В моих глазах ты всегда будешь тёплым солнышком

      Палящее солнце бросало лучи на нежную и бледную кожу изящных бёдер Славы. Его ярко-голубые глаза были зажмурены, ведь парень никак не хотел просыпаться, однако в данный момент ненавистное им небесное светило так неприятно и мерзко жгло кожу, что Вячеславу всё-таки пришлось вставать.       Недовольно отбросив одеяло, молодой человек всё же обнаружил, что рядом нет его любимого. Сначала Слава был обеспокоен, и какие-то секунды очи бегали по всей комнате, но услышав отдалённое шкворчание масла в сковороде, юноша облегчённо выдохнул и направился к двери, тонкими ножками наступая на тёплый пол.       Чуть-чуть приоткрылась дверь комнаты, в щель глядел Славка, высматривая возлюбленного. Убедившись, что он действительно на кухне, парень тихо вышел из комнаты, спускаясь по лестнице и стараясь как можно быстрее добежать до поварни.       Там уже жарил яичницу для дорогого Антонио. Он был большой, точно размером со шкаф. При виде такого массивного мужчины у Славы чаще билось сердце, а по нижней части живота резко пробегали мурашки, будто бабочки взлетали выше к самому сердцу.       Хитрая ухмылка появилась на лице белого лисёнка. Славка бесшумно поставил стул за спину своего «Тошеньки», ведь иначе ему не дотянуться до его лица. Встав на стул и, слегка побаиваясь упасть, парнишка потянулся к будущему мужу, закрывая его глаза белоснежными ладонями. Антонио в свою очередь расплылся в смущённой улыбке, чуть хихикнув. — Славка, — нежно произнёс мужчина, представляющий из себя внешне гору мышц, а на деле являясь плюшевым зайкой. — это уже третий раз за неделю, тебе не надоело? — мужчина закинул голову назад, чтобы скинуть с лица руки своего парня и посмотреть ему в глаза.       Слава лишь спрыгнул со стула, отодвинув его обратно за стол. Не прошло и секунды, как юноша вернулся к своему Антоше, крепко обнимая его. А ведь в объятиях любимого было тепло, очень тепло, теплее, чем во всей Бразилии. Слава бы никогда так не полюбил Рио, как любит сейчас, если бы не Антонио.       Мужчина осторожно выключил плиту, двигаясь так аккуратно и кротко, лишь бы не потревожить свет своих очей. Стоило Антонио нежно сжать талию младшего и поднять его к потолку, как вся комната залилась хриплым смехом буйного Славы, который после осознания высоты резко разозлился. — А ну поставь меня на землю! Я тебе не лампочка, чтобы под люстрой висеть! — кричал на всю кухню Слава, на самом деле не имея ничего против, однако его сильное желание повышать голос и капризничать как всегда было неумолимо. — В моих глазах ты всегда будешь тёплым солнышком, — прошептал Антонио неугомонному мальчишке, ставя его на пол. Шёпот мужчины был еле слышным, однако только дошла фраза до ушей белокурого красавца, глаза его засияли, будто в них отражались самые яркие звёзды. — Я солнышко? И всегда им буду для тебя?... — прозвучал хриплый, громкий и прежде наглый голос, который теперь казался растерянным и смущённым. — Это значит, что как бы ярко и тепло не светило Солнце, я всегда буду ярче и теплее, ведь так?...       Антонио оставил вопрос без ответа, нежно улыбаясь. Его рука коснулась непослушных волос любимого, чуть вороша их. — И как не любить тебя, если ты даришь свет моей жизни, что сверкает ярче любой звезды? Ты так много дал мне одним своим взглядом, и неужели ты будешь бояться того, что твои догадки неверны? — с этими словами родного в голову Славки пришло нежное осознание любви. Любви, которую партнёр проявлял к нему каждый день, каждую секунду, что они провели вместе, и ведь дальше эти чувства не угастнут, а лишь разгорятся больше в нежном поцелуе, дарящем надежду на продолжение этой светлой любви до самой смерти.