Школа порока. Часть 2: Нелюди

32 Локи решил покинуть свой дом. Жить в нем становилось невыносимо. Все чаще вступала в свои права осень. В эту пору мужчину всегда охватывала тоска и меланхолия. Он смотрел на небо, в котором с каждым днем все больше присутствовал серый оттенок, на тучи, наливающиеся свинцом, на клин птиц, скитающихся по свету в поисках счастья, и его своими цепкими объятиями охватывала тоска. Вечера становились все прохладнее. Локи часто зябнул в своем большом, пустом и мрачном доме. Он сидел и раскачивался в старом кресле, закутавшись в плед, попивая чай из трав, в тщетной надежде согреться. Сидел и смотрел в окно. Смотрел, как облетают с веток желтеющие листья, как постепенно мрачнеет небо и на землю опускаются сумерки. Скоро дом будет охвачен мраком. А он сам будет сидеть и, кутаясь в плед от холода, смотреть в окно, смотреть в темноту, смакуя свое одиночество, меланхолию и безрадостную Вечность. Пока не придет пора превращаться и пока он не убежит рыскать по лесу в поисках добычи одиноким волком. И так будет изо дня в день. Целую Вечность. Не выдержав больше этой обстановки, Локи решил уехать. Он собрал кое-какие вещи и сел на поезд, купив билет со словами: "Дайте билет куда-нибудь"... Локи смотрел в окно. Смотрел, как мило проносятся мимо деревья, позолоченные осенью, как где-то там, за горизонтом, возможно, есть новая жизнь... Быть может удастся ему позабыть Артура. Где-нибудь там, далеко... Сотрется его образ в памяти Локи, истлеет, как потухшая искра, заметут его снежные бури, развеют весенние ветры, смоют проливные дожди, унесут с собой морские волны, растворится его облик, поблекнет, рассыплется во прах. Не будет больше терзаться звериное сердце, обретет покой. Случайно, блуждающий взгляд мужчины упал на сидящего напротив человека. Локоны, небрежно выбившиеся из-под шляпы, эти выразительные глаза, эти прекрасные черты, эти соблазнительные губы... Это был Артур! Локи решил, что снова бредит, что снова его посещает призрак Артура и схватил его за колено, чтобы удостовериться, что Артур вовсе не призрак. Артур заметил Локи и сильно изменился в лице. — Что вы себе позволяете! — вскричал он. — О, неужели это вы!.. Этого не может быть... — Да, я! — небрежно сказал Артур, пытаясь взять себя в руки. — Не кажется ли вам, что нас сводит вместе судьба? — спросил Локи, поразившись такому совпадению. — Мне кажется, что просто вы меня преследуете, — сказал Артур, отвернувшись к окну. — Клянусь честью, я и понятия не имел, куда вы едете, я взял билет наугад! — воскликнул Локи. — Честью? — усмехнулся Артур. — Есть ли она у вас? — Почему вы не пустили мне пулю в висок тогда? — шепотом спросил Локи. — Это было всего лишь чувство жалости к вам. — Отчего же вы тогда не смотрите мне в глаза, чего боитесь? — Ничего, — ответил Артур. Он посмотрел Локи в глаза, в его горящие любовным пылом глаза-хамелеоны. — Артур, вы видите, как искренне я люблю вас, как терзается моя плоть и душа, вы заметили, каким странным образом судьба сводит нас... Локи припал к руке Артура губами. Артур неуверенно положил вторую руку на голову Локи: — Да... — О... — проговорил Локи. — Я просто самый счастливый нечеловек во всей вселенной! Как вы осчастливили меня, мой Бог и мой палач! Локи снова принялся целовать его ладонь. Артур все так же надменно отвернулся к окну. Мужчина продолжал покрывать поцелуями его запястья. — Прекратите! — оттолкнул его Артур. — Не смотря на то, что я сказал, вместе мы никогда не будем. Сейчас я выйду на первой остановке и мы с вами никогда больше не увидимся... Артур встал и пошел к