Слезы в его глазах.

— Уходишь на покой? Куда? Зачем? Хосок был очень удивлён таким заявлением. Он не понимал, с чего вдруг Чонгук решил залечь на дно и завязать с криминалом. — Во-первых, тебя родители ёбнут. Твой папаня отрубит тебе башку за это. Во-вторых, ты чем заниматься решил, бросив это всё? Насколько я знаю, у тебя толком и образования нет. — Я говорю про картель, Хосок. Я завязываю с наркотой. Свой клуб и бордель я бросать не собираюсь. — Чонгук аккуратно встал с кровати, взял с тумбочки, оставленные Хосоком сигареты с зажигалкой, и подошёл к окну, открыв его. — Если меня выгонят отсюда из-за того, что мы здесь курим, я перееду в твою шикарную квартиру на Каннаме и буду лечиться там, под присмотром Чимина. Естественно, за твой счёт. Омега прикурил сигарету и вдохнул в свои лёгкие едкий дым. Его грудь всё ещё ужасно болела, но он терпел, делая затяжку за затяжкой. Хосок подошёл к нему, облокотился о подоконник и тоже стал курить в форточку, чтобы в палате было меньше дыма. — Мне стоит немного отдохнуть и привести мысли в порядок. Я, кажется, зашёл в тупик и понятия не имею, как выбраться и найти свой путь. Хосок выдохнул дым и наблюдал, как тот быстро растворяется в воздухе. На улице уже было совсем темно и казалось, что скоро пойдет дождь. Тучи заволокли всё небо, и от этого атмосфера казалась ещё мрачнее. Хосок и не думал, что когда-то услышит от Чонгука нечто подобное. Этот омега всегда был поразительно силен и упрям. Он многим пожертвовал и через многое прошёл, чтобы оказаться там, где он есть сейчас. У него есть небольшой картель, не собственный клан конечно, но тоже не плохо. Есть бордель, который пользуется большим спросом и, конечно же, клуб, где проходит большинство тёмных сделок Сеула. Сейчас Чонгук говорит только о роспуске картеля, но что, же будет потом? Хосок не может представить, что этот паренёк совсем уйдет. Ведь из них всех, к Чонгуку у него всегда было более тёплое отношение. В то время, когда все гнобили молодого омегу и открыто, насмехались над ним, Хосок его поддерживал. Такой как Чонгук просто не мог пойти ко дну. Какое бы дерьмо не случалось в его жизни, он всегда находил выход. Никогда не унывал и улыбался, идя по головам тех, кто его недолюбливал. Да, многие называли, да и называют его шлюхой, но Хосок так никогда не считал. Его цель оправдывала средства. — Меня не будет в Сеуле примерно дней десять, может недели две, но не больше. Надеюсь, за это время ты сможешь отдохнуть и как следует разобраться в себе. Тебе сейчас сложно, ведь ты слишком лёгкая мишень. И всё, что случилось с тобой за последнее время моя вина. Ведь ты помогаешь мне. Я предлагаю тебе стать частью моего клана Чон. Ты будешь полностью под моей защитой, и навредить тебе будет уже не так просто. Подумай об этом, это выгодное предложение. Чонгук выкинул окурок в окно и удивленно посмотрел на Хосока. — Вступить в твой клан? Ты прав, это выгодное предложение, но также это самоубийство. Мои родители убьют меня. Я не вступил в клан своей семьи и представь, в какой ярости окажется мой отец, когда узнает, что я часть твоего клана. Но я обещаю подумать об этом. Хосок также выкинул тлеющую сигарету в окно, затем закрыл его и подошёл к двери. Когда он посмотрел на Чонгука, тот уже лежал в кровати и держал в руках книгу. — Если они посмеют тронуть тебя, я уничтожу ваш клан, и дня не пройдет. Ты же знаешь, мне не сложно. — Хосок пожал плечами и повернул ручку двери. — Только попроси и на одну проблему у тебя станет меньше. Хосок ушёл и оставил Чонгука одного размышлять о том, в какую пизду катится его жизнь и что ему с ней делать.

