Чучело зайца

В преддверии восьмого марта Райнеру последние 10 лет всегда становится немного грустно, но в этот раз ему поднимает настроение мысль о том, что он порадует двух своих будущих коллег ужином в кафе. Анни перевелась в его класс за три года до конца учёбы, а Пик отозвалась на объявление, которое они дали. Теперь они втроём (пока что) находятся на пороге открытия своей курьерской службы. Их город неимоверно мал, за час можно дойти от одной плохо асфальтированной окраины до другой, поэтому здесь нет крупных магазинов. Несколько затёртых продуктовых, малюсенькие ателье, одна парикмахерская. Не то чтобы в 2021 году не было никаких сервисов доставки, но Райнер думает, что их «стартап», как это называет Анни, никому не помешает. Их офис располагается в близлежащем городе, размеры которого значительно превосходят его родной. Одни и те же автобусы, железо которых ржавчина обнимает с каждым годом всё сильнее, стабильно курсируют между двумя населёнными пунктами. Райнер сходит с одной из таких скрипучих махин и замечает девушек, уже стоящих около кафе на противоположной стороне улицы. Он перебегает пешеходный переход под поющий птицей светофор и машет им рукой. — Сам позвал и сам опоздал, — недовольничает Анни, но хлопает его по поднятой ладони. — Ага, и тебе привет. — Мы ждали минут пять всего, не волнуйся, — улыбается ему Пик и тоже хлопает по руке. — За Анни я точно волноваться не буду, — Райнер получает кулаком в плечо и смеётся, открывая дверь кафе, — Заходите. В зале свет приглушён и основная часть освещения идёт через большие окна, что тянутся от пола почти до потолка и прикрыты тонкими занавесками. Вечерний оранжевый свет подогревает гладкую деревянную мебель. Подушки у стульев бледного зелёного цвета. Они садятся у окна за четырёхместный столик, на свободном сидении девушки складывают сумки. Пик берёт меню и начинает с улыбкой его разглядывать, Анни присоединяется. Райнер подпирает подбородок рукой и несколько секунд наблюдает за ними, а потом переводит взгляд на улицу. Люди гуляют с собаками, копятся на остановке. Он рассматривает каждого, и глаза упираются в девушку, держащую в руке чехол со скрипкой. Тоска никак не хочет покидать его все эти годы. Райнер вспоминает слова песни, которые он должен был петь под скрипку Бертольда. Это был седьмой класс, они были такими маленькими. — Райнер, заказывать что-нибудь будешь? — окликает Анни. Он качает головой. — Пока не хочу. — Даже кофе? — Кофе можно, — Райнер виновато улыбается и сцепляет руки на столе. Пик наклоняется к нему: — Ты вдруг грустный. Случилось что-нибудь? — Не то чтобы. Вспомнил просто, неважно. — Бертольда? — Анни не была с ним знакома, но сказала, что поняла, о ком говорил Райнер, когда он решил однажды поделиться. Она училась в параллельном классе и видела Бертольда в школьных коридорах. Потом перевелась из-за проблем с одноклассниками. Или это у одноклассников были с ней проблемы. Райнер не знает, как он умудрился подружиться с такой странной и немногословный девочкой, но теперь они даже вместе открывают своё маленькое дело. И вместе с Пик, конечно. И с другими ребятами, которые скоро присоединятся. — Я могу спросить, что с ним случилось? — Пик может быть такой вежливой и тактичной, в отличие от Анни. Это умиляет Райнера. — Конечно, нам же ещё работать вместе. Будешь знать, почему я каждое восьмое марта сопли пускаю, — с дружелюбной улыбкой начинает Райнер, снова вглядываясь в окно. Девушки со скрипкой там больше не было. — Мы с ним были знакомы с первого класса. Посадили за одной партой, а потом не могли рассадить. До седьмого класса были словно приклеены друг к другу, хотели на концерт восьмого марта номер совместный сделать. И даже сделали, придумали, но за неделю до этого Бертольд пропал. Его мать сказала, что он тогда должен был на автобусе возвращаться из музыкальной школы, но дома так и не появился. Бертольда несколько дней искали. Нашли тело около леса. Лицо изуродовано, куртка была его, ещё несколько сходств нашли, поэтому решили на этом закончить поиски. Райнер на секунду замолчал и нахмурился, — Но я в это не верю. Его родители тоже. Это же только совпадения, никаких прямых доказательств. А если он где-то… Закрыт? И не может выбраться? Или, может, из-за того, что поиски так быстро закончили, он всё-таки мёртв? Тогда это вина полиции, — он перевёл взгляд на Пик, и она смотрела на него с таким волнением, что он понял, что немного забылся. Даже