Cherchez la femme

Люциус Малфой сдержал свое слово. Он скрыл свою осведомленность в сложившейся ситуации. Каждое утро Андромеда боялась за завтраком за слизерин ким столом получить письмо из дома с разоблачением её плана и оглашением домашнего ареста. Нарцисса смотрела на засыпающую сестру каждый вечер и не могла поверить, что скоро потеряет её, возможно, навсегда. Но видя улыбку и горящие глаза Дромеды, когда она смотрит на своего Тонкса, и замечая мечтательное выражение лица перед тем, как сон наконец овладевает ею, Цисса не смела начинать разговор на тему побега. Чем меньше она будет знать, тем безопасней будет для сестры и её маглорожденного возлюбленного. В последнюю неделю перед окончанием учебного года выпускница Слизерина выглядела сосредоточенной и постоянно где-то пропадала. Такое поведение не было странным и не бросалось в глаза. Каждый прощался со школой, как умел. Были те, кто проводили по полдня в любимых укромных местечках — одни в обществе книги, парами или даже компанией. Всё говорило о том, что скоро эти юные маги и ведьмы покинут стены, которые стали родными за семь лет. Многое останется лишь воспоминанием и не пойдёт во взрослую жизнь за учениками. Чья-то дружба не выдержит проверки временем и новыми условиями, чья-то первая любовь так и не станет чем-то более серьёзным, кто-то не найдёт успеха вне стен учебных кабинетов. Но для сестёр Блэк все будет гораздо сложнее, ведь никто из них никогда не мог предположить, что им придётся потерять самого близкого человека. Нарцисса всегда хорошо ладила с большинством людей. Причиной тому было врождённое умение слушать и слышать собеседника, отличное чувство такта и наблюдательность. Слизерин подчеркнул многие качества её характера. Она прекрасно научилась приспосабливаться, подавать себя обществу, скрывая от чужих глаз личные вещи и демонстрируя то, что остальные хотели бы увидеть в зависимости от ситуации. Изысканные манеры и ловкий ум навсегда стали её верными спутниками. Жаль, что её истинный мир знали в разной мере лишь несколько людей, одной из которых была Андромеда. Беллатриса имела достаточно сложный характер и отталкивала от себя любого человека, особенно в моменты плохого настроения. Младшая сестра была одной из немногих, кто принимал её такой, как она есть, и старшая дорожила этим, но никогда не предпринимала попыток увидеть душу самой Нарциссы, как будто это стыдно и неприлично — так близко знать человека. С Регулусом Цисса могла болтать вечера напролет, философствуя и споря об устройстве мира и справедливости, жизни и смерти, могуществе и власти. Они оба заботились о своих домовых эльфах и даже думали дать им свободу, когда станут совершеннолетними. Но для него приоритетом всегда было родительское одобрение. Им не запрещали общаться, но полностью искренними они не могли быть никогда. Сириус был полной противоположностью своему младшему брату или, по крайней мере, пытался таким казаться. Все попытки сблизиться с ним не увенчались успехом, и Цисса решила, что лучшее, что она может сделать — не оборвать и так слабую связь между ними. Он хотел пространства, свободы и идти против всего мира. Их общение обходилось вежливыми приветствиями и отсутствием порицания со стороны Нарциссы. Она понимала, что для него этого мало, он хотел бы открытой поддержки, но большего она предложить не могла. В Хогвартсе слизеринка так и не нашла верных друзей. Цисса была жилеткой для слёз, ей доверяли многие, но она не доверяла никому. Единственный, кто был достаточно близко к понятию "приятель" в понимании девушки, — это Северус Снейп. Угрюмый и замкнутый полукровка, не проявляющий симпатии к кому-либо, кроме своей Лили, почему-то казался надёжным человеком. Она чувствовала, что если стать другом для этого парня, он никогда не предаст. Нарцисса привыкла работать с ним в паре на занятиях, если того требовали предложенные преподавателями задания, и быстро поняла, что этот слизеринец одарен и талантлив. Вот только он не стремился подпускать к себе кого-то близко. А в конце этого года с ним произошло нечто, что Цисса не могла разгадать. Ей было ясно лишь то, что он остался совершенно один и не желает искать себя компанию в лице Блэк. Таким образом только Андромеда не боялась открыться сама и была готова принять в ответ сокровенные мысли младшей сестры. Её уход из семьи будет большим ударом, и общаться как прежде станет для них невозможным. Дромеде и Тонксу придётся скрываться, пока всё утихнет. Нарцисса не успела узнать, каким образом и когда сестра даст ей знать, что у них все в порядке. Она вообще боялась говорить об этом глупом самоубийственном плане. Андромеда Блэк и Эдвард Тонкс исчезли в предпоследний