мин первым делом стал шарить по полке с нижним бельём. Так как он не раз скидывал вещи Пака, перемешивая их между собой, каждый раз местоположение тех или иных предметов одежды менялось, поэтому пришлось немного покопаться, чтобы найти подходящие боксеры на его слегка тощий зад, не то, что у Чимина. Скинув с верхних полок всё на кровать, чтобы было проще искать, Мин нашел зауженные черные джинсы и только собирался их надеть, как услышал топот в коридоре квартиры и пыхтение хозяина, что быстрее молнии забежал в помещение, сразу направившись к своей комнате.       Юнги даже ничего сообразить не успел, к тому времени он успел натянуть только одну штанину, и то, на половину ноги, поэтому с испуга он начал быстро надевать вторую, но не удержался на одной ноге, поскользнувшись на не надетой штанине и упав с громким стуком прямо на пол.       Вбежавший именно в этот момент Чимин был просто в шоке. Увидеть в своей комнате валяющегося на полу парня, в своих труселях и джинсах было просто невообразимо. — Ух ты ж, ах ты! — отойдя от шока и в недоумении пыхтел Пак, пятясь назад мелкими шагами. — Я сейчас полицию вызову! — и хватает тапок, поднимая руку с ним у головы, как держат меч самураи во время боя. — Я тебя, падлу такую, сейчас в окно выкину и копов позову! Тварина такая, ты знаешь сколько я копил на те джинсы, что сейчас на тебе? Гадёныш! — продолжал ругаться Пак, в то время как несчастный Юнги корчился на полу от боли в спине с полуспущенными штанами, в позе звездочки с закинутой на лицо рукой. — Сука, да не ори ты так! Придурошный! Щас оденусь, свалю и аривидерчи. Я уже задолбался здесь находиться. — Стопэ, чувак, я ж тебя знаю! Я тебя, между прочим, лечил! — кричит Пак, показывая на парня пальцем и подходя ближе, вставая в позу "руки в боки". — Неблагодарный ты. Я тебя, вообще-то спас. И вообще, ты чё здесь делаешь? — Тебе не всё равно? — скептически подняв одну бровь, бросил Мин, приподнимаясь на руках, упираясь в пол. — Ты чего, совсем офигел? Ни спасибо, ни здрасьте. Так... — тут у Чимина пробежал холодок по спине, — Где Мяучка...       На этих словах Чимин выбежал из комнаты, позабыв о непрошенном госте, начав безустанно звать своего питомца. Поискав под столом, на диване, в ванной и за шторами, но не обнаружив, Пак вернулся обратно в комнату к гостю, который натягивал штаны и застегивал ширинку. — Что ты сделал с моим котом? — чеканил Пак, злобно смотря в глаза Мину. — Тебе, сука, лучше мне сказать, где он, иначе не только за незаконное проникновение сядешь. — Ты ж его всё равно не любил, так на кой тебе он? — начал выходить из себя Юнги, метая искры в ответ. — Тебе-то откуда знать? — Поверь, мне точно знать. Кстати говоря, омлет твой говно. — Чего ты только что сказал? — возмутился Пак. — Стоп. А откуда ты знаешь?       В этот момент на лежащий телефон Пака поступил звонок, на который Чимин ответил. — Чимин-а, ты случаем ничего не забыл? — Не до тебя, Тэ, — и скинул трубку, попутно выключая телефон насовсем, — Жду объяснений, как там тебя, Юнгез, Юнгей, Юнгиль. — Вообще не попал, Пак Чимин. — Кто ты? — осторожно спросил Чимин, наклоняя голову слегка на бок. — Видимо, Мистер Лиу Мяу-Мяу. Фу, блять, кто так клички котам даёт? — Чего? — рассмеялся Пак, хлопая себя по накачанному бедру. — Проверься у доктора, мало ли головой стукнулся.       И тут Чимин вспоминает о ране кота, которую он увидел на боку через несколько дней после поселения животного в квартире. Ранка была почти зажившей и слегка проглядывалась сквозь густую шёрстку кота. Заметить её было трудно, да и сам кот не очень любил, когда его трогали и рассматривали до тех пор, пока он сам этого не хотел. — Вот бля-я-ять, — тянет Пак хлопая себя по лбу, — Рана! Юнгез, или как тебя там, у тебя ж отметина на боку. Блять, у кота тоже. Что за поеботина, Господи прости, происходит? Я умом тронулся? — Судя по твоему выражению лица – да. — И откуда ты такой взя... — не успевает договорить Пак, как в квартиру влетает Тэхён. — Сука! Ну и нахрена я тебе ключи давал, чтобы ты ко мне домой ходил! Я заберу их у тебя, чертов извращенец. — И это я-то извращенец? Ты вообще представляешь как я зол? Пельменья ты жопа, я тебе что, пустое место? Ты меня не любишь! Я тебе и бухло, и хату, и даже тазик специально купил, голубой, между прочим, как твоя кровь. Падлюка ты эдакая, да чтоб я ещё раз тебя куда-либо позвал, так ещё и за свои деньги? Ну уж нет! — без остановок вопил Тэхён, жестикулируя в воздухе руками и надувая щёки, словно злой хомяк. — Кхм-кхм, я пойду в ванну, — прерывает исповедование Юнги, отталкивая Кима от входа и идя на кухню, сразу идя к любимому белому другу с вкусняшками. — Чимин, — тише спрашивает Тэхён, наклоняясь к уху Пака и прикрывая рот рукой, — это случаем не тот, который валялся с переломом и кровоизлиянием у нас в магазине? — Во-первых, не у «нас», а у меня, а во-вторых, у него просто очень глубокая рана была, а не перелом, дубина. — Не суть. Чимин-а! Мы идём буха-а-а-ать! — радостно прокричал Тэхён, таща Чимина за собой в коридор. — Я вспомнил! Юнги! Никуда не уходи! Иначе я реально вызову полицию и тебе придет конец!       Так как его раскрыли, Юнги уже было глубоко плевать останется он здесь или нет. Сейчас, он просто хотел покоя и тишины, поэтому выйдя из ванной и буркнув: "Молодец, вали отсюда", он допил всё оставшееся молоко и пошел спать на диван.

