Наркобароны

Глава 5. Рабат встретил путников жарой и зноем – стояло пятидесятиградусное пекло. Пока Джаред находился в здании аэропорта, это не чувствовалось, однако, стоило выйти наружу, как от горячего воздуха пот полился градом. Серьезно, Джаред бы снял с себя рубашку и так бы пошел по улице, но страна была мусульманская, поэтому разгуливать с голым торсом здесь не стоило. Джаред огляделся по сторонам, прикидывая, где бы купить салфетки, чтобы вытереть со лба ручейки пота, которые скатывались за шиворот и впитывались и в без того мокрую, липнувшую к телу, рубашку. На улице не было видно ни одной торговой точки, поэтому Джаред дотронулся до плеча впереди идущего Дженсена и сказал: - Мне надо в здание. Я сейчас вернусь, ок? Дженсен приподнял бровь, показывая тем самым, что неплохо было бы объяснить в чем дело. - Мне салфетки нужны, - Джаред показал на пот, лившийся по лицу. - Хорошо, но не задерживайся. - Я мигом, - Джаред бросился к массивному зданию, вид которого несколько смягчала ажурная решетка с национальным орнаментом, идущая вдоль всего фасада. Возле окна во всю стену Джаред заметил пристально смотрящего на него мужчину в бейсболке, скрывающей лицо. Когда он хотел подойти к нему и узнать в чем дело, тот быстрым шагом удалился. Что-то знакомое было в его облике, но преследовать его Джаред не стал. Вместо этого он купил влажные салфетки и сразу же вытер лоб, шею, рукой зачесал волосы назад, чтобы мокрые пряди не лезли в глаза, и поспешил обратно, стараясь не упустить своих знакомых. Хотя не похоже было, что Дженсен собирался от него сбежать, но, тем не менее, особо расслабляться не стоило. Возле входа аэропорта уже поджидал сверкающий на солнце черный ретро-автомобиль. Идрис с Дженсеном стояли рядом, внутрь пока не садились. Мелкий засранец Идрис, глядя на Дженсена громадными глазищами в пол-лица, без умолку ныл: - Чего мы здесь ждем? Поехали! Твой друг не маленький, сам дорогу найдет. - Найдет, - согласился Дженсен. – Но его не пустят на территорию дома. - Я уже здесь, - произнес Джаред, протискиваясь между Идрисом и Дженсеном. – Можно ехать. Автомобиль въехал в старую часть города – медину. Он медленно продвигался по улице, запруженной разносчиками товаров, под колеса автомобилей то и дело ныряли велосипедисты, повозки, запряженные ослами и мотоциклы. Эта братия передвигалась во всех направлениях, однако, ни одного ДТП Джаред не заметил: пешеходы всегда освобождали дорогу, погонщики вовремя тормозили осликов. За окнами мелькали ничем не примечательные двери в сплошном длиннющем заборе. Джаред задался вопросом: какого черта они приперлись в этот туристический центр, где современность тесно переплетается с историей. Что они тут вообще забыли? У него не было желания осматривать достопримечательности столицы. Когда автомобиль остановился возле неприметной двери, Джаред готов был взреветь от злости. Только он открыл рот, чтобы напомнить Дженсену по какой причине он вообще прилетел в Марокко, как тот его опередил. - Это риада,[1] - произнес он. - Мне это ни о чем не говорит! - Джаред почувствовал, что начинает заводиться. - Это дом полковника Крибеха, надеюсь, так понятнее, - вздохнул Дженсен. Глаза Джареда полезли на лоб: - Полковник живет в таком убогом домишке? Дженсен хмыкнул, но промолчал. Вылез из машины, подхватил свою сумку, и направился к невзрачной двери. Идрис последовал за ним. Джаред, пыхтя, выбрался наружу и снова с него покатился пот в три ручья. Автомобиль, издав короткий гудок, двинулся дальше по улице. Идрис толкнул дверь и прошел внутрь, за ним Дженсен, а потом уже и Джаред. Сперва Джареду показалось, что у него начались галлюцинации и подвели глаза, которые плохо видели от застилавшего их пота. Он даже протер глаза кулаками, но видение никуда не делось. Джаред оказался посреди двора, освещенного солнечными лучами и с трех сторон окруженного крытой галереей с колоннами. Во двор смотрели окна салонов и гостиных первого и второго этажей. Кругом благоухали цветы, летали экзотические яркие птицы, посередине шумел фонтан, разбрызгивая радужные капли во все стороны. Тут не чувствовалась жара, которая угнетала за воротами этого сказочного дворца, здесь было в два раза прохладней: галереи с арками дарили свежесть и тень обитателям риады. За столиком, сервированным восточными сладостями, под сенью апельсинового дерева восседал седовласый мужчина в длинном свободном халате со сплетенными из золотой тесьмы мелкими и частыми пуговицами, пышными рукавами и длинным остроконечным капюшоном. Возле него, на ярких подушках возлежал… «Мать твою, - выругался мысленно Джаред. – Гепард!» На шее у гепарда поблескивал золотой ошейник, и Джаред понадеялся, что зверюга к чему-нибудь прицеплена, но к своему огромному сожалению не обнаружил ничего, за что бы ее можно было удерживать. Гепард приподнял голову