Найти себя.

Бродяги ушли. Два прайда вздохнули с облегчением. Одна проблема была решена. Оставалось надеяться, что Амир прислушался к словам своих бывших врагов и обидчиков. Прошлое следует оставить позади. Джакони чувствовал себя неважно после стычки с двумя львами. От слабости и боли в теле он пошатнулся. Коджо позволил льву опереться на себя. Саманья с тревогой суетилась около Джакони. - Тебе нужен отдых, – сказал Коджо. – Тебе досталось от Амира и Гахиджи. - Спасибо, что не присоединился к ним, – усмехнулся Джакони и сам с тревогой посмотрел на лежачих мать и раненную Накато. – Не мне одному досталось. Коджо молча кивнул. Он видел как Векеса подскочил к Эбел и помог залезть на свою спину. Лев что-то говорил Борею. Гатера взвалили на свою спину раненную Накато. Нефел шла рядом, не желая оставлять любимую одну. Все вместе они медленно двинулись к территории болотного прайда. - Я помогу тебе дойти до дома. Сам пойдешь? Или тебя понести? – предложил Коджо, обращаясь к Джакони. - Сам, – слабо ответил израненный лев и сделал первый шаг. – Спасибо за помощь. С одной стороны рядом с Джакони шел Коджо, с другой – Саманья. Борей не стал останавливать дочь. Он все видел своими глазами и осознал реальность происходящего. Да и слова Векесы дали пищу для размышлений. Оба прайда мирно разошлись. Борей пообещал зайти проведать раненных, заодно и обсудить дела с Векесой. Вступив на земли родного прайда, Джакони начала падать. Коджо резко прогнулся под него и с помощью Саманьи удобно уложили ослабевшего льва на его спину. - Ты знаешь, куда нам идти? – спросил темный лев у встревоженной львицы. - Да, – кивнула Саманья и указала путь. Коджо последовал за ней. Молча они дошли до пристанища прайда. Там уже вовсю львицы суетились вокруг Эбел и Накато. Нефел осторожно вылизывала рану на шее возлюбленной, пока одна из львиц делала лечебную травяную смесь. Раны Эбел, в отличие от Накато, не были серьезными – у нее в основном сильно болела голова от мощных ударов. Эбел первая заметила темного льва с её сыном на спине. Джакони по пути снова потерял сознание. Эбел попросила Коджо уложить сына рядом с ней, что тот и сделал. Темный лев осторожно скинул с себя ношу и отошел. Саманья легла с другой стороны и стала зализывать раны своего отважного героя. Прайд с подозрением смотрел на Коджо. Косые взгляды ничуть не волновали его. Он сделал свой выбор и решил следовать ему до конца. Даже если болотный прайд решит убить его. - Спасибо за помощь, – к Коджо подошел хмурый Гатера. – Я удивлен, что ты пошел против своих. - Я не клялся Амиру в верности, – ответил темный лев. – Мы вместе выживали. Потом Амир предложил присоединиться к его триумфальному возвращению домой. Он говорил мне, что намерен бросить вызов отцу и стать королем. Уже здесь я увидел истинную натуру Амира. А Джакони показал мне, каким должен быть честный и благородный лев. - Ты ведь мог и раньше вмешаться в их конфликт, – предположил Гатера. – И тогда никто бы сильно не пострадал. - Я не мог, – покачал головой Коджо. – Я колебался. Не был уверен. И тем больше разгорался конфликт, чем отчетливее я видел картину. Даже если бы вас там не было, я бы вмешался. Я не позволил бы им убить ваших товарищей. Гатера не знал, верить ли незнакомому льву. Да, он встал на их сторону, но это не причина сразу же доверять. Сейчас Коджо один, и его судьба в лапах болотного прайда. - Ты ведь понимаешь, что тебе нельзя здесь оставаться? – спросил Гатера. – Ты можешь побыть гостем, но потом тебе придется уйти. Коджо улыбнулся уголками губ и согласно кивнул. Он не надеялся вступить в прайд после случившегося. Да и он сам чувствовал, что ему здесь не место. - Я не задержусь, – ответил Коджо. Гатера остался доволен его ответом. Пока львицы прайда суетились вокруг раненых, он отвел Коджо к временному ночлегу. Векеса со стороны наблюдал за бывшей женой и сыном. Он сильно переживал за них. Ему было стыдно перед Джакони за свое недоверие и холодность. Сын показал, что он не Джитуку. Он вырос и стал замечательным львом, которым можно и нужно гордиться. - Твой сын доставил проблем, – проворчала Зайра, глядя на суету. - Это не так, – строго возразил Векеса. – Он помог разрешить конфликт. - Если бы он не вмешался, нашему прайду не пришлось бы спасать его гриву, – не отступала Зайра. – Горный прайд мог бы сам разобраться. Векеса с предостережением посмотрел на жену. Чувств не было, но с каждым днем Зайра раздражала его все сильнее. Ей не стать такой королевой, как Эбел. Этой львице важен лишь статус, а не благополучие прайда. «Как только Гатера займет мое место, я разорву эту связь», – про себя решил Векеса. – «Я хочу быть с Эбел. Только с ней я могу быть самим собой. Пора исправлять ошибки». Векеса направился к своей настоящей семье. Он любил Гатеру и никогда не отречется от него, как от сына. Пора с Джакони наверстать упущенное время. - Как он? – взволнованно спросил король. - Он будет в порядке, – ответила львица, которая была в их прайде целительницей. – Его потрепали, но серьезных повреждений я не нашла. За пару дней он восстановит