Они ненавидели и всеми силами хотели обходить ненавистного валета стороной, однако судьба решила иначе и они сами признались ему в любви, ведь ранее не понимали своих истинных чувств.

      Они никогда не испытывали настоящей, искренней любви. Никто из них. Они просто "спокойно" жили в своем небольшом мирке, куда согнал их после восьми созданных королевств, Автор.

***(1)

      Этим, самым скучным и простым, но дождливым днем, все клоны, с единственным исключением, были дома. Дождь громко барабанил по стеклу и "водоотливу" не позволяя некоторым любителям тишины побыть наедине со своими мыслями. Некоторые клоны с этим не заморачивались вовсе, и просто занимались своими излюбленными делами. Были и такие, кому дождь настроения не приносил никакого, и те просто смотрели телевизор с общим интересом, или всего-навсего слушали музыку. Но, ни одного находящегося в доме клона, за все то время что шел сильный, уже как несколько часов не прекращающийся дождь, не покидала мысль, что с сегодняшним днем, определенно что-то совсем не так.       Все давно уже привыкли к тем омерзительным и никак не останавливающимся выходкам клона, от которого воротило всех и вся. Будь у них на то разрешение, некоторые наверняка бы просто убили его. Но, пятого, невыносимого и вечно издевающегося над другими, клона, не было уже как три часа. С одной стороны, эта новость действительно замечательна. Некому доставать их, и некому обижать невинного шестого клона, Зонтика, который, что случись, сразу в слезы. Но все таки, для любителя поиздеваться над шестым, не издеваться над тем уже как длительное время, нечто за гранью понимая для остальных. И как бы не кичились некоторые персоны по поводу мешающего им нормально жить, клона, зная того слишком долго, к своим же сожалениям, не волноваться за того не могли.       Шёл четвертый час непрерывного дождя. Небо с каждым часом становилось только темнее, появлялись большие черные тучи, потихоньку начинало громыхать.       И вот, замочная скважина в большую общую квартиру то ли предательски, то ли намерено напоминая остальным что здесь живет кое-кто еще, громко щелкнула. Невинный, шестой клон, сидя на кухне со вторым и попивая горячий шоколад, встревоженно дернулся, когда не услышал с порога квартиры, хоть и зашедшего, и громко хлопнувшего дверью, но усмехающегося, столь привычного, задиристого, "Эй, ублюдки, я дома". Второй клон, Куромаку, быстро прошел в прихожую встречая промокшего насквозь "гулену".       — Где ты шлялся, Вару? — строго, а-ля, мамочка встречает загулявшегося сына, спрашивает Куромаку, — Ты хоть знаешь как сильно волновался за такого идиота как ты, Зонтик?       — ....За фига мне ваши волнения? — тихо, почти не слышно, но так спокойно, спросил задира, и прошел мимо ошарашенного второго, который прежде еще не сталкивался с этих холодом в голосе Вару. Ну, или по крайней мере с недавних пор не замечал от него такого поведения.       Пятый клон прошел на кухню, где теперь кроме Зонтика, был четвертый, недовольный Феликс. Он сверлил задиру своим жестоким, требующим объяснений, взглядом, или, возможно, это просто был привычный рефлекс по защите Зонтика? Тем не менее, Вару, который в любой другой ситуации, кто бы сейчас не защищал плаксу Зонтика, не упустил бы момента чтобы что-нибудь обидное да ляпнуть, но сейчас, как воды в рот набравший, молчал, и никак не реагировал на недовольное бурчание четвертого.       Вару остановился у раковины, взял первую попавшуюся ему кружку, сполоснул, и налил себе крепкого чаю, так и не проронив и слова. Переодеваться, как поняли находящиеся на кухне клоны, и зашедший вскоре, Куромаку, промокший до трусов Вару не особо спешил. Но, он все таки прошел мимо кухонного стола, за которым сидели Зонтик и приобнимающий его за плечи Феликс, и скрылся в следующий комнате.       — ...Какого...черта?.... — не понимающе, шокировано смотрит на Куромаку четвертый клон, — Что, черт возьми, сейчас произошло!? Это точно наш Вару!?       — Что ты кричишь то? — поправляя очки, садится за стол второй, — Не знаю я.. Сам в шоке. Никогда не думал, что я застану день, когда этот придурок откажется от упреков.       — Может...что-то случилось?... — встревоженно спрашивает Зонтик, — Он....я никогда не видел его таким......спокойным.....       — Да что могло такого случится, чтобы этот псих вдруг забил на нас?!       — Ребят... — заходит на кухню седьмой клон, Ромео, — вы представляете? Я не педик, звать меня так, как звать, а еще, кажется наш задира кардинально сломался.       — С-сломался?! — испуганно посмотрел на зашедшего клона Зонтик, — Ч-что ты имеешь в виду??       — Дурак! Что ты несешь при невинном Зонтике? — свирепо гаркнул Феликс.       — Нет, я серьезно! Этот парень только что прошел мимо меня и сказал, что ему жаль, что он приносит нам лишь неудобства, и постоянно заставляет каждого бесится из-за него!! Такого никогда не было! Это....это как будто и не он вовсе!       — К-куромаку!...       — Не волнуйся ты за него, Зонтик! Он наверняка просто притворяется, чтобы мы обратили на него внимание! — зло просадил сквозь зубы четвертый.       — Но...       — Я поговорю с ним. Но Феликс прав, — спокойно проговорил Куромаку, — не волнуйся за него слишком сильно, ладно?       — Но я так не могу.... даже..... даже если он издевается надо мной... но с ним сегодня точно.... что-то произошло....       — Все хорошо, — треплет по волосам шестого Куромаку, — я скоро схожу к нему и поговорю с ним, как только закончу со своими делами, а потом все расскажу тебе.       — .......угу.       Но второй клон так этим днем и не поговорил с пятым, просто потому и сам был занят, и Вару из своей комнаты не выходил.

***(2)

      Ночью, когда все валеты сладко спали.       — Ромео, скажи мне честно, ты совсем ебанутый? — рычит сквозь зубы, сонный, уставший пиковый король, — Два часа ночи, блять! Какого, собственного, хрена?!       — Пик, прошу тебя, давай без ругательств... — устало бормочет король треф, присаживаясь за круглый стол, поджимая щеку ладонью, — И так голова раскалывается...       — Так. Ну и зачем же ты позвал нас, мой дорогой друг? — интересуется не менее сонный король бубен.       — Я позвал вас сегодня так поздно потому, что для наших валетов нет необходимости слушать то, о чем мы и будет говорить. Для начала, я хоте-       — Давай короче! — рыкнул восьмой клон, Пик.       — Он прав, друг мой, уже поздно. Не за чем нам так поздно обсуждать что-то так долго...       — Вы когда-нибудь задумывались о любви? — вдруг заинтересованно спросил король червей.       — Господи упаси.. — трет глаза восьмой клон, — серьезно! Любви??       — Чтобы понять, можем ли мы ее испытать или нет, давайте в течении этого месяца попробуем влюбить в себя кого-нибудь из валетов.       — ...Зачем это?... Нам и так хорошо живется! Какое, блять, влюбить в себя валетов!? Че ты на ночь принимал, или где и кто тебя шандарахнул по твоей пустой голове, а!? — пиковый король не сидел со всеми за одним столом, он стоял в стороне, и правильно делал, ведь если бы он услышал это, когда сидел, сто процентов подсочил бы и врезал Ромео по самое не хочу.       — Пик!! Ну спят же валеты! — не выдержал Куромаку.       — Да насрать! Я что, единственный кто правильно услышал то, чего он нас хочет этот придурок?!       — Все правильно услышали его затею, дорогой злобный друг, — все еще спокойно вел себя и говорил Данте, — Я понимаю, ты сильно устал, хоть и не знаю от чего, впрочем, как и все мы, однако, то, что он предложил, в конце концов, когда-нибудь да и должно было нас затронуть, и не важно, с кем эту любовь испытывать.       — То есть, я в кругу геев, или что?! С каких пор то?       — Испытать любовь, не значит быть геем, — вмешался Ромео.       — Тогда смысл влюблять в себя валетов?! Чтобы потом бросить их из-за того, что мы просто хотели "попробовать" узнать, что означает любовь и каково это, побыть в отношениях?!, Я правильно тебя понимаю, а?!       — Ну!,.. Н-не совсем! Я, имел в виду.... в конце ведь все может измениться!....       — Измениться?.... Измениться, что?! Их и так, отстранённое отношение с нами!? Или намекаешь, что мы как и ты, сможем просто так, никогда и никого не любя, влюбить в себя, и возможно, влюбимся сами?!       — Вот здесь я с Пиком соглашусь, — вдруг кивает Куромаку, — Да и....кого и как мы должны в себя влюблять? Нас четверо, а их...       — ..К чему ты клонишь?..       — Валет.... — вдруг замявшись, не договаривая произносит второй клон, — ну, тот самый...       — ..ты.....