Цугцванг

Дженсен долго размышлял над скрытыми мотивами Джея. Если парень замешан в шантаже премьер-министра, то что, в таком случае, заставило Джея вытащить его из под колес машины, рискуя собственной жизнью? Возможно, в головах злоумышленников засел какой-нибудь хитроумный план, но Дженсен пока не мог понять ход их мыслей. Вполне вероятно, что когда покушение на Уоллеса провалилось, к премьер-министру решили подобраться с другой стороны – чтобы в следующий раз уж наверняка дотянуться до него. Поэтому Джей разыграл из себя эдакого рыцаря без страха и упрека. Что ж, ему удалось произвести впечатление на Дженсена. Только пусть он не обольщается, Дженсен, насколько бы не терял голову, свои обязанности всегда выполнял четко и ошибки совершал, ну, очень редко, иначе бы не дожил до своих лет. Дженсен здесь злоумышленникам не помощник, они выбрали неправильный путь. Теперь надо быть начеку, Джей может сделать следующий ход, посчитав, что уже достаточно подготовил для этого почву. В какую же игру играют эти двое недо-шотландцев? Что им надо от премьер-министра? Чтобы он покинул свой пост? Но зачем? Каков конечный замысел Стивенсона и Тейлора? Как сказал Гарри, если Дженсен найдет ответ, куда они направляют большую часть алмазов, все станет на свои места. Главное, чтобы у него хватило на это времени - почему-то казалось, что времени-то как раз в обрез. Дженсен, сидя в своей квартире на кожаном диване, с блокнотом в руках, освещенный лишь блеклым светом торшера, рисовал схему, стараясь свести все имеющиеся у него данные воедино. Итак, один из основных вопросов – почему проходимцы Стивенсон и Тэйлор выбрали ареной своих действий Шотландию? Не заселенную богатеями столицу одного из европейских государств, а именно Эдинбург. Здесь, конечно же, тоже есть своя элита, но масштаб не тот. Не для мошенников их пошиба ограничивать себя провинциальным дворянством и иже с ними. То, что Стивенсона прикрывает кто-то из власть имущих, ничего не объясняет. На людей из верхушки правительства, готовых посодействовать, всегда можно выйти, если есть деньги. А с деньгами ни у Стивенсона, ни у Тэйлора проблем нет, им мог бы покориться любой город, если грамотно вести переговоры. Скорее всего, за Стивенсоном стоит кто-то из английской элиты, раз коллега Дженсена Гарри «прогорел» именно в Лондоне. А какие интересы у англичан могут быть в Эдинбурге? Ответ напрашивался сам собой: деньги. По прихоти судьбы или, скорее, по дальновидности правителей Великобритании, именно ведущий шотландский "The Royal Bank of Scotland" является «карманным» банком Королевского дома. Не Банк Англии*, расположенный в Лондоне, и управляемый солиситором Казначейства под прямым контролем Парламента, а провинциальный банк Шотландии. И если учесть, что вся английская элита хранит свои сбережения в "The Royal Bank of Scotland", то многое тут же становится ясным. Банк Англии до невозможности «прозрачен», и «толпа» с «чернью» имеют полное право заглядывать в бухгалтерские документы. Шотландский же банк «темный», его проверять никто не будет. Английской элите именно это и нужно. Но, если представить, что Шотландия выберет свободу (а при нынешнем премьер-министре очень даже может быть), то деньги элиты «уйдут» непонятно куда. Нет, конечно же, не все так плохо и на крайний случай давно предусмотрены пути эвакуации капитала, но пути эти очень длинные и муторные. Куда как проще не дать Шотландии отделиться. Иначе девяносто процентов нефти Северного моря окажется у шотландцев, а Великобритания потеряет экономически сильную провинцию. Чтобы не произошло повторного референдума об отделении, вполне вероятно, что с премьер-министром Уоллесом – рьяным сторонником независимости Шотландии - захотят разделаться. Дженсен вспомнил, как во время поездки на экспрессе Стивенсон прямым текстом спросил у него, когда тот сложит с себя полномочия и Уоллес дал понять, что этого не случится. И после категоричного отказа действующего премьер-министра, которое он сообщил Стивенсону, на него последовало покушение. Ясное дело, что тогда Стивенсон озвучил не свои пожелания, он, скорее всего, представляет верхушку Лондона, в интересах которых не допустить отделения шотландцев. Логично, что Стивенсон, этот «Король комбинаций» вышел на арену шотландской политики, чтобы самому стать премьер-министром – алмазный пройдоха человек амбициозный, этого у него не отнять. И пока он выполняет волю своих высокопоставленных «друзей», такой расклад вполне реален – они не поскупятся на поддержку. Чтобы