Ответ на задание " сравнительный анализ научных текстов"

      Девушка нервно теребила кожаный ремешок сумки прижимая телефонную трубку к уху. На её лице была радость, печаль, непонимание и смятение. Юноша подле неё сжимал руку подруги крепко. Он тоже был немного растерян. Когда в трубке послышались гудки, Бай Жун опустила телефон и отняла свою руку из цепких мужских пальцев. — Не сжимай ты так. Больно. — Что он сказал? — Все лучше, чем я опасалась, но шикарным я тоже это назвать не могу. — Ты можешь выражаться конкретнее?! — не выдержал Юй, но тут же снова перешёл на шепот. Его тёзка и брат Шень Цяо по совместительству сейчас спал на диване в кухне после слоновой дозы успокоительного. Рядом с ним лежал пульт от телевизора. — Не ори. Сейчас они едут сюда. Шень под домашним арестом пока, оба с подпиской о невыезде.- Жун потерла переносицу и встала из-за стола направляясь к холодильнику. — А Кунье? — Не то, что бы Юй действительно хотел бы это признавать, но сейчас он волновался за всех участников этой ситуации. — Он ещё на допросах, возможно, только завтра будет понятно что с ним и как. Вообще, склоняюсь к тому, что и у него и у Шеня условный будет. — Думаешь, что будет? — Очнись, блин! Он человека чуть не убил… — Лучше бы убил. — Больной что ли? Сидеть из-за этого старого уебка ещё ему не хватало. Зачем он вообще полез туда.        Нервы девушки уже не выдерживали. На глаза навернулись непрошенные слезы, в горле неприятно защемило. Юй встал ловя её в крепкие объятья и прижимая к себе. Хотелось бы что-то сказать, но что тут скажешь? Шень едет домой, это главное. Остальное всё утром, а сейчас надо было встретить его. Бянь обещал утром подъехать с информацией про адвокатов, а пока… Пока самое сложное — это ожидание. Внезапно телефон на подлокотнике дивана завибрировал. Оба посмотрели в сторону спящего Ая с настороженностью. Тот встрепенулся и всё же открыл глаза. Не без труда нащупав смартфон, он смахнул вызов и прислонил к уху. — Да… Я у Шеня. Нет, всё хорошо пап. Да, он жив… Я не знаю! Давай не сейчас, пожалуйста. Он не уголовник, перестань… Я не хочу сейчас говорить об этом, не надо. Да. Понял. Он позвонит сам как сможет. — отключив звонок, юноша вновь провалился в забытие. Жун глянула на него с толикой жалости, затем подошла и поправила плед. Все знают, как тяжело главным героям совершать какие-то подвиги, что-то там решать или превозмогать. Но мало кто думает над тем, как сложно их близким. Тем, кто ждёт, кто надеется на звонок и слова «всё хорошо, я жив, домой еду. Тортика взять?» или просто короткое смс «все ОК». Тем, кто забывается зыбким неровным сном в истерике, слезах и едва ли не конвульсиях. Тем, кого скручивают по рукам и ногам лишь бы тоже глупости не творили и тем, кто просто ждёт, ведь ждать сидя за чашкой чая спокойно смотря в окно порой сложнее всяких пыток. Ждать и быть сильным или сильной тогда, когда руки трясутся и сосёт под ложечкой. Ждать и быть спокойным и строгим, ведь кто-то же должен поправлять плед тем, кто уже уснул, кто проиграл этому ожиданию.       Бай Жун со вздохом погладила по головам обоих. Юй уснул сидя в кресле минут пять назад. Она выключила свет и вышла в коридор на лестничную клетку. Вытащила из кармана пачку сигарет добытую у Ая в рюкзаке и затянулась. Раньше она не курила, но сейчас ситуация позволяет. Легкие точно сжались не желая пускать яд в себя. Жун закашлялась и прислонилась спиной к стене. — Все в порядке? — послышался голос тихий, точно чужой со стороны лестницы. — Шень? Шень! — она кинула бычок куда-то на пол и ринулась к другу обнимая его за шею и прижимая к себе — Мы думали, что от инфаркта умрем, когда Ай включил телевизор, а там это… — Вы всё видели? Где