про Вару что-ли? А что с ним не так?       — Что с ним не так? — не веря услышанному переспрашивает Пик, — Ты просто притворяешься, или серьезно сейчас? Совсем не понимаешь эту проблему? — тяжело вздыхает восьмой..       — Ну, даже если никто не выберет его, есть возможность привязаться к кому-нибудь третьим, — пошленько поднимая бровки, ухмыляется седьмой.       — Бля, просто убейте меня, а! Ну что за хуйню я сейчас слышу? — скатывается по стене пиковый, зарываясь ладонью в волосы.       — ....Хотя ранее я и говорил что нас любовь в любой момент может затронуть, но, думается мне, сейчас о ней лучше вообще о забыть.       — Хей, вы что, так легко сдаетесь?       — Да пойми ты наконец! Мы не такие как ты! Мы в принципе не понимаем смысла этой твоей Любви!       — ..Я тоже не понимаю, — вдруг сознается Ромео, мрачнея в лице, — Я может и король червей, но я не знаю, какого это по настоящему кого-то любить. Да, меня привлекают красивые девушки, но.....это совсем и никакая не любовь....... — буквально на минуту в комнате воцарилась глухая тишина, — именно поэтому, я и предложил вам.... у всех ведь, наверняка, возникала мысль что вам хочется казаться для кого-то....особенным...разве нет?...       — Хорошо, давай предположим... — начал Куромаку, поправляя очки, — Мы все таки влюбляем валетов в себя. Кто-то, будет лишь вдвоем, кому-то....придется присоединиться, если вдруг не понравится другой валет... но, этот король, вдруг не захочет больше "делится" валетом с присоединившимся..... Что дальше? И.... что станет с тем обделенным любовью, валетом? — заинтересованно смотрит на Ромео второй клон, — У меня нет никакого желания влюблять в себя кого-то вроде Вару. Кто-нибудь из вас может это сделать?       — С кем угодно, но только не с этим эгоистом, — признается Пик.       — Но вы же понимаете, — не слушает признания остальных, Куромаку, — что если мы обделим этого валета, то весь наш мир пойдет прахом?       — Ты про....       — Да! Каким бы он не был, валет должен остаться с королем. Не важно, с кем именно. Но если мы оставим Вару ни с чем, то мы просто разрушим мир, в котором сейчас живем...       — Вот поэтому я и говорю, что это наиглупейшая затея! У вас хотя бы валеты мирные и в какой-то степени все таки невинные! Не то что мой! Я не могу за ним уследить, не могу его остановить....а вы вдруг предлагаете его влюбить в себя? Каким образом!? Кто вообще может его остановить?! Я, бессилен. И вы, тоже. Даже все мы, вместе, не может остановить его! Единственное, что я ценю в нем, так это ту самую силу, которой нет ни у одного из ваших валетов, но, чтобы заводить с ним отношения.....это на сколь же надо отчаяться, чтобы хотя бы начать нормально с ним общаться?...       — Пик...       — Я отказываюсь от этой затеи, — поднимается с пола пиковый король, — Влюбляйте в себя кого хотите, но меня, блять, не трогайте.       — ....Полагаю, вопрос решен?... — вздыхает второй, — Больше тебе не нужно доказывать, Ромео, что это было глупым решением?       — Но разве вы не хотите-       — Что делать с Вару!? — громче выкрикнул Куромаку, — Он, неотъемлемая часть всей нашей жизни! Без него, как я и говорил, мы разрушим свой мир. Если ты можешь, попробуй влюби его в себя!       — Но....       — Что?       — Я.....мне нравится Феликс...       — Оо! Это замечательная новость!.... Но я спрашивал что делать с Вару! — ударяет второй клон рукой по столу и поднимается, — Не ты ли сказал, что обделенный может стать третьим в отношениях?... Пик явно дал нам понять что он ни за что не влюбит в себя Вару.....Я тоже не горю желанием.... А вы? Данте? Ромео? Вы влюбите его в себя?...... Мне важен лишь Зонтик, потому что он МОЙ валет.       — Ну...       — ....Все. Хватит с меня. Я, в общем, тоже не участвую. Я не буду заставлять ни Габриэля, ни кого-либо еще. Ни за что. — тут то Пик и Данте вместе покидают комнату совета, оставляя Ромео и Куромаку наедине.       — Я тоже пойду, пожалуй, — поднимается второй, и выходит из-за стола, — Ромео, — заставляет короля червей посмотреть на себя Куромаку, — если тебе нравится твой валет, делай с ним что хочешь, мы же, все таки, сами решим, когда, или как, мы начнем с ними подобного рода отношения. В любой другой день, все может измениться....но видимо, не сейчас, и не так скоро...       — Да, я понял.... извини что собрал вас всех так поздно.       — Забудь, и тоже скорее ложись спать. Завтра, если погода будет хорошей, ты должен будешь помочь мне с кое-какими делами.       — Ладно....       — Не засиживайся.... — и скрылся за дверьми.       — А ведь была такая хорошая возможность позволить парням испытать любовь... — грустно вздыхает Ромео, — как же тяжело быть единственными картами...       — Если ты так сильно хотел чтобы остальные тоже начали играть в любовь, лгал бы убедительнее.       — Да я и так врал как мог. Но ты же и сам понимаешь, — позабыв что все короли покинули сие помещение, и здесь остался только он один, продолжал король червей, — с ними трудно спорить.       — Тебе просто надо было быть умнее, а не вдруг, ни с того ни с сего, звать их поздно ночью, и предлагать нечто такое банальное.       — Банальное? — смотрит вперед Ромео, — Да что ты-.... Ч-что!? — наконец замечает король пустой стол, и оглядывается, — Аа?!?...       — Ты созвал всех, для столь сумасшедшей мысли, и все равно, все пошло через одно место. Честно, так забавно было наблюдать за вашей тупой ссорой.       — Быть не может! — подскакивает из-за стола Ромео, — Вару?! Что ты здесь делаешь?! Разве ты-       — Я спал, — выходит из небольшой комнатушки пятый клон, одетый в простенькую темную пижаму, — Но вы разбудили меня своими дикими криками. Поражен, что остальные не примчались сюда, чтобы посмотреть и понять почему их короли так вопят.       — Вару.....как долго ты был здесь?.. И как вообще ты пробрался сюда так незаметно?       — Кажется ли, или короли, совсем отупели в нынешнее время? — проходит и усаживается на место Пика, Вару, — Вы создали комнату совета не просто так, но и запрета для входа валетов сюда не придумали. Возле моей комнаты было слишком шумно, да и не прекращающийся дождь с грозой мне покоя не давали, так что я пришел поспать сюда, куда практически не доносятся посторонние звуки. И только я лег вздремнуть, какое-то время, наверное, все таки поспал, как слышу безудержные крики королей, которые без устали обсуждают меня.       — В-Вару... прошу, пойми....я собрал-       — Да мне по барабану.       — Но ведь-       — Замолчи.       — Вару-       — Рот закрой, Ромео. Если он так решил, то пусть так и будет. Даже если вы все от меня отвернетесь, этот огромный мир из-за этого, блять, не разрушиться. Как Куромаку вообще до такой херни додумался?!... Что ж.... Я буду спать здесь, а ты, глупый романтик, передай своим не менее глупым дружкам, чтобы не волновались из-за всякого. Так и передай им, что влюбляться они могут в кого угодно, даже в левых парней и баб, никак не связанными с клонами. Что могут забить на меня и забыть меня вовсе. Мне все равно..       — Вару... ну почему ты такой?! Не уже ли тебе настолько все равно, что станет с твоими жителями? — напомнил о королевствах Ромео, и не просто так, а потому что процветание своего королевства полностью зависит от каждого из клонов.       — Моими жителями? Ахаха..Не смеши меня! — усмехается парень, ударяя ладонью по столу, а Ромео вздрагивает. Пф, подумали вы, всего лишь валет, но не Аля какой, а самый настоящий, пиковый, и не менее страшный, чем пиковый король, а Вару продолжил, — Они никогда не были моими! Все мои жители, это сломленные и потерянные жители ваших семи королевств! Из моего же, это не более пяти десятка человек, и единицы, которые предали меня, и сбежали ради вас всех или ваших слуг! Даже если мое королевство тот же час рухнет, а жители сдохнут, мне будет все равно! А знаешь, почему? — он поднимается с места, и словно не зная термина, личное пространство, подходит к королю ближе, нос к носу, и шепчет тому горько и сладко одновременно, — Потому что виной всему этому буду, ни Я, а все Вы, — и отстраняется, улыбаясь так нежно, и так опасно, словно он знает что должно произойти в будущем.       — В-вару!... Вару, постой!       — Что?       — Ты.....тебе действительно все равно, что-       — Замолчи! Я тебе уже говорил. Если он не хочется быть со мной, плевать! Я все равно не заслуживаю чьей-либо любви..... Правда ведь?..... Блять, все! Вали отсюда. Я не хочу больше с тобой говорить на эту тему, — и с поджопником выпроводил короля червей из комнаты совета.

