Троллиха с болота

      На следующий день Мира взяла с собой посмотреть отборочные Дафну, а Блейз — Драко. Тот в свою очередь привёл Крэбба и Гойла, а Теодор Нотт пришёл сам. Подружившиеся Панси и Милисента отказались — им не был интересен квиддич. Мира шла на трибуны в форме для квиддича и в защитном снаряжении, чтобы после отборочных сразу пойти тренироваться.       Все на факультете знали, что Маркус обладает феноменальной способностью находить сильных игроков, а потом делать их ещё сильнее. У него было какое-то чутьё, поэтому отборочные длились не очень долго — капитан быстро отсекал неподходящих претендентов. Глядя на испытания, Мира спросила себя, точно ли она хочет в команду Маркуса: «В команде он будет капитаном, а не братом. Пощады действительно не будет… Но я шла к этому и не отступлю в шаге от цели». К концу отбора в команде появился новый вратарь — третьекурсник Грэхэм Монтегю. Он не пропустил ни одного мяча и не жаловался на трудные подачи.       — Поздравляю с приобретением, — просияла Мира, подойдя к брату после испытаний, — выглядело всё действительно сложно. Может, мне тренироваться почаще? Хотя я не представляю, как это осуществить…       Мира в самом деле лишь делала зарядку утром и вечером и летала по выходным. Точнее, дома она летала почти каждый день, но в Хогвартсе не могла позволить себе такой роскоши — задавали много заданий, так что в её планах были полёты только в свободные дни. И то не на поле, потому что оно всё время было занято тренирующимися командами.       — Спасибо, — улыбнулся Маркус. — Неплохой вратарь. Кстати, учти, что Деррек тоже будет тренироваться активнее. А чтобы тренироваться чаще, тебе нужно просто делать уроки в тот же день, когда их задали.       — В общем, это невозможно, я тебя поняла, — усмехнулась девочка, которая никак не могла перестать делать всё в последний день.       — Постарайся, это не так сложно. Держи метлу, — сказал брат, после чего ушёл в сторону душевых.       Мира вернулась к первокурсникам-слизеринцам, держа в руках «Нимбус-1500», который брат выдал ей для тренировки. Мире нельзя было привезти свою метлу, а школьные никуда не годились. Маркус не сомневался, что может доверить сестре своё сокровище, а ей нужно было летать. Попрощавшись с друзьями, Мира взлетела и через несколько секунд исчезла из поля зрения.       Ощущение полёта опьяняло, и девочка засмеялась. Неделя без ветра, развевающего волосы, показалась вечностью. Мира долетела до Чёрного Озера и спикировала, выровняв полёт лишь у самой воды, в которую опустила руку. Девочка поднялась повыше и встала ногами на метлу. Маркус считал, что всё, что можно делать на метле и использовать в игре, нужно уметь. Мире не очень хорошо удавалась эта позиция, поэтому она решила практиковать её над водой. «В воду падать не хочется, значит над ней я буду упражняться продуктивнее, чем над землёй. Если упаду, придётся плавать, да и мокрой летать тяжелее и холоднее», — решила она. Ближайший час она практиковала только эту позицию, после чего подлетела к земле. Она тренировала позиции и связки ещё пару часов, а потом вернулась в замок. Войдя в комнату, девочка не обнаружила соседок и ушла в душ.       Со вторника начинались уроки полётов. Внушительная часть первокурсников во всеуслышание рассказывала безумные истории об удивительных спасениях от столкновения с вертолётами, дельтапланами или птицами. Последний вариант был для тех, кто поскромнее. Мире не было интересно хвастаться, а Блейз очень веселился, рассказывая дикие и неправдоподобные истории: — Лечу я на своём «Нимбусе-2001», да-да, я знаю, что он выходит только в следующем году, но мне подарил его производитель, мы с ним друзья вот уже пятнадцать лет. Что значит, мне только одиннадцать? Так он просто предвидел моё рождение! Он известный пророк, разве вы не знали? Так вот, лечу я на своём «Нимбусе» и вдруг вижу дракона! Заткнись, Нотт, он сбежал из заповедника! Да, из Румынии! И почему же он не мог долететь до нас? Что ему помешает, а, Паркинсон? В общем, летит на меня дракон. А дышит не огнём, а водой! Это секретная разработка! Много ты в драконах понимаешь, Малфой! Видел фонтан «Дракон» в заповеднике? Они просто решили сделать такого же, только настоящего! Да, я там был, Малфой. Не буду я тебе ничего доказывать, дай историю рассказать! Итак, летит на меня дракон и плюётся! Ну я ему как дал ногой по морде, а он её взял и откусил! Нотт, не перебивай, мне её пришили! Но я не испугался, и несмотря на ужасающую боль, схватил свою ногу и вырвал её из цепких зубов дракона! И полетел в Мунго! А дракона так и не поймали!       