Сделай мир лучше

Любовь — как фейерверк. Сначала просто спит, Пока его запал никто не подпалит. Как порох вспыхнет страсть, похожая на взрыв, И темп любви задаст, добавит ей порыв: Любви боекомплект с ракетой ввысь летит, Взорвавшись в вышине, он небо расцветит, И тысячью огней как шапкою накрыв, Порадует людей, их счастьем наградив, Любовь — как фейерверк! Погаснут огоньки, дотла заряд сгорит, Другой помчится вверх, когда судьба велит, Он вновь взорвется там, кометою проплыв, Поднимет шум и гам, всё небо озарив, И новых чувств заряд нам также подарит, Любовь — как фейерверк! В.Евсеев (отношения Каччана и Хофу)

Через два дня от усталости не осталось и следа… А сегодня пошёл майский дождь. Изуку и Хофу проснулись в одно время и выглянули в свои окна. Небо, которое недавно ещё было совершенно безоблачным, стало чёрным от надвигавшихся туч. Воздух смещал взгляд прозрачными наслоениями, окруженный тьмой со всех сторон; тотчас родился запах долгожданной прохлады, подул порывистый сильный ветер, где-то вдалеке вспыхнули изгибы молний, зарокотал гром, предвещая грозу. Пока студенты собирались в академию, пошёл ливень, соединяя с дождевым привкусом небо, землю, асфальт, дома, омыл всё, что было перед глазами и преобразилось теперь под низким грозовым небом после знойных дней. Хофуку, застёгивая пуговицы кипельно-белой рубашки, одиноко вздохнула: она опять осталась одна; кажется, Шигараки до сих пор пребывал в злодейском убежище, что не удивительно. Девушка распахнула настежь окно, с упоением плювиофила* вдыхая запах мокрого асфальта, напоённой земли и слушая ровный шум ливня и бесчисленные удары дождевых капель об оконное стекло. Они вызвали мысли о тепле, и ей тепло, уютно, спокойно. В разорванных тучах ровный тёплый свет дня ворвался как сквозь тоннель с иссиня-грязными стенами, блеснула радуга, соединяющая небо и землю. Несмотря на неутихающий дождь, свежий и радостный солнечный свет струился вовсю, рассекая грозовые тучи. «Лишь бы не опоздать…» — подумала крылатая, очнувшись от прелести природы. Вдруг тело пронзила резкая боль. В последнее время она начала испытывать присутствие внутри демонической сущности всё чаще — та её побеждала, и в самый неподходящий момент у девушки начинали удлиняться клыки и когти и вырастать рога, по всему телу появлялось чёрное оперение, а крылья увеличивались в размере. Сегодня она в который раз боролась с этим. Но была ещё одна причина её боли… Бакуго. Раньше она любила начинать своё утро с чашечки ванильного латте, но теперь её утро начинается с того, что она просыпается от приступа кашля и выплёвывает в раковину кровавые лепестки камелии. Как иронично: она влюбилась в самого невыносимого парня из класса А — Кацуки Бакуго, который ненавидит, но любит её. Демону нельзя, категорически нельзя быть с человеком, вот она и страдает. С вымученным стоном она съехала вниз по стенке. «Ты заставил цветы расти в моих чёрных лёгких. Это, конечно, красиво… Но я не могу дышать.» Вновь выплюнув лепестки и заставив перья на руках, плечах и шее убраться поглубже, Хофу наспех заплела свои непослушные волосы в две длинные плотные косы и мотнула головой, откидывая их кисточки за спину. Её персиковые курчавые пряди пушились после каждого использования шампуня. На голове у Хофу был настоящий взрыв завитков, и сколько бы она их ни расчёсывала, к вечеру локоны длиной до пояса превращались в один сплошной колтун, из которого невозможно было не вырвать пару прядей при расчесывании. Она с грустной улыбкой посмотрела на себя в зеркало. Навевает воспоминания. Словно оказалась в своём детстве. В последний раз она делала себе такую причёску в младшей школе. Тогда они ещё учились вместе с Кацуки и Изуку в одном классе, она защищала Мидорию от нападок Бакуго, от чего нередко сама получала нехилый нагоняй. И всё-таки не унывала. А теперь взаимная неприязнь парней превратилась в настоящее противостояние и было непонятно, чем оно закончится. Вряд ли чем-то хорошим…

********

… — Блин, только утро, а я уже выдохся… — Изуку через силу плёлся по дороге. Шорох птичьих перьев рядом — это его лучшая подруга. Они ускорили шаг, направляясь к воротам Юэй. Город перед ними открывался безупречно чистым и пустынным. Сверкали текущие по улице потоки воды, настоящие ручьи, и сам воздух словно наполнялся жёлтой солнечной мозаикой. Ребят чуть не сбил с ног Тенья, несущийся вперёд в дождевике и резиновых сапогах. — Опаздываем же, поторопитесь! Доброе утро, Мидория, Шигараки! — Ещё пять минут до начала, нет?.. —Удивился Изуку. — Ученики Юэй должны успевать за десять минут до начала!

