Приёмная сестра

— Наён? — Мина обеспокоенно прикоснулась к чужому плечу, осторожно пытаясь заглянуть в глаза. А Наён не слышала ничего, она замерла. Застыла под этим взглядом, словно перед ней сейчас не скромная Мина, а сама Горгона, заставляющая стать камнем. — Эй? — Мина надавила на чужое плечо и подошла поближе. Настолько поближе, что это было чуть ли не касание телами. Отчего она стыдливо прикрыла глаза — надо же этой толпе быть именно вокруг них, чтобы толкаться и сближать нарочно. И от неожиданного толчка Наён очнулась. Перевела рассеянный взгляд на Мину, которая стояла так близко, что можно было ещё раз сойти с ума от мыслей, что никто не удостоен чести видеть подобную красоту. Кроме неё одной. Только одна Мина занимала разум Наён. Это было схоже с одержимостью, если уже не было ею от переизбытка нежных чувств. — Да? — повернуть голову чуть правее, наклонить её набок и немного приблизиться и можно будет ощутить чужое дыхание на своём лице. Наён старалась избегать подобных мыслей, но выходило совершенно плохо. Она то тупила взглядом по самому красивому лицу — по её нескромному мнению, — то забегала в мыслях вперёд. Настолько вперёд, что это казалось невозможным, будто она тронулась умом. — Посмотри на меня. Пожалуйста, — Мина прикоснулась ладонями к лицу Наён и выхода не оставалось. И правда, осталось лишь наклониться и— И Наён от прохладных пальцев на скулах осознала, где она сейчас находится и с кем. Она вроде бы расслабилась, но вроде бы и была напряжена. Она находится со своей девушкой. На свидании. Она может позволить себе показать свои чувства и не стесняться своего восхищения. И это даже придало немного сил, чтобы сделать ещё один маленький шаг навстречу. Наён расслабленно растянула губы в улыбке, стараясь отвлечься от мыслей, что вот-вот и, может быть, чужие губы не улыбнутся в ответ, а будут ещё ближе. Но эти мысли одновременно тревожили, ведь, наверное, она всё портит своей спешкой. И радовали, ведь это точно когда-нибудь свершится. Её пальцы осторожно накрыли чужую руку. Обвели каждый изгиб, хватаясь за запястье, как за спасетельный круг, но мягко и невесомо. Чтобы не разрушить этого жеста, но и повернуть лицо так, что губы — со слизанной уже пару тысяч раз гигиеничкой — мазнули по кончикам пальцев в подобии небольшого поцелуя. Как тогда, когда они прощались у собственного дома. И уже во второй раз сердце Мины пропустило с добрую сотню ударов, остановившись на моменте, когда холодные подушечки пальцев обожгли ее костяшки. Она не могла поверить, что прямо сейчас любовь всей её жизни поцеловала её руку так аккуратно, и сделала это так осторожно и трепетно, практически не прикоснувшись к ней. И от этого кажется, что только она уберет руку с чужой щеки, только это прикосновение губ рассеется с теплом по воздуху — признание Наён тоже исчезнет. Исчезнет уже устоявшаяся привычная жизнь. Обязательно на двоих. Как у каждого свой особенный цвет сердца в пожеланиях доброго утра и ночи. Как ночные прогулки под страхом, что кто-то заметит их отсутствие. Как рассказы без конца от Наён, когда часа в три дня у неё появляется стабильное окно в расписании и повод болтать без умолку в голосовых, пока Мина на учебе. Как будто всего этого не было. И не будет больше никогда. Тогда это был бы кошмар. Очень страшный кошмар. И почему-то, несмотря на то, что Мина об этом подумала, она бы пожелала, чтобы у неё ни за что и никогда не исчезла самая главная деталь её счастья. И чтобы этот кошмар оставался несбыточным как можно дольше. Мина остолбенела и не знала, что и думать, когда её ладонь опалил ещё один выдох. И губы мазнули по пальцам опять, растягиваясь в игривой улыбке. Наён будто что-то задумала или наслаждалась той реакцией, которую видит. — Куда хочешь пойти? — Наён тут же поджала свои губы и отстранилась от руки. И выглядела она так, словно при этом надула щёки, и получила смешок от Мины. Не то чтобы её этот смех не радовал, даже наоборот, но на свидании хотелось выглядеть идеальной во всем. — Что-то не так? Ты чего смеешься? — Прости, ты выглядишь слишком мило! — и уже более заливистый смех и прикрытый ладонью рот привёл Наён в восторг. Это было лучше всех комплиментов мира. — Давай просто погуляемся? Сегодня всё такое красивое. Мина ярко улыбнулась и перевела свой взгляд на синие небо покрытое множеством звёзд. Она кинула взгляд на Наён, хватая её за руку и сплетая их пальцы. Да, сегодня всё красивое — особенно она. И эта красота пробуждает к тому же столько чувств. Некоторые из них были вполне понятны, а некоторые Мина подглядела в типичных любовных дорамах. А некоторые были неизведанными, но откровенно будоражили сознание. Чувство желания. Им так хочет сейчас остановиться и обняться настолько крепко, что ребра не выдержат и они обе случайно станут одним целым. Хотелось быть единственной в глазах напротив. Единственной в сердце. И Хотелось поцеловаться по-настоящему — в точности, как это показывают в дорамах. После романтичной медленной прогулки под звёздным небом и обмена неловкими комплиментами. От таких мыслей Мина невольно краснеет. Но при этом радуется, что в темноте или тусклом свете фонарей ничего не видно. И украдкой смотрит на Наён. Она, видимо, думала о чём-то своём и смотрела куда-то в сторону — хотя Мина просто не разглядела такого же румянца. — Тебе не холодно? — они идут по этим улицам так медленно, что даже вся толпа успела исчезнуть, а они и не прошли даух кварталов. Но тишина как-то затянулась и Наён заговорила. В тишине это показалось очень громким звуком, хотя та чуть ли не шептала каждое слово, лишь бы подавить в голосе необъяснимое волнение. — Нет, почему мне должно быть холодно? — Не знаю. Просто ты сегодня так одета... И моя рука холодная, — Наён отводит взгляд в сторону. Глупый ответ. Как будто она не могла придумать что-то получше? Правдоподобнее? — Ты тоже не совсем по погоде одета. И поэтому я и грею твои руки, — Мина улыбнулась и сжала их руки сильнее. А потом заснула их в карман. Да, пожалуй, Сану стоит отблагодарить как можно лучше за подобранный наряд. Реакция на него уж точно превзошла все ожидания, а большие и широкие карманы могли позволить сделать что-то подобное. Мина считала это очень даже милым жестом. — Спасибо...