и навострил уши. Дженсен толкнул Джареда в бок, мотнул головой на мужчину, и тихонько произнес: - Это полковник Крибех. - Догадался уже, - так же негромко отозвался Джаред. Полковник Крибех поднялся со своего места – худой и высокий, с военной выправкой, - он, расставив руки в стороны, направился прямиком к Дженсену. - Друг мой, как я рад видеть тебя целым и невредимым. Позволь поприветствовать тебя! Мужчины обнялись, похлопывая друг друга по спине. Затем полковник Крибех цыкнул на своего непутевого сына, и тот поспешил скрыться. Взгляд полковника остановился на Джареде. Тот подобрался и приготовился к разговору, который определит его будущее. - Господин Крибех, позвольте представить сеньора Падалеки, о котором я вам говорил, - произнес Дженсен, немного отступая в сторону. Полковник слегка склонил голову в знак приветствия и протянул руку. Джаред с готовностью ее пожал. Они стояли с полковником друг напротив друга и, будучи одного роста, смотрели прямо глаза в глаза. Джаред улыбнулся, стараясь вызвать к себе расположение. - Добрый день, - произнес он. - Добрый, - кивнул Крибех. – Друг моего друга – мой друг. Полковник Крибех слегка дернул головой в сторону стола и предложил отведать марокканских сладостей. Сладкоежка Джаред не смог устоять. Он разместился поодаль от гепарда, который хоть и опустил снова голову на лапы, все же недобро поглядывал желтыми глазами на гостей. Джаред пил мятный чай и уплетал за обе щеки лакомства. Видя это, полковник подозвал служанку, и сделал ей какое-то распоряжение на ухо. Пару минут спустя служанка, низко кланяясь, принесла на подносе несколько стаканчиков. - Попробуйте, - предложил полковник Крибех. Служанка поставила один стаканчик возле Джареда, остальные - перед Дженсеном и хозяином и с поклоном удалилась. В стаканчике находилась масса с белой пеной, посыпанная разноцветным карамельным горошком. Выглядело весьма аппетитно. - А что это? – полюбопытствовал Джаред. - Это меренги. На марокканском наречии звучит как «жабан». Джаред не заставил себя долго упрашивать. На вкус меренги, или жабан, оказался очень нежным десертом, который так и таял во рту. Дженсен почти не притронулся к лакомству – его нелюбовь к сладостям Джаред объяснял тем, что адвокат боялся растолстеть – Эклз пил черный кофе и наблюдал за Падалеки с полуулыбкой, в уголках его глаз застыли морщинки, делавшие Эклза чертовски милым. Когда со съедобной частью было покончено, Дженсен откланялся, сославшись на усталость после перелета, а полковник Крибех завел разговор, ради которого и состоялась эта встреча. - Что ж, сеньор Падалеки, перейдем к делу. Вы не против? - Нет. - Дженсен отзывался о вас очень хорошо. Что у вас ко мне за дело? Джаред кратко изложил суть: - Я представляю интересы клана Падалеки из Колумбии и Кортез из Мексики. Мы занимаемся поставками кокаина из Южной Америки в Испанию. - Насколько я знаю, этот бизнес контролируют галисийцы, - заметил полковник Крибех. - Совершенно верно. Они являются практически монополистами, поэтому завышают цены и ни с кем не считаются. Ни Падалеки, ни Кортез такое положение дел не устраивает. Вот почему мы решили самостоятельно продавать свой товар в Европу. Это скажется на цене - стоимость нашего товара уменьшится, в дальнейшем он составит неслабую конкуренцию кокаину, закупаемому галисийцами у других картелей Колумбии. Это сулит большие прибыли всем, кто будет в этом участвовать. Полковник Крибех заинтересованно слушал, прикоснувшись пальцами к своему подбородку и слегка склонив голову. Он не сводил глаз с Джареда, а тот продолжал: - Естественно, галисийцы против такого расклада. Они не дают нам спокойно работать: пускают на дно наш груз в Гибралтаре, и мы несем большие убытки. - Все это печально, но что вам, собственно, надо от меня? – задал вопрос полковник Крибех. - Мне удалось договориться с итальянцами, они готовы сотрудничать с нами. Чтобы сделка с итальянцами состоялась, мне нужно доставлять больше груза. На своих судах я этого сделать не могу, поскольку их топят галисийцы. Поэтому я осмелюсь сделать вам следующее предложение. - Какое же? - пронзительные карие глаза с интересом воззрились на Джареда. - Я знаю, что вы очень влиятельный человек в Марокко, вся жандармерия подчиняется вам, глава таможенной службы – ваш родной брат… - Вы хорошо осведомлены. - Если бы через Гибралтар мой товар провозили ваши служебные катера, дело пошло бы гораздо лучше. Джаред выжидательно замолчал, наблюдая за реакцией полковника Крибеха. Тот улыбнулся уголками губ, словно нехотя, но ничего не ответил. - Никто бы не посмел остановить их или затопить, - продолжил Джаред. - А как вы думаете выгружать свой товар с моих катеров? - Есть одно местечко, там без проблем можно будет сбросить товар прямо в море, не подходя к берегу. Дальше его подберут мои люди. - Ваш план неслыханно