An Ordinary Man

Джон Ватсон — обычный человек. Он военный врач, три года прослуживший в Афганистане. У него психосоматическая хромота, он ходит к психотерапевту и разочарован в Гарри из-за ее разрыва с Кларой. Шерлок рассказал ему все это вчера в Бартсе, при первой встрече. С тех пор он переехал к Шерлоку, пообедал с Шерлоком и застрелил человека для Шерлока. Рука не дрогнула. Он помнит, как убивал людей в армии, но его воспоминания потеряли реальность. Это — реально. Он спустил курок и по звуку выстрела понял, что отныне сделает все для Шерлока Холмса. Обратного пути не было. Вот кто он: Джон Ватсон. Обычный человек. Обычный человек Шерлока. И вот он снова здесь, дома, на Бейкер-стрит, 221Б. Он устал, ему давно пора спать. До него медленно доходит, что он на самом деле убил человека, — но, возможно, слишком медленно, потому что он не ощущает ни намека на раскаяние. Он просто счастлив, потому что Шерлок жив. Так счастлив, что кладет руки ему на плечи, и когда Шерлок продолжает смотреть на него, Джон притягивает его ближе и целует. Шерлок целует его в ответ, а затем отталкивает.

***

— Зачем ты это сделал? — спрашивает Шерлок. Он в гостиной, стоит на диване. Может, хочет быть выше. Это смешно, ведь он и так выше. Джон... не может вспомнить, какого роста он сам. Невысокий. — Не знаю, — отвечает Джон. Он все еще на кухне, сидит за кухонным столом и держит чашку чая, которую, кажется, собирался выпить. — Тебе не следовало целовать меня, — напряженно говорит Шерлок. Джон хочет утешить его, как-то все исправить, но понятия не имеет, как это сделать. — Тебе надо было, я не знаю, жить со мной и, может быть, помогать мне в работе. Быть моим другом. Вот кем ты должен был стать. У людей они есть. Друзья. Джон прочищает горло. — Мне не нужен парень. — Шерлок делает в сторону Джона какой-то резкий жест. Трудно сказать, что он значит. — Мне не нужен любовник. Ты не должен был быть таким. — Я не гей, — говорит Джон и затем хмурится. Он же не гей, правда? Он обычный человек. Чуть интереснее остальных, спасибо службе в армии и психосоматической хромоте. Но все же обычный человек. — Этого не должно было случиться, — произносит Шерлок, громко вздыхает и спрыгивает с дивана. Джон медленно поднимается. Шерлок подходит к нему, берет чашку чая из рук и касается его лица. Джон неподвижен. Он не считает себя геем, но все-таки только что застрелил для него человека. Уже час ночи, им пора спать, он это знает, потому что врач. Он знает. Но его руки тяжелеют, когда он кладет их на плечи Шерлока. — Что ты делаешь? — спрашивает Джон. — Я не знаю. — Шерлок наклоняется ближе и смотрит ему в глаза, как будто в них есть ключ к разгадке. Или сама загадка, которую нужно разгадать. — Ты плохо себя чувствуешь? — Я в порядке, — говорит он, встречая взгляд Шерлока. Шерлок держит лицо Джона в ладонях. У него теплые пальцы. Джон не может припомнить ничего прекраснее. Он, конечно, помнит, как занимался сексом, помнит, как целовался, но в его воспоминаниях все черно-белое. В отличие от этого. Он наклоняется к Шерлоку. — Нет. — Шерлок останавливает его. — Нет, я... я этого не планировал. — Я убил человека ради тебя, — говорит Джон, и это похоже на признание. — Я знаю, — кивает Шерлок, и в глазах мелькает тень сомнения. — Это... это меня немного удивило, хотя, наверное, я должен был это предвидеть. Но поцелуй... Этого я не ожидал. Нисколько. А затем он опускает руку на плечо Джона и отталкивает его, прежде чем тот успевает среагировать. — Извини, — говорит Шерлок. — Очевидно, это моя вина. — Конечно же нет. — Джон удивленно моргает. Его голос звучит гневно. Он делает глубокий вдох и пытается сосредоточиться. — Это не твоя вина. Я поцеловал тебя. Очевидно, ты этого не хотел, поэтому прошу прощения. Я больше не собираюсь так делать. Если только ты не... — Нам нужно поспать. — говорит Шерлок по пути в гостиную, спиной к Джону. Он останавливается у окна. Джон видит только его затылок. — Тебе надо поспать. Ты выглядишь усталым. — Я не устал, — отвечает Джон и тут же понимает, что устал. — Спокойной ночи, — говорит Шерлок, и это звучит так весомо, что Джон уходит без возражений. Сначала он идет в ванную, смотрит на свои трясущиеся руки, затем моет их, умывается, чистит зубы, выходит в коридор — и обнаруживает, что Шерлок все еще смотрит в окно, не обращая на него внимания. Джон поднимается к себе. Его спальня маленькая и аккуратная. Обычная комната. Ничего особенного в ней нет. Он раздевается до белья и забирается в кровать. Когда Джон засыпает, ему снится странный сон, будто он живет чужой жизнью. Утром Джон обнаруживает Шерлока на кухне. Тот собирает что-то похожее на механическую руку. Шерлок ничего не говорит о поцелуе, поэтому Джон тоже ничего об этом не говорит, и дни текут своим чередом.