выходу. — О, за что вы так терзаете меня! — вскричал Локи. — Говорите одно, а сами хотите навсегда покинуть! Что же вы делаете со мной! Он схватил Артура за плечи и сильно прижал к себе. — Отпустите! Но Локи, запрокинув голову Артура, принялся с жаром его целовать. Потом остановился и заглянул ему прямо в глаза. — Вернитесь же! — Локи схватил Артура за руку и усадил рядом с собой. — Уедем вместе, далеко отсюда, начнем с чистого листа, мой любимый... Я изменюсь, моя душа, мое тело будет навечно принадлежать тебе, только тебе одному, — с такой страстью, с таким трепетом говорил Локи. Он нежно взял в ладонь лицо Артура и развернул к сбе: — Только не молчи, скажи... Артур снова отвернулся в сторону. — Артур, любимый... Он не выдержал, обнял Локи, уткнулся лицом в его плечо. Локи в ответ обнял Артура. Они прижались друг к другу и сидели молча и долго. Пока поезд шумел, летя в неизвестном направлении, пока проносились мимо деревья, пока на землю спускался вечер. Локи целовал лицо Артура, целовал его волосы. Эта дорога казалась бесконечной... 33 Голос Фила сегодня был чистый, ровный. Пел он с душой и глаза его, раньше всегда полные тоски и печали, сегодня светились счастьем. Парень не отрывал взгляда от Лео и не нужно было быть Нострадамусом, чтобы понять, что душа его пела только для этого совсем еще юного, но уже ставшего таким дорогим человека. Фил не выдержал, подошел к Лео, приник к нему губами. Мальчик выронил скрипку. — Тише, я угроблю инструмент! Но Фил все равно прижал его к себе, его руки скользили по спине Лео, а губы искали страсти. — Твои губы доводят меня до умопомрачения, — прошептал Фил, прислонившись лбом к его лбу. Он тяжело дышал. — Хочу тебя. Лео молчал в смущении. Фил потихоньку опустил его на траву. Лео полностью отдал себя в его руки. Он закрыл глаза и смаковал каждый поцелуй нежных и таких приятных губ на своем теле. Чувствовал, как нежные руки Фила снимают с него одежду. Чувствовал прикосновения капелек росы к своей коже. Душа замирала. Лео чувствовал себя в раю. Он ответил на поцелуй Фила, зарылся лицом в его волосы. — Люблю... Люблю, — повторял Лео. Фил стал целовать его грудь и опустился ниже. Лео был готов отдать ему всего себя, отдаться на милость его ласк, его губ, рук, окунуться с головой в его нежность, утонуть в его глазах, растаять от его слов. Мальчика переполняли чувства любви и блаженства, счастливого умиротворения, безмятежности. Как он был счастлив в этом своем душевном спокойствии! По телу пробежала дрожь, но не от капель росы, а от прикосновений любимого не человека. Лео нежно обнял Фила, взял его лицо в свои ладони и поцеловал. Почувствовав его язык на своих губах, Фил возбудился. Ему очень захотелось овладеть этим юным, трепещущим в его руках, телом. Схватив Лео за талию и легким движением развернув его к себе спиной, Фил овладел им. Лео закрыл глаза. Вздохнул. Он схватил руку Фила и потерся об нее. Гамма ощущений охватила его. Мимолетная боль. Внутри становилось все горячее. Он чувствовал священное единение не только душ, но и тел. Они становились все ближе. Хрупкое тело входило в другое хрупкое тело, они сливались в дивном танце, в танце гармонии и успокоения. В агонии оргазма Лео издал стон. Фил, совсем обессиленный, развернул его на спину и склонил голову ему на грудь. Лео погрузил пальцы в его волосы. — Тебе было приятно со мной? — спросил Фил. — Да, очень, — ответил Лео. — Что-то мне прохладно, я встану. — Да, да, конечно, — сказал Фил, помогая ему одеться. — Я отойду, — сказал мальчик. — В туалет. Он пошел в кусты, но не успел еще расстегнуть ширинку, как