Cherchez la femme

Утром голова раскалывалась и воспоминания о вчерашнем празднике медленно возвращались к Циссе. Чья-то рука ласково касалась лба. Во рту было сухо и девушка смогла выдавить из себя лишь полувсхлип-полувздох. — Цисси, ты проснулась? — мягкие губы коснулись щеки и слизеринка наконец открыла глаза. Белла лежала рядом, смотрела нехарактерным для нее нежным взглядом и улыбалась. — Как ты себя чувствуешь? Нарцисса беззвучно раскрыла рот в попытке ответить, но вышел невнятный хрип. Сестра поднялась и обеспокоенно осмотрела её. — Как мне помочь тебе? Я не понимаю. Глаза бегали по телу, лежащем на кровати, и комнате в поиске ответа. Цисса тяжело прошипела: — Пить… — Агуаменти! — стакан наполнился и Белла поднесла воду к её губам. Приятная прохлада лилась по горлу и казалось, что более вкусного напитка не существует в мире. — Лучше? Я такая глупая, совсем не умею заботится о больных. Это ведь ты всегда занимаешься такими вещами. — Что со мной случилось? — голос все ещё был осевшим, но она должна узнать ответы как можно скорее. Беллатриса посмотрела на сестру так, будто обладала некими знаниями, которые доступны не всем. — Тёмный лорд всегда проверяет своих подданных. Нарцисса наблюдала за сестрой, ожидая продолжения. — Он легилимент. Зрачки расширились. Конечно, слизеринка знала, что это. И к ней быстро пришло осознание, что припадок — это лучшее, что могло с ней случиться в тот вечер. — Он применяет её к тебе? — тихо и немного испуганно спросила Нарцисса. — Иногда. Полагаю, ты просто никогда не чувствовала такой силы, направленной на себя. Я понимаю, что ты чувствуешь. Когда впервые он заглянул в моё сознание, я продержалась несколько секунд прежде чем, упасть прямо к его ногам. Я не теряла сознание, но боль была невыносимой. Белла снова устроилась рядом на кровати и обхватила руку сестры. — Тебе нужно изучать оклюменцию. Мне помогло. Это даёт некоторое чувство контроля ситуации. Не нужно скрывать свои воспоминания, достаточно просто мягко проводить легилимента в свой разум и добровольно показывать ему все, что он хочет увидеть. Для этого нужно не так много способностей, как большинство считают. Нарцисса глядела в потолок, раздумывая над масштабом ловушки, в которую загнала себя сама. Старшая сестра продолжила: — Я дам тебе неделю на восстановление, а потом начнём наши занятия. Конечно, я слабый легилимент и окклюмент. Но, возможно, тебе стоит начинать как раз с таких. — Спасибо, Белла, — голос Циссы немного дрогнул и она закрыла глаза. — Я хочу отдохнуть. Молодая пожирательница смерти, как назывались ближайшие последователи Тёмного лорда, оглядела свою сестру, будто она хотела рассказать ещё что-нибудь. Покачав головой, она поднялась и направилась к двери. — Увидимся на выходных, Цисси. Я люблю тебя, ты ведь знаешь это? Слеза медленно скатилась по лицу Нарциссы. — Я тоже люблю тебя. Дверь закрылась. Девушка аккуратно перевернулась на бок и дала волю эмоциям. Она тихо плакала, не зная, что делать и как защититься. Если бы она не потеряла сознание, Волдеморт увидел бы её разговор с Андромедой, а потом с Малфоем. Фактически, это было пособничеством. Он непременно наказал бы их обоих, её и Люциуса. Она уже слышала о некоторых случаях от сестры. Наказание не всегда касалось напрямую провинившегося. Она должна найти выход и спрятать эти воспоминания ради своей семьи. Легилименция, как и окклюменция, была редкостным даром. Это означало, что среди приспешников Волдеморта нет предателей. Он знает самые постыдные и личные вещи о своих людях, что даёт ему не меньше власти над ними, чем тёмные искусства. Разве что должен найтись окклюмент, равный по силе волшебнику, вероятность чего слишком мала. Но Цисса не собирается предавать, она хочет скрыть лишь один вечер из своей жизни. Либо она научиться этому, либо умрёт.

~~~

Каждые выходные Нарцисса Блэк возвращалась домой, чтобы практиковаться с сестрой. Проникновение Беллы было сносным, но восстановление забирало несколько дней. Пропускать занятия она не могла, поэтому выглядела крайне бледной и истощенной к концу второго месяца её обучения окклюменции. Успехи были скудными. Обычно Белла просматривала её воспоминания за последние дни, словно чувствуя, что не стоит копаться глубже. Возможно, причиной этому было нежелание узнавать кого-то ближе, а может быть она выбрала путь неведения. Она не стала бы покрывать сестру, поэтому решила не искать в сознании Нарциссы причин для изгнания. Техники Беллатрисы для младшей сестры работали хуже. Окончательно в этом убедиться пришлось во время празднования весеннего равноденствия. Казалось, Волдеморту теперь было интересно заглянуть внутрь Циссы и увидеть, упадёт ли она в этот раз. И девушка снова потеряла сознание. В этот раз все было ещё хуже. Придя в себя, она не узнавала своих родителей и дом, впадала в панику и просила о спасении, считая,что её похитили. Целитель, осмотрев её, приготовил несколько дюжин успокаивающих настоек и сна без сновидений и не сказал ничего утешающего. В заключении были два возможных варианта: избегать использования заклятия "Легилименс" на Нарциссе либо обучить её окклюменции. Если этого не придерживаться, она потеряет рассудок достаточно скоро. Через неделю девушка наконец узнала мать, а вскоре отца и сестру. К концу второй недели воспоминания полностью вернулись к ней. Нарцисса собирала чемодан, чтобы вернуться назад в Хогвартс. Тогда Белла пришла к ней с новой идеей, которая ей очевидно не нравилась, но ничего лучшего придумать у ведьмы не получилось. — Есть другой окклюмент. Я договорюсь с ним. Цисса вздохнула. Она была все ещё слишком слаба, и возражать не было сил. — Где мне его найти? — Он найдёт тебя сам. Он в школе. Девушка ошарашено подняла глаза на сестру. Конечно, она предполагала, что директор может владеть подобными способностями, но помогать он им не стал бы. Значит, был ещё кто-то. Может, профессор Слизнорт? Белла усмехнулась. — Может, хоть какой-то толк от него будет. Напиши мне, как пройдёт первая встреча. — Я знаю его? — Ха-ха… Не уверена, что его вообще кто-нибудь знает. Продолжая смеяться своей собственной шутке, ведьма удалилась из комнаты.

