Слезы в его глазах.

— Доктор Ким, мне кажется, вы зашли совсем не вовремя. — Чонгук вчера перенёс очень сложную операцию. И ему требуется лечение, уход и постоянное наблюдение. Он потерял слишком много крови, и его состояние далеко от удовлетворительного. Его кровь, словно вода и эта вина всех тех подавителей, таблеток, капель, что он принимал всё это время. Прошу вас, оставить нас, скоро придёт врач и Чонгуку нужно сдавать анализы мистер… — Тэхён не успел договорить. Его перебил старший омега. — Меня зовут Чон Сону. И я папа Чонгука и имею полное право общаться со своим сыном тогда, когда захочу! Тэхён подошёл почти вплотную к старшему омеге и скрестил руки на груди. Ему стоило не малых усилий держать себя в руках. Хотя, контролировать свой запах и свои феромоны ему не удавалось. Терпкий, сильный, хвойный запах смешался с запахом лесной, дикой малины. Тэхёну нравилось это сочетание. Он пытался сосредоточиться только на запахе Чонгука и не сорваться. Он хотел своими руками придушить этого "папашу". Но он, всего лишь практикант и лишние проблемы ему не нужны. Не тогда, когда до диплома остались считанные дни. — О, если бы вы просто тихо общались, тогда возможно я бы не стал вам мешать. Но вас, слышит весь этаж, господин Чон. Вы мешаете не только медперсоналу, но и пациентам в соседних палатах. Прошу, вас уйти, приходите в свободные от лечения часы. Чонгук съёжился и сильнее закутался в одеяло. Он снова чувствовал себя маленьким ребёнком, что не может и в глаза другому взглянуть. Ему было неудобно и страшно. И сейчас, он боялся далеко не своего папу, нет. Он боялся Тэхёна. Альфа сдерживал в себе ярость, а снаружи был достаточно холоден. Но Чонгук чувствовал его феромоны. Омега внутри него скулил, поджав хвост. Такого с ним ещё не было. Даже, когда отец кричал на него, он всегда стойко выдерживал его гнев и ненависть. Но тут было явно что-то не так. Чонгук списал это на гормональный сбой и отсутствие уже привычных, для его организма, подавителей. - У тебя будут большие проблемы, дружок. Мистер Чон взял свою сумку с дивана и ушел, громко хлопнув дверью. На сына он так и не посмотрел. — Не нужно было тебе вмешиваться, Тэхён. Спасибо тебе, конечно, но это совсем тебя не касается. Тэхён резко развернулся и подошёл к постели Чонгука. Он смотрел на омегу испепеляющим взглядом и зло хмурился. Этот красный след на щеке, выводил его из себя. Хотелось стереть его с нежной кожи, но он не мог. — Он ударил тебя, чёрт возьми! Я уже молчу о том, какие гадости он тебе говорил! Как вот "ЭТО" может называться папой? Омега откинулся на подушку и прикрыл глаза рукой. — У меня ебанутая семейка. Родню, знаешь ли, не выбирают. Чонгук выглядел разбитым. Совсем как тогда, на приёме у Хосока. Тэхёну было его жаль. Гнев и злость отступили. Непреодолимое желание его защитить, щемило сердце, и дышать стало трудно. Такой Чонгук притягивал к себе ещё больше, а его запах кружил голову. Теперь Тэхён понимал, почему его так тянуло к этому несносному омеге. Его альфа чувствовал, даже не смотря на подавители, что-то своё. Что-то приятное и родное. — Прости, если был слишком груб. — Тэхён сел на край кровати и взъерошил волосы Чонгука. Чонгук, после этого, убрал руку с глаз и удивлённо посмотрел на альфу. — Это не вонь. Твой запах, это не вонь, Чонгук. Твой запах самый приятный из тех, которые я когда-либо слышал и ощущал. Тэхён увидел в глазах омеги искорки радости и маленькую надежду. Альфа понял, что Чонгук мог его совсем не так понять, и принять его слова не как подбадривающий комплимент и желание отвлечь, а как прямой сигнал к взаимности. Он решил сразу же всё объяснить, чтобы не вводить омегу в заблуждение. Он не хотел, чтобы это, что-то поменяло в их отношениях. — Не прячь его. Я уверен, что какому-нибудь достойному альфе, твой запах снесёт голову напрочь, и он положит у твоих ног целый мир. А вот это было слишком больно. Чонгук чертовски устал. — Как ты, можешь быть таким мудаком, Ким Тэхён?! — Чонгук скинул его руки и снова сел. — Ты, блять, только что защищал меня перед этим монстром, говорил про мой приятный запах, а потом приплёл сюда левого альфу?! Спасителя моей души? Сука! Чонгук громко засмеялся и откинул голову назад. Он смеялся до слёз из глаз. Его грудь сдавило ужасной болью, но ему было наплевать. — Нахуй, скажи, мне другой альфа, когда я выбрал тебя, ёбанный ты мудозвон! — Успокойся, Чонгук. Ты знаешь, что нам не быть вместе. — Разные миры! Помню-помню, я не страдаю склерозом. Ну, раз мы из разных миров и нам никогда не быть вместе, ведь я чёртов убийца и психопат, так проваливай нахуй из моей палаты! Если я увижу тебя здесь еще, хоть раз, клянусь, что прострелю тебе лёгкое. Поверь мне, в этом мало приятного. Съёбывай отсюда, жалкая пародия альфы! Тэхён понял, что сморозил полную чушь, но было уже поздно. Он не должен был уводить их разговор в это русло. Хотя бы не сейчас. Но его мозг просто отказывается нормально работать. Он будто сходит с ума рядом с Чонгуком. Это как бесконечные круги ада. Рядом с ним он говорит совсем не то, что хочет. Он говорит то, что должен. Так, чтобы им обоим было лучше. А лучше им быть раздельно друг от друга. — Я тебя понял, Чонгук. Тэхён встал с кровати и тихо вышел. Как только за ним закрылась дверь, Чонгук запустил в нее пустую вазу, что стояла рядом на тумбочке. Чонгук настолько жалок, что ему даже никто не принёс цветы. Жалкий, жалкий Чон Чонгук.