его схватили чьи-то крепкие волосатые руки. — Попался, красавец! Лео еще и рта не успел раскрыть, чтобы позвать на помощь, как рот ему быстро закрыли. Напрасно Фил ждал мальчика. Лео не вернулся. Фил одиноко сидел на поляне, удрученный горем, со скрипкой в руках. Он строил различные предположения, разнообразные версии и в пропаже Лео обвинял Локи, вспоминая его угрозы. Но Фил не угадал. Лео на самом деле украл больной на голову извращенец, страдающий каннибализмом и педофилией, по прозвищу Кроу. Локи и знать ничего не знал. — Я не могу понять, что терзает меня, — сказал Клаус. — Они сказали, что я должен освободиться от того, что меня терзает, но как я могу, если даже не знаю, что это! Людвиг погладил Клауса по волосам. Его взгляд был исполнен нежной серьезности. — А ты счастлив здесь, со мной? Клаус поцеловал его руку: — С тобой я всегда счастлив, ты же знаешь, милый мой. Для того я и решаю этот ребус, чтобы соединиться с тобой в вечности. — Чтобы ты делал, если бы не умер физической смертью? — пытливо вглядывался в лицо Клауса Луи, пытаясь заплести косичку из его волос. — Не знаю... Я даже рад, что сейчас не там. Я бы жил у Локи. Видел бы своего чокнутого брата... — после этой фразы Клаус задумался. Словно черная кошка пробежала в душе. Стало как-то не по себе, как-то неприятно. — Что с тобой? — спросил Луи, видя его замешательство. — Я вспомнил кое-кого и зверь, так долго терзающий меня инутри, дал о себе знать... — Что ты имеешь ввиду? — А то... Кажется я понял, что это за зверь... Мысль о брате, совершившим со мной такую неслыханную подлость, терзает меня. — Как хорошо, что ты это понял! — воскликнул Луи, любуясь прекрасными синеглазками, растущими в изумрудно-зеленой траве и слушая шум кристально чистого водопада. — Теперь ты можешь освободиться, чтобы мы навсегда были вместе, любимый... Клаус встал, переполненный гневом, он сжимал кулаки от злобы. — Никогда! Слышишь, никогда я не освобожусь от терзающего меня ощущения предательства, подлости! — Отпусти это, оно мешает. — Ни за что! — возглас Клауса испугал спустившихся на траву птичек и заглушил шум водопада. — Братоубийцу должна постигнуть праведная кара! Самое лучшее отмщение для меня — это дождаться того времени, когда я смогу наблюдать, как мое проклятие уничтожит этого выродка. Потешаться над ним и злорадствовать, видя его падение. — И это доставит тебе радость? — спросил Луи. — О да! Неслыханную! Я так долго жду этого момента,— ответил Клаус. Луи встал. Отвернулся. — А как же мы? Значит, я ошибся в тебе... Клаус обнял его за плечи: — Не говори так, любимый, я тебя очень люблю, и дороже тебя у меня ни на этом, ни на том свете никого нет. Но то, что не дает мне покоя — это лишь мое. Прав был этот ублюдок, убив родного брата, да еще и так подло, исподтишка, в спину? Справедливо это? Где же ваша справедливость? Выходит, ее нет ни в том мире, ни в этом? Выходит, что можно делать подлости и злодеяния безнаказанно и никому нет до этого никакого дела? — Есть, — отвечал Луи.— Но не ты судья, наказание должно исходить не от тебя... — Но он сделал подлость именно мне, поэтому я имею полное право его наказать по своему усмотрению. — Можешь, — сказал Луи, — но тогда ты потеряешь счастье — нашу вечность... Фил печально шел куда глаза глядят. Он сердцем чувствовал, что с Лео случилась какая-то беда, но не знал, где искать его и что именно случилось. — Брат проклял меня, — прошептал Фил. — Не видать мне счастья. И я заслуживаю этого проклятия, оно вполне справедливо. Но Леонардо ведь не заслуживает, он ни в чем не виноват... О, суровый палач, сжалься!.. Дом