действовать в стане бунтующих горцев, Стивенсон назвался шотландцем, и снискал поддержку местного населения, часть которого не желает глобальных изменений в своей устоявшейся жизни - они хотят оставить все как есть, но на дух не переносят «чужаков». За «шотландца-патриота» станет голосовать на выборах большая часть населения, являющаяся противниками отделения и те, кто разочаровался в Уоллесе, который не сдержал данных народу обещаний и «бросил» его в самый ответственный момент. Выходит, что Стивенсону и тем, кто стоит за ним, крайне важно сместить Уоллеса, пока тот не созвал новый референдум по отделению. Дженсен слегка расслабился: вроде бы пока все логично. Однако, причем здесь алмазы? Чутье подсказывало Дженсену, что они играют не последнюю роль во всей этой истории. «Что мы имеем по алмазам?» - спросил он сам себя и перевернул страницу блокнота, чтобы продолжить делать записи. Джей менял оружие на драгоценные камни. Он занимался поставками оружия лично. Учитывая, что Джей вывозил БТРы и прочую военную технику с автоматами из Болгарии, значит, у него там завязки. Не конкретно с Болгарией, но с Восточной Европой уж точно. Гарри уверен, что Джей из континентальной Европы и владеет в совершенстве английским, а возможно, и другими языками тоже. Вывод напрашивается сам собой – скорее всего, Джей - восточноевропеец из хорошей семьи, ибо в семье работяги собственных детей языками не пичкают, так как незачем. Поэтому надо просмотреть все данные, которые у них имеются, о чиновниках и бизнесменах из Восточной Европы, завязанных каким-либо образом на Африке. Не спроста же Джей нашел общий язык с африканскими повстанцами, которые с ним сотрудничали, а не разорвали на части, привязав к деревьям. Однако, вот здесь Дженсена и поджидают трудности. Люди, которые стоят за Стивенсоном, могут легко перекрыть кислород и в итоге все его попытки ничем хорошим не закончатся. Надо найти обходные пути, чтобы проверить базу данных. Что ж, этим вопросом он займется позже. А пока необходимо понять, что же не так с этими алмазами. Бизнес бизнесом, но вот «исчезновение» доброй половины алмазов навевают мрачные мысли. Куда же их сплавляет Стивенсон? И главное как это связано с покушением на Уоллеса, да и связано ли вообще? Хотя, если Джей не гнушается лично шантажировать охрану премьер-министра, значит, он все же увяз в политических интригах на пару со Стивенсоном. Но если последний метит на место премьера, что же движет Джеем? Какой у него интерес во всей этой истории?.. Так, об этом позже, сейчас главное разобраться с бриллиантами, которые непонятно куда и зачем уходят из страны. Скорее всего, отток камней происходит благодаря небезызвестному "The Royal Bank of Scotland". Если покопаться в его гроссбухах, там отыщется много информации по данному вопросу, но кто же позволит искать, учитывая, что банк «темный»?! Дженсен нахмурился, потом вздохнул и отложил блокнот в сторону. Встал, прошел на кухню, приготовил себе кофе. Пока автомат, издавая тихое жужжание трудился над ароматным напитком, Дженсен, прислонившись к стойке, задумчиво смотрел в окно, и непроизвольно потирал рукой подбородок с дневной щетиной. Кто может дать разрешение на проверку бухгалтерских документов в "The Royal Bank of Scotland"? Уоллес, но, навряд ли, его власти хватит, чтобы даже просто подступиться к секретным архивам. Если за всем стоит английская знать, то они сделают все возможное, чтобы их тайны остались тайнами и бунтарь Уоллес не дотянул до них свои руки. Попробовать через свое командование? Однако и там есть противники премьер-министра, которые не дремлют и в случае чего, быстро перекроют кислород. Уоллес был прав, когда требовал для себя защиту из числа шотландских офицеров – так у него было больше шансов остаться в живых. Похоже, что проникнуть в "The Royal Bank of Scotland" не получится. Дженсен налил себе чашку душистого кофе и глянул на часы: полвторого ночи. Кофе лишним не будет – скорее всего, поспать сегодня не удастся. Если в шотландский банк попасть он не может ни при каких обстоятельствах, то кое что он все же в состоянии сделать. Дженсен решительным шагом направился к столику, на котором лежал его телефон и набрал номер, который знал назубок – он не был нигде забит и записан. Это его палочка-выручалочка, которой он пользовался в исключительных случаях. И сейчас как раз настал именно такой. После долгих гудков, раздался сонный голос: -Эклз, ты хоть знаешь который час? -Угу. -Что-то серьезное? – голос зазвучал собранно и