«FΛПƬӨMᄃΉIK«
Тишина, вокруг звуки отдалённых голосов, и чьих то шагов. Они… Отравленные роют ходы. Быть может для нового города? Чтобы драконы могли комфортно жить в будущем, или может это военная стратегия? Любой из этих исходов глуп, и не логичен, тогда что? Какое тебе до этого может быть дело, когда ты привязан к мраморной ложе, привязан хрупкими, впивающимися в чешую деревянными верёвками. Крылья тоже связаны, но по особому. Они свисают вниз с узкой ложи и уже там заламываются тугой верёвкой из того же материала, так чтобы крылья как бы обнимали постамент.
Тебе настолько неудобно, что даже не возникает мыслей о том, как Отравленные могут сотворить столько разных вещей из обычной на вид древесины. Да что греха таить, они и в компании опередили Фантомных. Будь Фантомчик сейчас в состоянии по рассуждать, какое бывало у него в моменты жизни дома… МММ, дом… Какое трогательное и милое слово, место, где жизнь была совсем другой, без войн, драк. Где не нужно было искать место, чтобы спрятаться от солнца. Место, где можно было укрыться от всех проблем и забот, укрыться от драконов и сверстников, побыть одному, позаниматься любимым делом…
Но нет, мир изменился и заставил меняться Фантомчика, не предоставив ему выбирать. Теперь он более крепок, более опытен. Он знает, как жить несколько дней без еды, искать хотя бы каплю воды среди ночной глуши и степи, как различать укрытие с высоты полёта, как лететь всю ночь без продыху. И всё это ради одного. Ради имени, ради жизни. Дракон, не умеющий выжить, — не дракон. Ты можешь быть гениальным художником или музыкантом, но без умения выжить ты никто, как бы это грубо ни казалось.
С другой стороны, он, Фантомчик, встретил Бриз… Милую, доверчивую очаровашку, что так любезно согласилась с ним путешествовать… Столько всего узнал от неё про Ветрянных… А ещё немного об Отравленных. В общем и целом, Фану даже начинала нравиться его новая жизнь, но одно маленькое недоразумение в виде скованных лап, хвоста и крыльев.
Дракончик лежал на невесть откуда взявшемся каменном столе. Столе среди лабиринтов земляных туннелей, построенных на крови. И этот каменный стол никак не вписывался в деревянно-земляной интерьер Отравленных драконов.
Дракончик поднял голову, к его удивлению, шею ему не привязали. Вокруг было пусто, сплошные голые стены, на удивление, тоже из камня, но другого, угольно-черного с фиолетовыми разводами. Кто и какой мастер тут их возвёл? А главное, зачем? На тюрьму эта комната походила мало, да и на комнату пыток тоже, хотя что может знать о пытках маленький фантомный дракончик. Тогда что? Комната ритуальных убийств? Бред. У Отравленных нет ритуалов… Хотя, может быть, их просто не преподают в школе. Время тянулось бесконечно, а он всё лежал и лежал на холодном твёрдом камне, смотря в чёрный, как стены, потолок, созерцая своё тусклое свечение на всё поглощающих мрачных стенах.
Но вот послышались и шаги, сначала мягкие, почти неслышимые. Наверное, Фантомчик их даже не услышал бы, если бы не всепоглощающая тишина и наличие большого свободного времени, проведённого в ней.
Шло время, а шаги всё раздавались и раздавались.
— «Видимо в туннеле хорошая акустика».- предположил светодракон.
Однако не успел он сделать такой вывод, как мягкий шум лап сменился на клацанье когтей по холодному камню. Клац-клац. Звучали когти, ударяясь об чёрный угольный пол. Звук завораживал, звук пугал, звук настраивал на нужный тон, распределяя роли, ставя в определённую позицию, загоняя в рамки.
Дракончик поднял голову, чтобы увидеть, кто к нему пришёл. Клац-клац, стучали когти по полу, отдаваясь эхом в комнате и в ушах маленького дракончика.
В комнату вошла она, взрослая, большая, сильная, ядовито-зелёная от кончика рогов до кончика хвоста, королева Отравленных. Гадюка. Ни короны, ни украшений, всё по-деловому, всё для дела. Она нехорошо ухмылялась, не скрывая, что будет получать удовольствие, что ж сказать, она явно была в предвкушении.
Фантомчик сжался на сколько ему позволяли кандалы, из тугих корней.
