Захлебываясь в крови

Вот наши голубки уже ввалились в свой номер. Оба были мокрые с ног до головы. Ребята договорились по очереди принять ванну после этого путешествия. Вся их одежда промокла, но в отеле обнаружились халаты. Когда Норман взялся за готовку праздничного ужина, Эмма вызвалась помочь. —Ну я же тебе подарок делаю, так будет нечестно! —Будет нечестно, если я умру без дела. Давай лучше вместе приготовим. Это будет лучшим подарком! —Ну раз так... Как оказалось, Норман чудесно готовит. Из-за этого рыжей стало как-то неловко, ведь её никто и никогда не учил кулинарии. —Стой! Ты себе так пальцы отрежешь. Давай помогу. Смотри... Блондин встал сзади девушки и положил свои руки на её, помогая нарезать овощи. Они очень быстро справились и, неожиданно для Нормана, рыжая поцеловала его в щёку. —Это что-то вроде "спасибо"? —Возможно. —Тогда, это будет что-то вроде "люблю". Блондин притянул девушку к себе и погрузил в страстный поцелуй. Он за то короткое время и забыл какие на вкус её губы, её запах, её шёлковые волосы. Блондин начал терять контроль. "Нет, нельзя..." Он резко отстранился от бестии. —Что-то не так? – в недоумении спросила рыжая. —Прости, я что-то сильно увлёкся... Давай лучше поужинаем. За ужином они вспоминали сегодняшний день. —Ты прости, что так с дождём вышло... —Наоборот, было весело. Если бы не дождь, я бы так и не покаталась на тебе, – с этими словами рыжая звонко засмеялась. —Да я мог тебя и так покатать, обращайся. —Такси "Норман", куда угодно и когда угодно. Ребята смеялись и веселились, но спустя какое-то время блондин встал. —Ты куда? —Сейчас, подожди... Голубоглазый включил музыку для вальса. Ту самую, под которую они танцевали на выпускном. —Можно пригласить вас на танец, миледи? Эмма улыбнулась и, сделав реверанс, подошла к возлюбленному. Парень и девушка вновь начали кружиться как тогда на сцене, но теперь они были одни. Две влюбленные души кружили в танце. Норман, как в тот день, резко прижал Эмму к себе и поцеловал. —Эмма, ты сводишь меня с ума... Я за эти дни понял, что умру без тебя. Только ты даёшь мне жить в этом мире, ведь ты – мой мир. —Я люблю тебя, прости за всё что наговорила... —Я тебя понимаю... Просто хочу, чтобы ты знала. Блондином опять овладело желание. Поняв это, он легонько оттолкнул рыжую от себя. —Уже поздно... Идём спать. —Что происходит? Сначала ты страстно меня целуешь, признаёшься в любви, а потом отталкиваешь... Что я сделала не так? Скажи, мне надо знать! —Дело не в тебе, дело во мне. Я просто боюсь сорваться и сделать то, чего ты не хочешь! —Может и хочу! Откуда тебе знать? Блондин, мягко говоря, опешил от откровенности бестии, а Эмма, осознав что сказала, залилась краской и отвернулась. —Да, похоже, ты прав... Пошли спать. Но блондин уже не собирался уходить. Он услышал то, чего хотел. —Ну раз так... Парень подошёл и развернул девушку к себе. Вновь поцелуй, но он был какой-то другой... Совсем не такой, как обычно. Одна рука блондина зарылась в рыжие волосы, а вторая скользнула на талию. Обе руки бестии сомкнулись на шее парня. Они сами не заметили как переместились в спальню, где Норман положил своё "сокровище" на кровать. Он навис над ней и прошептал на ухо: –Я люблю тебя... Парень начал покрывать поцелуями всё её тело. Блондин обращался с ней максимально нежно, ведь она такая маленькая и хрупкая. Казалось, одно неверное движение и Эмма рассыплется в его руках, разобьётся, как тонкий фарфор. Но в жизни так про неё не скажешь. В обществе она ведёт себя дерзко, всегда заступится за друзей и, если надо, влезет в драку. Она всегда ставит чью-то жизнь выше своей. Такая сильная и храбрая с одной стороны, а с другой – маленькая и нежная, беззащитное дитя... Вот обе души слились воедино... Обе искалеченные этой проклятой жизнью. Казалось, как можно жить в этом гнилом мире? Они жили благодаря друг другу, а если точнее – ради друг друга. Ожоги на спине парня и шрамы на теле девушки были как метки или клеймо, но несмотря на все трудности, ребята продолжали жить. Когда они были вместе - не замечали эту гниль мира. Для них открывался другой мир: яркий, красочный, без боли и страданий. Мир, в котором их любили... Мир, в котором они нужны... Только звёзды и луна освещали комнату. Вот они уже лежат в обнимку. Девушка прижалась к груди парня, а на её лице счастливая улыбка. Голубоглазый играл с её волосами, вдыхая тот самый аромат – апельсин и корица. —Теперь я точно сошёл с ума... —Кажется, и я... —Два психа – слишком много. —А как же "вместе веселее"? —Хах. Это точно... И веселее, и счастливее.