***(3)

      — Куромаку... — сонно бормочет шестой клон, Зонтик, раскрывая и потирая кулачками свои еще не до конца проснувшиеся глазки, — Куромаку? — оглядывает комнату парень не замечая своего короля, а он, как знает невинный мальчик, частенько, пока Зонтик спит, сидит с бумагами именно здесь, в это комнате, и непрерывно, не отвлекаясь, что-то читает и пишет, но сегодня его здесь не было, — Где он?       Невинный Зонтик одевается и спешит покинуть комнату, отыскать второго клона, но прежде чем выйти из своей комнаты, толкает дверь и отбегает назад. К сожалению, его слишком часто задирал Вару, чтобы он в итоге привык к тому, что ведро с краской может упасть на него в любой момент, так что сперва какое-то время он ждет, когда предательское ведро с зеленой краской опрокинется и не заденет его, и только потом выходит, то есть, следовало так сделать, но ведра с краской так и не было. Парень аккуратно выглядывает из комнаты, боясь издать хоть один звук, но потом как-то даже облегченно вздыхает, когда понимает, что поблизости ловушек нет. Возможно, кто-то из клонов уже попался или просто обезвредил ловушки задиры....Так или иначе, он так же аккуратно, оглядываясь в поисках ловушек, идет через коридор с несколькими комнатами и большую гостиную, и вскоре оказывается на кухне, где за одним большим столом сидели почти все клоны, конечно же, без задиры, которого за столом никто не вытерпит.       — Куромаку....ребята..... с добрым утром.       — С добрым, соня, — улыбаясь, попивая горячий сладкий чай, здоровается с шестым, Феликс.       — Ты долго сегодня спал, — невзначай говорит пиковые король, поедая бутерброд с кофе.       — П-правда?...       — Ага. Уже обед.       — Чтоо?....эм.....а.....а где Вару?...       — ..Вару?... — атмосфера за столом как-то изменилась. Нет, так и раньше было, но...сегодня, лишь одно упоминания пятого слишком сильно отозвалось в лицах остальных.       — Зачем он тебе? — пытается спокойно говорить Куромаку.       — Ну...просто......Я до сих пор еще чистый, хехе.....меня никто не подколол, ну...и....это необычно...       — Я не видел его со вчерашнего дня, — признается Пик, выходя из-за стола, — Я ходил сегодня утром в его комнату, чтобы разбудить его для некоторого дела, но его даже там не было, — восьмой подходит к раковине, моет грязную посуду, и уходит с кухни.       — Как это...не было?       — Зонтик, скажи честно. Почему ты спрашиваешь о нем? — интересуется Феликс, подзывая того тоже присесть за стол.       — Просто....он вчера не издевался, и сегодня тоже..... Я вообще его не видел, и....я волнуюсь за него....       — Волнуешься?! Почему ты волнуешься за этого засранца?! Он же ничего хорошего для тебя не сделал!       — Н-но! Не в этом же дело....       — Он в комнате совета, — неумышленно говорит Ромео, заставляя некоторых королей, и даже Пика за пределами кухни, поперхнутся воздухом ли, чаем ли.       — П-почему там!? — ошарашенный новостью спрашивает Куромаку.       — Что значит, в комнате совета?! Я проверял! Там никого не было! Когда он туда ушел? — кричит с гостиной Пик.       — ....с....со вчерашней ночи.... — виновато чешет голову Ромео, невинно улыбаясь.       — Н-Ночи!? Он был там когда-... — хватается за голову второй клон, — Н-нет! Быть не может!       — Ну..       — Наш дорогой задира и правда был там? Почему же мы его не видели? — спокойно интересуется Данте.       — Э-это потому-       — Потому что созвавший вас на совет не соизволил проверить соседние комнатки, на наличие там посторонних личностей, — черти знает откуда появляется объект всеобщего разговора, проходя к холодильнику и доставая из него себе чего-нибудь вкусненького.       — Ты....Ты все слышал?..       — Все, — безразлично отвечает второму клону Вару, и хлопает дверью холодильника, — Но не волнуйтесь, никто из валетов не узнает ваши тайные секретики, которые вы собирались таить от нас.       — Какие еще секретики? — недоверчиво смотрит на своего короля Феликс.       — Н-никакие....       — Эй. Вару! Кались! О чем они говорили!?       — Хм, ну-       — Вару, не смей!       — Короли обсуждали то, как затащить тебя, Феликс, в одну из их комнат, и жестко, поочередно тебя оттрахать. Тебе нравится такой ответ, дорогуша? — с привычной всем ухмылкой язвит пиковый валет.       — Бля, ты че, упырь, несешь?! Смерти ищешь?! — озлобленно выкрикивает Феликс хотя было подскочить с места и налететь на слишком грязно уж болтающего Вару.       — Лучше у своего короля спроси. Он больше всех знает.       — Ромео!?       — Т-ты все не п-правильно понял, Феликс....Это не так!...       — Вару! Сейчас же подойди ко мне!! — кричит из гостиной пиковый Король.       — Н-нет! Вару, погоди! Помоги мне!! Скажи Феликсу что ты просто пошутил!!       — РО-МЕ-О!! — нависая над своим королем, свирепо произносит валет.       — Вааару!! — испуганно кричит червовый вылетая из-за стола.       — Прости-прости.... Меня зовет мой великий пиковый король, так что ничем не могу помочь. На этом сладком и прекрасном моменте, я оставлю вас, девочки, — и с тарелкой всякой вкусности уходит с кухни в гостиную.       Заходя в гостиную, пятый клон проходит к большому темно-бурому мягкому дивану и усаживается на него, с интересом наблюдает за бродящим туда-сюда королем и уплетает вкусности с тарелки. Столь забавная для Вару картина длилась не больше тридцати секунд, но и их хватило, чтобы помогло ему узнать в своем короле еще одну слабость, такую как, волнение. Он словно ребенок, которого вызвали в учительскую, или рабочий, которого за ошибку вызвали к директору.       Пик еще немного походив туда-сюда, останавливается, слишком уж сильно его удивило то, что его валет слышал многое со вчерашней ночи. Он оборачивается, и смотрит на сидящего на диване валета. Смотрит, пристально так, не отводя глаз, и тот, наверное, тоже, но под его зелеными очками этого хрен поймешь. Король наконец решаешься. Для начала он подходит к двери, и сильно так, хлопает ею, давая понять что для остальных сейчас гостиная под запретом, да и ничего, подождут, ну или вон, погулять сходят, погода ведь хорошая, затем подходит к сидящему на диване Вару, который, к слову, совсем не обращал внимания на резкие движения своего короля, и садиться рядом.       — Ты действительно слышал все, о чем мы говорили? — начал после раздумий восьмой клон.       — Я вам что, попугай? — не прекращая есть, говорит Вару, — Да.       — И?       — Что, "И"?       — Что ты думаешь по этому поводу?       — ..Чего ты от меня вообще хочешь?       — Блять, Вару! Из попугая меня делаешь ты! Я спрашиваю, что ты думаешь на счет той сраной затеи, которую предложил Ромео?       — Что она бессмысленная?       — Нет же!! То есть, я не отрицаю. Она действительно глупая! Но... если бы все согласились-       — Меня б никто не выбрал. Да-да. К чему ты мне это напоминаешь? Да и вообще, ты ж первый из всех отказался от участия в игре "Влюби валета"!       — А если бы, я передумал?       — Меня то это каким боком должно волновать?       — Ну...ты мой валет, и.........       — Ну-ну! Продолжай, черт возьми. Не прекращай мысль. "Ты мой валет, и... "       — Чтобы ты делал, если бы я выбрал кого-то другого?..       — .....Я твой валет только по масти и по карточному миру, — вздыхает пятый, — здесь же, по сути, наши масти не играют роли, а уж кто, блять, тебе "нравится", и кого ты хочешь трахнуть, меня совершенно не волнует. Просто иди ты на улицу и выбери рандомного парня или уж бабу, коли пошло, влюби в себя а потом хоть живите вместе.       — Нет уж... Нахрена мне неизвестные личности-       — Делай что хочешь, — отставляет тарелку в сторону Вару и встает с дивана, — Выбирай кого хочешь. Еби кого хочешь. Но про меня вообще забудь. Я не собираюсь играть в ваши долбанные игры-влюблялки. Вы ж итак уже определились, что если валета только три, а короля четыре, то один из вас может присоединится к "парочке". В принципе, я замечал как ты поглядываешь на Куро-       — Эй, блять, что за-       — Можете стать "шведской семьей", — не дает тому договорить Вару.       — Откуда ты-.... знаешь такое вообще?       — Любовь то может мы и не можем испытать, глупый мой, пиковый король, — вновь вздыхает парень закатывая глаза, — но девственником быть в моем то возрасте, стыдоба.       — ....напомни-ка, сколько тебе?...       — Мне девятнадцать, малявка, — усмехается Вару, вспоминая что королю его лишь семнадцать.       — ....у тебя уже...было?...       — Было-было. И не раз, — все пуще ухмыляется Вару, замечая как краснеет Пик, — И, раз уж мы каким-то образом пришли к этому вопросу, то сколько было у тебя?       — ..О-отъебись!! У меня, блять, в отличии от некоторых, нет столько свободного времени чтобы где-то шляться!!       — Ооо! Так ты для того самого свою розочку бережешь?       — Чт-....ЧТОООО?! Вару, ты идиот!!       — Для кого? Не поделишься инфой?       — Замолчи свой грязный рот, ушлепок!! — швыряет парень в своего валета первое попавшее в руки, и, черт возьми, ранее, наполненная всякой вкусностью тарелка вдребезги разбивается о стену перед лицом отвернувшегося пятого, и одним чертовым осколком оставляет на его лице багрово-алый, длинный и глубокий порез.       — Дежавю.... Ты мог меня ею убить. Ничего другого кинуть не мог? — оборачиваясь, но не обращая внимания на стекающую по лицу кровь, как-то слишком уж спокойно спрашивает Вару.       — Заткнись! Живо иди и обработай рану! Сам виноват, что взбесил меня!       — Так нечего швыряться в меня всяким, — и уходит с гостиной на кухню, где чего-то или даже кого-то ожидали некоторые клоны. Зонтик, который сидел за столом вместе с Куромаку, Данте и Габриэлем, в ужасе дернулся, когда заметил на лице задиры большую, сочную царапину, из которой без остановки текла багрово-алая кровь, пачкая собою и его синий свитер.       — В-вару! Боже!! — подскочив с места, подбегает к раненому Вару, совсем забыв про то, как этот пятый клон ненавидит волнения и прикосновения, особенно касания самого Зонтика, — Как ты?? Что у вас случилось?!       — Не трогай меня, — прежде чем Зонтик протянет руки, предупреждает тихим голосом парень, и тот, вовремя реагирует.       — Куромаку! Ну же, помоги! — зовет своего короля Зонтик.       — А?.. Ага, сейчас!..       — Да ты мне, главное, где аптечка лежит, скажи. Дальше я сам. — сухо произносит пиковый валет.       — Без меня ты себе ничего делать не будешь, понял?! — встает из-за стола второй клон, — За мной, — в командном тоне произносит Куромаку и уходит с кухни, — Живо!       Вару на это лишь громко цыкает, и обойдя Зонтика, забыв видимо, что этого слабого мальчика ему нужно обязательно толкнуть, но не толкает, но точно не забыв потрепать плаксе его волосы, идет за "клоном мамочкой".       Комната Куромаку находилась в пределах между кухней и выходом из квартиры, там же располагалась и комната Данте. Второй клон отворяет двери в свое царство чистоты, уюта и тишины, и подождав, прежде чем зайдет пятый, закрывает, чтобы другие не помешали им, и не нарушили покой в этом месте.       — Сядь на кровать, — "велит" хозяин комнаты подходя к дубовому шкафу с одеждой, где он хранит и "прячет" от некоторых "психически-неуравновешенных" персон большой белый "чемодан" с множеством различной, вполне важной для оказание первой помощи, "мелочью".       — На кровать то зачем? — проходя вглубь комнаты, парень находит себе более подходящее место. Простой стульчик у письменного стола, и садится.       — Все равно где, — не отрываясь от поиска в чудо-ящичке нужного, произносит Куромаку, — Как ты вообще умудрился?       — В меня тарелку швырнули.       — ...Значит заслужено, если тарелкой.       — Он завел тему вашего ночного разговора, — второй подошел к сидящему Вару и начал обрабатывать ему щеку, — сперва мы немного поболтали именно об этом, а потом все дошло до вопроса девственности.       — Чт-.... — слегка дернулся в удивлении Куро, — Из-за этого?...       — Ну, я спросил, девственник ли он, а когда он начал оправдываться, я ляпнул нечто вроде, "Ты бережешь ее для-!......"............... ну, ты понял.       — Ну, за такое он мог бы тебя и избить, радуйся, что только до тарелки дело дошло.       — Избить бы он меня вряд ли смог, хах. И это факт, который нельзя опровергнуть. Может он и мой король, но силушек обуздать меня, у него нет, как и у многих вас. Да и....я бы предпочел чтобы кто-нибудь наконец да и избил меня..... — признается ли, в шутку ли говорит Вару, не понятно, но то что он "хочет" в какой-то мере чтобы его избили, что-то да и значит.       — Ты у нас мазохист что-ли?...       — А похож?       — Если тебе все равно на боль, которую обычно испытывают люди во время обрабатывания ран и ссадин, то, да, ты определенно тот еще мазохист.       — Мне что, рыдать в три ручья из-за этого?       — Нет, но хотя бы какие-нибудь признаки того, что тебе действительно больно, показывай...       — Не понимаю я вас, неженок, — бурчит Вару, — Из-за каких-то царапинок, и сразу охать, ахать, и реветь?       — А, ахать то зачем?       — Чтобы ты спросил.       — Дурак!       — ...Долго ты еще мое лицо то лапать будешь? Лепи пластырь и я пойду. Наверняка, Зонтик тебя уже там заждался.       — Я, кстати, хотел спросить, — клеит тому на лицо пластырь Куромаку, — что с тобой в последнее время?       — А что со мной?       — Ты иначе себя ведешь, — убирает антисептик, ватные диски, вату в "аптечку" и выкидывает использованное, — ни к кому не лезешь. Практически, не раздражаешь. Хоть и прошло всего два дня, но это редкость.       — Вы мне все надоели.       — Мы то? — быстро убирает белый "чемодан" в шкаф Куромаку, и поворачивается к, все еще сидящего Вару, — А ни наоборот часом?       — Может и так. Но суть одна. Через пару дней меня здесь не будет, — поднимаясь, отвечает Вару, и проходит мимо застывшего второго клона.       — Что ты...только что сказал? — оборачивается Куромаку на остановившегося у дверей пятого клона.       — Я ухожу.       — Нет, Я про.... то есть, почему?! В смысле, черт возьми, уходишь?! Куда?!       — Ну, не знаю. Куда-нибудь. Может к Джокеру. Лишь бы вас не видеть.       — Нельзя!             — ....Это еще почему?       — Без тебя в этом доме рухнет привычное всем нам время!       — Что ты несешь?       — Нет, Вару! Чего бы, черт возьми, не произошло, ты останешься здесь! В этой квартире, со всеми нами!       — С какой стати мне оставаться в доме, где буквально через пару дней начнется ваше сближение?       — С чего ты решил что оно начнется?! Мы четко дали понять, что мы не собираемся это начинать!       — Придурок, — крепко сжав ручку двери, проговорил сквозь зубы Вару, — вы определенно начнете клеиться друг к другу, а я, обделенный, буду наблюдать за вами? Да ни за что на свете!       — Ты сам виноват, что никто не хочет выбрать тебя!       — Тогда почему ты запрещаешь мне уйти?       — Потому что!             — ...Куромаку, блять, это не ответ! Почему?!       — Мы не сможем найти тебя, если ты будешь нужен!       — Совсем ебанутый?! Я, по-твоему, "сбежать" от вас пытаюсь, или что!?       — Я знаю тебя слишком долго, чтобы не знать, что тебя хрен кто и хрен где найдет!!       — Телефоны здесь на что!?       — Да ты его тут же заменишь!       — Нахера?!       — Ты ж сам сказал что не хочешь видеть нас!!       — Куромаку! — выкрикивает имя второго Вару, и бьют кулаком по двери, — Хватит! Сука! Орать! Заебаа-а-ал! — и Куромаку тут же закрывает рот, теперь ясно поняв, что через крики обоим в принципе ничего не добиться.       Вдруг, за дверью слышится еле слышный топот, а затем в нее постучали.       — К-куромаку, — слышится робкое, испуганное за дверью от Зонтика, — ...у....у вас что-то случилось?       — ......Нет. Ничего, — спокойнее отвечает второй клон пристально смотря на Вару, который даже не пытался кинуть что-нибудь глупое в ответ.       — Мы.......то есть, Ф-феликс...предложим сходить всем вместе погулять..... может...       — Идите без меня, — прерывает младшего Куромаку, — у меня сегодня много дел, так что я не могу пойти с вами.       — А.....в-вот как....       — Эй, Куро! — теперь слышится более уверенный голос четвертого клона и испуганный писк Зонтика, который, судя по всему, совсем не ожидал что его так неожиданно обнимут, — Мы забираем Зонтика себе! — с какой-то неясной надобностью говорит Феликс, но продолжает, — Мы все вместе пойдем на длительную, в столь чудесный день, прогулку! И нас не будет несколько часов, так что, если что, звони, и мы обсудим место встречи, а, и, будь добр, — некоторые клоны уже покидали квартиру, кажется, и Зонтик, которого толкал наружу Ромео, — не УБЕЙ находящего с тобой в одной комнате человека.....       — ....Не неси ерунды, — на очевидную ненависть червового валета к пиковой персоне устало произносит король треф.       — Пока-пока!! — воодушевленно выкрикивает Феликс и захлопывает входную дверь.       Оставшиеся в доме клоны какое-то время молчат, прислушиваются к возможным звукам за дверью, а потом вновь смотрят друг на друга, будто бы это чем-то поможет.        — ..........меня тупо только что приговорили к смерти, — с усмешкой говорит парень и приподнимая свои зеленые очки стирает появившиеся, выдавленные из-за сдерживания смеха, слезы, но потом вновь возвращает очки на свое место, — ...фух......не знаю, как уж мы с тобой докатились до такой дикой ругани, но давай теперь спокойнее. Меня раздражает когда кто-то кричит в мою сторону.       — Вару..... ты не покинешь этот дом, как бы сильно тебе этого не хотелось, — вновь по кругу начинает Куромаку.       — ....Скажи мне хотя бы одну вескую причину, почему я должен остаться. И тогда я, может, и передумаю.       — Я..... не могу...       — Нет, ты блять, серьезно!?.... В чем твоя проблема сказать мне правду? Мне не нужно от тебя много слов! Буквально несколько!       — Я не могу говорить также прямолинейно, как и ты, убожество!(P/s.A:(～o￣3￣)～)       — Парни ушли! Теперь, здесь нет никого, кого тебе следовало бы стесняться из-за своих слов... Перед тобой сейчас только Я. Даже если за дверью сейчас кто-то неожиданно и будет стоять, то только Ромео со своими грязными фантазиями, но даже если и так, какая тебе, к черту, разница, услышат кто тебя или нет? В твоих словах может быть какая-то пошлость, Куромаку? Что-то, чего от тебя никто никогда не слышал? Что именно тебя волнует сейчас, а?...... — парень пристально смотрит на обдумывающего что-то второго клона, вздыхает, — у тебя еще много времени чтобы подумать что ты хочешь мне сказать, так что.....