Пленник Снежной или новые приключения алхимика

Альбедо опустился на раскладной стульчик рядом с Чайльдом, тяжело вздохнул и поднял на того глаза: ⁃ Тебя помимо запаха ничего не смутило? ⁃ Например? ⁃ Например железная трубка, идущая от самовара? Это никакой не чай, это зелье для ускоренной регенерации! Его нельзя пить, пока оно не остынет, не настоится, и пока я не добавлю главный ингредиент, который и запускает процесс лечения! - Альбедо говорил на повышенных тонах, но его голос дрожал от беспокойства, и не за зелье - он ещё не добавил тот самый последний компонент в единственном экземпляре. Его беспокоило краснеющее лицо Чайльда. Он перевёл дух и уже спокойно ответил: ⁃ Это была моя вина. Я должен был сразу предупредить тебя об опасности. Прими мои извинения. ⁃ Да чего ты, ничего же не случилось, верно? Не переживай, это ведь я запорол твой... А что это вообще? ⁃ Сейчас узнаем, - Альбедо взял в руки вторую чашку и осушил её до дна. Он понимал, что выяснить, как на Чайльда повлиял эликсир традиционным способом не получился, поэтому решил действовать радикально. Альбедо не стал бы рисковать просто так, но в данном случае из того, что он смешал в самоваре, опасного для здоровья продукта получиться не могло, тем более, чтобы это пойло подействовало на организм Альбедо с такой же силой, как и на Аякса, ему нужна была двойная дозировка как минимум. Горло обожгло самую малость. Он сразу налил и выпил ещё одну чашку, прикрыл глаза и прислушался к своим ощущениям: мгновенного эффекта не последовало, поэтому самые худшие опасения отступили. Альбедо медленно разомкнул веки и взглянул на Чайльда: ⁃ Ну да, это действительно напоминает одуванчиковое вино с мёдом. Зелье в неготовом виде рассчитано только на маломальский обезболивающий эффект, оно больше подходит для снятия напряжения. В голову может немного ударить, сознание помутится, максимум ноги перестанут тебя слушаться. ⁃ Ты так быстро понял это? ⁃ Был опыт, - Альбедо усмехнулся, вспоминая, как капитан Кэйа водил его на дегустацию, а если быть точнее, разорение рагнвиндровских погребов, - да и я не то, чтобы понял, а лишь сделал предположение. Опять же, смею предположить, что с повышением дозировки ничего опасного не приключится, но эффект усилится. ⁃ Чего тогда добру твоему пропадать, ты полдня ездил за компонентами, а потом ещё возился с самоваром, может, допьём тогда? Я замёрз, как чёрт, глядишь и согреюсь быстрее, только ты в баню не думай соваться сегодня, - Чайльду в голову ударило значительно быстрее, чем Альбедо ожидал. ⁃ Я бы не сказал, что особо жалею о потраченном времени, но... раз ты хочешь... Я обязан проконтролировать тебя и знать обо всех последствиях применения моего неудавшегося эликсира... Он налил ещё чашку и медленно опустошил её, глядя на то, как Аякс пьёт почти залпом. Прошло от силы минут пятнадцать, в самоваре осталась половина содержимого. Альбедо держался относительно хорошо и оставался если не в трезвом рассудке, то явно пободрее Чайльда. ⁃ Я слышал, у вас в Мондштаде принято петь песни под лиру во время застолья? Не сказать, что у нас с тобой застолье, - Чайльд покосился на стол, на котором стоял лишь несчастный самовар и валялся огрызок от Тульского пряника, - да и лиры у меня нет, но зато есть гитара, ты сиди-сиди, я метнусь и принесу, буквально мигом! Альбедо попытался встать и остановить товарища, но тот на удивление быстро прыгнул за порог бани, в то время как ноги Альбедо не собирались с такой скоростью исполнять волю хозяина. Чайльд вернулся из дома с гитарой, уже напевая мелодию, никогда не игравшую в стенах города свободы, но явно понравившуюся бы Анемо архонту: И неважно, как уходить, если устал, если не с кем делить свои чувства А разбитое сердечко не склеить по частям, и любовь не заставить