~~~

В воскресенье рано утром Нарциссе не спалось и она решила тихо пробраться на Астрономическую башню. На неё запрещёно подниматься, кроме как на уроках астрономии. Слизеринка иногда нарушала это правило, если восход или закат солнца обещал быть особенно прекрасным. Усевшись лицом на восток, она трансфигурировала свою мантию в тёплый мягкий плед, уселась прямо на пол и наслаждалась открывшимся видом. — Здравствуй, Нарцисса. Знакомый низкий голос отвлек её от рассматривания просыпающейся природы. — Привет, Северус. Высокий худой парень стоял у лестницы. Чёрные, немного сальные волосы обрамляли его лицо так, будто он прятался за ними. В своей чёрной поношенной мантии он напоминал ворона, а крючковатый нос и зоркие чёрные глаза добавляли сходства с птицей. Было странным, что он начал разговор. Они по прежнему вставали в пару, если так было нужно для задания, но теперь он не утруждался вести даже поверхностную беседу. Нарцисса не могла не заметить, как он изменился. Он и раньше не был экспрессивным, но теперь его лицо было абсолютно нечитаемым. Северуса интересовали полезные знакомства и он пытался попасть в круг избранных Тёмным лордом. — Белла должна была сообщить тебе, что теперь я буду заниматься с тобой окклюменцией. Внутреннее доверие к нему было по-прежнему сильным, поэтому Цисса не стала прятать удивление. — Ты? Ты окклюмент, Северус? Как давно? — Это имеет значение? — Нет, прости… Не ожидала, что это окажешься ты. — Не ожидала, что полукровка владеет подобным? Слизеринка открыла рот, не ожидая такого выпада. Она никогда не сомневалась в его магических и умственных способностях, и не брала участия в обсуждениях связи между чистотой крови и возможностях волшебников. — Как ты смеешь, Северус! Разве я дала тебе повод так говорить со мной? Нарцисса глядела на него сверкающими яростными глазами. Не выдержав, парень опустил взгляд. — Справедливо. Прости. Цисса отвернулась и продолжила рассматривать дальние пейзажи. Северус растерянно стоял, не зная, может ли он теперь сесть возле неё. Она оглянулась и достала палочку. Он дрогнул и это не скрылось от её глаз. Девушка мягко покачала головой и сделала с его мантией тоже, что и со своей. Он удивлённо уставился на плед на своих плечах, и на секунду ей показался проблеск какой-то эмоции на его лице. Но когда он поднял на неё взгляд, она увидела, что он снова полностью закрыт. — Садись. Северус сел в метре от неё, глядя в даль также, как и она. — Первое, что тебе нужно сделать — систематизировать свои воспоминания. Ты должна рассудить, какие из них имеют некую ценность, а какие бесполезные. Решить, какие относятся к личным, а какие не вызывают у тебя эмоций. И, конечно, понять, которые из них ты хочешь скрыть. Нарцисса глубоко вдохнула. Он научит её скрывать воспоминания. Белла пыталась научить её давать доступ к своему сознанию полностью и это было совершенно не то, что нужно. — Белла учила меня другому. — Есть разные способы. Беллатриса владеет одним из них и, очевидно, он тебе совершенно не подходит. Так зачем мне тратить на него время? Девушка улыбнулась. Все такой же язвительный, даже если пару минут назад у неё получилось его пристыдить. Он продолжил: — Главное — ты не можешь скрывать все важное и личное. Это совершенно невозможно, что ты должна принять, как факт. Во время сеанса легилименции тебе необходимо показывать и те, и другие, чтобы не вызвать подозрений. Слизеринка взглянула на своего сокурсника. Он говорит опасные вещи, которые можно интерпретировать совершенно по-разному. — Я принесу книгу, которая может помочь в изучении, как только достану её. — Спасибо. Зачем ты помогаешь мне? Северус усмехнулся и качнул головой. — Я делаю то, что должен. Начинаю с малого — помощь сестре Беллатрисы Блэк. Её благосклонность мне не помешает. Он поднялся и трансфигурировал плед обратно в мантию. — И выбери место, где нам не придётся нарушать правила. После этих слов он ушёл также бесшумно, как и поднялся сюда. Неужели он и вправду делает это с корысти? Может быть. Ведь вряд ли он считает её другом. Вся её ценность сейчас в том, что она — сестра Беллатрисы Блэк, а через несколько месяцев к её послужному списку добавится "супруга Люциуса Малфоя". Нарцисса отбросила эти мысли и решила приняться за скрупулезную классификацию и сортировку своих воспоминаний.