находился в горах. Кроу швырнул Лео в хлев, вместе со свиньями и другими детьми и вышел, закрыв дверь на засов. Какое-то время Лео пытался адаптироваться, разглядывал мальчиков. Те, в свою очередь, сбившись в кучку, словно испуганные зверьки, разглядывали его. Разглядывали его и большие жирные свиньи, обнюхивали и тыкали мокрым пятаком под коленку. Воняло навозом. — Куда я попал? — произнес Лео. — В свинарник, — шепотом сказал один из мальчиков. — Это я уже понял, — ответил Лео. — Но кто этот субъект, зачем он притащил меня сюда, зачем притащил вас? — Это... человек, который ворует и ест людей... — А нас заставляет варить суп, — сказал самый маленький мальчик. Лео задумался. — Прямо как в какой-то сказке... А сбежать нельзя? Мальчики покачали головами. — Если мы попытаемся убежать, он нас поймает и съест! Он съел двоих из нас, тех, которые хотели убежать! — Да, ну и дела...—проговорил Лео. В углу стояла сложенная из кирпича печь, а над ней висел громадный котел. — Что это? — спросил Лео. — Там суп, который Кроу сварил из нашего друга, — ответили мальчики чуть ли не хором. Одна из свиней катила что-то. Лео с ужасом заметил, что это был еще не совсем обглоданный человеческий череп. — И все же, раз нет никакого выбора, почему бы не попробовать бежать? — спросил Лео. — Кроу! Кроу идет! — закричали все, разбегаясь по своим углам. Открылся засов и тяжелой поступью вошел Кроу. Дверь хлева осталась приоткрытой и, благодаря проникшему внутрь свету, Лео смог разглядеть лицо Кроу. На вид психопату можно было дать около тридцати пяти лет, но рассмотрев морщины и глубокую складку возле рта, мальчик предположил, что Кроу старше чем кажется. Роста он был высокого и крепкого телосложения. На лице его выделялись большие светлые глаза, подбородок покрывала густая черная с легкой проседью борода. На голову была надета широкая шляпа с полями, за плечами висело ружье, а на ногах красовались охотничьи длинные сапоги, покрытые пылью. Кроу снял грязный плащ и повесил его на крючок. Дверь по-прежнему оставалась открытой. Свиньи, почуяв свободу, с воплем кинулись на улицу. — Ох, как я устал! — он присел на сено, облокотившись о деревянный столб. — Вы, двое, — скомандовал он. — Ай-да на улицу, разделывать мясо, пока оно не пропало! И вы тоже приступайте к своим обязанностям. Двое мальчиков побежали на улицу, сняв со стены висевший топорик. Один мальчик взял шляпу Кроу и стал ее чистить, другой натирал ему сапоги, третий делал массаж, четвертый подставил табуретку и, взяв здоровый черпак и миску, полез в котел. Он накладывал парное мясо, заправляя его юшкой. Не удержавшись, мальчик упал с табуретки, выронив миску. Мясо разлетелось в разные стороны и оставшиеся в свинарнике свиньи с жадным хрюканьем накинулись на него. — Ай-ай-ай! Какой ты стал неловкий, Джимми! — воскликнул Кроу. — Сколько мяса пропало! А ты хоть какое-то усилие приложил, чтобы добыть его? Ты охотился со мною на это мясо? Отвечай! Мальчик покачал головой, опустив глаза в пол. — Вот именно! А так, как тебе больше расплатиться нечем, ты расплатишься собой! Я даже не посмотрю на свою усталость. Кроу встал, схватил мальчика за шкирку и повернул к стене лицом. Все смотрели, как Кроу грубо насиловал его, а тот боялся даже пикнуть, зная, на что способен мучитель. Лео встал, стараясь как можно меньше шуметь, взял вилы и нацелился сзади на Кроу. Быстро развернувшись, Кроу одним ударом ноги выбил из тоненькой руки Лео грозное сельскохозяйственное орудие. — Твое отражение видно в моем медном тазу, маленький храбрец! — захохотал Кроу, приставив вилы к шее