********

Изуку нервно выдохнул, стоя перед дверью в кабинет 1-А класса. Сегодня он наконец пересечёт черту, разделяющую его с друзьями. Ну, понеслась. Парень зашёл в кабинет и робко приблизился к учителю. — Внимание, класс, — привлекая внимание учеников, воскликнул Сотриголова. — Как вам вчера сообщили, у нас переведённый с общеобразовательного факультета ученик. С этого дня он будет учиться вместе с вами. — Деку потупил глаза, рассматривая царапины на полу. На него с любопытством смотрел весь класс. Как же он не любил подобное пристальное внимание. Почему он так волнуется? Изуку написал на доске иероглифы своего имени, представился, и, дождавшись разрешения, сел за единственную свободную парту в самом конце класса, вздохнув с облегчением. Надо признать, всё же это было не так страшно, как он ожидал. Он начал разглядывать новых одноклассников. — Аизава-сенсей, рада видеть вас без бинтов по всему лицу! — Воскликнула добродушная девочка-лягушка. Точно, зеленоволосый помнит её: она вместе с ним, Минетой и Мисаки защищала водный блок в USJ! — Да, эта старушка перестаралась с лечением… Ладно, сегодня классный час…будет немного особенным. По классу перекатился возглас непонимания. — «Особенный»? Неужели тест?! Боже, прошу, не надо! — Взмолился Каминари. Но не только Денки был недоволен. Эйджиро, сидящий за ним, недовольно буркнул: — Вроде только с отдыха… Я уже ненавижу учёбу, небось опять эти законы про героев учить… — Да не парься, Эйджи-кун, — равнодушно протянула Хофу. — Мы вряд ли будем сегодня учить или писать что-то… Предчувствие у меня такое. Забей. — (А предчувствие у демона-то не врёт!) Парень, уже более весёлый, усмехнулся. — Мне бы твой пофигизм! Кацуки косо посмотрел на этих двоих. Интересно, существовал ли парень, к которому блондин не ревновал свою новоиспечённую девушку? Конечно, он не спрашивал, хочет ли Хофу быть его девушкой или нет. Не было никакого официального предложения, нет. С этим парнем не всё так просто. Фактически, они начали встречаться после того поцелуя на Спортивном фестивале. После некоторого молчания Сотриголова с сонным видом продолжил начатую им мысль: — Пора придумать ваши кодовые геройские имена! Теперь все ликовали от радости. … — Это связано с предложениями от профессионалов. Эти предложения будут иметь значение лишь когда у вас появится опыт и боевые навыки, которые будут оцениваться во второй и третий год обучения. Другими словами, предложения, которые имеются сейчас, просто отражают ваш возможный потенциал. А интерес ко времени вашего выпуска может угаснуть… Значит надо воспринимать эти предложения как личные достижения! Вот их график. —Аизава указал рукой на доску, на которой были написаны иероглифы имён тех, кем заинтересовались про-герои, и количество поступивших предложений. Кроме Тодороки, Бакуго, и, на худой конец, Шигараки, у остальных был категорически низкий рейтинг. — Основываясь на этом, не важно, получили вы предложение или нет… Все вы получите практический опыт на «месте работы». И, конечно, имена, которые вы выбираете сейчас, можно заменить… Но лучше выбрать основное имя сразу. Иначе это будет настоящий ад! В класс ворвалась Каяма-сенсей. — Имена, которые вы возьмёте сейчас — это имена, под которыми вас будет знать весь мир! Держите это в голове на пути становления профессионалами! Шота тут же пояснил её внезапное появление: — Госпожа Полночь будет заниматься оцениванием ваших имён. Помните, всё сводится к тому, что «как корабль назовёшь, так он и поплывёт». Прошло пятнадцать минут. Немури попросила тех, кто уже придумал своё имя, выйти к доске и представиться классу. В итоге, сперва только у Асуи и Эйджиро оказались адекватные псевдонимы. Дальше подтянулись все остальные. — Человек-хвост! — Человек-сахар! — Наушный разъём! — Электрозума! Изуку окликнул лучшую подругу. — Эй, Хофу-тян! Ещё не придумала геройское имя? — Не-а, — посреди бушующего класса её холодное спокойствие казалось пугающим. — Ничего путного в голову не лезет. — У меня тоже так… — Парнишка терялся, видя уверенность новых одноклассников. — Я придумывал миллионы имён, похожих на имя Всесильного, и был ими доволен. Но сейчас…я перечитываю их и понимаю, что не могу и думать о том, чтобы взять одно из них. Девушка ободряюще посмотрела на друга. — Не теряй надежды! Я уверена, что ты найдёшь себе классное геройское имя! … — Уравити! — Ого, цепляет, звучит — то, что надо! … — Целитель! — А почему не «Исцеляющий мальчик», м? … — Король Взрывокиллер! — Эм… может, придумаешь что-то другое? Бакуго взорвался от ярости. — Как насчёт Пукан-Бомбукан?! — Эйджиро хохотнул. Рядом еле сдерживала подступающий к горлу смешок крылатая девушка. Боже, сидеть неподалёку от этого красновласого заводилы да ещё в придачу живого электрошокера — это как купить себе билет на стенд-ап шоу в первом ряду. — Ками-сама, благослови душу Киришимы! — Сквозь смех выпалила она. Полночь угомонила студентов. — Вышло даже лучше, чем я ожидала! Остались только Бакуго с переосмысленным именем, Иида, Мидория и Шигараки. Иида изначально хотел взять геройское имя своего брата, Тенсея, который, будучи при смерти, попросил его перенять его геройское дело; но он не решился и написал «Тенья». Мидория придал своему обидному ранее прозвищу новое значение и стал гордо зваться «Деку». Хофуку думала, как совместить в геройском имени её возможность летать, создавать предметы и красть причуды, но в итоге улыбнулась и забила на это бесполезное дело, выведя на табличке «Тсубаса» («翼 — крылья»), с пояснением ниже: «Героиня, созидающая и копирующая на лету». …Кацуки продолжал бесноваться. — Тогда «Барон Взрывокиллер»! — Нет, это тоже не пойдёт!.. …После звонка Изуку оказался окружён целой толпой людей. Он даже успел познакомиться с несколькими приветливыми студентами. — Ты ведь учился в 1-С, верно? — Чувак, ты крут! — Клёво выступил на фестивале!..

********

Спустя неделю. — Вы отправляетесь на практику сроком в неделю… И ваш выбор очень важен. — Аизава окинул 1-А класс серьёзным взглядом. — Тем, кому поступили предложения, я выдам индивидуальные списки, выберете из них. Остальным я выдам список из 40 национальных агенств героев. — Большинство студентов получили идентичные листки, внимательно изучая их содержимое. — Их область деятельности и специальность варьируются, поэтому выбирайте тщательно! Жду ваших решений после выходных! К Деку вдруг подошёл Всемогущий, и у парнишки затряслись коленки. — Для тебя поступило предложение. — Что? Правда? — Да, и имя человека, сделавшего его… Гран Торино. Один год он преподавал в Юэй, и он был моим классным руководителем. «Ого, кто-то захотел взять меня в команду, это так здорово!» Яги трясло: он объяснил, что этот человек, давно покинувший геройский пост, очень суров. — О, совсем забыл! — Он хлопнул себя по лбу. — Твой костюм! Пришла та часть, которую смогли восстановить! — С-спасибо Вам! «Герой, которого побаивается сам Всесильный! Гран Торино… я даже имени его не слышал, но я уверен: он потрясающий человек!» …Начало практики. Вокруг Аизавы столпились студенты 1-A с чемоданами, на которых были написаны номера учащихся. — Все взяли свои костюмы? В обещственных местах вам запрещено надевать их, так что не потеряйте! А теперь, за дело! …— Не могу дождаться! — Ты идёшь в Кьюшу? Оно в той стороне!.. … — Эй, Иида! — Деку коснулся плеча друга. — Мы слышали, что случилось с твоим братом, в новостях после фестиваля. …Когда Убийца Героев закончил своё дело, он исчез… словно призрак. — Он убил 17 героев и сделал инвалидами ещё 23… И его имя было Пятно. Хофуку нахмурилась. — Но Иида ничего нам не сказал… — Знай, если тебе тяжело, ты всегда можешь поговорить с нами. Для этого ведь и есть друзья. Тенья понурил голову. — …Я каждый раз вспоминаю тот день и жалею о том, чего не сделал. Мидория пришёл на практику по нужному адресу, зашёл в заброшенное здание с потрескавшимся потолком и стенами и обнаружил там… деда. Гран Торино. Странный он человек… Сначала упал на банку кетчупа и гору сосисок, потом впал в маразм, а после заставил беспричудного парня драться с ним. Старик заинтересовался Деку, увидев его выступление на Спортивном фестивале, и спросил, откуда у него сила Всемогущего. — Ну, понимаете… я ей не обладаю, мне её временно передала моя подруга… — Не важно, сынок, не важно! От тебя исходит потрясающая геройская аура! Ну-ка, давай, ударь меня! Гран Торино смог объяснить парню, что его чувство долга к Всесильному стало ему обузой, оковами. И что он дерьмово использовал причуду на спортфесте. Дед сказал многие вещи, о которых сам Изуку и не подумал бы, научил его быть более гибким и сообразительным. В это время Иида, пребывавший на практике в Хосю, каждой клеткой своего тела желал возмездия Пятну.