— Привет, малыш. — Усмехнулась Отравленная, подходя вплотную к Фантомчику, возвышаясь над ним, угрожающе скалясь. — Ты в моей власти, и я сегодня добра и милостива, так как скоро развлечение будет поинтересней, чем разговоры с маленьким выродком. — Она слегка рассмеялась.
«Куда же подевалась та собранная, холодная скала, которую описывал Адонис, пересказывая рассказы копателей? Вот же самый настоящий маньяк, несдержанный, неуравновешенный». Фантомчику было очень страшно быть настолько голым, беззащитным. Единственным светом в этой непроглядной темноте, а самое главное, во власти на голову двинутой правительницы, в лапах врага, был свет от него самого.
А меж тем Королева всё ещё плела свою паутину, обычно резкая и не сдержанная сейчас она забавлялась, играясь с пойманным дракончиком, как котята диких животных, с полевыми грызунами.
— Именно поэтому у тебя есть шанс быстро умереть, без мук… Расскажи пожалуйста что тебе известно про своё племя. Сколько драконов в городе, готовы ли они сражаться, как быстро прибудет основные войска?
У Фантомчика спёрло дыхание, он готов был рассказать, на серых глазках проступили слёзы, но как на зло у него спёрло дыхание. Маленький дракончик не мог выдавить не слово, да и откуда ему знать о армии, если он несколько лет дома родного не видел.
Однако Гадюка была иного мнения. — ОТВЕЧАЙ! -Выкрикнула она, холодным надменным тоном, от которого Фантомчик затрясся в истерике.
— Я… я… Ни знаю… -Выдавил он, превозмогая тугую невидимую стенку что распирала его лёгкие, не давая вырваться ни слову.
— Врёшь, подумай ещё. — Спокойно произнесла Отравленная.-- Да ты мал, но уверенна, ты должен знать. Ваше племя слишком небрежно разшвыривается драгоценной информацией. Если какой то резчик по дереву, смог рассказать о расположении всех городов, то ты просто не отвертишься. Говори.
Гадюка с силой вонзила когти в сгиб крыла, самое уязвимая часть драконов, и этот факт королеве Гадюке был прекрасно известен.
— НО Я ПРАВДА НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ! — верещал малыш от боли.
— Лжец. -когти полоснули дракончика по морде оставляя за собой след из прозрачной как вода жидкости, разве что более густой. Королева Гадюка облизала когти.
— Ты глупец. Мне нужна информация о том как быстро Королева Атолла сможет среагировать? Ответь как она так быстро может из-дворца перебросить войско в город на границе. Ты ведь не глуп, сам понимаешь что не далеко от сюдого ваши земли…
Фантомчик, что тихо всхлипывал и плакал, передёрнулся. Нет, не от боли или новой волны ужаса, а от осознания столь пугающей его ситуации. Конечно, он знал, знал, как и любой Фантомный дракончик, о том, что не было ни для кого секретом, но являлось загадкой для Отравленных. И это знание не должно было достаться им. С другой стороны, город Разщелина был под угрозой… Знают ли соплеменники, что их обнаружили Отравленные? Догадываются ли о скором визите армии Отравленных… Едва ли…
В глазах Отравленной загорелся не хороший огонёк, она с силой вонзила когти в уязвимое место. Фантомчик взвыл, слёзы что и так струились без остановки по его светящийся мордашке но тут потекли с новой силой.
Дракончика замутило…
— Я вижу ты что то понял… Так поделись .-Вкрадчиво приказала Гадюка.
— НИЗНАЮ Я НИЧЕГО! -Заорал Фантомчик.
Боль прекратилась. Королева отпустила Фантомного дракона, чем вызвала стон облегчения у маленькго дракончика, что тихо плакал и всхлипывал, в такт своему дыханию.
— Чтож… Сам виноват… Бумсланг он ваш. Завтра надеюсь ты будешь позговорчивей…
И снова клацанье камня, уже другие менее вызывающие. В комнату входит Отравленный нежно зелёного цвета, со старнным прямоугольной формы мешком, сделанном из древесины и из кожи крокодила, старнного бардового цвета. Отравленный явно в годах, он маленький и дряхлый. Взгляда и прочих деталей увидеть Фантомчику не дают слезы что струятся у него по мордочке.
Страичок кивает королеве и та молча удаляется прочь. — Нус приступим.- Заявляет дракон, открывая мешок, доставая от туда тонкий серебрянный кинжал, явно сделанный Фантомными драконами. — Ты заговоришь, у тебя нет выбора.