по-деловому. – Поэтому ты так поздно звонишь? -Дело, не терпящее отлагательств. Мне нужна помощь. -Какая именно? -Надо пробить данные на одного человека. На том конце послышалась возня, и приятель приготовился записывать – Дженсен уловил шуршание бумаги. -Мне нужны данные на бизнесменов и политиков из Восточной Европы, которые так или иначе были связаны или все еще связаны с Южной, Восточной или Центральной Африкой. -Тебя кто-то конкретно интересует? Дженсен вздохнул: -В этом-то и проблема. Могу сказать только одно, это белый мужчина, у которого есть сын, и сыну сейчас около тридцати. Возможно, есть и другие дети, жена, но я про них ничего не знаю. Информации, конечно, мало, но, тем не менее, я был бы тебе очень благодарен… -Негусто… -Да, я все понимаю… Но максимум, что я могу сделать, это сбросить тебе фотку того самого сына, который тоже как-то связан с Африкой. По документам он из Южной Америки, но у него есть бизнес в Либерии и, по неподтвержденным данным, в Конго. -Хорошо, высылай. Но хочу предупредить сразу - дело сложное, да и данных у тебя кот наплакал, поэтому не жди от меня звезд с неба. Однако, чем смогу помогу, договорились? -Я твой должник. Дженсен сбросил вызов, зашел в меню телефона и нашел фотографию Джеф, которую сделал в ресторане, когда снимал Алекса Кэмерона - Джей случайно попал в кадр. Дженсен обрезал Кэмерона и сбросил фото приятелю. Теперь осталось ждать ответа. Может быть, что-то прояснится с этой стороны. Дженсен заснул, сидя на диване, откинув голову на заднюю стенку. Проснулся от того, что яркий утренний луч прокрался в наполовину зашторенное окно и принялся ласкать веки и переносицу спящего мужчины. Дженсен мгновенно распахнул глаза, чихнул, потряс головой и, проморгавшись, огляделся по сторонам. Рядом на диване валялся блокнот с его записями, где каллиграфическим почерком были нарисованы возможные схемы, которые вчера сложились в его голове, на столике стояло несколько чашек из под кофе. Дженсену почему-то вспомнился Джей, который не спал по ночам и надувался кофе. Дженсен после почти бессонной ночи чувствовал себя словно выжатый лимон. Как же Джею удавалось быть столь активным при таком образе жизни? Интересно, Джей часто бодрствует по ночам? Без Дженсена он тоже редко спит в кровати и постоянно работает? Взгляд Дженсена упал на пикнувший пришедшей смс-кой телефон, в котором все еще красовалась фотография Джея, он так и не скинул картинку, и она осталась на экране. Дженсен взял в руки телефон – это пришел отчет Мэтта, который сообщал, что за ночь происшествий не было. Дженсен вздохнул: хоть здесь все в порядке, а то, честно говоря, ситуация уже неслабо напрягала. Мало того, что опасность преследовала их по пятам, так они вдобавок ко всему прочему не владели никакой мало-мальски полезной информацией. Приходилось действовать наощупь в кромешной тьме. Дженсен ответил, бросил телефон на стол и прошел в ванную, чтобы хоть немного взбодриться под струями теплого душа и привести себя в порядок. Дженсен прошел в кабинет премьер-министра. -У меня к вам срочное дело, - произнес Дженсен после того, как они с Уоллесом поздоровались и обменялись рукопожатием. - Чтобы обезопасить вас от будущих возможных покушений, я бы хотел, чтобы вы помогли мне получить некоторую информацию. -Неужели SAS с их широкими полномочиями не может вам помочь? – Уоллес хитро прищурился, смотря Дженсену прямо в глаза. Дженсен ответил прямым взглядом. -Может, - кивнул он. – Но я бы не хотел, чтобы кто-то знал о моих действиях. -Вы не доверяете своему руководству? – прямо спросил премьер-министр. -Я сейчас даже собственной тени не доверяю. В деле замешаны слишком высокие должности и крупные игроки, значит стоит быть начеку постоянно. Надежды, что Уоллесу угрожает обыкновенный, чем-то обозленный на него псих, не осталось. Дело было гораздо серьезнее. -Может, поделитесь со мной своими соображениями? -Нечем делиться, - Дженсен не спешил выкладывать карты на стол. Пока стоит повременить, чтобы составить более-менее полную картину готовящегося Апокалипсиса. Болтливость здесь неуместна. -О какого рода помощи вы меня просите? Дженсен ответил: -Мне нужна общая информация по всем крупным счетам, которые открыты в "The Royal Bank of Scotland". Если об операциях, проводимых банком, мечтать не приходится, было бы неплохо узнать хотя бы о счетах, которые могут стать разгадкой во всей этой истории. -Хм… Как это может быть связано с тем, что меня шантажируют? Не думаете ли вы, что злоумышленник станет держать свои счета в