*******

…— Ага… Так это вы, ублюдки, напали на Юэй?! — Акагуро медленно зашёл в бар-штаб Лиги Злодеев. — И вы хотите взять меня… В свою маленькую шайку! За барной стойкой с самым непринуждённым видом сидела крылатая злодейка, перекинув ногу за ногу. Она была не той Хофу, которая училась в Юэй и состояла в клубе помощи: сейчас она выглядела зловеще и устрашающе. На ней снова был тёмный плащ до пола, чёрно-белый шарф в полоску, чёрно-белая маска, меняющая эмоции, и острые как ножи когти на руках, которые и являются её основным орудием убийства, а также способом перемещения по высоким зданиям. Его бы узнали из миллиона — шарф, красный от крови, и ножи, развешанные по всему телу. — Да, если можно. — Она хмыкнула. — Ты для нас, криминальных сошек, ценный сенпай. — В чём ваша цель? — Прямо и сухо спросил Чизоме. — Главным образом, мы хотим расправиться с Всесильным. — Лениво протянула девушка. — А потом размазать всех, кто нам не понравится. — Меня убедили, что я не пожалею, — недовольно процедил Пятно. — Ты… Ты одна из тех, кого я ненавижу больше всех! — Что?.. — Думаешь, я собираюсь нянчиться с психованной демоницей? Зачем нужна жажда крови без веской причины? … — Мы пригласили этого человека для роста Шигараки Хофуку, которую сейчас ведёт только импульс к уничтожению. — Подал голос Курогири, следивший за обстановкой. — Сенсей, мне их остановить?.. Голос из экрана телевизора ответил: — Оставь как есть! Если я сам скажу ей все ответы, то они ничего не будут значить! Но если она сама об этом задумается…то продвинется вперёд. — Чтобы добиться хоть чего-нибудь… — Начал Акагуро. — Тебе нужно кредо, разум! Те слабаки, которые им не обладают — просто отбросы. Ты слаба, потому что тебе не хватает убеждённости. — Он ранил Хофуку и пригвоздил своими ножами к полу. Её чёрно-белая маска поменяла улыбку на удивлённо-яростный оскал. — Вот поэтому ты сдохнешь. — Слишком силён… Вот дерьмо! — Прошептала в маску девушка. — Курогири, отправляй его обратно! — Моё тело не двигается! — Вскричал Чёрный туман. — Наверное, это из-за его причуды… — Слово «герой» потеряло своё значение, в этом обществе полно фальшивок!.. И даже злодеи, что бесцельно тратят свои причуды…заслуживают кары! — Притормози. — Кагекао смело взялся за рукоять одного из мечей. Маска снова улыбалась. — Эта рука… ты не можешь. Ты ужасно болтлив. Цель? Кредо? Хах, нет у меня таких высоких качеств… Но если я обязана ответить… То это Всесильный. Я разрушу общество, где правят отбросы… — О да, и отправим его в пекло! Вот о чём я и думал! Заинтригованный, Пятно понял, что они оба согласны уничтожить настоящее. Он ослабил хватку, и Кагекао болезненно вытянулся во весь рост, скривив рот маски. — Ух, прямо по свежим шрамам вмазал!.. А ведь у нас в пати нет хиллера. — Я понял смысл твоей жизни. Видимо, наши цели противоположны, но… Мне интересно, чем это обернётся. Я отложу расправу над тобой, пока не увижу в деле. — Уходи. — Сухо потребовала Хофуку. — Ладно, условности улажены, а теперь верните меня в Хосю! …Я напал на тебя, чтобы проверить твои мотивы, масколицый. — Пояснил убеждённый злодей. — Противно представить, что такой чудак будет в Лиге… — Хофу-сан, — Курогири успокоил злодейку, разъярённо смотревшую на закрывающийся портал. — Если он будет в наших рядах, то боевая мощь группы непременно возрастёт! Переговоры прошли удачно!

********

…Изуку в это время ехал после изнурительных тренировок с Гран Торино в Сибую. Иида пытался преодолеть свою зашкаливающую ненависть к Пятну, чтобы не превратиться из героя в линчевателя, вершашего самосуд.

********

…Кагекао и Курогири последовали за Пятном. — Хосю… На удивление процветающее местечко. — Что ты собираешься там делать? — Я переделаю этот город, а для этого нужно больше…жертв. Пока общество не поймёт ошибку, которую натворило… Я буду появляться вновь и вновь! — Чизоме, прищурив глаза, покосился на Кагекао, как бы напоминая и подытоживая этим взглядом те соблазнительные рассуждения, которые он заронил в душу девушки, чтобы совратить её. Затем он прыгнул в город и продолжил свою работу. Двуликий недоверчиво покачал головой. — Да уж… — Маска скривилась в противной полуухмылке. — От его духовности скоро голова кругом пойдёт. Пятно напрасно тратит своё время. Но Курогири высоко оценил его усилия. — Я бы не стал упрекать его в этом. —Возразил он. — Убийца Героев — разводчик самых породистых про, он всё продумал! Да и зализывать раны не по мне: если уж рвать героев на куски, то в пору устроить мясорубку, хаха! Юная злодейка бросила пару раздражённых издёвок в сторону Пятна и заявила, что никогда не сможет работать с ним. — Выпускай ному!.. Я возьму Вашу гордость, Ваше самолюбие и престиж и разрушу их, дорогой сенпай!

********

…Мидория с грустью смотрел в окно скоростного поезда. Внезапная сирена вывела его из сонливости. — Внимание! Просим всех пассажиров оставаться на своих местах. У нас будет вынужденная аварийная остановка!.. В поезд ворвались ному. Все были в панике. Гран-Торино сбросил одного монстра с поезда и спас Про-Героя, которого он атаковал.

********

… — Ну и шумиха… — Брезгливо фыркнул Акагуро. — Наверняка проделки этой мелкой дебилки. Потом с ней разберусь, а сейчас… Займусь-ка тем, ради чего пришёл. — Он всей силой навалился на некого героя. — Будь ты проклят! Умри! Его остановил Иида, потерявший разум от жажды мести. Он бросился вперёд, но злодей контратаковал и снёс с него шлем. Пятно был недоволен поисками Теньи мести и решил сделать его мишенью своей чистки. … — Прошу, сохраняйте спокойствие! Вернитесь на свои места и ждите появления героев! Изуку смело расталкивал толпу. — Простите меня, я выхожу! Гран Торино, да где же вы?! Старик стоял лицом к лицу с монстрами. — Какое безобразие, могут пострадать невинные! Бродите тут, словно хозяева! Но кто же вы, чёрт возьми… В поезде появился Старатель, чтобы остановить монстров. Белый ному отразил адское пламя героя, используя причуды поглощения и высвобождения. Затем последовала комбинация мускульного увеличения и языка-сети, но Гран Торино ударил ному мощным реактивным ударом дропкика, предотвращая атаку.