сейчас я пойду, а когда-       — Ты никуда не пойдешь! — неожиданно "подбегает" к Вару Куромаку, и в считанные секунды преодолев всю комнату вместе с валетом валит его на свою ранее аккуратно заправленную, пахнущую лесной хвоей и чем-то еще более нежным, дурманящим, кровать, — Ни за что! Ты останешься здесь! Ты меня слышишь, Вару?! Я не отпущу тебя, даже если придется избить! — не замолкая ни на секунду, весьма громко и тошно, с широко раскрытыми глазами из которых, казалось, вот-вот должны потечь горькие слезы, кричал жалобно Куромаку, — Никогда не уйдешь! Ты нужен здесь!!!......... Ты нужен..... — нависал над парнем второй.       Пятый клон долго еще смотрел на кричащего и что-то бормочущего себе под нос Куромаку. Его не удивляло то, что его так легко завалили на кровать, не удивляли слова, которые без разбору летели с потрескавшихся губ, с той болью в сердце ранее никак не желающего обращать внимания на Вару Куромаку, смотрел на то, как дрожали его губы, когда он пытался сказать что-то еще, но голос предательски хрипел, смотрел, как его прекрасные, серебряные глаза за деловыми очками, искали хоть какого-нибудь ответа на застывшем безразличии.       — Скажи мне честно, Куро, — приподняв одну из своих рук и коснувшись ладонью лица клона, вновь спрашивает Вару, — почему же ты так сильно не хочешь отпускать меня? — а в ответ тишина, — Если не скажешь, я-       — ..Даже если ты меня еще больше возненавидишь..... ты... — набирает грудью воздух Куромаку, — ........н-нравишься...мне!....       — ....Я?       — Нет, черт тебя подери, Ромео! ...Да, ты! Что тебе не понятно то!?       — Мне то? — усмехается Вару, — Мне понятно все, и я неожиданно рад столь милому признанию, — усмешка пропадает, и остается лишь скромная, нежная улыбка, — и в чем была проблема начать именно с этого? — "хихикает" парень, слегка притягивая Куромаку ближе, — хоть и неожиданно услышать от тебя такое спустя столько лет, но...хах,...ты мне тоже нравишься, дурашка.       — ...Что?       — Что тебя теперь удивляет?       — Ну, знаешь....как-то все слишком...быстро?..       — Не, фигня, — и не дав тому еще минуту на размышление, схватив за воротник рубашки, страстно целует. Это, к слову, был первый поцелуй Куромаку, а то, с каким напором давил на него Вару, шокировало не меньше, чем его же признание парами секундами назад.       Тем не менее, его первый поцелуй оказался весьма страстным, нежным и манящим на продолжение, да и пятый, вроде бы, как раз таки на него и рассчитывал. Но прерваться все же пришлось..       — Хей, Куро, — сбрасывает с себя Куромаку в сторону и заинтересованно спрашивает Вару, — как отреагирует ТВОЙ Зонтик, — он элегантно начинает снимать с себя свитер, — когда узнает, — и садится сверху на второго, — чем мы тут с тобой занимались?       — ....нх..       — Что?.. Не слышу ясного ответа. Мне остановиться? — отбрасывая одежду на пол, помогая второму снять с себя этот чертов, мешающийся пиджак, Вару нежно проводит своей ладонью по закрытому белоснежной рубашкой животу.       — Давай....не будем сейчас об этом..       — М? О чем? — не задумываясь о аккуратности, срывает пуговицы с белоснежной рубашки пятый, и пуговки разлетелись в разные стороны. Что-то осталось лежать на кровати, а чему-то было суждено оказаться на полу, — Не хочешь говорить о Зонтике? — ехидничает Вару оголяя вверх Куромаку, но рубашку его до конца не снимал, оставил так.        — именно.... — сквозь сжатые зубы рычит Куромаку и сжимает эти сочные, обтягивающие брюками бедра парня, что так неожиданно заерзал на его паху.       — О?, ну ка-ну ка! Что это там уже такое твердое? — слегка отодвинувшись, касается возбужденного члена через штаны Куромаку, Вару, — Мы только спровадили парней, а тебе уже не терпится начать?       — да прекрати...ты болтать!       — Хочешь перейти сразу к делу? Или мне тебя немного побаловать? — трет возбужденный орган Вару, и наклоняется, чтобы вновь сплести с партнером языки в сладком поцелуе.       — Просто начни уже, — не решается тянуть свои руки дальше бёдер Вару, Куромаку, пока что, но азартных своих, серебряных, ярко сверкающих от предвкушения глаз от полураздетого клона не отводит, и жадно поедает ими каждый кусочек его слегка загорелого, сильного, покрытого в некоторых местах боевыми шрамами, а он, напомню, боевая масть своего пикового короля, тела.       — Хах, какой нетерпеливый, — расстегивает ширинку на штанах Куромаку, Вару, — Оо, да ты весь течешь. Не уже ли я у тебя первый? — и обхватывает своей холодной ладонью, горячий, затвердевший член Куро.       — ммнг...       — Ну? Первый же? Или я просто особенный? — поглаживал липкими, нежными, теперь горячими круговыми движениями Вару его член, — Скажи же мне..       — П...первый... — с негромким стоном выдыхает второй клон, и тут же, не веря своему голосу, прикусывает губу. Такой эффект и голос от простой лишь дрочки у него впервые. Да, он уже дрочил себе, ведь без этого в любом случае никак, и возбуждение, пусть и малое, снимать как-то надо было. Однако сейчас его члена касается тот, кому он с каким-то даже удовольствием доверился, и с кем в течении часа, может и поменьше, готов разделить свою кровать. А может и не только сегодняшним днем.       К слову, о доверии. Может быть Вару и доверие, совершенно не совместимые вещи, однако Куро, встретив Вару в карточном мире около семи лет назад, а тот был пятым клоном, который появился в мире Королей, постепенно начал изучать характер, поведение и саму личность этого клона. Сейчас, он слишком хорошо знает его, чтобы просто забить на него. Ему, в принципе, уже давным-давно был интересен пиковый валет, а ранее, когда они еще не добрались до своих конечных фигур, просто фоска Вару, но признаться, ни как самому себе, ни кому другому Куро попросту не мог.       Пиковый валет неожиданно для короля треф слезает с него и усаживается на край кровати. Куромаку удивленно смотрит тому на спину, всю покрытую шрамами, ожогами, огнестрельными ранениями, которые так же переходили и на руки, и с каменным стояком, хотя и неловко, с покрасневшим лицом усаживается рядышком, скидывая с себя при этом и мешающуюся ему рубашку в сторону.       — Вару?       — Скажи.... то, что мы собирались сделать... это же.. не просто "дружеский" секс?       — Чего?       — ...Твое Нравишься....оно же не было временным, чтобы использовать меня?       — ........Ааа?! — с пару секунд промолчав, в полнейшем недоумении выкрикивает трефовый, — Ты что такое говоришь, Вару?! Я что, похож на того, кто просто так разбрасывается словами!?       — Не знаю... — сжимает свои вспотевшие и липкие ладони в замок парень, — просто, не хотелось бы, что бы после сегодняшнего, мы опять вернулись ко всему тому, что было ранее....       — Ты про...отношение перед другими?       — Ну, конкретно, да.       — Но ты же понимаешь, что будет трудно вести себя как-то иначе перед остальными?       — Трудно кому? — поворачивает голову к королю валет, и пристально, хмуря бровями, смотрит на него, — Если я тебе нравлюсь, то значит что ты готов к изменениям в отношении перед другими, разве нет?       — Ну..       — Я блять, что, просто игрушка для снятия стресса, или куда?! — отводит свой сердитый, разгневанный взгляд в пол, Вару, — Или ты боишься, что остальные, прознав что ты переспал с отвратительнейшим, омерзительным и самым ненавистным валетом, которого не хотел принимать не то чтобы кто-то, но и свой собственный король, будут гнобить тебя за это!?       — Нет! Я о таком вообще не думал! Просто-       — Т-тогда, для того, чтобы ты был со мной открытие перед остальными... не был груб и холоден....мне нужно пообещать тебе, что я не буду трогать Зонтика, верно?? З-Зонтик ведь главная причина, почему ты не хочешь показывать остальным, что теперь ты со мной?       — Ва-       — Если я пообещаю тебе, что больше никогда его не трону, — перебил парня пятый, — ...что больше никогда не буду н-надоедать другим....вообще никому....что я перестану подшучивать над вами.... что п-перестану быть конченным уродом и... грязным валетом....       — Вар-       — Е-если Зонтик единственное, что тебя беспокоит, я.....Я могу обходить его стороной! — до хруста костяшек пальцев сжимал свои ладони Вару, — Я....не посмотрю на него или в его сторону, не заговорю с ним, в-вообще забуду о его существование, как и все в-вы обо мне!....Тогда ведь....мы ведь сможем быть открытие друг с другом?!       — ВАРУ!!       — Что!? — вновь смотрит на Куромаку пятый, и замечает на его лице растерянный, жалостливый взгляд, — Ч-Что?!.... Почему ты так смотришь на меня?? По-твоему, я жалкий?!       — Нет же!       — Но ты именно так и смотришь на меня!       — Нет! — валит на мягкую постель пятого Куромаку, и вновь нависает над ним, — Нет же, Вару! Да пойми ты наконец! Я не отказываюсь от отношений с тобой, и не отказываюсь показать другим, что....