шотландском банке? -Чтобы что-то утверждать, мне нужна информация. Вы можете достать ее? Но так, чтобы никто не узнал, что это вы затребовали данные. Уоллес задумался, потом кивнул: -Есть у меня один человек… Он мне многим обязан, но он не такая уж важная «персона», поэтому какой-то супер секретной информации найти не сможет. -Я буду рад любой. -Хорошо, я свяжусь с ним. Сегодня у премьер-министра был насыщенный на поездки день. Еще за неделю они с Дженсеном составили план. Дженсен с Мэттом проехали по маршруту и постарались выявить все возможные опасности, которые могли повстречаться им на пути. Однако, опасность подкралась с той стороны, откуда ее совсем не ожидали. Имя ей было – Маккеш. Накануне рыжий наглый шотландец уговорил своего любовника, передать полномочия Дженсена в деловой поездке ему, и Уоллес, не устояв перед натиском любимого, всерьез собирался претворить в жизнь данное в порыве страсти обещание. Поэтому Маккеш, встретив Дженсена утром, прямо-таки весь светился, объявляя о решении Уоллеса. Он чувствовал себя победителем. Дженсен хмуро окинул его взглядом, отодвинул правой рукой в сторону и прямиком направился в кабинет премьер-министра, который прихорашивался у зеркала, чтобы «выйти в люди». Маккеш бросился за ним следом, но Дженсен закрыл дверь прямо перед его носом и выразительно посмотрел на Уоллеса. Тот громко вздохнул и сообщил все-таки ворвавшемуся и дышащему, как конь, телохранителю: -Господин Маккеш, дайте мне две минуты поговорить с сержантом. -Хорошо, - нехотя отступил Маккеш. -Как это понимать, господин Уоллес? – резко спросил Дженсен. – Вам плевать на собственную безопасность и поэтому вы хотите передать все функции человеку, который ничего не смыслит в охране? Дженсен еле сдерживался, чтобы не обозвать премьер-министра ослом и не попросить его уже начать думать головой, а не членом. Возможно, Уоллес считает себя виноватым перед своим любовником за то, что ему пришлось жениться ради карьеры, но нельзя же быть до такой степени идиотом, чтобы так рисковать своей жизнью, вверяя ее неумехе. После непродолжительной беседы, премьер-министр согласился с доводами Дженсена. Уходя, Дженсен слышал полные негодования крики Маккеша, тот пытался что-то доказать, но Уоллес остался непреклонен. Утром премьер-министр должен был встретиться с советником правителя небольшого восточного княжества, чтобы обсудить поставки нефти на будущий год. Прибытие советника широко обсуждалось прессой, поэтому его встречала толпа журналистов. Советник обожал позировать перед направленными в его сторону объективами, поэтому Уоллес с командой не могли сдвинуться с места, ожидая, когда тот уже накрасуется перед СМИ. Но советник вошел во вкус и даже фыркнул на Мэтта, который преградил дорогу обнаглевшему фотографу с огромной камерой в руках, пытавшемуся пробиться сквозь кордон из охраны, чтобы запечатлеть экзотического политика в национальной одежде: в длинном платье в пол, белого «благородного» для всякого восточного человека цвета, с манжетами, украшенными запонками, и воротничком-стойкой, поверх платья была накинута накидка - бишт, которую одевали в особых торжественных случаях; голову покрывала белоснежная тончайшая куфия** с надетым сверху черным игалем*** из козьей шерсти, обшитым золотом и серебром, концы которого свешивались на спину в качестве украшения. Советник на беглом английском с легким акцентом попросил не мешать ему «общаться» с представителями прессы. И Мэтту пришлось отступить. Но хуже позера-политика все же оказался Уоллес - не сдержанный на язык премьер-министр Шотландии зачем-то выболтал представителям международной прессы, что после переговоров с уважаемым господином советником, планирует показать ему сельские регионы. На вопрос какой-то дамочки с телевидения: «А вы не боитесь нападения?», премьер-министр ответил: -У меня отличная охрана, с ней мне ничего не страшно! Дженсен подумал о том, что если Уоллес не перестанет трепаться, то спасти его сможет только чудо. Вот зачем надо было раскрывать планы передвижения, делая себя уязвимым? Своим поведением Уоллес с советником напомнили Дженсену пару глупых хвастливых мальчишек. «Господи, и это серьезные люди!» - мысленно застонал Дженсен. Переговоры долго не продлились, советник заявил, что не против осмотреть сельские красоты как можно быстрее. Дженсен был предельно собран. Он ожидал нападения, но пока все было тихо. Кажется, злоумышленники решили затаиться и не нападать сегодня – то ли боялись международного скандала – все же высшее должностное