***

      Тэхён вышел из университета со счастливой улыбкой на губах. За плечами долгие и трудные годы учёбы и выматывающей практики, а впереди новая взрослая жизнь. Защита диплома далась ему не совсем легко, но он справился и получил отлично, за всю проделанную им работу. Теперь осталось потерпеть неделю, и он получит свой диплом на руки вместе с лицензией врача. Ему уже предложили продолжить работу в клинике, и он с радостью согласился. В последние дни своей практики он старательно избегал любого хирурга или практиканта с их этажа, чтобы нечаянно не услышать что-либо о Чонгуке. И ему это удалось. Последние десять дней прошли в полными спокойствия и уединения. Был только он и его законченная дипломная работа. Юнги укатил с Хосоком в Китай и время от времени присылал ему красивые фотографии местных кафешек и парков отдыха. Они пару раз созванивались, но их разговоры не длились больше трёх-четырёх минут. Тэхён был рад, что Юнги там хорошо. И пускай его друг всячески отрицал, что он уже в отношениях с Хосоком, Тэхён был непреклонен, и каждый раз утверждал, что Юнги безнадежно влюблён в своего альфу. Юнги фыркал и бросал трубку. А после писал сообщения с кучей доводов, что это не так. Со стороны Тэхёну было всё прекрасно видно. Ему всегда было легче разбираться в чужих отношениях, нежели в своих. Всё это время, что Чонгук не появлялся в его жизни, Тэхёну было спокойно. Ничего не тревожило его нервные клетки, и он хорошенько морально отдохнул. Но даже так, каждый вечер он думал об омеге и немного беспокоился. Иногда, его посещали мысли подняться к нему в палату и узнать как его здоровье и самочувствие. Он думал о нём, но теперь эти мысли не приносили ему дискомфорта. Он был спокоен и смог понять, что его тянет к Чонгуку, как бы сильно он этого не отрицал. С другой же стороны был Феликс. Омежка заметно стал тише, и они уже не так часто пересекались с Тэхёном. Он не звал его на совместный обед или поход в библиотеку как раньше. Это всё Тэхён списывал на сильную эмоциональную нагрузку и предстоящую защиту диплома. Ему не хватало их тихих разговоров и милых улыбок друг другу. Но так же, Тэхён понимал, что если Феликс совсем не воспринимает его как альфу, то в этом нет ничего страшного. Тэхён примет это спокойно. И если бы ещё месяц назад, он, лишь бы подумал о таком исходе событий, тогда это причинило бы ему боль. Тэхён и сам сильно остыл к парнишке и в этом он уверен, был виноват, один чёртов Чон Чонгук. Но и бежать к малиновому омежке сломя голову, альфа не собирался. Тэхён и так слишком сильно помотал ему нервы, и усложнять его жизнь ещё больше он не хотел. Чонгуку ведь сейчас и так не просто. Ему предстоит длительный курс реабилитации и медикаментозного лечения. Сейчас им и, правда, лучше не видеться. Если при встрече Чонгук сделает вид, что они не знакомы, Тэхён его поймёт.