разозлился. — Извини. Я просто считаю это неправильным. — Понимаю, — она погладила его по плечу. — Не представляю, каково вот так потерять друга. — Скучаешь? — неожиданно спросила Анни с противоположного края столика. Она смотрит в окно, глаза бегут вслед за проезжающими машинами. Райнер вздыхает и берёт меню. — Конечно. Но мы здесь не для этого. Пик, ты что выбрала? Райнер не пожалел, что взял то же пирожное, что и Пик. Надо будет запомнить. Мокко, кажется. Вечер шёл своим чередом, они болтали и строили планы, пока освещение в помещении постепенно светлело в ответ на темноту улицы. Неожиданно Пик решительно отставила кружку и спросила: — Райнер, а если тебе сходить к экстрасенсу? — Серьёзно? — одновременно свели брови Анни и Райнер. — А что? Ты сказал, что думаешь об этом каждый год. Почему бы тебе не закрыть гештальт? Я знаю одного. — Почему ты знаешь экстрасенсов? С кем мы связались? — непонятно, шутит ли Анни, лицо у неё как всегда мало эмоциональное. — Не знаю, с кем вы там связались, но я плохого не посоветую. Райнер, я тебе потом скину его сайт. — Я не соглашался. — А я не заставляю. Просто посмотри, — она невинно похлопала в его сторону ресницами и допила чай, продолжая: — Так вот, наш будущий курьер, Порко… __ Райнеру просто интересно, что ему может сказать этот Зик Ксавьер. Он не верит в экстрасенсов, ни капли. Ради интереса он потратил столько денег на один приём, и больше ничего. Ничего, но всё же… Мысль о том, что ему может стать известно что-то о друге, заставляет сердце биться быстрее. Райнер сидит в коридоре и буравит взглядом фикус. Ему немного нервно, как бы он ни пытался себя уверять, что всё это (скорее всего) неправда и, он зря тратит время и деньги. Дверь мягко открывается и из-за неё выглядывает мужчина. — Добрый день. Вы — Райнер Браун? — Добрый день. Да. — Отлично, заходите, — Зик мягко улыбается и кивает внутрь кабинета. Он выглядит… не как экстрасенс. Ничего мистического в нём нет, только странные громоздкие очки. Райнер улыбается — помогают заглядывать в будущее, ага. Он садится на мягкое кресло перед письменным столом, Зик — с противоположной стороны. Райнер осматривается: красные обои, будто бархатные, стенные шкафы, заставленные книгами с разноцветными корешками, под потолком висит какой-то древний абажур. Даже уютно. Из обстановки выбивается только электрический шар с фиолетовыми молниями. Недавно в документалке по телевизору Райнер видел глубоководных светящихся медуз с кучей тонких мерцающих щупалец, шар как раз похож на какую-нибудь такую штуку. — Это ваш гадальный шар? — М? Нет, он для атмосферы. У меня есть вещь получше, — Зик берёт свой мобильный телефон. — Смотрите, сейчас открою приложение, просканирую вас и узнаю всё на свете. Райнер с сомнением оглядывает Зика. Такое возможно? Как-то не по-экстрассенски, да и вообще глупо. — Серьёзно? Зик смеётся и разворачивает телефон экраном к Райнеру. На нём открыта одна из игр жанра «соедини три». — Нет, конечно! А вы поверили? А-та-та, так вас ведь и обвести вокруг пальца недолго. Райнер смущённо смеётся и чешет затылок. — Разнервничался. Кто вас, экстрасенсов, знает. — А вы правы. Интересные они люди. Говорят, что был человек, способный угадать болезнь по запаху из кружки. И это действительно возможно, а ещё с помощью высших сил, представляете, какая мощь! У меня такое не получается, но зато могу так, смотрите сюда и старайтесь не моргать, — Зик поднял руку и постучал пальцем другой по середине ладони. — И всё? — Для вас — да, а мне нужно будет поднапрячься, чтобы считать ауру. Так что ещё будет замечательно, если мы помолчим. Райнер кивнул и уставился на ладонь, стараясь сдерживать улыбку. Теперь ему интересно, что будет дальше. Зик показался ему хорошим человеком с небольшой причудой. Если честно, Райнер представлял себе какого-нибудь темноволосого и напыщенного мужчину с кучей ожерелий и перстней в тёмной комнате, в которой друг друга видно только из-за света свечей. Правда, поверить в призраков или духов, всяких существ из других измерений легче было бы в присутствии как раз такого человека Зик закрыл глаза и начал хмуриться, иногда качая головой и поджимая губы. Вдруг он начал что-то бормотать, Райнеру кажется, что он понимает отдельные слова, но связать их воедино не может. Экстрасенс, не открывая глаза, пишет свободной рукой в блокноте, и Райнер почти забывает, что ему сказали смотреть только на ладонь. Зик открывает глаза и как-то