********

… — Отличная работа с ному, — произнесла Шигараки. — Сенсей, сколько ному ещё готово? — Шестеро. — Дайте мне их! — Зачем? — Меня задолбал Убийца Героев! Хочу устроить мясо из тех, кто мне не по душе, и всё тут… — Нотка садизма проснулась в демонессе. Ей плевать на смерть людей…кроме её друзей. — Выдам троих. Надеюсь, ты многому научишься после этого. Трио ному напали на город, сея повсюду хаос, разрушая здания, без разбора нападая на мирных жителей и с лёгкостью подавляя Мидзушиму и его про-сослуживцев. А Изуку не переставал бежать навстречу опасности. … — Арэта, отмотай пару секунд, мне нужно удержаться! — Хитоши еле уклонился от удара ному, ведя к безопасному месту несколько десятков человек. У них была незамысловатая тактика: несколько главарей-подростков отвлекает ному и не даёт им пробиться вперёд, остальные выводят мирных жителей подальше оттуда. К слову, все члены их клуба (лучше сказать, банды начинающих героев) носили запоминающиеся белые банданы, а командиры отрядов, первые и самые преданные из вступивших в клуб, — белые пояса поверх своих геройских костюмов (или одежды) с красной надписью названия клуба. — Да, сейчас… Араи-тян, можешь перенести по воздуху бластер? — Парень ловко создал временную петлю. — Угу. — Беловолосая девушка махнула рукой, и её «вспомогательные штучки» полетели на подмогу другим. — У всех этих монстров несколько причуд! — Я сейчас не выдержу нагрева! — крикнул Тойя. Он был одним из главных защитников против ному: созданный им барьер колышущегося синего пламени было практически невозможно пробить. Синее пламя полностью сжигало головы ному, нанося им настолько мощный урон, что регенерация мутантов просто не справлялась с ним. — Беру пол дела на себя! — Кивнул ему Тенко, активируя Один-за-Всех: Полный капот, чтобы прыгать по крышам и наносить лёгкие и быстрые комбинации ударов. — Всё, мы с Гран Торино разобрались с нашей частью (как сказать, он дорогу разгромил…), теперь спешим к вам! — В руках Каори появились два меча, которые было невозможно сломать. Ими нельзя убить, но можно обездвижить или оглушить противника. Эти мечи настолько острые, что с лёгкостью могут разрубить металл. Вокруг девушки, держащей мечи, вихрями закружились тысячи острых как лезвие бритвы лепестков сакуры, которые она направила на ному. — О, руководство прибыло!.. — Заметила Араи под самодельным механическим прицелом. Руководство помогло им потушить пожары, вызванные уничтожением ному. — Внимание! Все сюда! — Хиро направлял толпу и успокаивал её по мере возможности. Дальше они с друзьями разделились на отряды, и он пошёл в самодельный уличный лазарет оказывать первую помощь раненым гражданам и про-героям. — Не знаете, где Хофу-тян?.. Мне казалось, что всё, связанное с боевыми полётами, по её части… — Задумчиво произнесла Тихиро. — Хиро, берегись! — Крикнула Чи. Парень спасал последнюю группу людей, и его преследовал монстр с мозгами наружу. Он обернулся: от смерти отделял один шаг; с одной стороны тянулся ному, с другой — трепещущие беззащитные граждане, в том числе и мать с малышом. Взгляд угольно-чёрных глаз упал на ребёнка. Это был мальчик лет пяти-шести со взъерошенными волосами. Он был ужасно напуган и прятался за мать, которая была не в силах его защитить. «Я должен спасти их… Любой ценой!» — Убегайте, Каори поможет вам!.. — Он обратился к остолбеневшему малышу. — Ничего не бойся… Как тебя зовут, мальчик? Прижав плюшевого зайца к сердцу, малыш ответил: — Я Таичи! — Так вот, Таичи-кун, я уверен, что ты станешь великим героем! — Таким же храбрым, как вы? Хиро улыбнулся. — Гораздо лучше. «Жизнь людей — это настоящее сокровище. Защищать её — наш долг. Я должен сделать всё в одиночку. Я умру сам.» —Хиро!.. Ному настиг парня и насквозь пронзил его тело. Лицо Целителя искривила гримаса мужества и боли. Изо рта и живота брызнули фонтаны крови, обагряя почётный белый пояс. Внук Исцеляющей девочки безжизненно повис на монстре. Маленький мальчик, которого бегущая мать тащила за руку, поверхнул голову, и его глаза наполнились слезами ужаса… и в то же время благодарности. На его лицо и игрушку, крепко сжатую в руке, попало несколько капель крови Хиро. Он дёрнул мать за юбку. — Мамочка, это кровь героя! — Ребёнок вдруг стал предельно счастливым. — Да, Таичи-тян, это был настоящий герой… — Улыбнулась она сквозь слёзы. — Если бы не он, мы с тобой давно бы уже погибли. «Когда-нибудь он отомстит за все смерти от рук злодеев!» …Все были потрясены этой потерей. Сога между битвой подхватил тело Шузенджи на руки и бережно отнёс в сторону, чтобы не повредить его. Чёрные глаза потускнели; белые кончики голубых волос торчали во все стороны грязными клочьями. В его груди ещё теплело сердце, горящее своей самоотверженностью ярче любой звезды. — Фудзивара… Разве ничего нельзя сделать?.. — Это был его выбор, это было ради нас…

********

…Мидория напал на Пятно со спины, отвлекая его от Теньи. — Изуку?.. — Иида-кун! Я пришёл спасти тебя! «Скорее всего, я единственный, кто осознаёт, что Убийца Героев и Альянс Злодеев каким-то образом связаны…» «Мне надо защитить двоих обездвиженных людей, самому выиграть время и тогда я отвлеку его на себя…» — Нет! Не встревай в это, лучше беги! — Всесильный говорил, что встревать в чужие дела — одно из главных качеств героя! — Неплохо, неплохо. «Ну, по плану!» — Сократить дистанцию против врага с длинным оружием…мудрый выбор. В следующую секунду Деку отделяло от смерти лишь пару метров: он вовремя успел подпрыгнуть, когда Чизоме совершил спиралеобразное вращение своими мечами. — Что? Моё т-тело… Царапина была настолько маленькой, что я и не заметил… Дело в крови! — Ты не смог обхитрить меня, малец. Я не люблю болтливых, но ты стоишь того, чтобы жить… А вот эти двое нет. Раздались уверенные шаги. Все разом обернулись. — Блин, прут один за другим сегодня… Работу доделать не дают. — Мидория, если дело такое… То отписал бы поподробнее. — Заявил младший Тодороки. — Мы почти опоздали! — Воскликнула Мисаки. За её спиной стояло несколько ребят из клуба «Сделай мир лучше» (остальная часть была ранее направлена для спасения мирных граждан от ному). — Мы получили приказ от господина Старателя прийти на помощь, — пояснила про-героиня. — Так как среди нас не было человека с подходящей причудой для ному. «Хм… Странно, что нет Хофу… — Подумал Изуку, глядя в свой смартфон: она была единственной, кто не ответил на его сообщение о помощи. — Она обязательно пришла бы, так может…она в беде?» Шото атаковал Пятно огнём. — Изуку, не волнуйся! Ты разослал всем сообщение с местоположением, и я думаю, что скоро даже профессионалы будут здесь. Шото, Мисаки и Стейн начали сражаться. — Я не дам такому подонку убить вас! — Тодороки, Ханаготари, не дайте ему ранить себя до крови! — вскричал Деку. — Значит, держим дистанцию, — улыбнулась Шото девушка-рыба. … — А у тебя хорошие друзья, не так ли, Ингениум? — Иида оторопел. Шото шокированно задрал голову, а Акагуро незаметно лизнул стекающие с неё капли крови. «С каждым движением он подбирается всё ближе… Он чертовски силён!» «Поверить не могу, что мои друзья страдают от злодеяний этого Пятна да ещё моих собственных!» Тодороки выпустил огромный поток пламени, а Мисаки с другой стороны образовала мощный столб воды. Их совместных усилий было недостаточно, чтобы остановить злодея. Остальные поспешили помочь. Изуку восстановил движение, и присоединился к бою. Трио стало работать вместе. — До появления Про… Вступаем в ближний бой и держимся сколько сможем. —Ханаготари обвела взглядом друзей. — Я хотел схватить этих двоих и уйти к остальным, но… — Шото запнулся. — Ты потерял слишком много крови… — Покачала головой девушка. — Жаль, с нами нет Хофу или… Х-хиро! — Она поникла. Больно было вспоминать это. — Я отвлеку Пятно, а ты лучше помоги советом. — Изуку ринулся в бой. — Да какой совет… — Отмахнулся сын Старателя. — Бей да беги со всех ног. Но ты прав. — Он обратился к Ииде. — Я понимаю тебя… У таких людей, как я и ты, всё хуже получается понимать происходящее. Моя мама извинилась со слезами на глазах, но улыбкой на лице… — Он коснулся своего шрама, полученного в битве с отцом. — И она простила меня. Она сказала, что будет счастлива, если я продолжу свой путь, не оглядываясь назад. Если бы я был таким, как раньше, то не выбрал бы рабочее место отца для практики. Иида, если хочешь, чтобы мы остановились, тогда встань! Будь тем, кем хочешь стать! Не слушай этого упёртого фанатика фундаментализма! — Он, похоже, не так уж и силён против группы врагов! — Хмыкнула Мисаки. — Мои двигатели накрыло! Тодороки, пожалуйста, охлади мне ногу! «Второй раунд!» — Я прыгну отсюда и воспользуюсь льдом в качестве платформы, чтобы нанести новый удар… — Чёрт! Вперёд! — Обратное ускорение! — Тсунами! (Коронная техника девушки и по совместительству её геройское имя.) Деку что есть силы вмазал Пятну по лицу, Иида атаковал сбоку, Тодороки наступал сзади. — Мы одолеем тебя, но в этот раз преступником будешь ты! Друзья наконец победили Пятно эпической комбо-атакой, задержали его и вывели обратно на улицу. Тенья извинился за свое эгоистичное поведение и… плакал, когда просил прощения у своих друзей. Акагуро повалился на землю. — Нам удалось его вырубить?.. — Спросил один из новобранцев клуба. — Свяжем его и сдадим в участок, — предложил Шото. — Есть, чем связать? — Главное — забрать все его ножи, — заметил Изуку. — Ну, на всякий случай. — Эй, ребзя! — Одна из помощниц активно размахивала чем-то. — Нашлась верёвка возле мусорки! — Пригнитесь все! — Заорал Гран Торино. Вдруг появился последний оставшийся крылатый ному и забрал Изуку своими цепкими когтистыми лапами. Это видела Хофуку, и у неё сжалось сердце. «Чёрт, бедный Изуку! В мои планы не входило вредить своим друзьям! А сегодня они защищали город от МОЕЙ армии… Сегодня из-за неё погиб Хиро-кун! Даже слов не могу подобрать… Почему ничего не может быть так, как я хочу?..» — Неужели мы не сможем его догнать?.. Пятно пришёл в сознание и… убил ному, чтобы спасти Изуку. — Все преступники заслуживают моей кары! — Он спас его?.. — Да он ведь сейчас сбежит! — Не, не уйдёт! От Пятна останется лишь пятно крови! — Ну, сразитесь со мной, самозванцы! — Убийца Героев бодро поднялся на ноги, готовый к новой битве. Его слова вселили страх во всех присутствующих, настолько они были резки и убедительны. Конфликт закончился только тогда, когда Чизоме снова потерял сознание, так как его сломанные рёбра повредили лёгкое. … — Ну и дают же детишки из Юэй! — К подросткам в банданах подошёл одетый в деловой костюм человек с головой пса. — Я слышал, гав, у вас своя, так сказать, «геройская банда»? Я шеф полиции Хосю, Тсурагамаэ Кенджи. Конечно, вы спасли мирных граждан, и мы вам обязаны, но… Вы, четверо щенят, да ещё Старатель, Нормальный и Гран-Торино будете наказаны из-за нанесения вреда своими причудами. «В итоге потасовка в узком переулке, которую никто не ожидал… осталась так никем и не замеченной.»