там оборвалось? — Юноша сам был готов упасть в чьи угодно объятья, да на любую горизонтальную поверхность, если честно. Однако, два стража порядка позади него этого бы не одобрили. Они сейчас спокойно ждали, пока девушка пропустит их дальше, но когда она зашла в квартиру Шеня, немного удивились. — Все в порядке, я живу с друзьями сейчас. Это же не запрещено? — спросил Цяо оборачиваясь на них. Оба мужчины немного задумались, глянули на Бай Жун, после чего махнули рукой. Оказавшись за закрытыми дверями Шень Цяо и его подруга выдохнули и сели прямо на пол всех ещё не отпуская друг друга из объятий. К ним присоединился Шиу забираясь на колени хозяина буквально тараня его лбом и очень громко мурча. — Съёмка обрывается на выстреле. Там и камера падает, поэтому ничего не понятно. Кто-то очень громко визжал на фоне, и ног много, а больше ничего. Я не знаю, но я была уверена, что — девушка замялась. Она не знала как сказать сейчас Шеню о том, что пока он не позвонил, все трое были уверены, что и Ян и Цяо уже мертвы. — Я тоже. Я, если честно, не помню ничего практически. Только как он сбежал от меня и я искал его по всему этажу, потом открыл дверь зала этого, и всё. Следующая картинка это как сижу в машине скорой а он лежит рядом и спорит с врачами. — Ну раз спорит, значит жить будет — Юй вышел с кухни прикрыв за собой дверь — что вы тут сидите? Давайте, подъем. Сейчас Кей ещё подъедет, его по подписке отпустили под залог сумасшедший какой-то. Но он будет минут через 20. Я чай сделаю. Пойдём.       Порой, мы не думаем о тех, кто просто рядом. Они не всегда понимают нас, не всегда могут быть такими мягкими и удобными. Но они всегда будут где-то поблизости. Они ждут, верят, делают чай когда совсем невмоготу и кофе, когда немогота становится нашей второй личиной. Они готовы высидеть весь судебный процесс, даже два… Да даже три, хоть и не в полном составе, ведь подраться с адвокатом оппонента они тоже готовы. Они согласны передать от нас нашим любимым письмо с извинениями и самыми теплыми словами. А потом, спустя полтора долгих месяца встретить так, как никто не смог бы. И да, вроде именно они могут сделать так, что бритая голова теперь кажется смешным пустяком. — Брось, Цяо, отрастут ещё гуще будут. Моя бабушка всегда так говорила — чем чаще рубишь, тем гуще лес. — они стояли у забора автовокзала уже минут десять. Точнее, Жун с Юем уже как полчаса, а вот Шень присоединился к ним выйдя из автобуса относительно недавно. Погода была чудной мягкой, августовское солнце старалось отдать максимум тепла, пока осенние ветры не начали развеевать его по всем уголкам. Хотя, признаться, запах осени уже пробивался через сухую летнюю пыль. — Стесняюсь спросить, а если не на голове? — Юй старался держать очень спокойное лицо, но Бай Жун только фыркнула. — И там тоже, поэтому переходи на эпиляцию воском, Юй-Лан.       Шень улыбался по привычке проведя рукой по уже отросшим на пару сантиметров волосам. Его глаза пытались выискать в толпе кого-то, но вслух он спрашивать не стал. Последнее письмо осталось без ответа. Да, ему дали всего полтора месяца, но это время стало серьёзным испытанием для всех. Кунье повезло меньше, хотя, на сколько Шень слышал, он семимильными шагами приближался к УДО. — Вон, я вижу! — Девушка подняла руку помахав кому-то на дороге. Шень обернулся и не смог сдержать легкой улыбки, от чего его лицо на мгновение стало как прежде мягким. Серебристый внедорожник остановился аккурат около них. Ян опустил стекло и кивнул на задний ряд кресел. Шень сел в машину молча. Он не хотел сейчас говорить, и без слов было хорошо. Одно он знал точно — ответ на свой вопрос в письме он ещё потребует, и Янь Уши не сможет увильнуть.