грустно смотрит на блокнот, а потом на него. Райнер с нарастающим интересом ждёт, что тот скажет. И он говорит: — Тяжело, наверное, вот так потерять друга. Несколько секунд Райнер не знает, что сказать. Он- что? — Как вы узнали? — Я же экстрасенс! Это моя работа, знать, зачем ко мне приходят. Райнер кусает губу и поглядывает в занавешенное окно. Теперь не смешно. Теперь немного жутко. — Что ещё вы «прочитали» в моей ауре? — Ваш друг, вокруг него вились звуки. Как будто музыка жила в его сердце, — Зик складывает руки на столе и внимательно смотрит на Райнера, будто сочувствующее. Холодок пробежался по коже, в голове заиграла та самая песня. — Он играл на скрипке. — Ах, скрипка. Замечательный инструмент, который завёл его во тьму. — Это какая-то метафора? — Да, его уже давно нет рядом. Пропал без вести, — Райнер схватился руками за край стола, услышав слова Зика. — Пропал?! — в глазах Зика мелькает замешательство, но он быстро его смаргивает и поправляет очки, — Да, я так и сказал. — То есть его не убивали? — Райнер готов прямо сейчас броситься на поиски, оставив позади этот кабинет, по которому вдруг пустили заряженный электричеством воздух. Зик кидает взгляд на блокнот: — Кровь мне видение не передало. — А где он? Где мне его найти? — Я видел дикий простор и дорогу, он затерялся между деревьев. — Бертольд тогда ехал через лес, там, значит? — Зик мягко улыбается и кивает. — Уже не терпится начать искать? — Я не смогу уснуть, если не пойду сегодня. — Давайте без фанатизма. Уже вечереет, а ещё один пропавший никому не нужен. — Тоже верно. Тогда спасибо вам. — Уходите? — Мне больше ничего не было нужно. — Тогда не за что и до свидания, — когда Райнер был уже у двери, Зик сказал вдогонку. — Удачи в новых начинаниях! — Райнер взглянул на него в последний раз и с задержкой поблагодарил. Новые начинания, что ж. Здесь тоже попал. Нужно будет поблагодарить Пик. Только так, чтобы Анни не узнала. Он так рад, что хочет прыгать. Райнер найдёт Бертольда. __ Райнер Браун, родился 1 августа 1997 года. У Зика день рождения тогда же, забавно. Приём через трое суток в пять часов вечера. Этого времени было достаточно, чтобы разобраться. Страничку в социальной сети удалось легко найти, больше людей с таким именем и датой рождения не было. На фотографии молодой блондин сидит на велосипеде и улыбается в камеру. Последние посты — объявления о поиске сотрудников в новую курьерскую службу и ссылки на сайт. Ничего примечательного. Зик переключился на альбом с фотографиями. Их было относительно немного, он лениво просматривал снимки. В основном на них были изображены дурачащиеся друзья, но одна фотография, выложенная пять лет назад, привлекала его внимание. На ней два ребёнка в школьной форме и с портфелями стояли плечом к плечу и улыбались. Один из них, судя по всему, Райнер. Ниже была небольшая подпись. «Хоть все бросили искать Бертольда пять лет назад, я до сих пор верю, что он жив. Держись, где бы ты ни был». Это и оказалось тем, зачем к нему пришёл Браун. Узнать про пропавшего друга. Неудивительно, с такими расспросами часто приходят к экстрасенсам. Тогда Зик открыл базу данных пропавших детей. Ввёл 2011 год и искал по фотографиям похожее смуглое лицо. Зику было грустно — так много ребят пропадает. Бедняги. Когда чая в кружке оставалось совсем на донышке, Зик наконец-то нашёл нужного мальчика. Бертольд Фубар, 13 лет на момент исчезновения. Должен был самостоятельно доехать до соседнего города на автобусе, но пропал. Район для поисков был обозначен широкий: в двух городах и на шоссе. Особая примета: с собой нёс скрипку. К счастью, собранной информации оказалось вполне достаточно. Только как Райнер отреагировал на слова о пропаже — будто слышал в первый раз. Это выбило Зика из колеи, но он быстро взял себя в руки. Он даже не подумал, что могло произойти что-то ещё. После ухода Райнера он залез в интернет ещё раз и проверил имя ребёнка. Выяснилось, что он считается убитым. Зик ходил по тонкому льду, но всё прошло хорошо. Райнер оказался впечатлительным и не стал обращать внимание на его размытые ответы. Зик снял очки и вздохнул, опускаясь в кресло глубже. Правильно ли он сделал, что дал потенциально ложную надежду? Экстрасенс каждый раз задаётся эти вопросом. Видеть счастливую искру в чужих глазах приятно, но им самим будет больнее, если узнают правду. Что ж, такая у него работа. Будущее не узнать никому, даже такому замечательному экстрасенсу, как Зик.