Захлебываясь в крови

С того зловещего дня всё изменилось. Если бы Норман ещё хоть немного задержался, могло случиться ужасное. Хотя и этого хватило, чтобы сломать Эмму... С того дня она больше не улыбалась и вообще даже ни с кем не разговаривала. Блондина же она просто игнорировала, а на любой его вопрос отвечала слезами и истерикой. Норман не спал уже несколько ночей. Парень не мог уснуть, слыша всхлипы его любимой, а успокоить её, как раньше, он теперь не мог – она его отталкивала и только больше начинала реветь. Возвращаясь с пар, парень был подавлен и решил зайти в кафе, чтобы взять любимые пирожные Эммы. Норман хотел хоть как-то выйти с ней на контакт. Вот он уже возвращается в общагу, открывает замок и... Пакет падает у него из рук. —Эмма! Не смей! Перед парнем была ужасная картина: его солнышко сидело посреди комнаты, а вокруг неё были осколки от зеркала, которое она, скорее всего, разбила. Её руки были в крови, а в ладони сжат один из осколков. Рыжая делала надрезы вдоль вены... Девушка будто не замечала Нормана и продолжала резаться. Парень кинулся к ней, выдирая из её рук осколок. Вот он уже пытался туго перевязать её раны бинтами, чтобы остановить кровотечение. Всё это время рыжая отталкивала белого, пыталась его ударить и ревела. Норману было очень больно видеть любимую в таком состоянии. Теперь он боялся того, что его Эмма больше не будет прежней... Блондин решил, что тянуть больше нельзя–он позвонил Рею с просьбой помочь отвезти девушку обратно в приют, пока сам будет закрывать сессию. Норман вновь пытался выйти на контакт с рыжей, она даже заговорила, но её слова попали в самое сердце парня. —Н-норман, п-прошу... Перестань со мной разговаривать, я не хочу, я-я... После этих слов Эмма начала вновь реветь... Её руки дрожали, а девушка заикалась. —Эмма, что? Что я сделал не так, как я могу тебе помочь? Если ты пожелаешь, я могу уйти из твоей жизни навсегда! Я всё сделаю, лишь бы ты была счастлива! —Так убирайся из моей жизни! Норман вмиг замолчал. К его горлу подкатил ком... "После всего что между нами было... Что этот мудак с тобой сделал? Что с ней случилось?" —Я задам последний вопрос... Почему? —Я тебя ненавижу... —Ясно... Сейчас приедет такси и ты пока побудешь в пансионате, когда закрою сессию, я попрошу нас разделить. Я больше никогда к тебе не подойду, если тебе так угодно, но всегда буду тебя любить... Всегда...– Норман произнёс эти слова холодно, без каких-либо эмоций на лице. В его маленьком мире всё будто рухнуло. "Если она будет счастлива, то пускай..." Уже вечерело. Рей сопровождал Нормана и Эмму на всякий случай, ведь девушка была неконтролируемой. Её до этого уже водили к психологу, но парням сказали, что всё в порядке. "Где же, чёрт возьми, в порядке? "– думал про свою подругу Рей. Отдав Эмму в "хорошие руки", блондин развернулся и ушёл... По дороге он взял бутылку вина. Придя в общежитие, парень уселся за стол и налил себе вина. Он делал маленькие глотки и смотрел на жидкость, вертя бокал в руке. Вкус напомнил ему тот зимний вечер на ярмарке, когда он с Эммой, выпив глинтвейн, веселились и дурачились, а потом девушка ухаживала за ним, когда тот заболел. Потом парень вспомнил уроки вальса, а затем страстный поцелуй на сцене... Неужели девушка его ненавидела? —Нет, чёрт, нет! Она меня любила! Это из-за того ублюдка... Я его убью, прикончу... С этими словами парень встал из-за стола. Он надел на себя брюки и рубашку, а поверх черную кофту с капюшоном. Своё лицо он прикрыл медицинской маской. —Тебе не жить, как минимум будешь инвалидом... "Обычно тот говнюк шляется по крупным впискам... Сегодня одна из них на костянкой 23". Норман подошёл к дому. "Отлично, он на улице. Меньше возни с ним будет..." —Добрый вечер, не могли бы вы уделить мне 5 минут своего времени? —Чё? —Можно с вами поговорить наедине? —А... Только быстро! Тот встал со скамейки и, пошатываясь, пошёл с блондином за угол. —Чё ты там хо... Удар в солнечное сплетение... Удар получился несильным, но точным. Ирод упал на колени и начал задыхаться. Второй удар был нанесён ногой в голову, после чего Норман взял за воротник своего противника и прижал к стене. Затем последовала серия ударов по наглой и противной роже. —Прекрати! Умоляю! —А ведь она тоже умоляла... Тоже просила! А ты остановился? Ненавижу! Пусть это тебе будет уроком! Сдохни, тварь! Злость овладевала голубоглазым, его удары становились сильнее, а когда мудак беспомощно расстелился на асфальте, Норман пустил в ход ноги. После своей мести блондин оглядел тело. "Вроде дышит, но инвалидом он точно останется... Так даже лучше, пусть мучается. Да и не хочется марать руки в крови из-за такого ублюдка... Хотя я уже и так достаточно измазался в ней..." —Какое ничтожество... Противно на тебя смотреть, – с этими словами Норман плюнул на тело и поплёлся обратно в общагу. Блондин взялся за стирку одежды, а затем и сам принял душ, после чего вновь сел за стол, на котором ещё стояла недопитая бутылка вина. На часах уже было 1:36, а Норману плевать. Он пил и с горечью вспоминал Эмму. —Эмма... Я это сделал. Я тебя люблю и буду любить. Всегда... Эмма... Парень вновь и вновь повторял её имя, попивая из бокала вино.