дерзок. - Поэтому и сулит хорошие дивиденды, - улыбнулся Джаред, видя, что глаза старого лиса Крибеха загорелись в предвкушении. Наверняка его компьютер в голове просчитал все ходы-выходы. Но вслух полковник, слегка помедлив, сказал: - Я должен обдумать ваше предложение. - Естественно, в таком деле спешить не стоит. Полковник Крибех поднялся, гепард, лежащий возле него, вскинул голову, готовый следовать за хозяином по первому зову. Джаред тоже встал. - Где вы остановились, сеньор Падалеки? – спросил полковник Крибех. - Признаться честно, пока нигде. Из аэропорта я сразу же приехал к вам… - Что ж, на правах радушного хозяина позвольте мне предложить вам погостить в этом скромном жилище. Будьте моим гостем, сеньор Падалеки. - Сочту за честь. - Вам определят комнату на втором этаже, надеюсь, вы не против. Не успел Джаред распаковать свои вещи, как к нему в комнату постучали. «Кого там еще принесло?» - в раздражении подумал Джаред и резко дернул дверь на себя. За дверью оказался Дженсен. - Услышал, что ты остаешься здесь и решил тебя проведать, - произнес он. – Можно? Джаред посторонился. - Конечно! Дженсен мягко проскользнул внутрь. - Как твои переговоры? - Неплохо. Полковник пока раздумывает. - Если он оставил тебя в своем доме, значит, заинтересован. - Я сделал ему очень заманчивое предложение, он не сможет устоять. - Самоуверенность – твоя отличительная черта, - произнес полушутливо-полусерьезно Дженсен. Джаред уселся на одну из подушек, раскиданных по полу во всей комнате, сложив по-восточному ноги. Посмотрел на Дженсена снизу вверх и заметил: - Для простого нью-йоркского адвоката у тебя слишком интересные связи. - Это связи моей семьи. - Кем были твои родители на самом деле? Дженсен не ответил, вместо этого он подошел к арочному окну, откинул тяжелый тюль и уставился на утопающий в зелени и цветах внутренний двор. Бьющие в окно лучи очертили силуэт мужчины, сквозь белую рубашку выделились контуры его тела. Джаред вспомнил, как он совсем недавно ласкал это тело и в паху заметно потяжелело. Он хотел было подойти к Дженсену сзади и обнять его руками за торс, но не успел - тот обернулся и ответил совсем не то, что хотел услышать Джаред: - Я бы не хотел обсуждать это. - Почему ты такой скрытный? – Джаред улегся на бок на ковре, вытянув ноги во всю длину и подперев щеку кулаком. Дженсен слегка, почти незаметно, вздрогнул, но Джареду удалось уловить движение плеч. - Что ты имеешь в виду? – несколько натянуто произнес Эклз. - Ну, обо мне ты знаешь многое. А вот я о тебе по-прежнему ничего. Дженсен сделал несколько шагов вперед и прислонился к изящной стойке кровати, с которой невесомыми облаком спускался балдахин из яркого шифона, скрестил руки на груди. - Что ты делал в Венесуэле? - продолжил допытываться Джаред. - Сдается мне, что ты не сам угодил к крокодилам. Кто-то постарался… Дженсен, может расскажешь… Дженсен тряхнул головой, слегка скривил губы в подобии улыбки: - Зачем? - Возможно, я смогу помочь тебе. Они несколько минут смотрели друг другу в глаза. Первым не выдержал Джаред. Он постучал ладонью рядом с собой и срывающимся голосом попросил: - Иди ко мне. Дженсен отрицательно покачал головой. - Нет? – нахмурился Джаред и недовольно рыкнул. Дженсен, ухмыляясь, ловко расстегнул свою рубашку и, стянув ее, уронил на пол. Джаред смотрел как зачарованный. Что ж, не хочет подходить, Джаред не из гордых, сам подойдет. Он мгновенно оказался на ногах и набросился на Дженсена, заваливая его на кровать. Пружины под ними жалобно скрипнули, и Джаред потерял голову. Он ухватил лицо Дженсена руками, несколько секунд смотрел в его зеленые глаза и, прочитав в них не менее страстное желание, чем то, которое он испытывал сам, впился поцелуем в его губы. Дженсен запустил руки в волосы колумбийца и огладил шею. Джаред почувствовал, как по спине и затылку прошла дрожь. Он выгнулся на встречу Дженсену. Видя его реакцию, Дженсен повторил свое движение. Джаред разорвал поцелуй и немного съехал вниз. - Что ты… - начал было Дженсен, но его голос сорвался, когда Джаред прошелся языком по мышцам живота, проник кончиком языка в пупок. Дженсен зашипел, словно кот, и дернулся к Джареду навстречу. Джаред усмехнулся прямо в кожу Дженсена, и мышцы живота Эклза напряглись еще больше. Дженсен оперся на локти и внимательно следил за тем, что вытворял с его телом Джаред. А тот стянул с него джинсы, и Дженсен с готовностью приподнялся, чтобы помочь любовнику раздеть его, затем Джаред соскользнул на пол, встал на колени и приник к члену, полностью вбирая его в рот. Дженсен застонал, запрокинул голову и вытянулся, сминая руками покрывало. Джаред ловко работал языком, наблюдая своими раскосыми глазами за реакцией партнера. Эклз лежал с закрытыми глазами и часто, с хрипами, дышал. Джаред выпустил изо рта стоящий колом член Дженсена, не обращая