uncontrollable lovers.

Чонгук возненавидит себя за это завтра, вот почему сегодня он идет с тобой за руку в мужской туалет и закрывается в одной из кабинок. Расстегиваешь его брюки не сводя с парня глаз, из-за чего Чон шумно сглатывает. Становишься на колени, стягиваешь с него боксеры и видишь перед собой его кровью налитый член. Облизываешь пересохшие губы и морально готовишься сделать первый в своей жизни минет. Волнительно, но твое личное желание и алкоголь придают решимости. Проводишь по стволу язычком несколько раз, отчего Чон шипит, а после заглатываешь орган наполовину. Сосешь у него, а парень мелодично стонет, смущаясь от того, что ты делаешь ему минет. Перед глазами Чонгука звезды, а все потому что это ты. Добиться твоего расположения было практически нереально, но он смог, чему несказанно рад. Ты отдаешься тому, что делаешь целиком, хочешь сделать ему приятно, потому что Чонгук тебе нравится и очень — это то, что ты четко осознаешь сейчас стоя на коленях. Парадоксально, но делая минет Чон Чонгуку в туалете клуба ты впервые чувствуешь себя настолько свободной. Да, ты импульсивна и очень, но где-то в глубине души ты придерживаешься негласного правила о том, что жизнь одна и надо смело брать от неё все, что захочешь. Этот процесс тебя увлекает и даже становится довольно-таки приятным. Тебе нравится то, как Чонгук реагирует, как он стонет, то как он испытывает удовольствие — это всё возбуждает тебя. Вот почему ты параллельно задираешь юбку и касаешься пальцами своей промежности, натирая клитор сквозь трусики. Конечно, ты пьяна, но дело не только в этом — дело в Чонгуке. Он пьянит похлеще любого алкоголя, ты просто хочешь отдаться ему как можно скорее, но понимаешь, что пока еще рано. Именно по этой причине ты решила выбрать оральные ласки. Нет больше смысла противиться своим инстинктам, нет смысла скрывать свою симпатию, ведь все тайное все равно становится явным. Чонгук вплетает пальцы в твои волосы, нежно гладит по голове, блаженно прикрывая глаза. У него крышу сносит от твоего ротика и язычка, Чон чувствует, что ты максимально хочешь дать ему знать насколько он нравится тебе. Это безрассудно, что ты и сама понимаешь, но сейчас, впервые в твоей жизни, все равно. Чон Чонгук будто открыл в тебе второе дыхание, переманив на темную сторону — на сторону похоти и разврата. Он уже становился ради тебя на колени, вот почему теперь на коленях стоишь ты. Хочешь отплатить ему, хочешь дать знать, что Чонгук тебе интересен и очень. Пытаешь взять в рот глубже, но сразу же давишься из-за отсутствия навыков. Парень снова нежно гладит тебя по голове и тихо проговаривает: — Не надо, — слышишь в его голосе заботу и решаешь пока что оставить в покое попытки сделать Чонгуку глубокий минет, — Мне и так все нравится, — и это чистая правда, он действительно в восторге потому что это ты. Хоть и удовольствие сейчас доставляется ему, но в тот же момент ты и сама откровенно кайфуешь от всего этого процесса. Тебя хорошо как никогда из-за происходящего и выпитого алкоголя. Это так бодрит, заставляет тебя чувствовать себя живой, заставляет не думать больше ни о чем на свете, кроме Чон Чонгука. Тебе хорошо, оттого, что ему хорошо. Его стоны чертовски заводят. Трёшь клитор, ощущая приближающийся оргазм. Чонгук тоже уже почти на пике, вот почему он говорит запыхавшимся голосом: — Я сейчас кончу, — ему отчего-то стыдно это говорить, хочет чтобы ты перестала ему сосать, но вместо этого ты доводишь дело до конца и происходит то, чего парень меньше всего хотел. Его сперма оказывается у тебя во рту, вкус весьма специфический, но ты сглатываешь её, чем смущаешь обычно невозмутимого Чонгука. Ласкаешь себя какое-то время и вскоре тоже содрогаешься в оргазме. Ему лестно, что ты позволила ему смотреть. Чонгуку в целом нравится то, что между