Лео. — Что, страшно? — он слегка надавил на них и брызнула кровь. Кроу снова захохотал. — Мне нравится твоя дерзость. Идем, я покажу тебе кухню. Он подтолкнул Лео вперед и выпихнул его на улицу. Мальчик увидел, как двое других маленьких пленников сдирают кожу с мертвеца. Его стошнило. — Если хочешь блевать, можешь сделать это над ведром, — сказал Кроу. Склонившись над ведром, Лео увидел в нем плотно утрамбованные человеческие скальпы. Его вырвало. — Какие мы нежные! — захохотал ему в спину Кроу. — Ничего, еще неделька и я сделаю из тебя мясника, — ты мне нравишься, малыш. 34 Артур очнулся. Он лежал в объятиях Локи, в окнах проносились мимо рощи, поезд двигался, не замедляя хода. Артур попытался вырваться, но Локи взял его руки в свой плен: — Прекратите, не нужно. Вчера мы объяснились. Артур стал вспоминать это "вчера" и его обуял ужас. — Забудьте! — воскликнул он. — Я был неадекватен. — Неужели? — Локи припал своими губами к его губам так, что у Артура перехватило дух. Он сжимал его в своих объятиях, гладил его плечи, целовал в шею. — Нет, не нужно... Локи взял его за подбородок. — Ах! — воскликнул Артур. Что это значило, одному черту было известно. Мужчина легонько сжал его руку: — Сейчас мы сойдем на этой станции или на следующей, мне все равно на какой и пойдем, куда глаза глядят. Локи потащил Артура за собой. Когда поезд остановился, мужчина взял его на руки и спустил со ступенек. Они остались на одиноком перроне, возле позолоченной кое-где рощи, глядя вслед уходящему поезду. Локи продолжал держать Артура на руках. — И что вы от меня хотите? — едва заметно улыбнулся Артур своей самодовольной улыбкой. — Вас хочу! Я каждую ночь мечтал, лежал и грезил о вас, о вашем теле, ваших изящных руках, которые готов лобзать целую вечность, ваших губах, таких нежных, таких умопомрачительных... Я представлял, как вы лежите в моих объятиях... — А вы извращаетесь над моим телом, — с сарказмом докончил Артур. — Я не... — Бросьте, о вас ходит слава самого отпетого развратника, какой только может быть! Вы хотите пополнить свой список мной, добиться неприступного мальчика и поставить еще одну галочку? — О нет! Я же люблю вас... Первый раз в своей жизни!! Почему, когда сотням мальчиков я вешал лапшу на уши о любви, все они мне верили, а когда полюбил по-настоящему, вы не верите мне! — Мир жесток! — Вы... Вы жестоки! Вам нравится терзать меня! Артур прикрыл глаза, улыбаясь. Да, ему нравилось терзать Локи. — Когда я держу вас в своих руках, кровь закипает в жилах и хочется сотворить безумство... Артур с отсутствующим видом посмотрел в небо, сделав вид, что наблюдает за пролетающим косяком птиц. Локи припал губами к его шее, он так нежно её касался, что у Артура закружилась голова. Мужчина понес его в рощу, загадочно шелестящую, словно готовую поведать о самых сокровенных тайнах. — Куда вы меня несете? — спросил Артур, еле переведя дыхание. — Не знаю. Локи споткнулся о какую-то корягу и они плюхнулись на целую кучу листьев. Артур потерял шляпу и волосы его разметались по земле. — Отдайтесь мне, я схожу по вам с ума, — шептал Локи. — Погодите, — все еще холодным, но уже не настолько как раньше, тоном сказал Артур. — Дайте мне шляпу! — он поторопился встать. Подняв шляпу, Артур водрузил ее на свою голову, встав одной ногой, обутой в кожаный сапог, на пень. Он стоял и с видом рабовладельца смотрел на Локи. — О, отдайтесь же мне здесь и сейчас, положите конец моим страданиям, я не могу так больше!!! Я молю вас о любви! Артур скрестил руки на груди, продолжая стоять все в той же позе, раздумывая. — Хорошо, — наконец сказал