Найти себя.

Саманья прибежала к пещере, из которой выходила её семья. Борей шел впереди с серьезным выражением. Фрэя, Атсу и Иззэль выглядели напуганными. Шани и Нефел были с ними и старались сдерживать свои эмоции. Эджайд держалась стойко, хотя на душе было неспокойно. Она невольно вспомнила предостережение Эбел. - Отец! – крикнула Саманья. – Я слышала львиный рев. Борей с облегчением встретил дочь. Фрэя подбежала к старшей дочери и прижалась к ней: - Хвала небесам, ты здесь. - Ты видела бродягу? – спросил Борей. Саманья отрицательно покачала головой: - Только слышала. Я... встречалась на границе с Джакони. И когда мы услышали львиный рев, то я побежала сюда, а Джакони.... Он направился навстречу чужаку. Борей пришел в ярость: - Так и знал, что ему нельзя доверять! Уверен, это его сообщник! Саманья растерялась. Не такой реакции она ожидала от отца. Сейчас он обвинял Джакони в сговоре с чужаком. Шани и Нефел переглянулись – они сами не верили своим ушам. - Ты не прав, отец! – возразила Саманья. – Ты несправедлив к нему. Борей подозрительно сощурил глаза. Ему не понравилось, как дочь защищает отступника болотного прайда. Да и что они делали на границе территории? - Зачем ты встречалась с ним? – прорычал отец. – И как давно общаетесь? - Какая сейчас разница?! – возмутилась Саманья. – Важнее прогнать чужака! Тут Борей не мог не согласиться. Он подозвал к себе Яфеу. Одному идти было рискованно, да и семью он оставлять не хотел, но выбора не было. - Ждите здесь, – приказал Борей. - Я иду с тобой, – упрямо заявила Саманья. – Я докажу тебе, что Джакони на нашей стороне. - Мы с вами, – Шани выступила вперед вместе с сестрой. – Подкрепление не помешает. Если лев один, мы не будем вмешиваться. - Хорошо, – времени на споры не было. Борей нехотя согласился на предложение племянницы. Группа львов двинулась навстречу бродягам. Прайду оставалось ждать исхода поединка. Фрэя боялась потерять мужа и дочь. Но от исхода боя зависела жизнь второго помета. Пусть Атсу и Иззэль уже не львята, но они потенциальная угроза для захватчиков. Их могут убить, чтобы окончательно захватить власть. Тем временем, в болотном прайде были свои разборки. Векеса был крайне недоволен поведением Гатеры. Сын искал лазейки, чтобы отменить помолвку с Саманьей. Ни мать, ни отец не могли вразумить неугомонного наследника прайда. - Почему ты так настаиваешь на разрыв? – не выдержал Векеса. – Ты же знаешь, нам нужен этот союз. - Можно же все сделать по-другому, – ответил Гатера. – Почему я должен жениться на Саманье? Она мне годится в старшие сестры! - Тебя смущает разница в возрасте? – съязвила Зайра. - Мне не до шуток, мама, – огрызнулся Гатера. – Я хочу сам выбрать себе жену! - При иных обстоятельствах, я бы не возражал, – ответил король. – Но нам нужно укрепить отношения с горным прайдом, иначе беды не миновать. - А если бы я нашел себе другую невесту из его прайда? – спросил наследник. – Это повлияло бы на объединение? - Ты говоришь так, как будто уже нашел такую претендентку, – уже на полном серьезе заметила Зайра и вопросительно посмотрела на мужа. – Что скажешь, дорогой? - Укрепить союз могут только представители королевских семей, – ответил Векеса. – Если это не дочь Борея, то уговор будет нарушен. - Это невозможно! – с возмущением крикнул Гатера. – Как вы вообще могли обручить нас без нашего согласия?! Я вообще еще малышом был! - Когда ты станешь королем, то все поймешь, – устало высказался Векеса. – Сейчас ты слишком эмоционален, чтобы здраво