лицо одного из княжеств, поставляющих в страну нефть, то ли просто у них все сорвалось в последний момент. Дженсен склонялся к первому варианту, ведь те, кто мечтает свергнуть премьер-министра, хотят лишь надавить на несговорчивого политика, но никак не желают испугать восточного гостя, иначе доведенный до белого каления советник представит Великобританию не в лучшем свете перед своим правителем и тот прекратит сотрудничество с «Туманным Альбионом». Ознакомившись с сельской жизнью, советник прямо-таки сиял от восторга и Дженсен подумал, что политики, наконец-то, направятся в подготовленную для них резиденцию. Но премьер-министр решил сегодня окончательно добить Дженсена и его парней, заявив, что прямо сейчас хотел бы еще показать советнику ярмарку. И тогда терпение Дженсена лопнуло. Он припарковался у обочины, машины из кортежа, которые он оповестил по рации, последовали его примеру. Выбрался наружу и попросил премьер-министра перемолвиться словечком. Когда мужчины оказались вдалеке от ушей советника, Дженсен, стараясь сохранить остатки самообладания, объяснил Уоллесу, почему его идея может войти в первую пятерку самых идиотских из когда-либо высказанных. -Я понимаю, что Маккеш многое вам позволял. Но шутки в сторону, сейчас все слишком серьезно. Передо мной стоит задача – защитить вас. -Так и выполняйте ее, сержант, - рыкнул премьер-министр. -Если вы будете вносить в планы несогласованные изменения, то я не смогу этого сделать. Господин Уоллес, я не вездесущий супермен, чтобы остановить предназначенную вам пулю ладонью. В толпе вы очень уязвимы, поэтому советую не рисковать лишний раз. -Я вас понял, - сквозь зубы процедил премьер-министр. -Вот и отлично. Сейчас мы отправимся в резиденцию, где вы переночуете. Дженсен осведомился по рации у охраны особняка все ли в порядке, и удовлетворенно кивнул, когда пришел утвердительный ответ. Дженсен свернул на ведущую к резиденции дорожку из гравия, который зашуршал под колесами машины. Участок резиденции, укрытый с боковых сторон «живой» изгородью и глухим забором по задней, располагался вдали от магистрали, поэтому не был виден посторонним и представлял собой идеальное место для остановки. Кортеж миновал двухэтажный дом охраны, который был отделен от жилого дома искусственным водоемом. Дженсен остановил машину перед главным входом в двухэтажный особняк, огляделся по сторонам – все было чисто. Но радоваться было пока рано – из дверей навстречу вышел Маккеш. «Почему его не оставили в Bute House?» - задал немой вопрос Дженсен премьер-министру, бросая на него взгляд. Тот был все еще зол на Дженсена за то, что он вмешался в его планы показать советнику ярмарку, но все же объяснил: -Ваша чрезмерная защита, сержант, может стоить нам успешных переговоров! Советник очень опечален, что не смог увидеть ярмарку вблизи, и я боюсь, что теперь он будет не так сговорчив как хотелось бы. Поэтому на сегодня вы свободны, дальше меня будет защищать господин Маккеш. -Но… -В резиденции Маккеш справится без вас. Я не хочу, чтобы вы сорвали мне переговоры. С вас станется, ворветесь к нам в кабинет и объявите тревогу! Дженсен попробовал возразить, но его никто не слушал. Гнев поднялся в груди, захотелось врезать Маккешу по самодовольной морде, который бросил в его сторону победоносный взгляд. Дженсен глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он надеялся, что за то время, пока Маккеш крутится рядом с премьер-министром и советником, не случится ничего страшного. Все же охрана здесь была организована на высшем уровне, он сам ее проверял, осечек быть не должно. Не смотря на то, что премьер-министр приказал Дженсену и его людям держаться сегодняшним вечером от него подальше, Эклз принял решение остаться в резиденции, не особо рассчитывая на Маккеша. Маккеш скрепя сердце смирился с их присутствием в доме, но в крыло, где Уоллес вел переговоры, пускать наотрез отказался. Переговоры, начавшиеся вечером, плавно перетекли в ночь, а затем и раннее утро. На часах было уже полчетвертого, а политики даже не думали расходиться. Дженсен несколько раз выходил в холл, чтобы проверить, как там идут дела. Все было спокойно. Стоило Дженсену вернуться в комнату, как в коридоре послышались крики, топот ног и выстрелы. Дженсен со своей группой выскочили из комнаты и бросились в сторону кабинета, где шли переговоры. Возле входа ничком, уткнувшись лицом в пол, лежал Маккеш, рядом еще один охранник, с неестественно вывернутой в сторону рукой, сжимавшей пистолет. Сам кабинет был пуст, лишь