вернуться Далеко-далеко, в дальние- дальние страны Далеко-далеко я уеду лечить свои раны Ты, наверное, спросишь, мама, отчего я перестал улыбаться? Откуда женское бельё в моём шкафу? Мама, смирись и расслабься, смирись и расслабься... Всё решено! ⁃ Ай! ⁃ Осторожнее! - на первой строке припева Чайльд слишком резко выпрямился во весь рост и задел головой подобие люстры, висевшее в бане, с которого моментально посыпались хрустальные детальки. ⁃ Сука, это же винтаж... Он отложил гитару на кровать, куда Альбедо пересел от греха подальше, и они оба кинулись подбирать с пола остатки былой роскошной люстры, чтобы если не собрать её, как она висела прежде, то хотя бы не расколотить всё на осколки. ⁃ Что ж ты голову свою светлую не бережёшь, Аякс? Ты и так ударился, приложи что-нибудь холодное и позволь мне прибраться. ⁃ Недопустимо! Одиннадцатый предвестник Фатуи никогда бы не пал от удара об люстру, а ты - мой гость, и я не позволю тебе ползать по полу и подбирать осколки этой проклятой люстры! ⁃ Чего ты упёрся, словно баран, мне не сложно, вон там последний под столиком остался. ⁃ Я же уже почти собрал, там последний под столом валяется! С этими словами они одновременно потянулись за единственным оставшимся осколком, упавшим под стол, и звонко ударились лбами. ⁃ Ладно. Нам стоит забыть про люстру. ⁃ Ты прав, товарищ! Ещё полсамовара стоит без дела, а мы по полу ползаем, предвестник и лучший алхимик Монда! - Чайльд поднял руку вверх, выражая торжество, но тут же треснулся ей об потолок, - А вообще, что это мы всё обо мне, Царице да Снежной, наливай да рассказывай про себя побольше, дорогой! ⁃ Ну, что я могу тебе рассказать... Если тебе интересно послушать о моих исследованиях и делах ордена Фавонии... ⁃ С радостью, товарищ! Поднимем же бокал за орду Фавониев! - Аякс налил им обоим по чашечке импровизированного чая и плюхнулся на кровать к Альбедо, обняв того за шею и принявшись слушать его рассказ. Альбедо завёл свою песню об исследованиях Драконьего хребта, предположив, что эта тема схожа с тем, что Чайльду интересно, потому что в той же зоне работают исследователи из Фатуи. При этом алхимик старался обходить сомнительные моменты, такие как сам хребет дракона, например. Он доверял Аяксу, но себе сейчас - нет, поэтому боялся сболтнуть лишнего о происхождении дракона, о себе и своей учительнице, но количество алкоголя в крови давало о себе знать. Альбедо периодически ловил себя на том, что он сидел, закинув ноги на кровать, придвинувшись к Чайльду почти вплотную, широко раскрыв свои и без того огромные глаза и жестикулируя, словно рисуя в воздухе схему строения какой-то запутанной мудрёной ерунды, которая и трезвому-то Аяксу на нормальном чертеже не показалась бы особо ясной. Чайльда же он обнаружил подозрительно близко к своему лицу, старательно пытавшегося вникнуть в его слова, но, судя по нахмуренным бровям и затуманенному взгляду, давно потерявшего нить повествования. Аякс первые десять минут пытался действительно поддерживать диалог и даже задавал какие-то уточняющие вопросы и отшучивался, но сейчас он просто пялился на Альбедо, который перестал наконец безостановочно говорить уже для самого себя непонятные вещи и почувствовал горячее и тяжёлое дыхание Чайльда на своём лице. Альбедо взъерошил свои волосы, как он обычно делал, когда начинал засыпать от переутомления - не помогло. Он снова перевёл взгляд на Чайльда: ⁃ Ты как? ⁃ Я? Нормально, а что? - тот был весь красный и выглядел сонным, но хотя бы не таким растрёпанным, как Альбедо, - ты совсем какой-то лохматый, дружок, хочешь, заплету тебя? Альбедо помолчал с полминуты. Залил в себя ещё чашку самогона. ⁃ Давай. Чайльд повторил за товарищем, нашёл где-то на полочках с банными принадлежностями расчёску, и они устроились поудобнее: Аякс сидел на кровати спиной к окну, раздвинув ноги, чтобы Альбедо сел между них точно так же. Он уже успел мысленно попрощаться со своими волосами, уход за которыми после отъезда фактически отсутствовал и зажмурился, ожидая, что Чайльд, еле державший в руках расчёску, оттянет ему голову назад и попутно выдерет все волосы, но этого не случилось. Его руки, все шершавые и покрытые множеством маленьких и парой больших шрамов, полученных в процессе обучения обращения с оружием и сотнях битв, на удивление нежно обращались с непослушными волосами алхимика. Аякс бережно распутал каждую прядку и принялся методично плести косички, пытаясь выдать что-то примерно похожее на обычную причёску Альбедо. Его передние пряди были гораздо длиннее остальной массы волос, поэтому Чайльд ловко отделил их, сплёл каждую в аккуратную косичку и закрепил на затылке, как обычно и делает его друг. Он вытащил немного волос у лица, придавая образу Альбедо некую обворожительную небрежность, и сказал: «Готово». Альбедо открыл глаза и посмотрел на своё отражение в зеркале в деревянной рамке с вырезанным словом «русская баня», висевшем напротив, покрутился, и, оставшийся довольным результатом, облокотился на Чайльда, повалив того на кровать и устроившись головой на его животе, снова закрыв глаза. ⁃ Спасибо. Чайльд, если честно, ждал, что он по окончанию работы пересядет обратно на свой несчастный стульчик или хотя бы поодаль на кровать, но, раз уж Альбедо так решил, он не против и послужить подушкой. Во всяком случае, возражать не хочется. Альбедо нахмурился. Поворочался. Попытался положить руки под голову. Сел. Развернулся к Чайльду лицом. Начал было говорить, но понял, что открыть глаза всё-таки стоит. ⁃ Лежать на тебе. Неудобно лежать на тебе. Ты весь какой-то горячий, как грелка, а подушки должны быть холодными. ⁃ Ну извини, я вроде как ещё слишком живой, чтобы холодным быть... ⁃ Не в этом дело. Перегрев организма и повышение температуры тела может свидетельствовать о его борьбе в инфекцией. У тебя температуры хоть нет? ⁃ Да нет, с чего бы? У меня крепкий иммунитет. Сам ты грелка, улёгся на мне, дышишь, как паровоз, вот и жарко, ты хоть бы футболку свою снял, или носки... Кто в такую жару ходит в чёрном и в носках? ⁃ Подожди, - Альбедо коснулся лба товарища тыльной стороной ладони и... ничего не понял. Чайльд был прав, Альбедо сам нагрелся, как чайник, поэтому решил проверить щекой. Тоже ничего не понял. Чайльд был значительно выше его даже в сидячем положении и если сутулился, но сейчас тот выпрямился, как струна, поэтому Альбедо пришлось приподняться на коленях, чтобы контрольным в голову померить температуру губами. ⁃ Ладно, всё в порядке, мне показалось. ⁃ Раз тебе так жарко, открой окно, только рама деревянная, осторожно, а то посыпется, - Аякс сидел и разглядывал метку на шее Альбедо, и хотел было спросить, что это за символ и откуда эта татуировка, если это вообще татуировка, но поток его мыслей прервал Альбедо, решивший не тратить время на то, чтобы встать с Чайльда, обойти его и открыть окно, а потянулся к нему через товарища, протягивая руки позади Аякса. Чтобы не огреть итак пострадавший затылок Чайльда ещё и хлипкой оконной рамой, Альбедо притянул того к себе и склонил его голову рукой, запуская свои тонкие пальцы в его пушистые рыжие волосы. Окно было открыто, но никто не спешил разнимать своеобразные объятия. Чайльд дышал Альбедо в шею и обнимал его за талию, для чего ему пришлось согнуться откровенно в три погибели, а Альбедо всё перебирал и перебирал его волосы, от которых пахло солёной-солёной морской водой. Он смотрел в окно всё ещё нахмурившись и словно пытаясь поймать какую-то мысль, которая была будто очень близко, но не показывалась из-за тонкой туманной пелены, настолько тонкой, что