внимания на его недовольный возглас, опустился ниже. Губами прошелся по ноге, обдавая теплым дыханием, добрался до ступней, вобрал в рот мизинец. Дошел до большого пальца, прикусил нежную кожу под ним. Тело Дженсена судорожно дернулось. Джаред остался доволен произведенным эффектом. Он закончил манипуляции с одной ногой и переключился на вторую. Затем Джаред подтянулся на руках вверх, и ладонью принялся оглаживать мошонку Дженсена, губами заскользил по стержню, облизывая поверхность до уздечки. Рукой проник между ягодиц. Аккуратно попробовал перевернуть Дженсена на живот, но тут же встретил сопротивление с его стороны. - Нет, - произнес Дженсен. Джаред обвел кончиком языка его ушную раковину, лукаво улыбнулся: - Да, теперь моя очередь. Дженсен еще раз трепыхнулся, но Джаред пообещал ему в самое ухо: - Тебе понравится. Дженсен не нашел в себе сил к дальнейшему сопротивлению и позволил Джареду приподнять его ягодицы и разработать вход. Когда Джаред вошел, стараясь не причинить боли, Дженсен выдохнул: - А ты не такой уж неумеха, как я о тебе думал. Джаред усмехнулся: - Это только начало, дружочек. Почти всю ночь Джаред нежно издевался над телом Дженсена, но у того не возникло даже мысли возмутиться и перехватить инициативу. Джаред показал все, на что был способен, все, чему научился за свою бурную жизнь. Он хотел доставить Дженсену как можно больше наслаждения. И Дженсен принимал. Шуточки и подколы, которыми он сначала осыпал Джареда, уступили место стонам, под конец Эклз говорить уже не мог. Когда любовники, утомленные ласками и сексом, просто лежали на постели, откинувшись на подушки, за окном властвовала темная бархатная ночь, даря прохладу, но тело Дженсена блестело от пота в лунном свете, и он казался Джареду каким-то потусторонним божеством, спустившимся с небес. Незаметно для себя, Джаред заснул. Утром его разбудили протяжные крики муэдзинов. Он тряхнул головой, протер глаза и повернул голову в ту сторону, где должен был спать Дженсен. Но того там не оказалось. Он снова, как неуловимый ниндзя, сбежал, не удосужившись разбудить Джареда и сказать ему, что это был лучший секс в его жизни. Ну, да ладно, у Дженсена еще уйма времени выразить свой восторг по этому поводу. Джаред сладко потянулся так, что захрустели суставы, и направился в ванную, где наскоро привел себя в порядок. Он вышел из комнаты и оказался в галерее с арками, богато украшенными витиеватыми элементами декораций; стены же были покрыты вручную таделакт-штукатуркой и мозаикой с арабской каллиграфией, и мудрыми изречениями из Корана. Во внутреннем дворике служанка выставляла на стол сладости и мятный чай. Вспомнив о вкусе марокканских блюд, которые удалось отведать накануне, Джаред облизнулся. - Вас вчера весь дом слышал, - раздался позади Джареда противный голос. Ему не надо было оборачиваться, чтобы посмотреть, кто там вякает, он и без этого знал – Идрис. - Завидуешь? – все же крутанулся на пятках Джаред и встретился с гневным взглядом почти что черных глаз Идриса. Идрис презрительно хмыкнул, а колумбиец усмехнулся: - В следующий раз постараемся потише. Не будем будить детей, детям надо спать по ночам, а не подслушивать, чем там занимаются старшие. - Боюсь, что следующего раза не будет. - Да ну?! - Ага. Не обломится тебе больше. - Интересно, и кто же мне помешает? - А хотя бы и я. - Опять слабительное в кофе подсыплешь? Ноздри Идриса затрепетали от гнева, лицо приняло злое выражение, до него дошло, что в аэропорту Джаред раскусил его и поменял местами их кофе, поэтому расстройство желудка досталось ему, а не сопернику. - А может чего другого, - с вызовом произнес Идрис. - Хорошо, что предупредил, - Джаред попытался обогнуть полковничьего сынка, но тот прохрипел, загораживая дорогу: - Я тебя по-хорошему предупредил, проваливай из этого дома подобру-поздорову. И Дженсена оставь в покое, он не для тебя! - Хочешь сказать, что для тебя? - Я серьезно. Тебе здесь не место! Джареду надоело спорить с самовлюбленным парнем. Теперь, когда он встретился с полковником Крибехом и изложил ему свой план, Идрис уже ничего не мог изменить. Поэтому терпеть его выкрутасы Джаред не собирался. - С дороги, молокосос! – рявкнул он. Но тот (вот же, не занимать ему упрямства), перешел к конкретным угрозам: - Я спущу на тебя гепарда, если ты не уберешься! - Но перед этим я сверну тебе шею, - пообещал Джаред. – Пшел вон! Идрис хотел было что-то сказать, но смутился и быстро отступил в сторону. Джаред резко обернулся и увидел полковника Крибеха – тот неслышно вывернул из-за угла, за ним по пятам следовал гепард. - Вы уже проснулись, сеньор Падалеки? – спросил полковник Крибех. - Да. - Не желаете ли позавтракать со мной? - С превеликим удовольствием. Идрис что-то неразборчиво пробормотал и поспешил скрыться с глаз долой. Это очень устроило Джареда – терпеть ревнивого