силы. Больше всех досталось Накато, за её состоянием мне надо будет наблюдать. - Спасибо, Калэйр, – поблагодарил её король. – И позаботься о Накато. Львица почтительно поклонилась и удалилась. Векеса обратил внимание на заботу Саманьи о его сыне. Между ними явно было нечто большее, чем просто дружба. Векесе был знаком влюбленный взгляд – когда на него также смотрела Эбел. - Я поговорю с Бореем, – обращаясь к Саманье, сказал король. – Думаю, после сегодняшнего инцидента, твой отец даст свое благословение. Саманья нахмурилась, а Эбел с пониманием улыбнулась. - Гатера рассказал мне о своих чувствах к Шани, – высказался Векеса. – И о том, что хочет быть с ней. Я не возражаю, особенно теперь, когда я вижу твое отношение к Джакони. Если ваши чувства взаимны, то я дам вам свое благословение. - Ваше Величество, – опешила Саманья. – Мой отец будет против. Ему важно, чтобы я стала женой Гатеры. - Твой отец видел, как ты уходила с нами, – заметила Эбел. – Думаю, он тоже все понял. Самаья не стала спорить. Ей еще предстоит поговорить с отцом, но сейчас ей важнее быть рядом с Джакони. Он сражался за благополучие её прайда. Саманья решила, что расскажет ему о своих чувствах, когда придет в себя. Больше она не собиралась сопротивляться любви. - Ты как? – спросил Векеса у Эбел. - Голова немного болит, – ответила бывшая королева. Векеса лег рядом с ней и начал вылизывать её шею. Такая давно забытая забота удивила Эбел. Она была тронута вниманием бывшего мужа. Ей было плевать на возмущения Зайры, на недоумение прайда. Сейчас Эбел чувствовала себя спокойной и защищенной под боком Векесы. Эбел положила голову на передние лапы льва и с улыбкой прикрыла глаза. Головна боль немного отступила, и это дало львице погрузиться в спокойный сон. *** Все разговоры были отложены до полного выздоровления львов болотного прайда. Эбел и Джакони быстро оправились после стычки с Амиром и его прихвостнями. Накато шла на поправку и уже рвалась в бой. Это радовало прайд и Нефел, которая ни на шаг не отходила от любимой. Львицы болотного прайда узнали об отношениях Накато и Нефел, и радовались за свою сестру. Их больше удивили чувства Джакони и Саманьи, а также Гатеры и Шани, которая каждый день навещала раненных и кузину. Джакони и Саманья не разговаривали об отношениях. Лев видел, с какой заботой львица ухаживала за ним. Он был рад чувствовать, что кому-то нужен. Что его кто-то может полюбить. Коджо быстро нашел общий язык с Гатерой и Араши. Пока темный лев гостил, он помогал с патрулированием. Коджо с разрешения Векесы охотился для себя, а также приносил добычу раненным львам. - Ты выглядишь намного лучше, – заметил темный лев, когда заметил Джакони. - Да, – кивнул сын Векесы, подходя к Коджо. – Спасибо за помощь. - Это меньшее, что я могу для вас сделать, – ответил лев с разноцветными глазами. – Я виноват перед твоим прайдом, и мой долг исправить ошибку. - Ты не виноват, – покачал головой Джакони. – Каждый может ошибаться. Это в порядке вещей. Я сам немало спотыкался и падал, когда был со старшим братом. Я слепо ходил за ним, пока не угодил в пучину отчаяния и боли. - Сочувствую, – ответил Коджо и посмотрел вдаль. – Я не могу представить, через что тебе пришлось пройти. - Это лучше не представлять, – грустно усмехнулся Джакони. – Такое и врагу не пожелаешь. Теперь это в прошлом. После пережитого, я решил вернуться домой в надежде найти свое место. - И ты его нашел? – спросил Коджо. - Не знаю, – честно ответил Джакони. – Встреча с Амиром невольно вернуло меня в прошлое. Я заново переосмыслил свой путь с момента ухода из прайда. Здесь мой дом, и я скучал по семье. И... я не хочу уходить. Я как будто снова стал самим собой. Тревоги и сомнения покинули меня. - Здесь твое место, друг мой, – Коджо улыбнулся уголками губ. – Мне вот еще предстоит найти свое пристанище. Хочу посмотреть, куда заведет меня судьба. - Я слышал от Гатеры, что тебе разрешили остаться, – сказал Джакони. – Можешь пожить здесь столько, сколько захочешь. - Спасибо, – кивнул темный лев. – Твой прайд оказался очень гостеприимным. Но мне пора уходить. - Сейчас? – растерялся Джакони. - Не люблю долгие прощания, – усмехнулся Коджо. – Гатера и Араши уже в курсе моего ухода. Твоего отца и Эбел я тоже оповестил. Теперь пришла очередь нам попрощаться. Ты силен духом, Джакони. Это достойно уважения. И знаешь, твои родители гордятся тобой. Джакони был тронут словами нового друга. - Надеюсь, ты найдешь свое место. - Время покажет, – темный лев улыбнулся уголками губ. – Береги себя, Джакони. И я уверен, что вы с Саманьей создадите крепкую семью. Оберегай её, хорошо? - Пусть и тебе встретится прекрасная избранница, – улыбнулся Джакони. Самцы прислонились лбами друг другу. Это было прощание. Может они не встретятся больше, но будут помнить. У обоих львов было не так уж много друзей, и нить, что связывает их – ценна и важна. Коджо пошел вперед, не оглядываясь. Его ждал собственный путь в поисках дома и счастья. Джакони провожал его взглядом, полный надежды и грусти. Он верил, что все у Коджо сложится – он это заслужил.