***

Жить с Шерлоком Холмсом почти невозможно, и через несколько месяцев Джону кажется, что он всегда жил с Шерлоком Холмсом. Шерлок регулярно будит его посреди ночи — иногда игрой на скрипке, а иногда тем, что заходит в его комнату, садится на кровать и начинает делиться мыслями. Шерлок говорит, что Джон заменяет ему череп на каминной полке, и в такие моменты Джон чувствует себя именно так. Но он не говорит, чтобы Шерлок отвалил. Или говорит, но мягко, и сам себе не верит. Шерлок ему точно не верит. Вероятно, он бы не поверил, даже если бы думал, что Джон говорит серьезно. Но Шерлок знает, что Джон говорит не всерьез, и сам Джон тоже это знает, так что они оба притворяются. В конце концов Шерлок уходит обратно, а Джон проваливается в дрему, и ему снится, что его руки заменили на чужие. Шерлок оставляет еду на столе. Шерлок оставляет открытой дверцу холодильника. Шерлок оставляет горящую сигарету на столике рядом с диваном. Шерлок оставляет пластиковую миску на плите, и Джон хватает ее, уже оплавленную, и заявляет Шерлоку, что собирается съехать. И не съезжает. Он не может вспомнить, какой была его жизнь до Шерлока. Шерлок расхаживает по квартире в грязных туфлях, и Джон кричит на него, а потом моет пол. Шерлок покупает видеоигру и становится от нее зависимым, а Джон ее отбирает, чтобы уговорить Шерлока поужинать и вздремнуть. Шерлок разбивает пульт на части, и Джон покупает новый. Он не понимает, зачем это делает, а просто делает — и иногда замечает, что улыбается себе под нос. Он полагает, что счастлив. Иногда Шерлок пропадает на полдня или дольше, и тогда Джон думает, что, может быть, стоит устроиться на работу. У других есть работа. Но прежде, чем он успевает ее найти, Шерлок возвращается с новым делом: еще одно похищение, или убийство, или что-то ещё, — и в итоге Джон бегает с Шерлоком по Лондону, напуганный до смерти, и чувствует себя живым. Джон не ищет работу. Вместо этого он ходит к миссис Хадсон всякий раз, когда Шерлок исчезает. — Он так долго был один, — говорит как-то миссис Хадсон, когда Джон сидит за ее столом и, уставившись на свою чашку чая. С лимоном. — Хорошо, что он нашел тебя. Джон собирается объяснить ей, что они не вместе, Шерлок и он. Не в этом смысле слова. Однажды они поцеловались. Этого больше не повторилось, хотя на секунду Джон был уверен, что Шерлок собирается ответить на его поцелуй. — Он лучшее, что случилось в моей жизни, — признается Джон. Иногда ему кажется, что его жизнь началась только тогда, когда он встретил Шерлока. — Это ты лучшее, что с ним когда-либо случалось, дорогой, — улыбается миссис Хадсон. — Поверь мне. Джон откашливается, оставляет чай и поднимается к себе. Он все еще там, когда Шерлок приходит домой. Он просматривает газету, пока Шерлок вешает пальто и идет в ванную, прикрывает дверь, но не запирает ее; слышно, как он отливает. Вскоре после этого включается вода. Шерлок принимает душ, а потом возвращается в гостиную голым, с полотенцем, обернутым вокруг головы. Он берет череп, ставит его на кухонный стол, выпивает стакан воды и возвращается в ванную. Джон заставляет себя отвести взгляд. Жить с Шерлоком Холмсом почти невозможно, и Джон наслаждается каждой гребаной секундой этой жизни. Он не знает, что это говорит о нем самом, и потому отказывается об этом думать.