Дракон вонзает нож, в крыло и медленно ведёт к уязвимой части. Затем делает несколько не нпаящих движений. Движения у него размерянные, умелые. Затем пртыкает туловище. Небольшой разрез.
— Ничего в голове не пряснилось. Может есть желание поделиться чем то? -Риторически спрашивает Бумсланг.
Дальше из мешка появился небольшой пузырёк, сделанный из того же стекла что и очки на носу Бумслага. Но сейчас Фантомчику всё равно на то откуда у Отравленных что даже металл обрабатывать не умеют, есть умельцы стекольщики, ему просто дико больно.
Содержимое вылелось на раны, вызывая нестерпимое сжение. А затем укус. Укус старого Оравленного дракона, что носит странные очки, и мешок. Послений смертельный укус. На этом конец, его, Фантомчика.
От яда вскипает кровь. Дракон чувствует как наливается болью каждая клеточка его тела. Голова туманиться, мир закручивается в тугую огненную спираль и выварачивается на изнанку. Тело перестаёт слшаться, его больше нет, есть только боль. ТУпая и острая одновременная которая перполняет его ЛЬётся через край, обжигая как расскалённая лава.
Воркуг Фантомчика появляются тени, они кружат вокруг него, у них красные глаза. Дракончика кидает то в жар то в холод. Он не осознаёт где он есть, крики давно отдавались нестерпимой головной болью. А меж тем драконьи Тени его не отпускают, жданослежят своими красными глазами. Он их добыча. Он никуда не денется. Он их навеке.
Всё вокруг крутиться танцует плывёт, в огненном танце, выворачиваясь на изнанку, и возвращаясь обратно. Как будто бы сорвался в пеке на высоте звед, и теперь кувыркаясь несёшься вниз к земле.
Мышцы живут своей жизнью, они горят они напрягаются, принося жгучую боль, не давая сделать новый вдох. В пасть наполняется горьковато липкой субстаницией. Голова куда то рванулась, и эта дрянь стекает куда-то вне дракона. Затем чья та посторонняя сила вливает в него что-то невероятно липокое прохладная. Боль исчезает. Мир гаснет. Мир что и так ни как не освещался. Меркнет, теряет целостность, унося Дракона в тихое мирное небытьё, чтобы чере миг, выкинуть из себя на злобу реальности, но сейчас был лишь тишь и покой сна. Где небыло боли. Где было ничего… Блаженное ничего…
***
После укуса Бумсланг отвернулся. Скольких драконов он видел в этой лихорадке, бьющихся орущих, задыхающихся. Перед их глазами мир начинает жгучими плетями калечить их разум, вырвать раскалёнными когтями их плоть. Драконы под смесью, двух ядов балансируют на тонкой грани между жизнью и смертью, находясь в агонии. Дракону было жаль этого ещё маленького драконёнка, пускай и не из своего племени, жаль за то что он почувствует. Яд ломает сознание, и если после первого раза этот глупыш не предпачтёт смерть, то осле второго он просто сойдёт с ума…
Вдруг ор прекратился, значит появилась пена… Чтож надо спасать иначе Королева будет зла, ей-то драконёнок нужен живым. Бумсланг, поворачивается, к дрожащему в судоргах и бющемуся в канвульсях теле и с силой отворачивает голову на бок.
Драконёнка рвёт…
«Чтож пора наверное заканчивать…» — Мысленно вздыхает Бумсланг, извлекая из чемодана новый пузырёк и фиксируя, крутящуюся пасть орущего, уже не только крики боли, но и какие то бредовые фразы, малыша вливает густую белую жидкость ему в пасть.
Судорги прекращаются. Крики тоже. Тело блаженно раслабляется. Свет, что как сумашедший мигал, становясь то безумно ярким, то совсем тусклым, погас, уступив место скелету дракончика.
Бумсланг, вздохнул. — Ну вот и всё. Надеюсь ты заговоришь…
Он стал убирать в сумку нож и опусташенные склянки, не забыв положить голову драконёнка на бок, зная что за время сна его не один раз ещё стошнит.
«Нет и нет, мне не до смеха,
Нет окна и дверь размыта;
Ведь пытать меня приехал
Сам Великий Инквизитор.
Инквизитор наседает,
Подбирает инструмент;
«Ты скажи мне все, что знаешь, полегчает и тебе».
Он наверное хочет меня открыть
Как простой чемодан, он знает одно,
Даже в самом пустом из самых пустых
Есть двойное дно, есть двойное дно.»
(Эдмунд Мечиславович Шклярский " Инквизитор»)