Идриса с утра пораньше желания не было никакого. Если с гепардом Джаред еще был готов мириться, то с двуногим злыдней – ни за что. - Вы приняли решение? – спросил Джаред, когда они с полковником под щебет птиц попивали чай. - Я связался со своим братом, обрисовал ему всю картину. Он должен взвесить все «за» и «против». Надеюсь, вы располагаете временем, сеньор Падалеки? - Конечно. - В таком случае прошу вас задержаться в моем доме. Если вы в чем-то нуждаетесь, не стесняйтесь сказать мне об этом, я сделаю все, что в моих силах, чтобы посещение Рабата стало для вас приятным. - Очень любезно с вашей стороны. Я всем доволен. Проживать в риаде полковника Джареду и вправду нравилось: здесь он мог развлекаться с Дженсеном сколько душе угодно, и это его более чем устраивало. Только Джаред вспомнил Дженсена, как тот появился в поле его зрения. Выглядел он весьма экзотически - делавший глоток чая в этот момент Джаред чуть не поперхнулся - Дженсен вырядился в халат с остроконечным капюшоном, в точности такой же как у хозяина дома. Эклз смерил Джареда укоризненным взглядом и тот чуть не расхохотался в голос, но сделал вид, что закашлялся. Дженсен заботливо, но нарочно сильно, постучал его по спине. Выдержав всего пять минут, Джаред, не смотря на то, что еще не наелся, откланялся и скрылся в своей комнате, где дал выход доселе сдерживаемому смеху. Если быть объективным, наряд Дженсену шел, но слишком уж неожиданно было увидеть его в подобном облачении. Пол часа спустя Джаред отправился на поиски Дженсена. Тот нашелся в укромном дворике. Что он там делал – непонятно, да это Джареда, если честно, совсем не интересовало. Он незаметно подкрался сзади и обхватил Дженсена за торс. Тот дернулся, обернулся и немного расслабился, узнав колумбийца, заметил: - Здесь полно слуг. Хочешь, чтобы нас увидели? - Мне все равно. Джаред прикоснулся губами к нежной коже под ухом, и Дженсен зажмурил глаза. Неожиданно раздались шаги и Дженсен, выкрутившись из объятий Джареда, толкнул его в какую-то комнату поблизости, захлопнул массивную кедровую дверь. Здесь было полутемно, восьмиугольное окно с разноцветными стеклами сдерживало яркое солнце. Джаред прижался губами к губам Дженсена. Тот не сопротивлялся, ответил на поцелуй. Они целовались исступленно, пока их не прервал чей-то кашель. Джаред с сожалением оторвался от Дженсена, и они оба уставились на того, кто посмел им помешать: ну нигде в доме не найти покоя! Недалеко от внутренней двери стоял Идрис, который медленно прошел в центр комнаты, и уселся на пуф, обитый кожей верблюда. По его виду было ясно, что никуда уходить он не собирается. - Как ты меня достал, - Джаред выругался от души. Дженсен, молча, взял его за руку и вывел из комнаты, обогнув Идриса. Джаред демонстративно захлопнул дверь, чтобы парень не вздумал тащиться следом. А когда они остались одни, Джаред принялся возмущаться, размахивая руками: - Даже не спрятаться от этого… Он нас, оказывается, и ночью подслушивал! - С чего ты взял? - Он сам мне об этом сказал. Щенок втюрился в тебя, Дженсен! - Это тоже Идрис тебе сказал? - Это я сам понял, - буркнул Джаред. – Придушил бы, засранца. У тебя с ним что-то было? Дженсен вздохнул: - Отвечу, только чтобы ты не натворил глупостей, ревнивый собственник. Нет, у меня с ним ничего не было. Джаред выдохнул с облегчением. Отчего-то ему было неприятно думать, что Дженсен и этот мальчишка когда-то предавались любовным утехам. Джаред пока сам не разобрался, что чувствует к Дженсену – своему случайному любовнику – но делить его с кем бы то ни было не собирался. И это было ново в первую очередь для него самого. Обычно ему было наплевать на своих любовников: он легко сходился и расставался с ними. Но Дженсен был каким-то особенным, не таким как все. В последующие дни, куда бы Джаред с Дженсеном не направились, Идрис вырастал словно из под земли и доводил колумбийца до белого каления. Поэтому Падалеки, ближе к вечеру, предложил Дженсену выбраться из риады и прогуляться по городу вдвоем. В этом не было ничего предосудительно, ведь не в заключении же они находились у полковника Крибеха, который еще не вернулся со службы. Дженсен был непротив. - Пойдем, - кивнул он и направился к двери, ведущей на оживленную улицу. Джаред с удивлением поинтересовался: - А что, ты в этом пойдешь? Дженсен по-прежнему ходил в своем балахоне и, похоже, не собирался с ним расставаться даже за пределами риады. - Конечно. Ты против? - Нет, но ты такой смешной в этом халате. - Это джеллаба, - поправил Дженсен. – В ней можно остаться незамеченным и слиться с местными. - Чего-то опасаешься? – полюбопытствовал Джаред. – Здесь тоже полно твоих клиентов, готовых раскланиваться при встрече? - Просто не люблю выделяться. «Ну, с такой-то внешностью, трудно не выделяться», - подумал Джаред, но промолчал. Сам бы он ни за что