занавески развевались от проникающего в разбитое окно ветра, через которое злоумышленники скрылись вместе со своими заложниками. Оправдались самые худшие опасения Дженсена - бандиты каким-то чудом пробились через охрану и похитили премьер-министра с советником. Если хочешь, чтобы любая операция была успешной, необходимо наличие скорости, напористости и неожиданности. Этому Дженсена научили еще на заре его военной карьеры. Дженсен очень хотел вернуть политиков в целости и сохранности. Поэтому он, не теряя ни минуты, выпрыгнул в окно и начал преследовать злоумышленников, надеясь, что они ушли не слишком далеко. За Дженсеном следовал Мэтт и еще один спецназовец, держа оружие наизготовку. Дженсен бежал первым, поэтому именно он заметил, как злоумышленники завернули за забор, находящийся позади дома – он был пуленепробиваемым, поэтому стрелять Дженсен не стал, лишь приказал по рации подогнать машину. Когда Дженсен вывернул из-за угла, то увидел лишь, как заложников запихивают внутрь огромного внедорожника. Дженсен упал на одно колено и приготовился сразить метким выстрелом высоченного бандита, макушка которого выглядывала из-за крыши авто. Тот стянул с головы черную шапку и темно-русые волосы упали ему на шею. Рука Дженсена непроизвольно дернулась – пуля попала в дерево, и, отрикошетив, впилась в плечо парня. Дженсен закусил губу и снова выстрелил, однако, парень уже скрылся в бронированной машине. Дженсен в бессильной ярости помчался за удаляющимся внедорожником. -Где наша долбанная машина? – зарычал он в рацию, понимая, что сейчас упустит злоумышленников из вида. – Где она, мать вашу?! Из хрипящей от помех рации послышалось: -Сейчас… будет… В том, что премьер-министр, хоть и прошедший обучение по выживанию в ситуации с заложниками, будет вести себя адекватно, Дженсен сильно сомневался – если Уоллес видел, что в Маккеша стреляли, то он станет всеми доступными способами стараться узнать, жив его телохранитель или умер, чем может вывести похитителей из себя окончательно. И тогда какой-нибудь не особо морально уравновешенный тип возьмет и выстрелит в надоедливого политика, тем самым нарушив приказ оставить его в живых. Дженсен действовал на автомате: отдавал приказы, планировал план перехвата. Больше всего он боялся сейчас остаться один, боялся, что непрошенные мысли полезут в голову, что волной накроет осознание того, что в похищении премьер-министра участвовал Джей – этот сукин сын, которому не сидится на месте и которого вечно тянет перейти Дженсену дорогу! Дженсен поклялся себе, что когда увидит Джея в следующий раз, то непременно всадит ему пулю в лоб – террористы должны быть уничтожены. И точка. Никаких рефлексий по этому поводу он испытывать не будет. Джей – взрослый мальчик и сам выбрал свой путь. Когда стало понятно, что поймать злоумышленников по горячим следам не получится, Дженсен с Мэттом и своими двумя бойцами закрылись в кабинете, чтобы разработать план и решить, как лучше действовать в сложившейся ситуации. Они предоставили людям Маккеша общаться с охраной советника – посторонние сейчас были весьма некстати. -Я думаю, - начал Мэтт, присев на краешек стола и покачивая ногой, - премьера и советника будут перевозить с места на место, чтобы запутать следы и как можно больше обезопасить себя, и еще, чтобы у нас не было возможности их вычислить. -Скорее всего, - хмуро согласился Дженсен, проведя по подбородку рукой. – Меня интересует сейчас то, как они смогли попасть на охраняемую территорию. -Маккеш проворонил, - высказал предположение один из бойцов. -Маккеш, конечно, странный тип, и это еще мягко сказано, но я лично проверил все входы-выходы, - произнес Дженсен. – Проникнуть в такую укрепленную резиденцию практически невозможно… Поэтому я и позволил Маккешу поиграть в телохранителя. Премьер-министру не могло ничего угрожать даже с таким охранником. -У меня только одно предположение, - осторожно начал Мэтт. -Какое? -У них в резиденции есть свой человек или в их группировку входит кто-то из бывших охранников. -Что ж, можно попытаться копнуть с этой стороны. Вдруг что-то получится, - кивнул Дженсен. В этот момент в дверь постучали. -Кого там принесло?.. – буркнул Мэтт, открывая. В комнату вошел начальник охраны советника – смуглый рослый мужчина в черном европейском костюме. -Я так понимаю, мне следует обсудить сложившуюся ситуацию с вами, - начал он. - Потому что охрана премьер-министра не до конца прояснили ситуацию. Дженсен вздохнул: вот и еще один человек понял, что люди Маккеша