вами происходить, хоть он и чувствует вину за то, что все произошло так. Чонгук надевает обратно боксеры, застёгивает ширинку, а после протягивает тебе руку, помогая встать на ноги. Улыбаешься пьяной улыбкой, после чего почти невесомо целуешь его в щеку. Шепчешь парню на ухо: — Пойдём танцевать. У него от твоего шепота ком горле, сейчас ты имеешь над ним такую власть, какую никогда не имела ни одна девушка до этого момента. Он покорно кивает и вы выходите из кабинки, вскоре оказываясь на танцполе. Играет медленная, чувственная и сексуальная песня, благодаря которой ты раскрепощаешься еще сильнее, двигаясь в такт. Заглядываешь в его глаза и будто видишь его душу насквозь, видишь какой он на самом деле ранимый и жаждущий любви, ласки. Чон Чонгук гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Сейчас он читает тебя, как открытую книгу, но он, увы, прочитать тебя пока еще не может. Поворачиваешься к нему спиной, позволяя ему обнять тебя со спины. — Давай я отвезу тебя домой, — заботится, переживает о том количестве алкоголя которое ты выпила, одновременно боясь за то, чтобы не наделать ошибок. — Угу, — чувствуешь, что хочешь спать, поэтому и соглашаешься. Садитесь в машину и едете в направлении твоего дома. В какой-то момент Чонгук смотрит в твою сторону и замечает, что уснула. Он тормозит и полушепотом спрашивает у самого себя: — Ох, и что же мне с тобой делать? Спящая ты настолько умиляешь Чонгука, что на его лице появляется улыбка. Ему хочется тебя защищать и оберегать. Он замечает расстегнутую пуговицу на твоей блузке и аккуратно застегивает её. — Ладно, сегодня ты ночуешь у меня. На утро ты просыпаешься в неизвестном тебе месте. Сонно потираешь глаза, с трудом пытаясь вспомнить события вчерашнего вечера. Хоть и не слишком сильно, но все же голова болит от выпитого вчера алкоголя. Внезапно ты вспоминаешь клуб, то как вчера танцевала с Чонгуком, как пила и как… — Доброе утро, — поднимаешь взгляд и видишь парня в дверном проеме. Чонгук выглядит таким домашним в этой своей черной футболке, которая впервые за все время открывает вид на его татуировки, о которых ты даже не знала. Пусть даже ты еще немного сонная, но все же вынуждена признать, что они ему идут. — Доброе, — отвечаешь все же ты, наконец-то начиная осознавать то, что, кажется, провела ночь в его постели, отчего смущение накрывает тебя с головой. — Между нами что-то было вчера…? — все же неуверенно спрашиваешь ты, боясь того, что ответ может оказаться положительным. — Нет, ничего не было, — успокаивает тебя он. — Ты уснула, пока мы ехали из клуба. Я решил привезти тебя к себе, все-таки мне было бы слишком трудно объяснить твоим родителям, почему их пьяная дочь валяется в отрубе у меня в машине. — Логично, — согласилась ты. — Я привез тебя к себе, уложил спать в своей спальне, а сам лег спать на диване в гостиной. Тебя восхищает его благородство в этой ситуации, ведь по сути он мог воспользоваться этим, но не стал. Хотя ты и так уже успела сделать вывод, что Чонгук хороший парень, который не причинит тебе вреда. Ты просто получила очередное подтверждение этому. Чувствуешь себя по-прежнему неловко, но решаешь, все же, сказать ему это: — Спасибо. Чонгук видит то, как твое лицо напряжено, пусть даже ты говоришь ему слова благодарности. Ему, как и тебе, понятно, что между вами по-прежнему все сложно. Алкоголь помог растопить между вами лёд, но вместе с тем он будто сделал еще хуже. — Не за что, — спокойно отвечает он. — Я сделал нам завтрак, так что… Резко перебиваешь его: — Нет, спасибо, мне нужно идти, — подскакиваешь на ноги и начинаешь заправлять кровать, вместе с тем поправляя одежду на себе. Чонгук хоть и продолжает стоят в дверном проеме невозмутимой скалой, но внутри у него целый ураган. Что-то треснуло, разбилось и он правда пока что не знает, как