мы с тобой....просто нужно время и для других, чтобы они привыкли к этому....ты же и сам слышал, что я городил прошлой ночью... — а Вару внимательно слушает, — ...Ты нравишься мне, Вару, и Зонтик тут вообще не при чем!       — Однако.....ты не перестанешь проводить время с ним...       — Эй! К чему ты клонишь!?       — ..не важно...       — ....Варь(P/s.А:😊😊), — склоняется он ниже и шепчет валету прямо в губы, смотрит прямо в его глаза за очками, хотя сам и не видит партнерских, — он мне не больше, чем младший брат, понимаешь? Я знаю его лишь три года, и забочусь о нем, как о младшем брате, которого просто постоянно задирала и обижала пиковая масть, — ясно дает понять о ком он, и приподнимается, вновь говоря в нормальном тоне, — тебя же я знаю целых восемь лет, представляешь?....и....не только как пиковую боевую масть, с которой было трудно справиться во времена наших ранних разногласий, но и с других сторон, которые ты не особо и скрывал, когда думал, что находишься один..... Я не знаю точно, когда я пришел к этим мыслям, но нравился ты мне уже давно, я просто не знал как подступить к тебе, и тем более не знал, как ты отреагируешь на столь жалкое признание от кого-то вроде меня в то время, и в какие края ты меня пошлешь, — с улыбкой рассказывает Куромаку не отводя своих блестящих глаз от зеленых очков, за которыми, черт возьми, находились те самые неизвестные глаза, которые ему еще никогда не приходилось видеть, — Интересно, если бы не Ромео со своей задумкой, когда бы я вообще решился на то, на что решился сегодня?       — Ладно..... Это я и ранее замечал от тебя, но, все таки....что мне нужно сделать, чтобы мы вышли на новый уровень отношений перед остальными клонами?              — Ничего не нужно делать.       — ......я не верю столь простому решению..       — Если ты начнешь меняться, то ты разрушишь свою собственную жизнь... Я не хочу чтобы ты менял себя, и ломал, лишь из-за того, что ты дал кому-то обещание, что впредь никого и никогда не будешь трогать. К сожалению, автор создал нас такими, и мы должны придерживаться наших характеров, не так ли?       — но..       — Не нужно, — вновь повторил Куромаку и трепетно коснулся своими слегка потрескавшимися губами эти влажные, столь желанные Варины(P/s.A:😂🤣😅😉😊👌✨) уста. Вару на это сперва никак не реагирует, просто потому что обдумывал первые пару секунд сказанное вторым, но затем поддается. Он позволяет королю целовать себя так, как и куда захочется ему. Сперва нежно, сладко, невесомо, столь невинно и скромно, заставляя по его почти обнаженному телу пробежаться табуну сотни мурашек, словно до этого они еще до поцелуев не доходили, но после, они превращаются в нечто большее. Игривый и горячий язычок Куромаку бесцеремонно проникает в рот не отвергающего его напористость Вару, и желанно исследует "обратную" сторону сладких губ. Он чувственно посасывает, покусывает нежно-красненьки пухлые губки и не менее лукавый язычок, а Вару на них лишь тихо постанывает, возбуждая парня сильнее.       На поцелуях ничто не прекращается, и теперь инициативу на себя берет перевозбужденный Вару, которому уже надоела это медленность, возможно, не опытность партнера, и член которого уже попросту не может уместиться в своих штанах. Он изгибается под парнем так, чтобы наконец и беспрепятственно дотянуться вспотевшей, горячей ладонью до свободно "гуляющего" фаллоса Куро что так пылко и судорожно терся о его живот, легко и не давя, сжимает, и начинает двигать рукой слушая каждый тяжелый вздох, выдох и совсем тихий, чистый стон.       — В-вару... — протяжно, сквозь зубы рычит второй.       — Меня тоже потрогай, Куро, — жарко шепчет на ушко парню Вару, — быстрее....возьми его в свою горячую, сильную руку... я не могу больше терпеть...       Взбудораженный, разгоряченный, сев на колени, так не желая отстранятся от страстного, горячего любовника, Куромаку спешит скорее снять с него, да и с себя тоже, мешающую им обоим одежду. Вновь жадно припадает к телу, сжав в своей большой ладони два стояка и начинает желанно тереть их друг о друга.       — Э-эй.... Куро, — тяжело бормочет Вару, приобнимая руку короля, — давай....ах....упустим эти ч-чер-р-товы~ нежности, и начнем, Мммх~, уже то, ради чего начали?...       — ....покажи же мне, Вару... Что мне сделать для тебя?       — ...для начала....р-р-растяни меня, Куро....нгх~,...смазка в виде нашей общей спермы весьма подойдет, — пятый клон выползает из под навеса в виде Куромаку, и проползя на коленках немного вперед, к подушке, от которой так чудесно пахло шоколадом, игриво шевеля сочными, упругими бедрами, укладывается на прохладной постели так, чтобы было удобно и ему и второму. Он приподнимает зад, раздвигает собственноручно ягодицы, и ожидающе вертит задницей перед Куромаку.       Второй сглатывает вязкую слюну не отводя заинтересованных глаз от манящей его дырочки. Парень послушно смачивает указательный и средний пальцы остатками их общего семени и подводит так неуверенно, неловко руку к соблазнительной вертлявой заднице, одной массирует ягодицы, другой смазывает влажными пальцами розовенький кольчатый проход и медленно углубляет пальцы внутрь, сперва один, ведь все же нужно его немного растянуть, затем второй, ощущая неимоверно дурманящее тепло, и чувствуя, как с каждым разом лишь от пальцев Вару начинает изгибаться от наслаждения, как он судорожно вздрагивает, когда длинные пальцы касаются той самой точки, и как он умоляюще сам насаживается на них, все эти жесты будоражат и заводят Куромаку, как никогда прежде. А громкие, не сдержанные стоны Вару, а сдерживать он их не пытается вовсе, накаляют итак бурную, не возможную к остановке, обстановку.       — д-аах~вай же, Куро!~ Вставь в меня....уже свой громадный, текущий член!       — ..Кто из нас еще более нетерпеливый, м? — тяжело выдыхает второй и вынимает пальцы позволяя пятому немного отдышаться, прежде чем перейти к завязке.       Вару увлеченно, заинтересованно, так влюбленно оглядывается через плечо на любовника и его большой, текучий агрегат, который вот-вот, и точно испустит из себя горячее семя, облизывает свои пересохшие от прерывистого дыхания губки.       — Ну же~, — не терпя более, требует Вару, — скорее~       Но Куромаку на это не реагирует. Даже если тот и сильно этого хочешь, Куро хочет сделать все медленно, постепенно, чтобы не причинить Вару боль. Он подводит свой член к подрагивающему отверстию, но не вставляет, а лишь трет его между сжатыми ягодицами, заставляя пятого возмущенно пыхтеть, что выглядит весьма комично со стороны, но ждать любимого все таки долго не заставил. Поглаживая по его спине грубоватой ладонью вдоль, вверх-вниз, и неспешно, постепенно, наконец входит в столь возбужденного парня. Он не слышно, прерывисто вздыхает, кусает губы, когда всем размером входит в Вару, а тот в экстазе прогибается под ним, и сжимается внутри. В голове что-то ярко щелкает, его накрывают безудержные эмоции, которые ранее Куромаку так бережно таил в себе. Начинает аккуратно двигаться. Вару и ранее не сдерживал своего голоса, но сейчас его громкие, блаженные, любовные стоны буквально эхом отдавались в ушах.        Куромаку с каждый толчком двигается все быстрее. Наконец-то он забыл про все неловкости, и желанно касается тела валета во всех местах, до которых только хотел уже давно дотронуться. Он наклоняется, тянется рукой к его зеленым кудрям, и пальцы тот час же утопают в них.       — К-куро~ — дрожащим от ласк голоском бормочет его имя Вару, — Куро!Аах~       Этого вполне хватает парню чтобы понять, что Вару требует большего. К своему сожалению, он не особо знает что именно дальше нужно делать и как приносить еще большее наслаждение партнеру(P/s.A:как и сама автор, не особо знающая постельных сцен и пишущая все наобум😂🤣😂😅), но решив просто делать так, как самому было бы приятнее, неожиданно приподнимает пятого с прежней позы и вместе с горячим пенисом внутри, усаживает Вару на свои колени спиной к себе. Вару невольно, ни останавливаясь ни на секунду, сексуальнее стонет, когда в него проникают все глубже. Запрокидывает в блаженстве голову на плечо второго, и очки, что все это время были на нем, то ли предательски, для самого Вару, то ли просто не желая до сих пор находится на своем привычном месте, слетают с его носа и пропадают где-то на полу в куче ихней одежды. Куромаку этого, естественно, важного для него момента, не пропускает, и сделав еще несколько глубоких толчка, слегка повернув Варину(P/s.A:😚, мне так нравится!, и я продолжу иногда в такой форме использовать его имя!)) заплаканную от упоения мордашку, и жарко, мокро целует. А тот принимает ласку.              В этой некогда сонной, серой, хранящей лишь блаженный покой, уют и порядок, комнате, никогда еще не было так шумно, жарко и страстно.       Оба не знают, как долго они еще наслаждались процессом, как много они повторили "ты мне нравишься" или "я люблю тебя", и сколько новых поз уже испробовали, лишь бы насытиться друг другом. Но ясно одно, вскоре, после их первого и долгого анального секса, оба в своих теплых, нежных объятиях крепко уснули.      