выполняют роль праздничной ширмы. Впрочем, спецназовцы тоже хороши… А сам Дженсен – первый красавец среди них, блядь, позволил украсть премьер-министра! Начальник охраны восточного гостя поделился важной информацией: советник – диабетик и в скором времени ему понадобится инсулин. Похитители этого, конечно же, знать не могли, но зато теперь у них не останется выхода, кроме того, чтобы где-то срочно раздобыть лекарство. Дженсен приказал взять под контроль все аптеки и приготовился ждать. Уже к вечеру выследили девушку, которая после покупки инсулина, из аптеки проследовала на заброшенную морскую военную базу и передала пакет с лекарствами типу с автоматом наперевес. Ее взяли сразу, как только она отъехала на машине на достаточное расстояние и девушка от страха во всем призналась. Заместитель Маккеша предложил подключить к делу полицию, но Дженсен на корню пресек все его попытки. -Даже не вздумайте! Хотите, чтобы премьер-министру свернули шею? А они это сделают, как только увидят полицейских по периметру базы. -Тогда давайте свяжемся с антитеррористической группой SAS. У них есть снайперы и атакующие… -Мы сами и снайперы, и атакующие, - резко перебил его Дженсен и посоветовал затаиться и ждать. -Чего ждать? – не понял заместитель. Уходящий Дженсен уже через плечо бросил: -Результатов. Среди людей Маккеша отыскался еще один предатель, который как выяснилось, помог пробраться злоумышленникам в дом и выкрасть премьер-министра с советником, сам он тоже скрылся вместе с похитителями, поэтому допросить его не удалось. -Сколько же у этого чувака предателей в охране? – кисло усмехнулся Мэтт. – Чем он им всем успел насолить, что они его сливают на раз-два-три? -С этого мгновения ни слова о наших планах людям Маккеша, - распорядился Дженсен. Дженсен запросил из компьютерной библиотеки, в которой хранились трехмерные планы тысячи зданий, в том числе военных объектов, данные по базе, чтобы досконально изучить строение целиком, включая дверные замки, задвижки, люки на крыше и прочее. Затем они принялись составлять план по освобождению заложников. Спецназовцы облачились в огнеупорную спецодежду черного цвета, на головы надели противогазы "С-10" с защитными стеклами на глазах против вспышек, и кевларовые шлемы, туловище закрыли специальной защитой с керамическими пластинами спереди и сзади, сверху надели сумку-жилет, в которой хранилось холодное оружие и прочие необходимые для операции вещи. Дженсен перекинул через плечо и закрепил на теле винтовку с фонарем "ЭмБи 5", которая находилась в постоянно взведенном состоянии, она висела на груди и позволяла использовать в операции обе руки. Кобуру с полуавтоматическим пистолетом «ЗигЗауэр», второстепенным оружием, Дженсен прикрепил на поясе у бедра. Перед операцией он еще раз провел инструктаж своих бойцов. Спецназовцы взяли базу в кольцо и затаились, один из снайперов засел в укрытии и принялся наблюдать за зданием, передавая информацию Дженсену. Дженсен надеялся, что злоумышленники не пустят в расход советника, надеялся, что они используют его как средство давления на Уоллеса. Не хотелось бы, чтобы операция завершилась трупом. Боец сообщил, что один из злоумышленников был замечен в центральном секторе: -Очень высокий темноволосый мужчина с перебинтованным плечом. В груди Дженсена екнуло – Джей тоже внутри. Что ж, без жертв, значит, не обойдется, потому что Дженсен не собирался отказываться от данного самому себе не так давно обещания поквитаться с парнем из Тсваны, алмазным дельцом и воздушным ассом в одном лице. Дженсен уберет его без раздумий, если он встанет на его пути, а в том, что упертый сукин сын первым полезет на рожон, Дженсен не сомневался. Дженсен принял решение: -Пора! Надо проникнуть в здание как можно быстрее: чем дольше тянешь, тем больше убито заложников. Бойцы незаметно и стремительно проникли вглубь базы. В коридорах они прикрывали друг друга. Дженсен был входящим и шел первым, Мэтт – вторым, остальные за ними. Они старались передвигаться без выстрелов, но не получилось. Дженсен заметил мелькнувшую тень и выстрелил. Злоумышленник схватился одной рукой за грудь и упал на пол. Дженсен отбил ногой полуавтомат из его второй руки и стремительно бросился наверх, где по его предположениям могли держать заложников, надеясь, что успеет до того, как их снова куда-нибудь перевезут, заслышав внизу звуки боя. Дженсен буквально взлетел на третий этаж, но перед тем как ворваться в помещение, убедился, что остальная команда находится за его спиной. Один из спецназовцев