её можно разорвать одним касанием пальца. И вот, кажется, алхимик дотронулся до неё. Или же алкоголь в его крови дотронулся до чего-то другого. В любом случае, его голос прервал неловкое молчание: ⁃ В данной ситуации рассудить трезво не получится, но скажи мне, - присущая фразам Альбедо вежливость терялась из-за количества выпитого, но его профессиональные привычки никуда не делись, - по шкале от 1 до 10, насколько ты об этом пожалеешь наутро? ⁃ От 1 до 10? О чём? Ты о... Подожди, ну если... Ну вообще, я-то может и нет, но это я сейчас так думаю, ну пожалею наверное конечно, но не сильно, но, в общем, где-то 6? Или 5? Но ты-то поди и всю твёрдую десятку? Но это ведь будет утром? ⁃ Но это ведь будет утром. Альбедо прильнул к губам Аякса, поняв, что тот настроен, но боится делать первый шаг, а если завтра и суждено кому-то умереть от стыда, то только ему самому. Он безуспешно пытался нащупать ремень: ⁃ У меня спортивки, - Аякс разорвал поцелуй, помогая Альбедо справиться с застёжками традиционной одежды Снежной, попутно пытаясь отдышаться и унять дрожь своих рук. Альбедо доводилось сталкиваться и с более замысловатыми конструкциями костюмов капитанов Ордо Фавониус, поэтому он ловко стянул штаны Чайльда и швырнул их в неопределённом направлении. Аякс же, никогда не державший никого за руку не по-дружески, что уж говорить о поцелуях, не знал, куда себя деть от пробирающего до мурашек взгляда Альбедо. Тот никогда не был особо стеснительным, мог, к примеру, позволить себе лёгкий флирт в общении с путешественниками из других миров, а на чужие колкости и заигрывания не поддавался в силу своего происхождения и своей нестандартной социализации. Но Альбедо не был бесчувственным куском мела, он просто подходил к взаимоотношениям людей и выражению эмоций немного иначе. Что-то обыденное в общении для каждого жителя Монда могло казаться ему запредельно сложным для понимания, а некоторые вещи, выстраиваемые между людьми неделями, давались ему по щелчку пальцев. Вот и сейчас, пьяный в хлам, уставший, одетый непонятно во что, Альбедо стоял на коленях перед предвестником Фатуи, смотря на него так, словно он собирался отдать приказ своему приспешнику. Казалось, этом взглядом можно было растопить вечные льды на пике Виндагнира и вскипятить все реки Фонтейна, но сейчас алхимик отдал предпочтение Аяксу. Не сводя с него глаз, Альбедо снял остатки одежды с товарища, если их ещё можно так называть, и оставил на внутренней стороне бедра несколько хаотичных поцелуев, двигаясь от колена выше. Горячая кровь разливалась алой волной под его тонкой кожей, не оставляя после касания рук Альбедо привычный холодок, а его губы жгли и без того разгорячённую кожу Аякса в нежных местах сильнее пламени. Чайльд первое время старался выдержать испытание игривым блеском глаз Альбедо, но сдался на середине и, прикрыв рот ладонью, позволил себе издать протяжный стон. Если бы Альбедо мог, он бы сейчас улыбнулся, но было не до этого. Ещё одно движение языком, и Аякс порушил всю красоту, наведённую на голове Альбедо ранее, схватив того за затылок и смяв волосы. Тот кинул вопросительный взгляд на Аякса, понял, к чему идёт дело, и через пару мгновений отстранился. Альбедо пошарился рукой на столе, не вставая с пола, нашёл салфетки и любезно сначала вытер сначала живот Чайльда, а потом своё лицо. Грудь Аякса подымалась и опускалась с такой скоростью, с которой даже крылья бабочки не хлопают, но он нашёл в себе силы повалить Альбедо на кровать и придавить своим весом, попутно стягивая футболку и кусая того за шею. ⁃ Ай! Неблагодарный ты змей! ⁃ Ну ладно уж, - Чайльд провёл по ключицам Альбедо указательным пальцем левой руки, - это будет в качестве благодарности, - и оставил лёгкий поцелуй на той самой метке посреди тонкой шеи.