***

Given-Taken – ENHYPEN

      Вечер, ночные бары уже открыли свои двери посетителям, приветливо мигая неоновыми вывесками. Пьяные люди выходят на оживленную улицу подышать свежим воздухом, чтобы потом опять зайти в душный клуб с громкой музыкой и, двигающимся в такт музыке, телами. Уши закладывает от басов, приторный запах дыма и кальянный дым растворяются в горячем воздухе с тонким запахом дорогого алкоголя. Атмосфера захватывает дух и лишь целующиеся парочки портят вид расслабленных людей, погруженных в танцы и выплёскивающих свои проблемы в энергичные движения бедрами и руками. Чимину нравится такая атмосфера: забываешь обо всём, алкоголя море помогает поднять настроение, а лучший друг рядом добавляет комфорта. Пьяный Тэхён гораздо спокойнее и рассудительнее обычного, хоть никто и не знает почему так. Вид расслабленного друга заставляет самого прекратить напрягать мышцы и окунуться в музыку с головой. Тело лёгкое, ноги сами несут его на танцпол, а друг идёт четко за ним, без слов понимая, зачем они оба поднялись из-за барной стойки.       Громкая музыка, сбитое дыхание людей, трущихся друг о друга потными телами. Никакого напряжения, в голове пусто и на сердце легко. Раз, картинка тела со шрамами. Чимин пропускает её перед глазами, проматывает как на плёночном фильме. Два, тёмные волосы. Три, худое, но красивое тело. Кто же он? Чего он хочет? О чём думает?       Все мысли, всё негодование Чимин вкладывает в движения. Кто-то жмётся сзади, слегка поглаживая талию, проходясь пальцами выше, оглаживая шею и касаясь пальцами подбородка. Чимину хорошо. У него давно никого не было, хочется чего-то развратного, до неприличия пошлого и развязного. Хочется утонуть в атмосфере танца и чтобы руки не прекращали трогать. Руки сжимают талию и притягивают ближе, с силой и напором. Губы касаются чиминовых, мягких и гладких, то слегка посасывая, то кусая. Стон из этих прекрасных губ — рай для ушей. Чимин не смотрит на того, кто целует, всё равно в темноте танцпола и свете пестрых прожекторов не увидишь. Четыре, глаза с необычными зрачками смотрят прямо в душу, заставляя органы сжиматься, а что-то необычное словно ожить внутри. Чимин открывает глаза и с силой отталкивает парня, что прижимался к нему. Ноги сами несут тело к барной стойке, а глаза ищут Тэхёна. Тот выходит из толпы и идёт прямо к Чимину. Первый стакан дорогого виски со льдом, второй без. Ещё и ещё. Забыть и забыться. Выбить из головы картинки шрамов и тёмные волосы с синим отливом. Забыть глаза и его голос. Забыть и забыться.

***

lovely Billie Eilish, Khalid

      Домой Чимина довозят на такси. Тэхён, как лучший и более трезвый друг, открывает дверь и запускает внутрь цветочного магазинчика его владельца. Чимина ведёт, его шатает, но холод внутри помещения немного отрезвляет.       Чуть ли не занеся Пака в квартиру, Тэхён усаживает его на полу в прихожей, пока сам снимает кроссовки Чима и свои кеды. На диване сидит Юнги, смотрящий телевизор на небольшой громкости. Чимин еле-еле передвигает ногами, засыпая на ходу: никто его не винит, но Мин недовольно фыркает, отмечая, что от него просто ужасно смердит алкоголем. Уложив неудачного пьяницу, Тэхён прощается с Мином, наказывая тому следить за его другом и что тазик стоит в одном из нижних ящиков на кухне, под раковиной. Мин кивает и провожает взглядом фигуру, что выше его на голову.       Выключив везде свет и телевизор, Юнги берет тазик и идёт в комнату к Чимину. Тот сладко сопит, изредка открывая рот, чтобы поглубже вдохнуть воздух. — Юнги... — негромко проговаривает Пак во сне, но в ночном свете и тишине ночи одно единственное слово слышится чётким и слегка звонким. — Я здесь, — зачем-то отвечают спящему человеку, — Дурак, — беззлобно кидают в пустоту. Всё равно его не услышат.       Юнги ставит тазик, с надеждой, что он не понадобится, и обходит кровать. Сев на край, Мин смотрит в окно: всё тот же неспокойный Сеул, даже ночью. Яркие вывески и свет из окон многоэтажек. Убаюкивающая и уютная атмосфера города с миллионами жителей. Где-то, возможно, есть знакомые Юнги люди, что ждут его возвращения, а может и нет. Вряд ли они его помнят и вообще ещё живы. Юнги закидывает ноги на кровать, ложится на бок, смотря Чимину в спину. Слегка притянув за талию спящего человека, Мин приобнимает его сзади и утыкается носом в плечо. Да, от Чимина пахнет алкоголем, но при этом легкий шлейф запаха его тела заставляет вдыхать ещё и ещё. Приятно пахнет.