********

…Следующий день друзья провели в больнице. Мидорию куда-то вызвали, и он только что вышел под вопросительные взгляды Шото и Мисаки. В палате было очень жарко; уже тихо подкрадывалось лето, давая о себе знать внезапной переменой погоды. Ханаготари, как человек, не любящий такую жаркую погоду, просто умирала. До этого её всегда спасал кондиционер, но здесь, в больнице, такой роскоши, увы, не было. И сейчас, лёжа на своей больничной койке, девушка-рыба старалась не умереть от этой жары, от которого не возможно было спастись даже с помощью её водной причуды — слишком мало влаги в воздухе, слишком душно. — Шото-куун, можешь немного охладить комнату? — Лениво спросила она, на что парень только кивнул и быстро выполнил просьбу своей девушки. — Спасибо… —Мисаки блаженно улыбнулась, готовая было расцеловать его, но рядом полудремал Иида (с тяжёлыми травмами, особенно левой руки), что удержало её. — Мне нужно тебе кое-что сказать… — Что же? — Любопытный взгляд Тодороки смутил девушку. Она вдохнула через жабры, набираясь решимости для важного разговора. Мисаки грустно посмотрела на парня. — Не знаю даже, как сказать, но… Наша семья уезжает в Америку. Какая-то крупная местная компания пригласила отца на работу. Шото обомлел. — Ты же вернёшься?.. — Почти шёпотом спросил он. Он пытался казаться спокойным, но был взволнован до крайности. — Н-надеюсь, что да, — замялась Ханаготари. — В любом случае, мы же останемся на связи? — Теперь взгляд её был полон слёз. Девушка кинулась Тодороки на шею. — Обязательно, — он с надеждой улыбнулся, прижавшись щекой к её макушке. — …Как думаешь, о чём будут беседовать Про с Изуку? — Лишь бы они ещё не поругались… И так этого Тсурагамаэ по горло хватило! — Шото гневно сжал кулаки, но тут же пришёл в себя. — Подумать только, не ценить помощь в борьбе со злодеями!.. « — Злодеи действовали продуманно и сплочённо, как муравейник. У Пятна огромная харизма, способная проникнуть во все СМИ… и внушить его безумную идеологию миру, пока от него не останется лишь кровавое пятно. — Ужасные личности, что раньше были разбросаны повсюду, объединятся благодаря этому человеку… в Альянс Злодеев. — Хуже того, человек, что убил владельца «Одного за Всех» до тебя, Тошинори, моего друга и наставника Шимуру… Тот же человек, что оставил дырку в твоём теле… Все-за Одного снова в деле!» Перед Деку стояли про-герои во главе со Всемогущим. Судя по их напряжённым лицам, они явно не собирались его поздравлять с победой над Пятном или хвалить. — Мидория, мальчик мой… — Начал наконец Тошинори. Возле него мужественно стоял его преемник, Тенко. — Мы слышали о победе вашего клуба над Пятном. — Да, и, мягко говоря, слухи о такой организации нас не радуют, — добавил Аизава. Изуку непонимающе уставился на своего кумира. «Что всё это значит? Что они пытаются мне сказать? У меня не было цели создавать «организацию» — я просто собирался с друзьями, чтобы помогать другим!» Как бы угадав мысли парня, Всесильный пояснил: — Давным давно в мире у людей появились причуды. Это привело к расколу в обществе и началу эпохи потрясений. В это время в Японии появился человек, обладающий крайне мощной причудой под названием «Все За Одного», и принял мудрое решение воспользоваться повсеместным хаосом. С помощью своей причуды он присвоил себе множество чужих и благодаря этому добился огромной силы и влияния. Помогая людям и строя с ними доверительные отношения, он собрал целую армию своих сторонников и, манипулируя ими, как пешками, попытался захватить власть над всей Японией, однако его зловещий план был сорван его дерзновенным младшим братом. Ты знаешь эту историю от и до, мальчик мой. Но ты должен понимать одно: Все за Одного начинал так же, как и ты, Мидория. Полночь тревожно кивнула: — Мы боимся, что история повторится, что будет ещё один такой злодей, поэтому и притащили тебя, вашего негласного лидера, к себе для «разговора». Зеленоволосый был в смятении. — Я н-не понимаю вас… Я не хотел создавать клуб — мои друзья просто объединились вместе для помощи нуждающимся! Я-я, да и все мы… п-просто хотели помогать людям. — Он опустил своё веснусчатое лицо, и по щекам стекло несколько крупных прозрачных слезинок. — Я хотел… иметь друзей. К беспричудным не так уж и хорошо относятся… Герои были в шоке и не знали, что делать. Перед ними стоял просто ребёнок, случайно попавший в эти пресловутые двадцать процентов без силы. Ребёнок, преодолевший своё одиночество и никчемность благодаря друзьям из клуба «Сделай мир лучше». Ребёнок, который сейчас плачет, хотя старается этого не делать. Всемогущий положил руку на плечо Изуку и улыбнулся ему. — Мы установим контроль над вашим клубом и возьмём с вас слово, что во что-то большее, чем сейчас, он не перерастёт! Всё в твоих руках, мальчик мой! Выбери правильный путь! — С-спасибо вам огромное! — Он поклонился и вышел. …Мидория вернулся в палату больницы усталым, но довольным исходом дела. — Ну как? — Мисаки зажмурилась, как кошка, от разливающейся приятной прохлады в душной до этого комнате. Шото смущённо гладил её шелковистые синие волосы, гадая, когда же он увидит её ещё раз после выписки из больницы. — Мы чуть не лишились права состоять в клубе помощников! Друзья успокоили Деку, и он улыбнулся им. — Ну, главное, что всё в порядке. … — Когда я увидела твоё сообщение, Деку, моё сердце начало бешено стучать… Я так переживала! — выпалила Урарака. — Ну вы там отдохните, потом всё расскажете. И привет ребятам! «Я разговаривал с Очако по телефону!..» « — Как же мне хочется поговорить с Хофу! Где же она? С ней обычно так легко и приятно общаться, и, несмотря на общую холодность, она всегда поддерживает и мотивирует меня… Но сейчас я даже не знаю, где она находится…»