***

      Тэхён допивает четвёртую рюмку сожду и даже не закусывает. Он наливает себе снова и снова, пытаясь заглушить эту боль внутри. — Вижу, ты не терял времени, пока ждал меня. — Юнги садится напротив друга и наполняет рюмки. — Ты, между прочим, отвлёк меня от собирания чемодана. Омега выпивает залпом горький напиток и морщиться. Тэхён, слегка пьяным взглядом, посмотрел на друга. — Ты, куда-то собрался? Юнги подцепляет палочками острые токпокки и положительно кивает. — Улетаю в Китай, завтра ночью с Хосоком. Он поедет туда по делам и решил взять меня с собой вместо Чонгука. У него там какие-то дела, связанные с наркотиками и так как Чонгук сейчас не в состоянии, то Хосок решил, что пропадать билету не стоит. Я не хотел лететь, но потом понял, что мне нечего терять и согласился. Так хоть посмотрю другую страну и немного отдохну от учёбы. При слове наркотики, Тэхён брезгливо сморщился. Он подозвал официанта к их столику и заказал ещё три бутылки соджу. — Так, расскажешь мне, почему ты не в больнице на дежурстве, а здесь? Есть повод напиться и забить на работу? У тебя диплом на носу. Что ты творишь, Тэ? — Я полный придурок, Юнги. Каждый раз я думаю, что облажаться ещё больше нельзя, но у меня, каким-то чудесным образом это выходит. — Расскажешь мне, что случилось? В баре, где они сидели было совсем не много народу. Обстановка была спокойной и комфортной. Вокруг совсем не было лишнего шума и суматохи. За окнами был красивый вид ночного города, и яркие огни светились с каждого соседнего здания. Тэхён неспешно рассказал о произошедшем сегодня утром, пару раз назвав себя совсем нелестными словами. Он прерывался лишь, чтобы выпить очередную рюмку и после продолжал свой рассказ. Юнги удивлённо уставился на друга и не перебил его ни разу. Хотя иногда очень хотелось. — И я подошёл к своему куратору и нагло наврал, что отравился. По моему не здоровому виду, он понял, что я не вру, поверил мне и отпустил. И вот я, сижу здесь и запиваю свой долбоебизм. — Тэхён сложил свои руки на стол и спрятал в них своё лицо, уткнувшись носом в локоть. — Ты садист, Тэхён. Не надоело тебе ещё парня мучать? Он конечно всемирное зло и очень плохой человек, по любым меркам нормального человека, но даже он такого не заслуживает. А ты мудак и мне совсем не жаль тебя. Тэхён завыл в голос и потряс головой. — Я так устал, Юнги. Если бы ты знал. У меня, как будто раздвоение личности, где одна хочет послать Чонгука в пешее эротическое, а другая защитить его, оберегать его и вообще никому не отдавать. Забрать себе, это недоразумение и заделать ему кучу детей. Боже, о чём я вообще говорю?! Я спятил. Точно, это всё алкоголь. Юнги положил закуски на тарелку Тэхёна и налил ему очередную порцию спиртного. Юнги понимал, что Тэ и так уже сильно пьян, но также он понимал, как сильно сейчас это нужно его другу. Иногда, напиться, это единственное правильное решение. — И что же ты выберешь, друг мой? Какую сторону себя, ты примешь? — Я не знаю, что мне делать. — Просто оставь его в покое на какое-то время. Не попадайся ему на глаза, до конца практики. Не поднимайся на их этаж и дай ему остыть. Да, и, ты сам разберись в себе. Но для начала, выкини это всё из головы и защити свой диплом на отлично. Личные дела подождут, а ты пока сконцентрируйся на учёбе. — Наверное, ты прав. Юнги чокается с альфой рюмками и думает о том, что его другу срочно нужен психолог. Ким Тэхён явно не в себе.