***

— Наён, не хочешь рассказать что-нибудь? — резко спросила Мина, прерывая эту долгую и тягучую паузу. Они опять молча шли куда-то вперёд. Украдкой переглядывались, но при этом будто играли в странную игру, где нельзя было удерживать на сопернике прямой взгляд дольше двух секунд. И Наён, несмотря на то, что ей и молчать со своей любовью было в радость, обрадовалась, что появился повод поговорить. — О, знаешь! Я ещё не рассказывала никому, но говорят, что у нас будет шоу на выживание. То есть мы и ещё новые трейни с других компаний будем бороться за место в группе, — Наён оживленно бормотала. В радости, что она может разговаривать взахлёб с любимой девушкой. Но и с тревогой, что помимо хороших новостей о свидании сегодня она краем уха услышала и другое. Не то чтобы ей не нравилась эта затея. Она не прочь познакомиться с кем-то новым, а мысли о сьёмках распаляли любопытство. Но мечты о дебюте, как сольный исполнитель, могли запросто рухнуть сразу в двух случаях. Если она сможет пройти в окончательный состав группы или же, если она провалится и застрянет ещё на пару лет в этой компании всё ещё как трейни. — Я верю в тебя, Наён. Ты обязательно справишься со всем. И я постараюсь тебе в этом помочь, — Мина сжала руки и зажмурила глаза. Наён как-то тенью выглядела обеспокоенной и расстроенной от этих слов. — Спасибо, это всё, что мне нужно. Я люблю тебя, — Наён склонила голову вниз, снова чтобы избежать ответного взгляда. Она, наверное, впервые сказала, что любит не в признании или что-то типа того. А по-настоящему, потому что любит. Мина снова почувствовала, как по телу прошлась дрожь и она сама также отвела взгляд. Но улыбалась теперь шире, чем обычно. Это очень приятно, слышать нечто подобное от любимого человека. — И я тебя люблю. Очень люблю, — Мина вдруг остановилась, когда они оказались где-то между двумя фонарями, скрытые ото всех. И она обняла Наён. Точнее, сначала неловко ткнулась в неё своим телом, не знала, как положить свои руки, чтобы не оттолкнуть. Но потом расслабилась и мягко соприкоснулась своим лбом с чужим. Посмотреть на Наён она всё также не решалась, но почувствовала, как её цепкие руки сжали спину. Ощутила, как они сильнее прижались друг к другу. И от затаённого дыхания Мина слышала, как бешено бились их сердца. Эта была даже не эйфория, а нечто другое. Что-то более сильное, манящее неизведанностью, пьянящее. И от этого живот болит гораздо больше, чем в прошлый раз. То воздуха не хватало, чтобы вдохнуть полной грудью, то казалось, что наоборот, так много воздуха и он давит, что приоткроешь губы и что-то внутри взорвётся от перепада давления. Такая близость заставляла ещё дрожать и Наён хваталась за плечи Мины, как за спасательный круг, пытаясь удержаться на ватных ногах. — Можно я тебя поцелую? — Мина всё же нашлась и сразу же обняла Наён за талию покрепче, чтобы поддержать её на ногах. Откуда-то появились силы и уверенность в своих действиях. И если сейчас она не рискнет, то потом будет долго жалеть, что забоялась. Ведь иногда так бывает, когда ты замешкался, находится кто-то смелее. А у Наён даже слов не нашлось ответить. Робкое "да" застряло где-то в горле. Она была очень взволнована и напугана. Сейчас в голове творилась неразбериха. Она не могла понять, что делает, зачем делает и почему делает это? Её губы начали дрожать, когда она потянулась чуть вперёд и наконец-то мягко коснулась чужих губ. Они обе не дышали, просто замерли, схватившись друг за друга. Их губы соприкасались, это явно ощущалось, но никто не решался сделать что-то дальше. Может, Мина вообще не это имела ввиду? Может она хотела поцеловать в щеку или в лоб? Наён внезапно стало так стыдно. И она уже хотела отвернуться, думая, что, может, любовь любовью, но она у них и больше сестринской, но намного меньше той самой? Хотя это так глупо и расстроенная Наён даже не знала, что она имела в виду под той самой любовью. Но это было уже и неважно. Мина решилась и осторожно двинулась ещё вперед, чтобы между их губами ощущалось более ясное давление. Было стыдно, было страшно, было невероятно интересно. И тогда все самые-самые мечтательные мечты и страхи просто исчезли. Исчезло всё вокруг. Осталось лишь ощущение чужих горячих губ на своих. Томное дыхание от волнения. И сильное сердцебиение. И это радует обеих.