Дети почему-то верили, что Блейз пытается их обмануть, и злились на него. Мира покатывалась со смеху и не понимала, как Забини удерживает бесстрастное выражение на лице.       Лаванда говорила, что в львятнике тоже рассказывают нелепые истории.       — Уизли твердит каждому, кто готов слушать, как взял у старшего брата метлу и чудом избежал встречи с дельтапланом, — скептически говорила она, — а Финниган рассказывает вполне правдоподобные истории. Например, несколько лет назад он на лету поймал выпавшего из гнезда птенца и отнёс его обратно. Представляешь?       — Да, наверное, такое возможно, ловцы ведь ловят снитч, а тут всего лишь птенец, — согласилась Мира, хотя не очень верила всем этим байкам.       — Правильно! Он не врёт, как все эти дураки. Кто вообще верит в их выдумки?       Лаванда не была глупой, хотя так и могло показаться из-за её увлечений. Кроме сплетен и журналов, она всё же интересовалась зельеварением и гербологией, хорошо разбиралась в астрономии и в целом была адекватным человеком, просто нужно было узнать её получше. А вот её подруга Мире не нравилась. В отличие от Браун, Парвати при ближайшем рассмотрении оставалась такой же, как при первом впечатлении — пустоголовой сплетницей.       После беседы с гриффиндоркой, Мира встретилась с Гарри, Невиллом и Гермионой. Поттер переживал и боялся опозориться на уроке полётов, и Мира как могла заверяла его, что всё пройдёт хорошо.       — Ты же не один никогда не летал! И это совсем просто! Никто не потребует от тебя сложных приёмов на первом же занятии, нужно будет просто взлететь, мне Маркус сказал, — заверяла она.       — Лично я вряд ли смогу даже взлететь, — уныло проговорил Невилл.       — Всё ты сможешь. И ты, Гарри, тоже. Просто не нужно волноваться. Просто садишься на метлу и поднимаешься вверх! Висишь пару секунд и опускаешься, ничего сложного, даже с места двигаться не надо.       — Легко сказать… Это ты с детства летаешь, а меня бабушка к метле и близко не подпускала…       — А я вообще метлой только подметал…       — Я тоже, Гарри. Ты не один жил в семье магглов! А твой отец играл в квиддич, это у тебя в крови! — поддержала Гермиона, — и Невилл, ты же справляешься с ядовитыми растениями! Метла точно проще! Кстати, я тут почитала про полёты… — Грейнджер начала объяснять теорию, Гарри и Невилл жадно слушали.       Когда она закончила, Мира сказала:       — Вот увидите, у вас всё получится. И Гарри, Невилл, никто не будет смеяться, если у кого-то не получится. На вашем факультете все только поддержат, а воронам вообще плевать. Правда, Гермиона?       — Да, каждый будет думать только о себе.       Наконец наступил вторник. Слизеринцы пришли на поле первыми, но вскоре появились и гриффиндорцы. Мира вспоминала рассказы Маркуса о неисправных школьных мётлах. «Почему всем плевать? Да, первокурсники на уроках не поднимаются очень высоко, но получается, что если у тебя нет денег на собственную метлу, то ты не сможешь играть за команду своего факультета, каким бы талантливым ни был?» — Мира знала, что если у участника сборной нет своей метлы, то ему выдают школьную, но на ней совершенно невозможно играть. Исключением в книгах был Гарри, и то не факт. Неизвестно, на чьи деньги был куплен его «Нимбус» — ключ ведь у Дамблдора, может, директор просто взял на себя ответственность и купил метлу вместо Поттера, но на его деньги.       — Ну и чего вы ждёте?! — раздался грубый голос профессора, — каждый встаёт напротив метлы — давайте, пошевеливайтесь.       Метла, доставшаяся Мире, не шла ни в какое сравнение с той, что девочка оставила дома.       — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Хуч, встав перед строем, — и скажите: «Вверх!»       — Вверх! — крикнуло двадцать голосов.       Метла Миры влетела ей в руку, у Драко был тот же результат, но многим повезло куда меньше. Метла Блейза дёрнулась, но тут же упала на землю, правда со второй попытки у Забини тоже всё получилось. Метла Уизли билась в конвульсиях, у Парвати не было никакого результата, зато Финнигану удалось поднять свою. У слизеринцев тоже было не всё гладко. После первой проваленной попытки Милисента даже не попробовала ещё раз, Дафна никак не могла заставить метлу дотянуться до руки, хотя у неё почти получалось, однако Панси и Тео держали свои мётлы в руках. Мадам Хуч показала первокурсникам, как правильно сидеть на метле, а потом, пройдя вдоль шеренги, сообщила Драко, что он неправильно держит метлу.       — Но я летаю не первый год! — с обидой возразил блондин.       — В таком случае вы неправильно летали все эти годы, Малфой.       Мира держала метлу, как показала профессор, хотя обычно летала не так. Маркус объяснял ей, что главное — не сорваться и чтобы было удобно, а как ты этого добиваешься — твоё дело. И девочка со своим хватом падала с метлы лишь несколько раз, очень давно, когда только училась летать.       Урок прошёл спокойно, только Малфой и Уизли периодически обменивались оскорблениями. После занятия Мира возвращалась в замок в компании Блейза, Лаванды, Парвати, Симуса, Драко и Крэбба с Гойлом. Малфой презрительно кривился, глядя на гриффиндорцев, но, не получив никакой реакции, перестал и остаток пути просто игнорировал их.       Следующими уроками были защита от тёмных искусств и история магии, на которой Мира и Блейз тренировали невербальный люмос. Свет не появлялся, но Мира чувствовала большее тепло, когда произносила про себя заклинание, чем когда просто держала палочку. У Забини были схожие ощущения. В основном ученики спали или тупо смотрели в одну точку на уроках профессора Бинса, но некоторые не тратили время впустую и писали эссе для других предметов. Призрак не отмечал присутствующих, и Мира подумала, что на его уроки можно и не ходить, проводя время в заброшенных классах. Там хотя бы можно было говорить вслух, и это было бы куда продуктивнее, чем пытаться отрабатывать невербальные заклинания в первый год обучения, хотя их проходят на старших курсах. Мира помнила напутствие родителей — не пытаться освоить слишком сложные чары, но на истории магии было слишком сложно.       После уроков Мира, Гарри, Гермиона, Невилл, Блейз и прибившийся к ним Драко пошли к Чёрному Озеру и сели под бук, растущий на берегу. Гермиона продемонстрировала банку с симпатичным огнём цвета морской волны.       — Красивый, — заметил Забини.       Невилл рассказал, как сорвался с метлы на уроке полётов и попал в больничное крыло, после чего достал из кармана шар с красным дымом внутри, который ему вернул Гарри после занятия.       — Ну вот, опять я что-то забыл, — расстроено заметил он.       — Заведи ежедневник, — посоветовала Грейнджер, — и записывай туда всё, что нужно сделать.       — Точно! Как я сам не догадался? Спасибо, Гермиона! — просиял Невилл, — только главное не забыть…       Драко достал конфеты, которые ему прислала мать, и угостил всех. Поедая сладости, дети начали обсуждать преподавателей, и когда речь зашла о Квиррелле, Блейз заметил, что его уроки абсолютно бесполезны, и лучше прочитать учебник, чем продираться через заикания профессора и делать вдох раз в минуту, избегая запаха чеснока.       — А это между прочим всего шестьдесят раз за урок!       — Действительно, может, лучше, в самом деле, читать учебник, а вместо этих уроков заниматься чем-то полезным? Например, зельями или чарами, — согласилась Мира.       — Ты шутишь? Нельзя прогуливать уроки! — удивилась Грейнджер.       — Почему? Если они бесполезны! — ответил Блейз.       — Вы серьёзно? — спросил Невилл.       — А я бы тоже поменял эти бесполезные часы на что-то более интересное, — оповестил Драко.       — Вы шутите?! Так же нельзя! Он же снимет баллы! Или назначит отработки!       — Ничего он не сделает, кишка тонка, — уверял Блейз.       — Блейз, ты же говоришь об учителе!       — Как часто я слышу эту фразу…       — Вы же в курсе, что Квиррелл раньше вёл маггловедение? Я попрошу брата спросить тех, кто к нему ходил, снимает ли он баллы за прогулы. Тогда и решим.       — Лично я в любом случае не буду прогуливать! — отрезала Гермиона.       — Тогда трать свой потенциал на его уроках, но ты потеряешь целых два часа в неделю, которые могла бы потратить на трансфигурацию или книги, — обратился к ней Забини.       На лице девочки появилась тень сомнения.       — Но это неправильно…       — Гарри, Невилл, вы как?       — Я не уверен, что смогу заниматься самостоятельно по учебнику, — отозвался Поттер.       — Да, я тоже… — поддержал второй.       — Это отказ? Если что, мы вам поможем, — сказала Мира.       — Если вы поможете и если Квиррелл за это правда ничего не сделает, то может быть…       — Я не уверен… Мне надо спросить у бабушки.       — Лонгботтом, ты когда с метлы падал, головой ударился?! А если она расскажет вашей Спраут или Снейпу?! Они же с нас шкуры спустят!       — Ой… Ну ладно, тогда я подумаю сам… Но это же всё ещё не точно… — пробормотал Невилл.       К замку пошли за полчаса до отбоя, но на середине пути Невилл вспомнил, что забыл напоминалку под деревом. Он побежал обратно, а остальные ждали его на месте. В итоге до Хогвартса дошли, когда до комендантского часа оставалось пять минут, и с превеликим ужасом обнаружили, что главная дверь уже закрыта. Дети побежали в сторону теплиц, надеясь, что смогут попасть в школу через другой вход. Им повезло, и ребята забежали в замок, но тут же встретились с новой неприятностью — миссис Норрис. Дети кинулись в первый попавшийся коридор, который привёл их к лестнице. Немного отдышавшись, они услышали шаркающие шаги завхоза и тут же побежали вверх. Они неслись, куда глаза глядят, пока не наткнулись на кабинет заклинаний, миновав потайной проход, закрытый гобеленом.       — Кажется, оторвались, — прошептал Драко и Мира было обрадовалась, но тут из класса вылетел Пивз.       Полтергейст взвизгнул от восторга, увидев нарушителей. Внезапно для всех Блейз удивительно серьёзным и даже устрашающим тоном сказал:       — Если ты сейчас позовёшь Филча, то я позову Кровавого Барона, Пивз. Ты понял меня?       Пивз разочарованно кивнул и полетел прочь, напоследок стукнув Невилла по голове.       Дети облегчённо выдохнули и пошли по коридору, но не успели пройти и десяти шагов, как услышали голос:       — Принюхайся хорошенько, они где-то здесь.       Застонав, ребята побежали по коридору, но оказались в тупике. Точнее, в конце была дверь, но она была заперта.       — Ну-ка подвиньтесь, — резко скомандовала Гермиона. Она вырвала из рук Гарри волшебную палочку, — алохомора!       Дети ворвались в комнату и захлопнули за собой дверь. Раздался рваный вдох. Это Мира увидела гигантского трёхглавого пса.       — О, Мордред! Цербер. Передайте Маркусу и родителям, что я их любила.       — Мира, что ты… — Гермиона повернулась и её глаза расширились от испуга.       На конце палочки Блейза появился свет, и пёс зарычал.       — Ой! Извините, я случайно. Он же не сожрёт нас теперь? — испуганно выдавил Забини.       — Он на цепи. Вопрос только в том, хватит ли её, чтобы дотянуться до нас…— прошептал Гарри.       — Блейз, у тебя получилось! Невербальный люмос!       — Я сейчас как-то не очень этому рад… Нокс.       Свет погас, рычание стихло, и дети услышали удаляющиеся шаги. Подождав минуту, они вышли из комнаты и заперли её.       — Вы заметили? — возбуждённо спросила Мира.       — Что? — спросил Гарри.       — Он… Он стоял на люке, — сглотнув, произнесла Гермиона.       — Он что-то охраняет.       — Кто вообще додумался притащить в школу цербера?! Когда мой отец узнает об этом…       — Дамблдор. Помните, он говорил об этом первого сентября, — ответила Гермиона.       — Невилл, ты в порядке? — спросил Блейз.       Лонгботтом отрицательно покачал головой, не говоря ни слова.       — Я, наверно, пойду спать… — сказала Грейнджер, — уже поздно.       Дети направились к выходу из коридора, где попрощались с Грейнджер. На первом этаже отделились Гарри и Невилл, а Мира, Драко и Блейз пошли в подземелья.