***

— Хреново выглядишь. — Хосок повернул спинку стула к Чонгуку и сел, облокотившись на неё локтями. — Хотя для того, кого вчера хотели прикончить, твой вид даже очень хорош. Чонгук отложил книгу, которую читал до прихода Хосока и посмотрел на альфу с улыбкой. — Спасибо. Сочту это за комплимент. Чонгук, и, правда, выглядел лучше, чем вчера, но всё ещё болезненно. Его бледная кожа имела сероватый оттенок, под глазами были чёрные, большие круги, а волосы спутаны, будто осиное гнездо. Хосок посмотрел на бинты, что виднелись из-под больничной рубашки, и подумал о том, что омега ещё легко отделался. Ещё бы пара сантиметров и его жизни пришёл бы конец. — Ты рассмотрел того, кто стрелял в тебя? — Нет. Я совсем его не заметил. Лица не было видно. Помню, только чёрную одежду и крик Тэхёна. Когда я поворачивался к нему, в меня выстрелили. Знаешь, если бы он, тогда меня не окликнул, то сейчас моё тело лежало бы в морге. Я повернулся, и пуля не пробила лёгкое. Вообще не задела органы. Хирург Мун, сказал, что я родился в рубашке. Смешно, правда? Типа, я везунчик. — Чонгук нервно захихикал. Он перебирал свои пальцы, стараясь успокоиться и не выглядеть слишком нервным. — Ко мне, кстати, папа заходил с утра. — Быстро он объявился. Прости, я не успел предупредить врачей, чтобы не сообщали твоим родителям. Ну, и как прошёл визит? Сильно он тебе нервы потрепал, да? Видок у тебя дёрганный, да и щека цветёт. За что, на этот раз, тебе прилетело от любимого папочки? — А разве ему нужен повод, чтобы влепить мне пощёчину и в очередной раз сказать, что я ошибка природы? Но всё прошло в целом спокойнее, чем обычно. Наши семейные разборки прервал Тэхён. Он выставил папочку из моей палаты, а потом отметил, какой у меня чудесный запах. Хосок достал сигарету и зажигалку из кармана и закурил. Палата медленно начала заполняться запахом никотина и дымом. Альфе было глубоко плевать на то, что в больнице курить запрещено. Все уже знают, кто он такой и кем является, так что навряд ли ему что-то скажут за выкуренную сигарету. Он предложил сигарету Чонгуку, но тот отказался. Хосок, оставил пачку с зажигалкой на тумбочке и снова сел на стул лицом к Чонгуку. — Я заметил, что ты не на таблетках. Почувствовал, как только зашёл. Врач сказал, что запретил тебе пить эти пилюли, до полного выздоровления. Да и вообще, тебе бы лучше воздержаться от них. Они тебе кровь в жижу превратили. Жуткая дрянь. — Ты ведь знаешь, что я пью их не по собственной воле?! Это уже на психологическом уровне. Знаю, что родители больше не могут следить за этим, но даже так, я не могу перестать их принимать. В моей памяти слишком отчётливы воспоминания, что мне было, когда я отказывался их принимать. — Чонгук посмотрел на свою руку, где посередине на него смотрел мощный цветной тигр. За этой красивой татуировкой прячется уродливый шрам, оставленный папочкиными ручками. — Твоим родителям, приготовлен отдельный котёл в аду. Сложно не стать психом с такими-то предками. Я бы таких убил. Серьёзно, убил бы их ночью, размозжив их мозги бейсбольной битой, пока они спят. Чонгук засмеялся и будто бы повеселел от этих слов. В его глазах были видны искорки детского озорства и радости. — О, это была моя мечта. Все детки просили у Санты игрушки, а я молил дьявола, чтобы они сдохли. Ну, мои молитвы, как и всегда не были услышаны. Но я уже привык, так что всё нормально. Переживу. Хосок посмеялся вместе с Чонгуком и решил, что пора уже переходить к разговорам о делах. — Я, вообще-то ещё поговорить и о работе пришёл, Чонгук. — Я тоже хочу поговорить с тобой о работе. Не закупай товар в Китае для меня. Покупай только то, что нужно тебе. — Почему? Ты нашёл нового поставщика? Брось, Гук, товар с Китая всегда высокого качества. Да, и, цена у него более чем демократичная. — Не в этом дело, Хосок. Я сматываю удочки и ухожу на покой. Хватит с меня всей этой хуйни.