день нахождения студентов в Хогвартсе. Утром Нарцисса нашла аккуратно заправленную постель сестры и серебряную заколку в виде полумесяца на своей прикроватной тумбочке. Это было первое лето, которое она проведёт одна. ~~~ Прошло два года. Вместе с Андромедой Нарциссу покинула часть её собственной души. Она обязана была закрыть свои чувства от остальных и вскоре уверилась, что это было единственным возможным решением. Друэлла горевала по средней дочери, то проклиная её, то взывая к богам, умоляя вернуться. Сигнус держал все в себе и выглядел, как в воду опущенный. Родители были уверены, что виноват этот грязнокровка Тонкс, который испортил их глупую наивную дочь. Белла не скрывала ликования. Она никогда не ладила с Дромедой и часто повторяла, что та рано или поздно опозорит семью. Но этого потрясения было мало: летом Сириус покинул свой дом и ушёл жить к Поттерам. Вскоре его дядя, Альфард Блэк, оставил ему в наследство имущество и приличную сумму денег, и все надежды Вальбурги на возвращение сына рухнули. Она выжгла портреты сына и племянницы на гобелене семейного древа. Когда Нарцисса впервые увидела результат её работы, она оцепенела, а глаза наполнились слезами. Около месяца она избегала поднимать взгляд на их реликвию, не желая смотреть на чёрные обугленные следы вместо родных лиц. Но сейчас сердце Нарциссы тревожилось по более угрожающей причине. Полгода назад, на новогоднем балу, который устраивала её мать, девушку впервые представили Волдеморту. Белла кружилась возле него, как бабочка, летящая на огонь. Её глаза испепеляли каждую женщину, которая смотрела на Тёмного лорда дольше, чем считала нужным слизеринка. В окружении сумасшедшего пламени Беллатрисы он смотрелся ещё более холодным. Взгляда, кинутого на него, длительностью в несколько секунд, было достаточно, чтобы по коже распространились мерзкие липкие муравьи. В облике волшебника угадывались признаки былой красоты: прямая осанка, ровный нос, высокий лоб, тяжёлые надбровные дуги, глубоко залегающая тень в тёмных глазах, которые непрерывно сканировали происходящее вокруг. На лице застыла одна маска, которую он, вероятно, не менял уже несколько лет — выражение, полное угрозы и опасности. Нарцисса медленно шла навстречу неотвратимому, не показывая своего страха. Старшая сестра расхваливала её, пытаясь дать лучшую характеристику. Младшая Блэк не решалась поднять глаза на мага, будто чувствовала, что это не закончится для неё добром. Волдеморт не казался заинтересованным в её персоне, но Белла не унималась. — Достаточно, Белла, — равнодушно произнёс он хриплым и усталым голосом. — Мне не нужно представлять людей, я могу заглянуть в них сам. Половина Блэков — предатели крови, пачкающие родословную своим существованием. Его рот изогнулся в отвращении и он продолжил: — Вторая половина — верные защитники истинных ценностей. Нарцисса Блэк, — волшебник приподнял подбородок девушки, но её взгляд оставался опущенным и прикованными к полу, — ты станешь женой моего последователя, будущего лорда Малфоя, как и полагает чистокровной ведьме. Посмотри на меня. Циссу бросило в жар и холод одновременно. Она медленно подняла тяжёлые веки и успела заметить, что цвет его глаз не карий — у них бордовый отлив. В момент встречи их взглядов Нарцисса ощутила, как молнии пронзают её голову. Судорожный крик вылетел из её горла, глаза закатились и её тело упало, содрогаясь от мучительных конвульсий. Со уголка губ хлынула кровь, голова запрокинулась в неестественное положение. Беллатриса бросилась к сестре, прижала её обеими руками к своей груди и подняла полный мольбы о помощи взгляд на Волдеморта. Его, казалось, не удивило увиденное. — Она слишком слаба. Совершенно не такая, как ты. Он спокойно направился к столу и взял бокал с вином. Отпил и, окинув взглядом всех присутствующих, которые были шокированные увиденным, усмехнулся краешком губ. — Белла, твоя сестра портит всем аппетит. Беллатриса вскочила и наложила чары полёта на тело Нарциссы. Она быстро поклонилась и промямлила: — Извините, милорд. Я позабочусь об этом. Она направилась к выходу, не оборачиваясь спиной к своему хозяину и продолжая кланяться. Друэлла едва стояла на ногах, готовая броситься за дочерьми в любую секунду. Сигнус вызвал несколько эльфов и они уже помогали левитировать тело младшей дочери, на которое пораженно уставились все находящиеся в зале. — Останься, — верхняя губа Волдеморта приподнялась в недовольстве. Распахнутый удивлённый взгляд Беллы обратился к магу. Кровь прилила к лицу, щеки покраснели, будто она услышала желанный комплимент. Она оглянулась последний раз на парящее тело Нарциссы и мягко подплыла к своему объекту обожания.