мощным дробовиком «Ремингтон» с твердыми пластиковыми пулями, выбил дверные петли, сделал последний выстрел в дверной замок и толкнул дверь, которая с гулким звуком упала на пол. Дженсен бросил внутрь светошумовую гранату, которая должна была отвлечь внимание похитителей настолько, чтобы у бойцов появилось время ворваться в помещение. Какой-то нервный человек, стремясь спасти собственную шкуру, приставил к горлу премьер-министра нож и отступил к окну. Дженсен выстрелил ему в голову, когда тот оттолкнул Уоллеса, чтобы загородить глаза от дыма, окутавшего все помещение. Мэтт кинулся к премьер-министру: -Вставайте, сэр, вставайте… Он потянул его к выходу. Остальным Дженсен приказал лечь на пол, спецназовцы скрутили им за спиной руки пластиковыми наручниками. Дженсен огляделся по сторонам – среди присутствующих здесь не было Джея. -Еще не все обезврежены, - отрывисто бросил он, выходя из помещения. Дженсен с Мэттом осторожно, но довольно быстро, продвигались по коридору, чтобы в любой момент выстрелить в выскочившего из-за угла бандита. Дженсен оставил Мэтта с левой стороны коридора, сам шел спереди справа. Бойцы были готовы в любой момент применить оружие, нервы аж звенели от напряжения. Что бы Дженсен себе не говорил накануне, какие бы обещания не давал, но он очень боялся встретить Джея, поскольку его появление будет означать лишь одно: в него придется стрелять, чтобы не дать ему возможности напасть первым. Дженсен планировал бить по ногам, рукам, да по чему угодно, лишь бы сохранить засранцу жизнь. Джея надо обязательно взять живым, хотя бы для того, чтобы допросить… Наверняка, ему есть, что рассказать. Оказавшись у развилки, Дженсен приказал Мэтту следовать другим коридором, и стрелять на поражение только в исключительном случае. В конце своего коридора Дженсен уловил звук крадущихся удаляющихся шагов и последовал за ним. Взобрался по лестнице, люк, ведущий на крышу, был распахнут. Дженсен бросил гранату с газом, который мгновенно окутал белым дымом все вокруг, давая возможность Дженсену выскочить наружу. Он слышал, как в его сторону беспорядочно стреляли, некоторые пули ложились возле ног в покрытие, которое не давало им отрикошетить и Дженсен мысленно возблагодарил тех, кто оставил здесь это чудо, спасшее ему жизнь. Дым от сильного ветра с накрапывающим дождем быстро развеялся и Дженсен увидел как высокий мужчина, сдирая с головы шапку, из под которой взметнулись на ветру темные волосы – сердце Дженсена екнуло: ну точно, Джей! – мчится со всей мОчи к краю крыши. Дженсен хотел крикнуть ему, что не будет в него стрелять и чтобы он остановился, и тогда они поговорят, но не успел даже открыть рта. Джей, не сбавляя скорости, подбежал к краю. -Блядь, урод несчастный, только не прыгай! – закричал Дженсен, срывая противогаз с головы, чтобы его было лучше слышно. Но Джей, не оборачиваясь, оттолкнулся правой ногой от крыши здания, надеясь дотянуться до соседней, и полетел. Он недопрыгнул самую малость - рука прошла от крыши всего в сантиметре и не найдя за что уцепиться, сомкнула воздух. Дженсен подскочил к краю и выглянул – словно в замедленной съемке Джей падал вниз, расставив руки и крича во все горло. Что-то быстрое со свистом пронеслось перед самым носом Дженсена. Он рефлекторно дернулся, уходя от пули. Вторая пуля, выпущенная кем-то из необезвреженных злоумышленников, пролетела совсем рядом с шеей Дженсена, задев ее. Дженсен схватился ладонью за рану, ныряя за какой-то выступ на крыше. Его перчатки мгновенно окрасились кровью, артерия под рукой забилась в бешенном ритме, грозя разорваться и обеспечить своему хозяину восхождение на небеса. Но Дженсен должен был выжить, чтобы узнать, что с Джеем. Может, ему каким-то чудом удалось остаться в живых… Он знал, что обманывает себя, но упрямо не хотел верить в то, что вот теперь наступил полный пиздец. Дженсен почти потерял сознание, держался на одной упрямости, понимая, что как только закроет глаза, то больше их уже никогда не откроет. Поэтому боролся до последнего. Он был почти в забытьи, когда почувствовал, что руки Мэтта обхватывают его, словно маленького ребенка, а жаркие губы шепчут на ухо: -Держись, Шмэклз, не умирай… Дженсен распахнул глаза и попытался выдавить из себя хоть что-то помимо булькающих звуков. Ему очень хотелось узнать, что с Джеем, но он не мог произнести ни слова. Мэтт истолковал его попытку по-своему. Стараясь успокоить товарища, он сказал: -Не волнуйся, мы всех уродов уложили, даже допросить некого. Ни одна гнида не выжила!