***(4)

      Но сон не длился долго, как зачастую и бывает с большой имеющейся семьей.       Оглушительный крик и истошный дикий плач выбрасывает Вару из своего первого в жизни счастливого сна. Пятый клон в немом крике подскакивает на кровати скидывая с себя одеяло и ошарашенно оглядываясь, не до конца еще поняв происходящее, замечает стоящего возле кровати, буквально скрывающего или даже защищающего своей могучей спиной своего любовника, полураздетого Куромаку, который ранее, никогда еще, прежде, не кричал так на кого-либо, и стоящего в открытых пропускающих прохладный ветерок дверях, громко рыдающего Зонтика, который кое-как успевал утирать горькие слезы кулачками.       — Хватит плакать, Зонтик! — пытается докричаться до младшего Куромаку, — Я же тебе уже все объяснил!       — Нет!..... Т-ты же говорил, ч-что....кроме ме-меня, тебе больше н-никто не н-нужен!!! — срывается в голосе Зонтик, — П-почему?! П-поче-му, ты был с ним?!       — Потому что я люблю его! — громче выкрикивает второй клон, заставляя шестого в ужасе вздрогнуть. Вару же решил не мешать и молчать до конца.       — н-но......ты в-в-ведь о-обещал! .......Обещал, ч-что......что только я б-буду....важным для тебя!,... Куромаку!! Почему ты так поступаешь со мной?! Ч-что я сделал тебе, что ты р-решил так н-наказать меня?! В чем я провинился?!        — ...прошу тебя, хватит, Зонтик... — устало говорит второй клон, — Ну сколько можно?... Сколько раз мне нужно повторить тебе, что между мной и тобой чего-то большего, чем есть, быть не может?       — Почему?! П-Почему, не может?! Я.......Я был с тобой д-дольше, чем он!       — ...Нет......Ты не прав, Зонтик....Дольше со мной были Габриэль, Данте и Феликс, — начинает вспоминать прошлое Куромаку и садиться на край кровати, все еще не замечая проснувшегося Вару, а Зонтик, кажется, совсем не собирается предупреждать об этом второго, хотя, в прочем, смысла как такового и не было, — их я знаю уже как десять лет, а Вару я знаю, целых восемь.....но года не важны, — на этом моменте Зонтик, хоть все еще и плача, подходит поближе и садится на колени в нескольких метрах от короля, — Я наблюдал за всеми ими, но, Вару, все же, был единственным клоном, кто интересовал меня больше остальных. Он тот, с кем мне было весьма трудно сражаться, тот, кто, несмотря на проигрыши и выигрыши, оставался тем, кем был. Его не разочаровывали проигрыши, но и не особо волновали победы. Ему было все равно, даже когда его предавали, или когда мы, объединившись, вчетвером, против одного лишь валета, выступали против него, когда он желал власти. Но, главная причина того, почему он был интереснее, это его непоколебимая сила и стойкость, которую из всех валетов имел, и имеет до сих пор, лишь один он.... возможно ты не понимаешь что я имею в виду, но... пойми, Зонтик, даже если бы я знал его меньше, чем кого-либо из вас, я наверняка бы выбрал именно его.       — ......Почему... именно его?.... Есть же и другие.....       — Я не знаю как тебе объяснить это, Зонтик...честно.... — чешет взволнованно шею Куромаку, — Но, пойми, я был с тобой, заботился о тебе и защищал тебя, не потому, что желал быть с тобой как с любимым человеком, а потому что волновался о тебе как о своем маленьком валете, как о брате, который, после сослания всех нас автором в этот простой, не требующий каких-либо разделений на королевства мир, не мог противостоять более сильному, никак не отвыкшему от войн, боевому пиковому валету, который в течении этих восьми лет был одинок...       — Но.... он же был с нами... — вдруг незаметно переводит свой встревоженный, заплаканный взгляд за спину короля, Зонтик, и смотрит на потерявшегося в лице, столь тихого, мрачного и не улыбающегося Вару, каким он никогда еще его не видел. А еще, он никогда не видел его без своих зеленых очков, которых сейчас на нем не было. Только сейчас Зонтику впервые в жизни, хотя было и много других возможностей, удалось рассмотреть то, что Вару так старательно ото всех прятал. Лисьи, блекло-серые и пустые глаза с черными короткими ресницами. Зонтик сам не понял, показалось ли ему на самом деле, или нет, но мысленно он решил, что его задира, тот, кто без устали доставал всех и каждого в этом доме, возможно, частично, а то и вовсе был слеп.       — Быть здесь, не значит быть принятым остальными... — прерывая пару-секундную тишину говорит Куромаку, — ты же и сам знаешь, как мы относились к нему до сих пор... и ты сам должен был уже давно понять, что он попросту строит стену вокруг себя, заставляя нас ненавидеть его....и его над тобой издевки один из таких примеров.       — ....скажи... а что случилось с твоими глазами?....       — Чего?......Чт-..?!... — ошарашенный вопросом, Куромаку вдруг оборачивается и вздрагивает, совсем не ожидая увидеть за своей спиной давно уже не спящего Вару.       — Это не так важно, Зонтик, — спокойно отвечает Вару, отводя взгляд к стене, — не нужно тебе знать о том, что со мной происходило, когда мы были в карточном мире... И я несомненно рад, что ты не застал те года, когда лишь мы впятером буквально были готовы убить друг друга, — со слабой, столь непривычной улыбкой говорит пиковый валет, — Тебя создали слишком невинным для того мира, и хорошо, что нас бросили здесь, где ни я, ни кто-либо еще не можем применять свои силы.       — Вару....       — Я.......м-мне....все еще обидно, что мой король...вместо меня выбрал тебя... — начали игнорировать присутствие Куромаку валеты, — но,....теперь, когда я услышал, может быть, и не совсем правдивую историю о том, как вы жили раньше....я.....Вару, только потому, что Куромаку принял тебя......я......я тоже приму ваши отношения, ради вас обоих, но.....прошу тебя, Вару....только не причиняй моему королю боль, хорошо?... — поднимается к колен Зонтик, — ..более я просить не буду....       — Кажется, меня принимают за совсем бесчувственного, да? — усмехается пятый, обнимая второго со спины, — но, раз уж ты просишь меня, то, так уж и быть, ради тебя, Зонтик, я действительно не буду этого делать.       — С-...спасибо тебе.... — в "счастливых" слезах покидает комнату Зонтик, тихо закрывая за собой.       — Ва-...       — Иди за ним.       — Что?       — Утешь своего валета, — легко целует того в щеку пиковый, — я не знаю где сейчас остальные, но они вряд ли обрадуются, когда увидят что он плачет.       — Но ведь ты то-.. — хотел было повернуться к валету король, но Вару ему этого не позволил.       — Я не столь важен для остальных, как Зонтик, так что.... утешь для начала его, — парень отстраняется от Куромаку и тихо, совсем не слышно, так невинно и сексуально, садится на мягкую, пропахшую их любовью и теплом постель, закрывая свои собственные, блекло-серые, практически ничего без очков не видящее перед собой, глаза, из которых текли не менее искренние слезы, которые так хотелось слизнуть с щек Вару, что, впрочем, и сделал Куромаку. Они были сладкими, пьянящими, хотелось испить этих слез еще, но второй остановился. Он приподнял мордашку Вару за подбородок повыше, и легонько коснулся его губ, затем чередует поцелуи по всему лицу, нежно, но торопливо, ни оставляя ни одного пропущенного местечка.       — ....Я скоро вернусь.....оставайся в постели, хорошо? Когда я вернусь, я завалю тебя своими утешениями.       — Угу.