не вырядился в джеллабу, да с его ростом это было бесполезно. Он все равно бы возвышался над не слишком высоким в большинстве своем местным населением и выглядел бы, словно арабский скакун среди пони. Поэтому Джаред нацепил солнцезащитные очки на нос, надел футболку без рукавов и шорты по колено – типичный турист, которых в Рабате было великое множество. Джаред с Дженсеном прогуливались по медине, отделенной от новой части города стеной. В тесных, похожих на тропы, улочках кипела бурная жизнь – торговцы соревновались друг с другом, чтобы завлечь Джареда к себе в лавку, поскольку он, как и предполагал, сильно выделялся своим ростом. Они хотели продать ему ковры ручной работы, бронзовые светильники и серебряные лампы. Нищие принимались вопить еще громче, завидев высоченного туриста, выпрашивая милостыню, мальчишки дергали за футболку и предлагали купить деревянные игрушки. - Ведь у такого господина, наверняка, есть дети! – кричали они. Дженсен лишь посмеивался, пряча свою светлую макушку под капюшоном. Джареда так достали люди на улице, что он прибавил шаг и тут же врезался в запряженную осликами тележку с керамическими горшками. Это переполнило чашу терпения Джареда, он повернулся к Дженсену и заявил: - Я так больше не могу! Здесь же полно туристов, а они все лезут ко мне! По извивающимся среди низких домов и лавок улочкам медины сновали обгоревшие туристы с фотоаппаратами и планшетами, снимающими старый город. Но почти все внимание местных было приковано к Джареду. Глаза Дженсена лукаво светились из под капюшона. - Ладно, - сжалился он. – Я отведу тебя в одно местечко. Там спокойно. Дженсен и следующий за ним попятам Джаред подошли к местному кафе, располагавшемуся недалеко от центра. Тут не было такого столпотворения, всего лишь пара человек сидели и курили кальян, один из них ради развлечения строгал перочинным ножиком спички. Джаред с Дженсеном уселись за столик, который стоял дальше всех остальных, и им принесли кофе. Дженсен что-то добавил по-арабски, знаний колумбийца, чтобы понять, не хватило. Хозяин на секунду задумался, а потом кивнул и скрылся в кафе. - Говоришь по-арабски? – полюбопытствовал Джаред. - Не очень хорошо. - Что ты ему сказал? - Скоро поймешь. Спорить с Дженсеном было бесполезно, если тот не хотел, из него невозможно было вытянуть ни слова, поэтому Джаред сделал глоток из своей чашки и закатил глаза. - Божественно! – выдохнул он. - Один из лучших кофе во всем Рабате. Джаред выпил чашку кофе и заказал вторую, а потом осмотрелся по сторонам: справа возвышалась стена, возведенная много столетий назад, впереди кривая улица терялась за поворотом, слева – кафе с хозяином, поглядывающим на посетителей хитроватыми глазами. Строение, в котором находилось кафе, стояло в тупике, поэтому неприятностей со спины ждать не приходилось. Неожиданно Джаред натолкнулся взглядом на невысокого человечка, который замер в начале улицы, и никуда уходить не собирался, по крайней мере, так показалось Джареду. Человечек кого-то высматривал. Кого-то сидящего в кафе. Повинуясь интуиции, Джаред посмотрел на Дженсена, который в этот момент отодвинул стул и, бросив на ходу: «Я сейчас!», направился вперед. К подозрительному человеку. Поравнявшись, они устремились прочь, скрываясь из вида. Джаред нахмурился – это что еще за тип и какие у Дженсена могут быть с ним дела? На клиента тот не тянул, но это же восток, здесь свои правила, подчас не понятные рядовому латиноамериканцу. Без Дженсена сидеть в кафе было как-то неправильно и скучно. Раньше он никогда не парился по поводу компании, мог и один совершенно неплохо себя чувствовать, но стоило пробыть пару дней с Дженсеном, как все мировоззрение изменилось. «Я стал прямо-таки дженсенозависим, - пришел к выводу Джаред. – С этим срочно надо что-то делать!» Но что именно делать, он придумать не успел, потому что из-за угла, куда завернул Дженсен с незнакомцем, раздались вопли и Джаред, не медля ни секунды, подорвался с места. За поворотом он чуть не врезался в марокканцев, троица о чем-то громко ругалась между собой, поминая различных родственников и животных, размахивая руками. Дженсена среди них не было. Но зато от него пришло сообщение, Джаред достал телефон и прочитал. Дженсен писал, что задержится по делам где-то на полчаса. Ждать кого бы то ни было в планы Джареда не входило, поэтому он решил отправиться в риаду самостоятельно. В кафе Джаред вернулся лишь оплатить счет. Хозяин принял деньги и протянул ему какую-то тряпку. - Это вам, - произнес он с поклоном. - Для чего мне эта хламида? – удивился Джаред. - Господин Дженсен попросил, чтобы я дал ее вам. Джаред скептически осмотрел тряпку, не изъедена ли она молью или еще чего, нехотя принял из рук хозяина, развернул. Хламида оказалась джеллабой, как раз на рост Джареда. Что ж, с натяжкой можно сойти за своего и не