********

… — Не подумала бы, что Чизоме схватят, но… по большей части всё идёт по плану. Отбросы, которые хотят хаоса или разделяют его убеждения, теперь ищут Лигу Злодеев, чтобы воплотить в ней свои желания. — Но этот мир… такой… неправильный… Я должна его изменить! — Девушка звонко стукнула кулаком по земле, сидя за школьной партой. …— Хофу! Где ты была всё это время?! — Два багряных глаза вызывающе уставились в крестообразные зрачки мятных глаз Шигараки. Она выпрямилась во весь свой небольшой рост. Чёрт, крылатая, конечно, сильна духом, но Бакуго на неё сильно давит. — Почему ты не пришла своим кентам на помощь? Его вопрос прозвучал, как гром среди ясного неба и как молния попал прямо в Хофу. Она продолжала смотреть удивлёнными глазами, не понимая, чего он от неё ждёт. — Куда ты постоянно исчезаешь?! — До того круглые мятные глаза превратились в две белесые сферы, а рот жадно глотал воздух, будто Хофу была выброшенной на берег рыбой. — Что бы ты ни сказала, я приму это. Он видел её панику, видел её растерянный взгляд. Где-то глубоко в душе Бакуго хотелось прижать её к груди, сказать, чтобы она убегала куда угодно, лишь бы всегда возвращалась к нему. Но собрав гордость и решимость в один кулак, Каччан твёрдо решил, что сегодня он узнаёт всю правду. Сжав плечо Хофуку, он напомнил о своём вопросе. «Жизнь, кажется, издевается надо мной.» — Говори! Я просто прошу тебя сказать мне правду! Чёрт, разве это так трудно?! «Кацуки! Ты и подумать не можешь, насколько это больно и трудно…» — Правда в том… — В голове крылатой девушки взрывался фейерверк, нет, целый завод фейерверков. Его кровавые глаза смотрели на неё так пронзительно… Ну как она может врать, глядя в них? Она сглотнула и зажмурилась. «Что ему сказать? Неужели придётся признаться? Но я не могу… Или всё-таки могу? Я стала практически главарём Лиги, а ведь это что-то меняет. А Кацуки? Он должен понять меня как никто другой… Но примет ли он меня? Он ведь всем сердцем презирает злодеев…» — Хофуку! — Я-я… — Как же противно врать! — Я очень плохо…себя…ч-чувствовала. — …Я слышал, что в последнее время у тебя проблемы со здоровьем… — Парень хмыкнул, высокомерно задрав голову. — Но сейчас ты мне лжёшь. Это не та причина. — Да нет же, говорю! — Она замотала головой, угольные крылья затрепетали. — Всё эта демоническая сущность внутри меня… Если бы я могла, я бы вырезала её из своего тела! — Ложь! Распахнув глаза, Хофу долго не решалась их поднять. Крепкая хватка на её плече никуда не исчезла, значит, Кацуки ещё здесь. Вот-вот она истерически засмеётся и придумает очередную «совершенно правдоподобную» отмазку. Пока что всё, что она отвечала Каччану и своим друзьям на их расспросы, звучало нелогично и притянуто за уши. Бакуго резко притянул девушку к себе за воротник школьной блузки. В гневе его брови свелись к переносице, заставляя кожу собраться в грубые извилистые складки. Его глубоко ранило то, что Хофу не доверяет ему настолько, чтобы поделиться своей тайной. Обе руки Каччана легли на её запястья и сжали их так порывисто и сильно, что он едва не вывернул их. Ошарашенная Хофу впервые не дала ему отпор — Бакуго был вправе наказать её за ложь, как хотел. Она молча слушала, как кости кистей её рук хрустят под натиском парня. — Лживая лицемерка… Конечно, вечно ты что-то не договариваешь, я это чувствую! Хофу начала понимать происходящее, но теперь она не понимала лишь одного: мурашки по её телу бегут от холода или от страха за будущее?