он. — Я отдамся вам. Прямо сейчас. Но с одним условием... — Все, что угодно! — Вы можете взять мое тело, но больше никогда меня не увидите. Я уйду навсегда и вы дадите слово, что никогда не будете меня искать, идет? — с усмешкой спросил Артур. — Нет! — закричал Локи. — Так я не согласен! Он ударил кулаками по куче листьев и листья разлетелись в разные стороны, а потом отвернулся в сторону, обхватив голову руками. "А ведь действительно любит", — задумался Артур. — "Если бы ему было нужно просто мое тело, которого он столько добивается, он бы согласился овладеть мной прямо сейчас"... — Зачем вы так терзаете меня! Вам доставляет это удовольствие? Вчера вы говорили, что любите! — Я пошутил, — ответил Артур. Он смотрел на опадающие листья, на эту красно-желтую кучу, на такие же красные, разметавшиеся волосы Локи, на его удрученное, словно на похоронах, лицо, которое он уткнул в свои ладони. Артур пошел вперед, разгребая ногами листья. — И... Я вам скажу правду... Я — женщина... Так вот! — обернулся он. Локи обезумевшим взглядом смотрел на него. Артур собирался уходить. — Постойте! — закричал Локи. — Я люблю вас, будь вы самим дьяволом! Вернитесь же, иначе я пущу пулю себе в лоб! Он почти сошел с ума. Он едва осознавал, что происходит, что руки Артура уже обвили его шею, а его губы целовали. — Я ваш... — прошептал Артур. Продолжали падать листья, Локи и Артур сидели наполовину обнаженные, они обнимали друг друга. — Ты так долго добивался меня. Вот, я твой. Ну, что ты собирался делать со мной столько времени? — спросил Артур. Локи растерялся. Вот, Артур рядом, но Локи даже не мог пошевелиться, чтобы сделать что-то. На него напал ступор. — Что, боитесь ко мне прикоснуться? — в издевательской манере спросил Артур. — Хорошо, тогда я сам сделаю это, раз вы такой нерешительный.. Артур напоминал дикого лесного кота. Он свалил Локи в кучу листьев и едва не разодрал на нем одежду острыми ногтями. Потом он впился в губы мужчины. "Как вампир", — подумал Локи словно во сне. Артур царапал кожу до крови, а потом присасывался к ранке. Это было необычно. Но Локи готов был позволить ему все, что угодно. "Дикий изящный лесной кот, любящий кровь, как вампир," — подумал Локи. — Тебе нравится то, что я делаю? — спрашивал Артур. Его волосы касались лица Локи. — Да, мне нравится все, что ты делаешь, даже, если ты съешь меня, откусывая по кусочку... Когда Локи пришел в себя, он увидел, как рядом лежит Артур, подложив руки под голову. — Ну что? — сказал он. — Все? Вы добились, чего хотели, получили мое тело. Теперь я вам не нужен, пора прощаться, — он отвернулся. — Не смейте такого говорить! — воскликнул Локи. — Теперь я еще крепче люблю вас и даже, если этот момент больше никогда не повторится, я буду жить воспоминаниями о нем всю свою жизнь. Локи развернул к себе Артура и, прижав к себе, обнял обеими руками. — Поцелуйте! — капризно сказал Артур. Локи аккуратно убрал с его шеи волосы и прижался к ней губами. — Что это за цепь у вас золотая? Где-то я уже видел такую. — Неважно, — ответил Артур.— Целуйте или я ухожу! — Вам не холодно? — спросил Локи. — Так согрейте! Локи проснулся, когда давно уже встало солнце. Он посмотрел на место рядом с собой — Артура не было. Мужчина вскочил. Артур застегивал ремень и чистил сапоги. Локи хотел что-то сказать ему, но не знал что и тоже молча стал одеваться. — Кто вы на самом деле? — наконец спросил Локи. Артур перестал чистить сапоги и посмотрел на Локи: — Я скрывался, чтобы выследить вас... — Меня?! Но зачем?! — удивился Локи. — Чтобы убить вас... — Убить меня?! — еще больше удивился