так выделяться, теперь на Джареда не будут кидаться торговцы, предлагая свои товары. В таком виде стоило прогуляться по городу. Джаред накинул на плечи джеллабу и отправился в медину. Он бесцельно болтался некоторое время, пока не увидел заклинателя змей. Глаза Джареда загорелись, и он протиснулся сквозь толпу зевак и туристов, чтобы как можно лучше рассмотреть представление. Заклинатель – худющий изможденный мужчина – сидел по-турецки и играл на флейте. Туристы показывали пальцами на змею, что висела у него на шее и восхищались смелостью заклинателя. Насколько Джаред разбирался в змеях, на груди у заклинателя болтался обыкновенный полоз – совершенно безобидное пресмыкающееся. Ничего особенного. Интересно, а что за тварь покажется из плоской корзинки, накрытой разноцветной тряпкой? Джаред заметил, как заклинатель слегка постучал по корзинке, именно так на самом деле он вызывал змею, а вовсе не музыкой, как считали наивные туристы. Из корзины нехотя поднялась кобра, покачиваясь, словно танцуя. Но это был вовсе не танец – кобра просто приготовилась обороняться, поэтому встала в вертикальное положение и раздула капюшон, на задней стороне которого виднелся рисунок в виде двух колец с дужкой. Кобра следовала за умелыми движениями рук и тела человека, но туристам казалось, что она извивается под звуки музыки. Когда-то Сэнди рассказывала Джареду, что многим змеям заклинатели вырывают верхнечелюстную кость, чтобы те не могли их укусить во время представления. Даже показывала фотографии. Джаред присмотрелся к кобре – форма рта у той была правильная, и он не был зашит, значит, ее укус мог стать ядовитым. Тем временем заклинатель змей перешел к фокусам – превратил змею в «палку» и принялся размахивать ею, пугая зрителей. Раздались визги, народ пятился назад, чтобы ненароком не коснуться застывшей как неживой кобры. По словам все той же Сэнди, для этого фокуса надо было просто надавить на нужные мышцы позади головы. Джаред решил, что с него достаточно и хотел выбраться назад, но толпа позади него не спешила уступать дорогу. Заклинатель опустил кобру на землю, и она «ожила». В этот самый момент кто-то сильно толкнул Джареда вперед, и он, не удержавшись на ногах, повалился рядом с коброй. Спасло его лишь то, что он успел молниеносно откатиться в сторону, пока кобра издавала предупреждающий звук перед нападением. Заклинатель ударил змею палкой, когда та уже делала выпад, и она промазала. Джаред вскочил на ноги и бросился за толкнувшим его человеком в европейской одежде. Тот удалялся по улице, стремясь затеряться в толпе. Джаред должен был поймать его любой ценой. Он несся за человеком, путаясь в своей джеллабе, сбивая любого, вставшего на его пути – ему было все равно, что люди отлетали от него словно мячики и ударялись о стены или врезались в других прохожих. Главное сейчас - схватить урода, пересчитать ему ребра, выбить все зубы и узнать на кого он работает. Джаред завернул за угол и увидел, что человек взбирается на крышу дома. Он хотел было схватить его за ногу и дернуть на себя, но кто-то вцепился в его джеллабу, заставив затормозить. Джаред развернулся, готовый дать отпор. В его поле зрения попало лицо Идриса. - Куда спешишь? – поинтересовался тот. - Пшел вон! – рыкнул Джаред, стремясь скинуть с себя его руки. Человек, которого он преследовал, уже забрался наверх, еще секунда и он скроется из вида. Джаред лягнул Идриса, но щенок вовремя уклонился, а потом со всей силы ударил Джареда в скулу так, что тот на некоторое время потерял сознание. Пришел в себя от похлопываний по лицу. С трудом сфокусировав взгляд, Джаред различил довольно-ухмыляющееся лицо Идриса. - Так… это… ты хочешь… меня убить? – зло выдохнул Падалеки. Брови Идриса удивленно вздернулись вверх. - Нет… Просто мне не нравится, что ты крутишься возле Дженсена. Ты его не получишь, ясно? - Что ты несешь?! При чем тут Дженсен? Меня пытались убить, а ты им в этом помогаешь! - Понятия не имею о чем ты говоришь. Джаред попытался встать и только тут заметил, что Идрис приковал его наручниками к какой-то железяке, вмонтированной в стену. - Блядь! – Джаред скрипнул зубами. – Отцепи меня немедленно! - Нет, - покачал головой Идрис. - Я сейчас вызову полицейского и ты несколько суток проведешь в тюрьме. Поверь, Дженсен тебя искать не будет, я скажу всем, что ты уехал из страны по срочным делам. А потом тебя депортируют, я добьюсь этого, моего влияния хватит. Джаред разозлился не на шутку, он матерился самым отборным матом, который мог припомнить, но все было тщетно, Идрис уже ушел. Зато на крики Джареда начали собираться любопытные марокканцы. Они во все глаза смотрели на длинноволосого мужчину в джеллабе, прикованного к стене и выкрикивающего ругательства. - Чего смотрите? Освободите меня! Принесите какой-нибудь лом! – Джаред просил по-испански и по-английски, особо