********

Несколькими днями позже студенты Юэй снова вернулись на учёбу, подводя итоги геройской практики. Каччан зашёл в класс и на него тут же налетел Киришима. — Ой, не могу! Это правда Бакуго?! — Серо и Эйджиро катались по полу от вида Кацуки с прилизанными Топ Джинс волосами. — Эй, не ржать! Волосы залипли (в таком виде мыть их делу никак не помогает)! Убью нахрен! — Ну, попробуй, прилизончик! Ха-ха-ха! — Кстати, Бакуго, прикинь, у нас будет ещё один новенький! — Как будто нам мало новопришедших Мидории и Шинсо, — пробубнил Минета. — Я вообще-то тут! — Процедил Хитоши. — Да мне плевать! — Рыкнул Кацуки. — Ладно вам! Новый одноклассник — это здорово! — Радостно проговорила Хагакуре. — Мне плевать, кто придёт — я его моментально уничтожу! — С улыбкой маньяка прошипел Кацуки. — Я бы на твоем месте не был так уверен, — послышался голос сзади. Улыбка исчезла с лица Бакуго, внутри всё начало закипать. Парень с силой сжал кулаки и повернулся. В дверях стоял очень высокий, худощавый парень, чьи красные волосы напоминали пламя костра. Шигараки повернулась, чтобы посмотреть на новенького, и её мятные глаза не выразили ни единой эмоции. Скучно. — Меня зовут Рейдзю. Ёган Рейдзю. — Парень вывел своё имя на доске и широко улыбнулся. Пройдя к своему месту, он кивнул Хофу. Видимо, крылатая демоница чем-то зацепила его… Она решила всё же оглядеть его: бесконечные ноги, обтянутые джинсами, столь же длинный торс и, наконец, лицо, до того оживлённое, что ей стало неловко. Всё его тело под одеждой было покрыто бинтами, прикрывавшими ужасные ожоги. Этот Рейдзю всеми порами источал счастье. Его что, ветром из иного мира сюда занесло? В обществе, где все из кожи вон лезут, чтобы выглядеть унылыми, он казался инопланетянином. Его короткие красные волосы торчали вверх, как пламя свечи, а ресницы были так длинны, что напоминали паучьи лапки. Когда он моргал, любому бы показалось, что парень строит ему глазки. Лицо его можно читать, как открытую книгу; или нет, скорее даже как граффити на стене. Оно полностью, до последнего миллиметра, превращается в улыбку. — Здравствуй… — Он застыл перед Хофу. — Очень приятно, я Шигараки, — нехотя буркнула она. — Рад познакомиться, Шигараки-сан! — Он галантно пожал девушке руку, чем одновременно вызвал и её и Кацуки негодование. Не заметив этого, он, улыбаясь, продолжал. — Мидория-сан… Наслышан о твоих успехах и твоём клубе. Ты молодец! — Ёган поклонился. Деку покраснел. — Ну что ты… н-не стоит… Так, значит, ты наш новый одноклассник! Это так круто! — Радостно пролепетал Мидория. Тот улыбнулся в ответ и кивнул. … — Да, теперь я смогу убить ещё одного сопляка. Действительно, приятный сюрприз. — Сказал Кацуки. Улыбка с лица Рейдзю пропала, вместе с тёплой аурой. Он уставился на блондина. — Эй, Бакуго… чего ты так грубо, он только пришёл всё-таки… — неуверенно проговорил Киришима. — Ну нет! Он не знает, что такое чувство такта, и готов грубить абсолютно всем для повышения собственной самооценки, — хмыкнул Ёган. — Да, Бакуго? — Чё вякнул, ублюдок? — Что слышал! — Долговязый парень невозмутимо прошёл мимо Каччана и подсел к персиковолосой. Его ослепительная улыбка начинала её подбешивать, а он всё приближался к ней и нарушал её личное пространство. Незадачливый парень ещё не знал, что подкатывать к Хофу — это то же самое, что ходить с зажжённой спичкой в доме, облитом бензином. — С хера ли ты тут уселся?! — А ты попиздиться со мной решил, колючка? — Снова усмешка. «Неужели… Нет, я ошиблась; он всё ещё злится. Хоть и ревнует.» Это была последняя капля. Кацуки вышел из себя и кинулся на него, но не успел добежать, как вдруг оказался в воздухе. Рей потянул его за руку и перекинул через себя, потом в секунду заломал его руку за спину и вжал лицом в пол, превращая своё тело в раскалённую очень вязкую лаву и полностью обжигая Бакуго. — Что, сорвалось? Остался с носом? — Подонок… — Слишком медленный и глупый… Каччан, хаха! — Рассмеялся парень и поднялся. — А вы чем-то похожи… — Сказал Киришима, глядя на Рейдзю и Бакуго. — Эй, Каччан, а Рей случаем не твой родственник? Когда блондин услышал это, у него начало бомбить в одном месте. Да как его вообще смеют сравнивать с кем-то?! То, что произошло, повергло в шок весь класс, самого Бакуго и Аизаву, который только что зашёл. Вокруг пронёсся гул изумления, вызванного быстротой, с которой лава и огонь изверглись из этого человеческого вулкана и снова ушли вовнутрь. Естественно, оба парня получили выговор от Аизавы. Но при этом Ёган заслужил доверие абсолютно всего класса. Более того, не смотря на страх Аизавы, что такие перепалки могли случаться часто…это была первая и последняя его стычка с Кацуки. Классу А понадобилась неделя, для того что бы понять Рейдзю. Ссора Бакуго и Шигараки отнюдь не забылась. Рядом с блондином Хофу превращалась в холодную куклу, не замечая его выходок, чем ещё больше выводила парня из себя. Но когда его рядом не было, она была прекрасным человеком, хоть и чувствовала явные угрызения совести. Ребята узнали, что у Ёгана классное чувство юмора, что он вкусно готовит и любит музыку. Он сдружился буквально со всеми и стал частенько подкалывать Урараку, заметив, что она не ровно дышит к Изуку. Каминари и Сэро стали ему чуть ли не братьями. Сато стал его главным соперником в готовке. Шинсо был для Рейдзю младшим братом, он любил говорить с ним о жизни и шутил, что у него смешная прическа. Единственные, с кем Ёган не поладил — это Бакуго и Киришима, с которыми мило общалась Хофу (хотя с её «бэсти» Изуку он неплохо дружил), часто засиживалась с ними, помогала с учебой. Уроки крылатой нравились Эйджиро намного больше, чем уроки Кацуки, потому что она не дубасила его по голове за каждый неправильный ответ. А тем временем весь класс начал замечать, что Каччан стал ещё более раздражительным. Он слишком много тренировался, слишком часто злился. Было такое чувство, будто в парне медленно вскипала лава.

*********

Со дня на день должен был наступить праздник фейерверков. Хофу всегда любила его. Ещё в раннем детстве мама часто брала её на руки, одевала в юкату и вела вместе с сводными сёстрами и братьями на фестиваль. Тогда мама, такая хорошая, милая и и добрая, покупала детям игрушки. Казалось, что и сейчас она смотрит на дочь с небес и всецело посвящает себя семье. Хофу верила в это. Яблоки в карамели, золотые рыбки, причудливые маски, девушки в японских юкатах и красные фонарики — всё так ярко и красочно! А потом начинается он — фейерверк. Маленькое яркое пятнышко поднимается в небо и рассыпается на сотни разноцветных огней. Проблема в том, что в этом году Хофу договорилась прийти на фестиваль вместе с Бакуго, а накануне крепко задела его самолюбие своей наглой ложью, и теперь он точно никуда не пойдёт. В Кацуки творилось что-то, что здравому смыслу явно не поддавалось. Он ни с того ни с сего поднимал скандалы, чтобы потом так же неожиданно их погасить, рвал и метал без видимой на то причины, чтобы, придя в себя, буркнуть себе что-то под нос что-то и уйти. Эти волновые перепады настроения достали уже и его самого, но он просто не представлял, как избавиться от неконтролируемых вспышек гнева, внезапно начавшихся после перехода в их класс паршивого-убогого-никчемного-долбоящера Рейдзю и продолжающихся довольно долгий период времени. Так ведь недолго и потерять всё то, что он так долго искал. Потерять Хофу, расположения которой он добивался чуть ли не с детского садика. Почему-то чем ближе они находились друг к другу, тем больше между ними становилась пропасть. Пропасть эта заполнялась игнорированием, недомолвками, ложью, подозрениями, ревностью, необоснованными угрозами и грубостями, которые ранили больнее всего. Хофуку приходилось нелегко. С ней Кацуки всё сильнее закручивал гайки, претензии становились всё более открытыми, а агрессия — ярко выраженной. В конце концов она сама начала отвечать на любое его слово в её адрес неохотно, словно огрызаясь. Это на время охлаждало пыл Бакуго. Но проходили недели, месяцы, и всё повторялось вновь. У Хофу, кажется, скоро начнут сдавать и без того шаткие нервы. С этим определённо надо что-то сделать. Иначе они оба неминуемо сойдут с ума. Или один убьёт другого. Третьего в данной ситуации не дано. Несмотря ни на что, Кацуки всё ещё умел затрагивать в её душе струны, доступные только ему и идущие из самой глубины демонского сердца. Когда они ругались, эти струны у неё в груди, это горячее страдающее сердце, эти распускающиеся не по её воле кроваво-красные камелии невыносимо остро болели, так, что было тяжко дышать. " — Помнишь, какой через неделю праздник? — Нифига. — Ну, Кацуки! — Хофу цыкнула. — Фестиваль фейерверков. — Ага. — Пойдёшь со мной? Парень замялся, показывая скрытое недовольство. — Что, боишься опозориться передо мной, потому что не сможешь поймать ни одной золотой рыбки? — Смогу! — гаркнул Кацуки. — Отлично, тогда пойдём, заодно и покажешь!»