Локи. — Но зачем вам это было нужно?! Артур пристально посмотрел на него, и Локи показалось, что в его глазах блеснули искорки ненависти. — Потому, что я был из семьи вампиров, — жестко ответил он. — Потому, что вы убили... Локи уставился в одну точку, как пораженный громом. Он стал вспоминать... — Я видел вас еще ребенком. Племянница... — Да, того, кого вы подло убили! — У него еще была дочь... — Да, — с ненавистью сказал Артур. — Изольда, моя возлюбленная кузина, которую вы подло убили! Локи поразился. — Знаете, — сказал Артур, — пусть меня изгнали из семьи за малодушие. Пусть возврата нет, но, по крайней мере, никто не сможет упрекнуть меня в том, что я — трус! — с этими словами Артур достал пистолет и выстрелил в Локи. Рубашка Локи обагрилась кровью. — Я не хотел никого убивать, — проговорил Локи. — Я защищался! Если бы не убил его я, ваш дядюшка прикончил бы меня, как дикого кабана, у меня не было выбора! Что же касается вашей кузины, то вы сами приготовили мне ловушку, вы хотели убить моего сына и сделали это! — Мы никого не убивали, клянусь честью! — ответил Артур. — Кто же тогда? — он стал сильно кашлять, кровь хлынула с новой силой. — Вы убили меня, а я вас так любил... больше, чем кого-либо... Но уж лучше так, чем жить без вашей любви... Пусть лучше я сдохну... Артур кинулся к Локи. Он приподнял его за голову и посмотрел в затуманившиеся глаза: — Я давно уже люблю вас, слышите! Когда я жил в вашем доме, я уже любил вас и ненавидел себя за эту слабость! Артур знал, что терять уже нечего и мужчина хоть перед смертью узнает правду и унесет ее с собой в могилу. — О... — простонал Локи, все сильнее истекая кровью. — За эти слова, сорвавшиеся из ваших уст, мне не жалко и жизни... Но как сейчас не хочется умирать, кто бы знал! Поцелуйте же меня, хотя бы в последний раз. Это моя последняя просьба! — О... — проговорил Артур и припал к его губам своими устами. Локи обнял его слабеющей рукой. — О, как сладок и убийственен был ваш поцелуй! — прошептал Локи. — За него я готов умереть. За вчерашнюю ночь... — Простите меня, — дрожащим голосом проговорил Артур, — за мою строптивость, сарказм, издевки, скверный характер и за то... за то, что я вас убил! Локи поймал слабеющей рукой руку Артура и поднес ее к губам: — Вот оно, мое причастие. В последний путь. Я не сержусь на вас, наоборот, я очень благодарен вам за то, что смог испытать, благодаря вам, такие чувства, за которые не стыдно и умереть... — Ах,если бы я смог вернуть время назад! Я бы не стрелял тогда! Плевать на то, что меня обвинили бы в малодушии, но я бы не стрелял... — Скоро дух покинет мое тело... — О... что могу я сделать для вас?! — воскликнул Артур. — Скажите мне правду, были бы вы со мной, если бы не выстрелили? Хотели бы быть со мной? — Хотел бы! Но уже слишком поздно... — Лучше поздно, чем никогда! — сказал Локи, бодро, как для умирающего, поднимаясь с земли. Он держал в руке окровавленную пулю. — Вы не научились отличать свинец от серебра? — ехидно спросил он. — Либо просто перепутали. — Черт! — воскликнул Артур. — Я действительно перепутал. Пуля из свинца, она не убьет вас! Вы придуривались... О, как же я вас ненавижу! — Только таким способом я мог выбить из вас правду. — Будьте вы прокляты! Я вас ненавижу! Слышите? Это подло! И, вообще, я все это говорил, чтобы вам легче было отправиться в последний путь, я все соврал! Кровь продолжала струиться из раны, Локи бледнел. В конце концов он грохнулся в обморок. — Ну-ну, — сказал Артур, — продолжайте дальше разыгрывать свою комедию! Но Локи действительно упал в обморок из-за потери крови.