собрать себя обратно. Мысленно он винит себя за глупость, которую допустил, подумав о том, что между вами возможно нечто большее. Он хотел показать тебя другую сторону себя, но ты не дала ему и шанса, вот почему он, молча приняв поражение, разворачивается и просто уходит. Чонгук переодевается, а ты тем временем уже стоишь в дверях, желая поскорее покинуть его дом. — Я подвезу тебя. Хочешь сказать «не надо», но молча соглашаешься кивком, понимая, что это будет слишком грубо с твоей стороны. Садишься в его машину и тщательно избегаешь зрительного контакта с Чонгуком, стараясь смотреть исключительно в окно. Конечно, Чон разочарован, но несмотря на это заводит машину и просто старается ни о чем не думать, кроме дороги. Вчера вы жадно целовались в этой машине, а сегодня упорно пытаетесь сделать вид, что ничего не было. Ты — потому что стыдно, он — потому что не хочет тебя смущать еще сильнее. Чонгук отчасти винит себя, потому что был трезвым, понимает, что не должен был допустить того, что было в туалете, но в каком-то смысле не мог противостоять этому. В тот момент ему хотелось искренне верить в то, что ты не пожалеешь об этом. Он подвозит тебя до того места, где высаживал тебя ранее и глушит мотор. Чонгук хочет сказать тебе многое, но вместо этого не может вымолвить и слова. Парень скован по рукам и ногам после того, как ты резко отвергла его попытки позволить вам стать ближе прежнего. Тебе тоже неловко из-за своего поведения, ты жалеешь, что ни дала ему и шанса, при этом прекрасно понимая то, как он себя сейчас чувствует. Это даже и рядом не стоит с твоим первоначальным отказом спать с ним, в этот раз Чонгук хотел предложить нечто большее, он собирался открыть перед тобой свою душу, которую редко кому открывает вообще. У тебя была уникальная возможность, но ты успешно её проебала, о чем сейчас горько жалеешь. Стыдно, тебе очень стыдно даже смотреть на него сейчас. Вчера ты была раскрепощена с ним, вчера ты стояла на коленях и сосала ему, а сейчас в присутствии Чонгука не можешь и двух слов связать. — Спасибо тебе… — все же осмеливаешься выдать хоть что-то, — за свидание. Чон Чонгук, как и прежде, выглядит как скала, хоть и глубоко внутри смущен из-за твоих слов и всей этой ситуации. — Не за что, — тихо отвечает он. Понимаешь, что все уже испорчено, но ты не хочешь прощаться с ним на такой ноте, вот почему робко чмокаешь его в щеку, а после резко выпархиваешь с места преступления, хлопая дверью. Чонгук слегка озадачен, но с тобой это уже далеко не в первый раз. Ты же пытаешься быстрым шагом как можно скорее оказаться как можно дальше, твои щеки пылают от смущения, но вместе с тем ты ни о чем не жалеешь, потому что сделала то, что хотела. Во второй половине дня к тебе приходит Йеджи, которую ты сама же позвала в гости, чтобы обсудить с ней, как с подругой, то, что тебя тревожит, потому что сама банально больше не справляешься с этим. Рыжеволосая вальяжно проходит в твою комнату, после чего ты закрываешь дверь, разговор обещает быть слишком личным. — Солнышко, что у тебя случилось? — взволновано спросила она. — Чон Чонгук, — с досадой в голосе честно говоришь ты. — Он по-прежнему к тебе пристает, да? Ты только скажи мне, и я… — Нет, — перебиваешь Йеджи, — дело немного в другом. — В чем же? — Кажется, он мне нравится. На некоторое время в комнате повисла напряженная и давящая тишина. Ни одна из вас не осмеливается и слова сказать. Видно, что твоя подруга повержена этой информацией. — Так значит… ты больше не боишься его? — неуверенно спросила она. — Нет. Я разве что боюсь своих чувств к нему, потому что, кажется, никогда еще так сильно не влюблялась прежде, — не знаешь насколько много можешь ей говорить, но все же решаешься рассказать о самом сокровенном на данный момент, — У нас было кое-что, он отлизал мне