***

      Юнги выгибается в спине и облокачивается руками об раковину, что находится сзади, пока Хосок держит его на весу. Такая поза для секса не совсем удобная, но сейчас это мало беспокоит. Юнги обхватил Хосока ногами и откинул голову назад. Стоны в ванной комнате отдавались эхом из-за её огромных размеров. Омега сжимал пальцами края раковины всё сильнее с каждым глубоким толчком альфы в нём. Его голос был уже сорван и поэтому звучал хрипло. Хосока это заводило ещё больше. Он целовал его шею, повторяя, что Юнги самый шикарный омега и прекрасно его принимает. Юнги сбился со счёта, сколько раз уже кончил за эту ночь, но ему всё ещё было мало. Казалось, что эта течка не закончится никогда. Они не выходили из номера уже три дня и все эти три дня Юнги, будто находился в раю. Хосок был очень внимательным и чутким любовником. Он чувствовал, когда омеге хотелось ласки и нежности, тогда их секс был долгим, нежным, медленным и чувственным. Он прекрасно понимал, когда Юнги нужно больше страсти, тогда он срывался и отдавал всего себя омеге без остатка. Он был немного груб, но Юнги это нравилось. После такого страстного и бурного секса, Юнги как заворожённый смотрел на себя в зеркало и улыбался. Ему нравилось то, что он видит. Эти засосы, багровые укусы и фиолетовые синяки его заводили. Все эти отметины на его теле прямое доказательство того, что Хосок хочет и желает его. В такие моменты он полностью принадлежит Хосоку и даже не догадывается, какую же он власть над ним имеет. Стоит сказать Юнги хоть слово и Хосок тут же сделает всё, что он захочет. Но Юнги никогда ничего не просит и не требует. И это дико раздражает. Именно поэтому Хосок, слишком часто оставляет засосы на его теле и слишком сильно его кусает. Он хочет показать Юнги, что он принадлежит лишь ему. Чтобы у омеги и мысли не возникло уйти от него. Именно во время его течки, Хосок окончательно убедился, что больше никогда Юнги от себя не отпустит. Они так идеально друг другу подходили, что становилось немного страшно. Хосок чувствовал Юнги на интуитивном уровне и ему это нравилось. Понимать омегу по одному только взгляду или движению, было удивительно. А Юнги просто сходил с ума. Его животная сущность полностью выбралась наружу и желала подчиниться альфе и полностью ему довериться. Все эти три дня Хосок сдерживал себя изо всех сил, чтобы не поставить Юнги свою метку.       Юнги выводит пальцами невидимые линии на груди альфы и довольно улыбается. Всё его тело ужасно ломит и болит, но он полностью удовлетворён и спокоен. Его течка подошла к концу и омега внутри него довольно виляет хвостиком, радуясь, что Хосок был рядом. Это странное чувство сейчас совсем не пугает Юнги. Он чувствует в груди огромную нежность и обожание. И, конечно же, списывает это всё на гормоны. — Прости, что отвлёк тебя от работы. Ты прилетел сюда решать свои дела, а тут я со своей течной задницей. Хосок поцеловал Юнги в макушку и зарылся носом в его пепельные волосы. Их смешанный аромат слишком хорошо сочетался сейчас. Хотелось вдыхать его раз за разом и не выпускать Юнги из своих объятий всю следующую неделю. — Твоя задница самая лучшая в этом мире, клубничка. К чёрту работу и все деньги этого мира, когда рядом со мной ты. Юнги смутился от этих слов и был очень рад, что Хосок не видит его лица. Омега ощущал себя влюблённым и счастливым подростком. Слышать такие слова от Хосока было приятно. — К тому же я прекрасно знал, что твоя течка скоро наступит. Я перенёс все свои встречи заранее, так что никаких проблем нет. — Хосок пальцами перебирает мягкие волосы Юнги и улыбается. — Мы можем вернуться домой позже. Билеты в Корею я всё равно ещё не бронировал. Если захочешь остаться тут подольше только скажи. Юнги перевернулся на живот и положил свой подбородок на грудь альфе. Теперь он мог видеть его умиротворенное лицо. Хосок выглядел сейчас особенно красивым. Растрёпанные волосы, красные щёки, горящие глаза и зацелованные, распухшие губы всё это выглядело прекрасно. Хосок будто светился в глазах Юнги. — Я не против. Я и так не успею попасть на вечеринку в честь вручения диплома Тэхёна, так что можем остаться здесь на пару дней подольше. — Тэхён уже получил лицензию врача? Как же быстро летит время. — Ну, он защитил диплом на отлично и уже в следующие выходные получит его. У них намечается грандиозная вечеринка. Тэхёна только беспокоит, что они собираются гулять в клубе Чонгука. Это очень популярное место и большинство проголосовало именно за его клуб. Естественно, Тэхён не может всем рассказать, почему эта сомнительная затея ему не нравится. Он боится, что встретит там Чонгука. Хосок понимающе кивнул. — Да, их отношения вряд ли можно назвать стабильными. Хотя, стабильно ужасные это словосочетание подходит на все сто. У них там сейчас происходит тотальный пиздец. Подробностей я не знаю, но Чонгук сказал, что послал Тэхёна нахуй и пообещал его убить, если увидит вновь. У Юнги от этого мурашки по коже прошлись. Он вздрогнул и прижался к Хосоку сильнее. — Какая жуть. Не хочу, чтобы Чонгук навредил Тэхёну. Даже думать об этом неприятно. — Ну, пока что это Тэхён вредит Чонгуку. Причём постоянно. Но я к ним не лезу. Чонгук взрослый мальчик и я уверен, что они разберутся с этим сами. Им просто нужно потрахаться и тогда всё встанет на свои места. Юнги больно ущипнул Хосока за бок и недовольно нахмурился. Хосок айкнул и потёр место щипка, растирая его ещё больше. — Хочешь сказать, что всё решается через постель? — У них — да. Между ними искры так и летают. Они как две молнии друг с другом. К тому же, я видел, как твой друг переживал за Чонгука. Он не отходил от его койки ни на минуту, пока Гук не очнулся. Это что-то да значит. Хотя, мне твой Тэхён совсем не нравится. Он играет с Чонгуком и это мерзко. Чонгук хоть и сильный омега, но даже ему сложно качаться на этих эмоциональных качелях. — Это да. Тут я оправдывать Тэхёна не стану. Сам говорил ему, что он мудак. Но он так сильно напился, когда Чонгук его послал. Я давно не видел его таким разбитым и запутавшимся. Хосок накрыл их обоих одеялом и крепко обнял Юнги. — Чонгук тоже запутался. Давай сделаем ставки, кто из них первым сдастся и пойдет на перемирие? Юнги засмеялся и посмотрел в глаза Хосока, что по-детски искрили озорством. — Ты ужасный человек, Чон Хосок. Ставлю сто баксов, что Тэхён первым попросит у него прощения. Он не может долго обижаться на людей и переносит чувство вины с трудом. При первой же встрече, он сам подойдет к Чонгуку и скажет, что был идиотом. — Ставка принята, Мин Юнги. Я ставлю на Чонгука. Хосок лениво поцеловал Юнги в губы, скрепляя этим поцелуем их маленький спор.