мыслить. Гатера недовольно зарычал. Семейный спор прервал Корбет. Он сел на плечо Гатеры и с тревогой посмотрел на короля. Векеса кивнул, разрешая хищной птице заговорить. - Беда, Ваше Величество! На земли горного прайда вторглись чужаки! Они бросают вызов королю Борею. - Что? – опешил Гатера. – Мы должны помочь! - Это еще не все, – голос Корбета дрожал от страха и волнения. – Джакони вступил в бой с двумя из них. - Что?! – взревел младший брат. Лунь взлетел и пересел на плечо Зайры. Ярость Гатеры напугала его. – Где они?! - Тише, сын! – приказал Векеса. – Что Джакони забыл там? - Простите, Ваше Величество, – ответил черный лунь. – На помощь к нему отправились две львицы. Я оповестил их по пути к вам, а точнее по просьбе Эбел. - Не понял, – нахмурился король. – Объясни нормально, Корбет. - Джакони вступил в бой с бродягами, – повторил хищник из семейства ястребиных. – По пути я увидел Эбел и Накато. Я сказал им о бродягах, и они поспешили на помощь. Эбел приказала мне лететь к вам и обо всем рассказать. Векеса впал в ярость. Мало того, что Джакони попал в беду, так еще и Эбел лезет в пекло. Тем более, на чужой территории! Сын дерется с двумя противниками. Что могут сделать две львицы против группы бродяг? - Сколько чужаков? – стальным голосом спросил Векеса. - Три льва, и одна львица, – ответил Корбет. Внутри льва все похолодело от ужаса. Джакони и Эбел в серьезной опасности. Бродяги сильны и опасны. Ради поставленной цели пойдут на что угодно. Им неважно, с кем биться, будь это лев или львица. Они порвут любого на своем пути. - Где они? – Векеса задал новый вопрос. Корбет быстро объяснил местоположение бродяг. Но так как, Векеса плохо ориентировался на землях Борея, он издал новый приказ: - Покажи дорого! Немедленно! Корбет взлетел в небо. Векеса рванул за ним. Немедля, за ним последовали Гатера и Зайра. В голове короля рисовались страшные картины. Он боялся за Эбел и Джакони. На сына он все еще держал обиду за уход из прайда, но он все равно его родная кровь. Эбел по-прежнему жила в сердце Векесы. Да, в прошлом он сделал выбор на благо прайда, но это не заглушило его чувства. Он все так же сильно любил Эбел, как и раньше. И сейчас нет смысла отрицать свою слабость. Львы болотного прайда прибежали на место чуть раньше хозяев территории. Векеса едва не озверел, когда увидел бессознательную Эбел и едва стоящего на лапах рядом с ней израненного Джакони. Чуть в стороне лежала Накато и придерживала лапой кровоточащую рану на шее. - Папа? – прохрипел Джакони. Придя в сознание, он попытался напасть на амира, но тот без труда повалил его на землю и насмехался. – Гатера? - Ты ужасно выглядишь, – хмуро заметил младший брат. Затем он посмотрел на Эбел и Накато, и оскалился. - Прибыло подкрепление! – притворно радостно заметил Амир. – Давно не виделись, Векеса. Я тут немного потолковал с твоими родными. - Это ты сделал? – с угрожающими нотками спросил Векеса. - Твоего сыночка мы вдвоем побили, – встрял Гахиджи. – А вот с львицей Амир сам разобрался. Другой вашей подруге не сладко досталось от нашей фурии. - Следи за словами, – огрызнулась Очигма в адрес Гахиджи. Коджо закатил глаза. Глядя на свою компанию, он принял решение. Пусть это будет выглядеть как предательство, но жить под правлением Амира он не сможет. С другой стороны зарослей показались представители горного прайда. Борей опешил, когда увидел перед собой старшего сына. Саманья, заметив Джакони, тут же подбежала к нему. Нефел последовала примеру кузины, когда