несколько раз, а я сделала ему минет вчера, — Йеджи буквально шокирована твоим признанием, — Понимаешь… между нами такое притяжение, а сейчас оно будто лишь усилилось из-за наших чувств друг к другу. Мы были в клубе вчера, я выпила и уснула у него в машине, он мог воспользоваться мной, но вместо этого привез к себе домой, уложил спать в своей кровати, а сам спал на диване. Утром он приготовил мне завтрак, но мне так стало стыдно за свое пьяное поведение, что я просто сбежала от него, чем наверняка обидела Чонгука. Йеджи слушает тебя молча и вдумчиво, анализируя каждое сказанное тобой слово. Ты чувствуешь облегчение от того, что рассказала все ей, понимая, что она наверняка посоветует тебе что-то дельное. — Ты отсосала ему на пьяную голову? Тебе за это стыдно, верно? — Да. Сейчас легче все списать на алкоголь, но, если честно, в тот момент это было моим искренним желанием. Я сделала это осознанно, алкоголь лишь придал уверенности и помог освободится от того, что сковывало меня прежде. — Тогда чего ты стыдишься? — Просто… это настолько несвойственно мне, я никогда ничего такого не делала, ты же в курсе, — в ответ Йеджи молча кивает, — Чонгук, он… меняет меня. — А что насчет всей той истории с Миён? Ты ведь очень испугалась, когда узнала про неё. — Да, но сейчас все в порядке. Я провела свое мини-расследование. Девушка начинает хихикать после этих слов, заправляя за ухо прядь рыжих волос. — Расследование? Прям как детектив? — она продолжала смеяться, а тебе этот смех не нравился, как и её тон, но ты решила не придавать этому значения. Тяжело сглатываешь, а после отвечаешь: — Можно и так сказать. Чонгук чист и, мне кажется, ты прекрасно знаешь об этом. Кстати, я вспомнила кое о чем. — О чем же? — с интересом и неким огоньком в глазах спросила она. — О том, что ты рассказала Чонгуку, что я девственница, — и тут твой тон становится ледяным, а лицо каменным. На лице Йеджи ухмылка, некоторое время она просто молчит. — Да, я сказала ему об этом. Но прежде чем ты начнешь строить теории заговора, скажу лишь то, что сказала об этом только для того, чтобы он не трогал тебя. Пришлось объяснить, что первый раз для тебя важная штука и на него ты себя разменивать не будешь, так что здесь все до банального просто. Этот ответ вроде бы тебя удовлетворяет, но не до конца. — Скучаешь по Суджин? — бьешь этими словами под дых, что Йеджи все же проглатывает. — Очень. И тут тебе резко становится ясна её суть. Йеджи и Суджин были лучшими подружками, пока вторую Чонгук не упёк в психушку, а всё из-за бедняжки Миён, которая поплатилась своей жизнью из-за любви. Трезво оценивая ситуацию приходишь к выводу о том, что и сама сейчас находишь не в завидном положении. Все же ты осознаешь, как сильно погорячилась, выболтав сейчас Йеджи всё о Чонгуке. В свое время Миён тоже доверилась ей и это стало началом конца для неё. — Ты была влюблена в Суджин? — понимаешь насколько дико это звучит, но все-таки ты хочешь проверить свою теорию. Лицо Йеджи искажается в странном оскале, который она всеми силами пытается подавить, но у нее это слабо выходит. Сейчас она выглядит будто перевертыш, который наконец-то решился показать свое настоящее лицо. Девушка тихо хихикает, старательно стараясь прикрыть рот, отчего её смех становится лишь громче. Ты напугана, но не подаешь виду, продолжая и дальше выглядеть невозмутимо. — Какое это имеет значение? — смеясь выдала Йеджи, — Даже если и так, то что? Подумаешь, пару раз пососались по пьяни и даже переспали, и что с того? — она говорит это с неким восторгом, но ты не видишь в её поведении ничего, кроме безумства, — Поздравляю, Т/И, ты раскрыла дело, что дальше? Что это все означает? — Ничего. Ничего не означает, — тихо проговорила ты. Вот сейчас до тебя наконец доходит, что на самом деле означает крупно проебаться.