не надеясь, что его поймут. Кто-то провел рукой по волосам Джареда. Джаред дернул головой – ему еще только домогательств здесь не хватало! Неожиданно послышалось громогласное: - Десять верблюдов за этого мужчину! Прочь с дороги! «Господи, а это что еще такое? - удивился Джаред. – Они тут с ума посходили что ли?» Толпа расступилась, и вперед вышел Дженсен, который серьезно посмотрел на Джареда, и спросил: - Как тебя угораздило вляпаться в неприятности? Я же оставил тебя одного всего на полчаса. - Сам не понимаю, - Джаред несколько расслабился и выдохнул. – Обычно мастер по неприятностям у нас ты. И да... у тебя нет десяти верблюдов. Джаред не собирался спускать паршивцу Идрису его выходку. Он понимал, что заказчиком покушения тот навряд ли был, однако, приковав Джареда к стене, Идрис оставил его безоружным перед убийцей, вздумай тот вернуться. Джаред буквально влетел на второй этаж, где располагалась спальня Идриса. Дженсен с трудом за ним поспевал. Джаред вломился в спальню - Идрис был там и разговаривал по телефону: - Да, я точно его там оставил... Как не оказалось? Тогда где же он? - Здесь! - рыкнул Джаред по-арабски, хватая Идриса за горло и со всей силы припечатывая к стене. Идрис испуганно захлопал глазами и выронил из рук телефон, динамики которого продолжали взывать: - Идрис, где ты?!. Дженсен аккуратно прикрыл дверь и поднял телефон с пола, ответил, но что именно - Джаред не понял, хотя это интересовало его сейчас меньше всего. Он рвал и метал, колошматя и ударяя Идриса о стену с такой силой, что чуть не выбил из парня дух. Тот хрипел и пробовал сопротивляться. - Дже...н...сен... - наконец выдавил он, - пом...оги... Но Дженсен стоял в стороне, не делая ни малейшей попытки хоть как-то вмешаться. Между тем Джаред толкнул Идриса к окну, и снова сомкнув руки на его многострадальной шее, по пояс вытолкал наружу. - Я сейчас тебя сброшу вниз, ты и пикнуть не успеешь! - Я больше не буду! Прости, - жалко проблеял Идрис. В это время в саду мимо окон проходила служанка, которая, услышав шум, подняла голову вверх. Увидев, что молодого господина наполовину выпихнул из окна гость полковника Крибеха, она открыла рот, чтобы закричать, но Джаред ее опередил: - Все в порядке. Мы так развлекаемся, - и улыбнулся. – Ведь, правда, Идрис? Он чуть ослабил хватку и тряхнул, чтобы тот подтвердил. Идрис прохрипел: - Да, правда. Служанка пробормотала слова извинения и ушла, а Джаред втянул внутрь Идриса. Тот, как только его перестали удерживать, опустился на пол и схватился за горло, заходясь в приступе кашля. - Хочу, чтобы между нами не возникло недопонимания. Ты сейчас жив только благодаря своему отцу. Выкинешь что-то подобное еще раз, и ты покойник. Будешь настраивать своего отца против меня – ты тоже покойник. Джаред брезгливо окинул взглядом забившегося в угол Идриса, который волчонком смотрел на колумбийца. - Это ты покойник, - взвизгнул он дрожащим голосом. Тогда вперед выступил Дженсен, доселе тихо стоявший возле двери. Он, мягко ступая, приблизился к Идрису, присел возле него на корточки и что-то быстро заговорил по-арабски. Идрис часто задышал, еще больше сжался и разом весь как-то сник. Джаред запомнил несколько слов из речи Дженсена, собираясь позже пробить в Интернете, что они означают. Было бы интересно узнать, чем Дженсен приструнил зарвавшегося полковничьего сыночка. Когда Джаред с Дженсеном выходили, в спину им донеслось: - Вы оба психи! Джаред не удержался и бросил взгляд на Идриса. Тот выглядел жалко, но все же пытался еще огрызаться, правда, укусы его были укусами беззубой собаки. Позже Джаред поинтересовался у Дженсена, чем он его припугнул, но Дженсен лишь отмахнулся, однако, чуть помедлив, сказал: - Теперь он будет молчать о случившемся. Но постарайся избегать с ним ссор в будущем. Любопытству Джареда не было предела, и все оставшееся время перед вечерней трапезой он провел в Сети, пытаясь перевести слова Дженсена, но безуспешно. Выходила какая-то тарабарщина. Что-то там про джиннов и про юбицумэ. Не может быть, чтобы Идрис, получивший образование в одном из лучших европейских университетов мира, считал духов, которыми запугивал его Дженсен, существующими на самом деле. Хотя все марокканцы до сих пор свято верили в джинов и поклонялись им, боясь прогневить… Ладно, с духами понятно, возможно, во всех марокканцах заложен генетический страх перед потусторонним и Дженсен, зная об этой особенности Идриса, решил на него таким образом надавить. А вот слово «юбицумэ» оказалось японским и означало добровольное отрубание пальца. Джаред с трудом мог представить, чтобы Идрис по собственной воле оставил себя без пальца. И почему вдруг Дженсен заговорил об японских традициях? Неужели у него есть связи и с японскими бандитами? Воистину этот мужчина – адвокат всех демонов, творящих беззаконие на грешной земле.