********

Золотистые лучи закатного солнца скользили по ровной бирюзовой глади воды. Лёгкий ветерок подхватывал падающие с деревьев листья, не давая им коснуться пыльных тротуаров. Наступало самое волшебное время суток в городе. Уроки закончились и Бакуго поспешил поскорее уйти из школы. Спустившись вниз, он почему-то повернул пару раз и вышел на мост. Краем глаза заметив знакомую фигуру, блондин пригляделся, и, убедившись, что это не его воображение рисует несуществующие образы, пошёл к автоматам. Купив освежающие напитки, Кацуки направился к крылатой девушке, лениво бросающей камни в воду. — Держи. — Грубый голос, будоражащий всё её сознание. Поставив баночку с черничной содой на персиковую макушку, блондин присел рядом, на ступеньках красивого синтоистского храма. Хофуку подняла голову и всмотрелась в его лицо. Он скалился. Открыв банку и отпив спасительную в жару жидкость, Бакуго молча наблюдал за тем, как круги на воде медленно доходят до берега и исчезают. Медленными глотками отпивая газировку в ожидании салюта, он покосился на Хофу, ковыряющую баночку с таким видом, будто она делает это впервые. Раздражённо цыкнув, парень выхватил у неё банку, резко открыл и обрызгал себя. Девушка хихикнула, но под злобным взглядом Бакуго смолкла, ожидая, что он на неё наорёт. Её отросшая челка, которая уже доставала до кончика вздёрнутого носа, слабо колыхалась на ветру. Только сейчас Хофу заметила, как от холодного ветра вся кожа покрылась мурашками. Сделав вдох поглубже, она повела крыльями, обняла саму себя и посмотрела на Кацуки. Она знала, что он предельно рассержен и обижен. Но бабочки в животе, которые появлялись сиюминутно, почему-то превращались в кошек, скребущих на душе. Бакуго был подозрительно молчалив и спокоен; отдав крылатой открытую содовую, он сидел и что-то обдумывал. Хофу подняла глаза на внезапную вспышку, озарившую небо. И всё-таки она очень любит фейерверки. Яркие вспышки, которые возникают на иссиня-чёрном небе, привлекая к себе внимание миллионов любопытных глаз, рассыпаются тысячами пёстрых искр, словно бисер людских утрат, и гаснут, бесследно исчезают, оставаясь в памяти и вызывая приятные воспоминания… Прямо как человеческие чувства. — Знаёшь, ты ведь мог просто уйти, но не ушёл. Я не говорила этого… но это одна из причин, по которой я люблю тебя. — Хофу виновато улыбнулась, спрятав руки за спину. — Спасибо… Шигараки сама не знала, зачем это сказала. Как будто слова, которые она так долго хотела произнести, наконец обрели форму. Слова, которые она хотела сказать ещё с того фестиваля пару лет назад. Пусть Бакуго и не помнил этого чудесного момента, но для Хофу это был повод первый раз в жизни влюбиться, сравнив это чувство с фейерверком. — Прости, — буркнул парень, услышав, как Хофуку закашляла цветами, вновь раскрывшими свои острые, как ножи, лепестки в лёгких. Такого поворота событий она не ожидала. Девушка была уверена, что в словаре Бакуго нет слова «прости». Она думала, что его словарный запас состоит из одних только ругательств, самодовольных фразочек и унижений. Наконец откашлявшись лепестками камелии, крылатая шокированно притихла. Ей было тяжело дышать. Тяжело жить, как человек. Тяжело врать близким. У реки сидели только они одни. Убедившись в том, что Кацуки настоящий, Хофу прикрыла мятные глаза пушистыми ресницами, следя за неподвижной водной гладью. Всплеск воды. Небольшая волна разбивается о каменный берег. Вновь всплеск. Кто-то бросил что-то в воду?.. Вода вновь спокойна; её капельки глухо разбиваются об бетон. Опять волны. И опять тишина. Вдруг крохотный шустрый комочек поднимается в небо и вспыхивает яркими искрами, рассыпаясь по небосводу. Короткая яркая вспышка, которую хочется помнить всегда. Так завораживает… — Скажи что-нибудь! — выпалил парень. Ему надоело лживое молчание девушки. Хофу вздрогнула, прыснув на себя черничной содовой. Проигнорировав проблему, она задумалась над тем, что может сказать. — Я думала, что я тебя раздражаю. — Неотрывно смотря на воду, выдала она. — Ты меня бесишь, но… — парень потупил взгляд на бледные камешки, словно на них написано продолжение его незаконченной реплики. — Ещё больше меня бесит, когда вокруг тебя крутится та красноволосая рожа. — Переварив слова парня, Хофу покраснела. Залпом допив газировку, она снова поперхнулась, так как внутри всё адски горело: больно кололись лепестки и скреблись внутренние демоны. Снова необоснованная ревность, от которой на её плечах от хватки Кацуки оставались синяки, а на губах, прежде цитрусово-сладких, а сейчас солёных от слёз — кровавые раны от укусов. Как же ей надоела ревность Бакуго! Но, увы, этого уже не миновать. Через время смысл сказанных слов дошёл и до Каччана. Мысленно выругавшись, он вновь покосился на Хофу. — Ты… — неуверенно начала она, — ты только что сказал, что ревнуешь меня к другому парню? — Да. — Сухо ответил блондин, сам поражаясь своей честности. — Я ревную тебя к другим парням. Довольна?.. А теперь объясни, почему ты врёшь мне. Сперва на губах Хофуку играла довольная победная улыбочка, но после последних слов она стихла. Ей стало ужасно неловко. Она вспомнила всю глупую ложь, которую так нагло говорила ему, Мидории, Тенко и всем остальным, когда сбегала с патрулей, тренировок и прогулок в штаб Лиги Злодеев. — Прости, Кацуки. Я не должна тебе лгать… Она улыбнулась и уткнулась лицом в его рубашку. Это должно было его дезориентировать. Однако Кацуки лишь подозрительнее покосился на девушку, но не оттолкнул её. — Что ты к чёрту задумала? Шигараки вздохнула. Нет, он слишком серьёзен… Это невыносимо. — Прости. — Её губы дрожали. Пора. Да, сейчас она скажет то, что её так тревожит. Говорить это было тяжело. Бакуго нахмурился сильнее и легонько оттолкнул её. — За что ты теперь просишь прощения? — Кацуки… — Глубокий вдох, причиняющий столько боли. — Прошу, не злись… Мне нужен таймаут. Она ожидала криков. Ждала, что он будет её держать силой, но в ответ услышала лишь: — Как знаешь. — И тут же более грубое, — Но посмей только не вернуться! Хофу грустно кивнула. Фестиваль уже подошёл к концу. Они разошлись. Кацуки и не думал, почему отпустил её так просто, почему не стал пытаться никак её удержать. Наверное, эта передышка нужна была и ему самому. Чтобы разобраться, что происходило с ним, ведь раньше, до этих нездоровых отношений, было во много раз лучше. Возможно, после этого его ненависть и злоба на весь мир пройдут сами собой, и всё вернётся на круги своя. Поэтому ему тоже было необходимо уйти на таймаут. Они оба запутались слишком сильно, чтобы разобраться в себе без каких-либо жертв; слишком поторопились с этими отношениями. Нужно заново всё осмыслить, прежде чем снова сойтись или расстаться, но уже не на время… Навсегда.