увидела Накато. Шани и Яфеу стояли рядом со своим королем. - Амир? – прохрипел Борей. - Давно не виделись, отец, – оскалился сын. – Я вот решил вернуться домой. - Ты изгнан, – напомнила Шани. Она оскалилась. – Тебе здесь не место. Амир бросил в её сторону испепеляющий взгляд. Это не понравилось Гатере, и он решил обратить внимание светлогривого бродяги на себя. - Рад, наконец-то, познакомиться с предателем. Так это из-за тебя наши прайды в натянутых отношениях? - Не нарывайся, – одернула сына Зайра. Гатера проигнорировал предостережение матери: - Зачем ты здесь? - А ты смелый, – усмехнулся Гахиджи. – Дела здешнего прайда тебя не касаются. Амир, раз все в сборе, можно убить наших пленников? Амир рассмеялся. Очигма одобряюще рыкнула и выпустила когти. Векеса и Гатера впали в ужас. Борей с непониманием смотрел на сына, а затем переводил взгляды на израненных львов болотного прайда. Коджо оскалился. Он подскочил к Гахиджи и прижал его к земле когтистыми лапами: - Никто никого не будет убивать! - Ты что творишь?! – возмутилась Очигма. Гахиджи попытался вырваться, но безуспешно. Коджо на глазах присутствующих одним уверенным движением когтистых лап сломал ему кости и разорвал сухожилия. Гахиджи взревел от адской боли. Один бродяга вышел из строя. - Ты спятил?! – взревел Гахиджи. - Ты... нас предал? – догадался Амир. Коджо отошел от Гахиджи и встал рядом с ничего не понимающим Джакони. Саманья настороженно смотрела на темного льва. Эбел начала приходить в себя. - Ты не тот лидер, за которым мне хочется следовать, – ответил Коджо. – Я думал, ты честно сразишься с отцом и законно станешь новым королем. Но нет, тебе было важно показать свою силу. Ты первый напал на Джакони, а потом уже вместе с Гахиджи стали избивать его! Ты даже посмел бросить вызов его матери. Эбел попыталась встать, но Коджо осторожно положил лапу на её плечо и тепло улыбнулся: - Не делайте резких движений, леди. У вас может быть сотрясение. - Что происходит? – спросила Эбел. - Я потом все расскажу, мама, – прошептал Джакони и посмотрел на темного льва. – Ты теперь на нашей стороне? - Да, – ответил Коджо. – На трон не должен взойти тиран. - Согласен, – кивнул Джакони. – Это ни к чему хорошему не приводит. Я уже сталкивался с этим. Коджо с интересом посмотрел на Джакони. Амир яростно зарычал, чем привлек всеобщее внимание. Гахиджи стонал от боли. Из-за сломанной лапы он не мог встать. Очигма с презрением посмотрела на него, а затем встала за спину Амира. - Я уничтожу вас всех! – заявил светлогривый изгнанник. – Как только я стану королем, я сотру с лица земли болотный прайд! Отец, дерись со мной! Все посмотрели на Борея. Амир бросал вызов своему отцу. Векеса сам бы хотел разорвать изгнанника на части за причиненную боль его семье. Но свершить правосудие должен не он, а Борей. - Старик, решение за тобой, – сказал Векеса, обращаясь к Борею. – Поверь, я хочу убить твоего сына, но решение за тобой. Если ты проиграешь, уже я разберусь с ним. - Не лезь в дела моего прайда, малец, – ответил Борей. – Я тебя понял. Хочешь отомстить за Эбел и Джакони? Они пострадали по собственной глупости. Джакони хотел было ответить, но Саманья приложила палец к его губам и покачала головой. Она не осуждала любимого за благородный поступок. Эбел лишь закатила глаза на высказывание Борея. - Я бы посмотрела, как бы ты прибежал на помощь, если бы кто-то из твоих детей был в опасности. - Дерзкая, как и всегда, – добродушно усмехнулся Борей. – Это мне в тебе и нравилось всегда. Векеса дурак, что отпустил тебя. Сам упомянутый лев возмущенно засопел. Зайре не понравилась его реакция. Она всегда подозревала о чувствах мужа к первой супруге. - Довольно слов! – взревел Амир и набросился на отца. Схватка была короткой. Борей показал себя опытным бойцом. Амир действовал импульсивно, полагаясь на физические навыки. Борей же был более хладнокровным и расчетливым. За пару атак он уложил Амира на лопатки. Убивать сына ему не хотелось. Амир извивался и что-то кричал. Пелена, наконец-то, слетела с глаз Борея. Он отчетливо увидел гнилую и темную душу Амира. - Ты проиграл, – вынес вердикт Борей. – Убирайся с моей земли и больше никогда не возвращайся. - Тебе лучше убить меня! – возразил Амир. – Я вернусь вновь! И приведу собой больше львов! Ты проиграешь, отец! Векеса громко зарычал: - Надумаешь вернуться, будь готов к смерти! В следующий раз я не буду стоять в стороне. - Твой сын разрушил мою жизнь! – яростно произнес Амир. Борей по-прежнему удерживал его в захвате. - Ты ошибаешься, – Джакони вышел вперед. – Вы с Джитуку сами выбрали свою судьбу. Ты мог отвергнуть его идею о захвате прайда, но ты поддержал его план. Конечно, проще винить других в своих ошибках, чем себя. - Не читай мне нотации, – огрызнулся Амир. – Ты добровольно пошел с Джитуку! - Да, так и есть, – кивнул Джакони. – И это открыло мне глаза. Как я сказал недавно, тирания ни к чему хорошему не приводит. Оно губит все на своем пути. Джитуку погубил земли, на которых правил вместе с Джеро. Прайд был на грани смерти. В конечно итоге, я пошел против брата. Истинному королю и его сторонникам я позволил убить Джитуку. Сам же я перекусил глотку Джеро. - К чему ты клонишь? – Амир перестал вырываться. - Отец даровал тебе жизнь, – пояснил Джакони и посмотрел на шокированного Борея. – У тебя есть шанс все изменить, Амир. Откажись от тьмы, пока не поздно. Ненависть, что живет сейчас в твоем сердце, принесет тебе лишь погибель. И это правда жизни. - А ты изменился, – хмуро заметила Очигма. – Ты уже не тот лев на побегушках у брата. - Я просто принял правду о Джитуку, – с грустной улыбкой ответил Джакони. – Я перестал искать оправдания его поступкам. Амир, будь выше обид и ошибок прошлого. - Я не хочу снова быть бродягой, – рыкнул Амир. - Создай прайд, – ответил Гатера. – Подальше от наших мест. - Это давно ему следовало сделать, – согласился Коджо. – Вместе мы были вполне неплохим прайдом. Очигма, твои земли вполне подходящие для обоснования львов. - Верно, – кивнул Джакони. – Этим землям нужен защитник. Это может стать вашим новым домом. Очигма растерялась. Амир затих. Даже Гахиджи прислушался к словам. Коджо усмехнулся и покачал головой: - Вот что делает жажда мести. Она ослепляет. Амир задумался и принял решение. Прошлое ему еще предстоит отпустить. Но сейчас есть шанс начать все сначала. Пришло время переосмыслить всю жизнь и двигаться дальше. - Я уйду и больше не вернусь. За свои поступки я не стану извиняться, отец. - А стоило бы, – строго ответил Борей. Он отпустил сына и отошел. – Ты наворотил немало проблем, и сейчас снова разворошил осиное гнездо. Амир усмехнулся. Он подошел к раненному Гахиджи и помог ему взобраться на свою спину с помощью Очигмы. Бродяги двинулись в сторону земель львицы. Но перед этим Амир обернулся к Коджо: - Обходи стороной мое королевство, иначе убью при встрече. - Я тебя понял, – кивнул Коджо. Бродяги ушли. Два прайда вздохнули с облегчением. Одна проблема была решена, но впереди еще предстояло немало обсуждений.