***(5)

      К моменту, когда ушедшие на прогулку некоторым временем ранее клоны вернулись домой, Куромаку в гостиной во всю успокаивал никак не перестающего рыдать Зонтика. Этот громкий плач услышали все, и конечно же, скорее поспешили выяснять, что же произошло.       Ранее, Зонтик вернулся домой немного раньше остальных. Он хотел побыстрее увидеться со своим королем, но застал то, что застал.       — Зонтик! — встревоженный, подбегает к шестому клону, Феликс, — Боже, Зонтик, что случилось?!.... Я впервые слышу чтобы ты так сильно плакал!       — В-все в поря-       — Этот идиот опять что-то тебе сделал?! — рычит сквозь зубы рассерженный пиковый король, — Я оставил его одного, потому что эти два дня он не трогал тебя и не доставал нас, но не уж то у него опять в мозгу что-то не в том направлении щелкнуло?!       — Эй, ребят, вы не-       — П-Пик!.. Т-ты не правильно п-понял! — прервал своего короля Зонтик, — О-он меня-       — Он тебя, что?! Что этот уродец сделал тебе, солнце?! — не дает договорить невинному мальчику четвертый.       — Голова у тебя вроде сухая, так какую хуйню он придумал на этот раз? — более спокойнее спрашивает Пик.       — Н-нет же! Д-дайте мне уже сказать! — чуть громче выкрикивает шестой выскальзывая из "родных" объятий, и поднимаясь, становиться во весь свой невысокий рост перед остальными, — Вару мне ничего не сделал, правда! Я....не из-за него!....П-просто..... — но тут он испуганно косится на Куромаку, не понимая что стоит сейчас говорить, а чего не стоит. И тот, к счастью, помогает, но остается сидеть на месте.       — Зонтик плачет лишь из-за меня, — неожиданно для всех, даже для самого Зонтика, произносит второй клон.       — Из-за.....тебя? — ошарашенно пялится на старшего Феликс.       — Что же ты мог ему такого сделать, чтобы он рыдал громче, чем не из-за издевок Вару? — спрашивает весьма заинтересованный в ситуации Ромео.       — .....Вы только не перебивайте меня, — тяжело набирая грудью воздух просит Куромаку, — Мне нравится Вару, и сегодня, после вашего ухода, я провел время с ним. Надеюсь, вам то объяснять не нужно, о чем я говорю?       — ...с... В-вару?....       — Я правильно сейчас услышал? Тебе. Нравится. Вару? То есть, прям...любишь его? Ты ведь это имеешь в виду? Так значит............... когда я предложил...... значит........ Вару........ — не переставал трещать, но уже себе под нос, Ромео.        — Поздравляю, друг, — не остается в стороне и Данте, — ты первый из нас, кто познал смысл любви. Это искренне?       — Да-       — Эй, Куро, — нахмурившись, тихо, чуть ли не шипя, зовет второго Пик, — поговорим?       — Что?... — смотрит на восьмого второй, — м...Ладно.       — К-куромаку...       — М?       — Давайте только без драк, — договаривает за Зонтика Габриэль, — думаю, а возможно и нет, Зонтик именно об этом хотел попросить тебя, ну или вас обоих. Впрочем, я не знаю точно, может быть, я не прав, а может быть и прав. Но, все же лучше не драться. Зонтик будет вновь сильно плакать. Или нет? И все же-       — Габри, хватит, — прикрывает своему валету рот Данте, — наши дорогие друзья короли тебя поняли.       — А? О, хорошо, я рад! Ааа, Данте, а пойдем-       — Пойдем-пойдем, — подхватывает на руки первого третий, и покидает гостиную, — но Габриэль прав, — слышится его голос за пределами комнаты, — драка, не самое лучшее разрешение проблемы. Просто спокойно поговорите.       — Ф-феликс, пойдем тоже. Сладкого чаю с конфетами или печеньем попьем, хорошо? — тянет своего валета за рукав король, — Нужно дать им-       — Я останусь.       — Нет! Феликс, боже ж ты мой, это не наше дело! — боязливо "пищит" король червей и косится на сердитого Пика, — Феликс, ну ёмаё! Меня Пик взглядом сейчас сожрет!-       — Я сказал тебе, что я останусь! Кто будет их разнимать, если-       — Уж точно не ты, — вдруг холодно произносит Ромео пугая двух оставшихся здесь валетов своим непривычным для них равнодушием, — Я сказал, пойдем на кухню. Они сами разберутся. ....Зонтик, пойдем с нами, — вновь возвращается к своему прежнему трусливому говору Ромео, — наверняка нам не стоит слушать то, о чем они будут говорить.       — Н-но... — оглядывается на Куромаку Зонтик.       — Все хорошо, иди с ними, — кивает улыбаясь второй клон. И Ромео спешно уводит валетов с собой на кухню, тихо, но плотно закрывая дверь за собой, оставляя двух внезапно поменявшихся в лицах королей наедине, — Так...что тебе от меня нужно?       — То, что ты говорил, правда?       — Да.       — .....С каких пор?       — Почему я должен отвечать на этот вопрос?       — Просто ответь мне, с каких, блять, пор, тебе начал нравиться Вару?! — вновь повышает голос пиковый король.       — С давних. Ну, или наверно, будет правильнее сказать, с тех самых пор, когда мы еще были в карточном мире, а тебя в то время еще не было.       — .... Он мой валет уже как год... — шипит сквозь зубы Пик.       — И-и? Я не понимаю к чему ты мне это-       — Ты буквально сегодняшней ночью говорил, что ты не желаешь входить в какие-либо отношения с Вару....так почему вдруг, сегодня, ты-.....признался ему и провел с ним время?..       — А с чего ты вообще начал проявлять к этому интерес?       — Потому что он мой ценный валет! Признавайся! Какие цели ты преследуешь, вступив с ним во все это?!       — Ты че, черт возьми, такое, несешь? — скалится, но все еще сдерживается Куромаку, — Мне, чтобы ты отчетливо понял, на всю квартиру орать, что Вару тот, кого я люблю?! Какие на хрен цели?! Я понял бы твою растерянность и недовольство, если бы я признался Вару в любви несколько лет назад, когда мы друг с другом воевали из-за карточного мира, но сейчас то что? Зачем мне использовать его?       — Потому что я не могу понять о чем ты думаешь! Ранее ты сказал, что кроме Зонтика тебе никто не нужен, а на этот же день ты признался ненавистному тебе же самому клону в любви, и, даже, переспал с ним?! Как мне спокойно принять этот факт, когда за всего лишь ночь чье-то мнение так кардинально на счет кого-то изменилось!?       — Так....тебя волнует то, что я так внезапно изменил свое мнение на счет Вару?... — в изумление поднимает брови Куромаку, и тяжело вздыхает, — Хорошо, я объясню тебе столь резкую перемену. С ночи, после обсуждения Вару, меня никак не покидала мысль, что я забыл о нем нечто очень важное. Я совсем не спал, рылся в своей голове, в куче своих прошлых воспоминаний, пытаясь понять, почему же у меня возникло такое чувство, будто бы Вару на самом деле все это время был одиноким..... Каким бы странным тебе не показалось, то, что я сейчас скажу, но, хорошенечко покопавшись в прошлом, я вспомнил, почему мне пришлось забыть эту, важную часть. Я боялся признаться ему в своих чувствах, боялся, что он меня попросту пошлет и возненавидит, ведь....мы тогда все же еще были детьми....мне лишь пятнадцать, ему четырнадцать...ну, понимаешь, да? И я, просто спрятал свои чувства глубоко в себе, и напрочь про них забыл, ведь позже, нам пришлось не просто...       — И....почему же он тебе нравился?       — ........Значит, я должен рассказать тебе немного о нашем нелегком прошлом, да? — тяжело вздыхает Куромаку и опирается на спинку дивана, — Он был простой фоской, как и все мы, четверо клонов, которые первыми появились в карточном мире. Вы, к счастью, оставшиеся трое, не застали того болезненного времени, когда нам приходилось сбрасывать с себя свои фоски и менять на более высокие. Мы были созданы слабыми картами, которые ничего не могли поделать с той жизнью, которую имели. Ранее, все масти были дружны, жили мы хорошо и припеваючи в какой-то мере, да и прошлый Король не вел себя как-то уж слишком безжалостно, однако, спустя какое-то время, он решил начать делить масти на рабочие группы, давая отдельные поручения. Не выполнять было нельзя, изобьют розгами, а то и еще хуже, на месте казнят. У всех четырех мастей были свои обязанности. Одни занимались фермерством, другие ремеслом, третьи торговлей, пики же охотой и наймом себя в помощники, просто потому что они могли себе это позволить из-за своей силы... Но, давай я перейду к сути....встреча с Вару произошла нежданно-негаданно. Мы, в тот роковой день, хотя и разделенные на группы со своими обязанностями, масти, работали в центре нашего огромного поселения и старались как можно меньше светиться перед солдатами следящими за процессом выполняемой работы. Тогда, мы даже и подумать не могли, что что-то должно было случится...... В деревню ворвалась стая свирепых хищников, на которых более месяца охотились самые смелые и отбитые на головы пики. Мы вчетвером оказались в самом эпицентре. Звери нападали и убивали всех, кого заметят. Разрушали все, не оставляя за собой ничего, кроме страшных развалин. Мы, которые прятались везде, где только можно, испуганные, заплаканные, ничего не способные сделать дети, были готовы к совершенно любому исходу, даже если мы и были некими "клонами". Тот день всецело можно было бы назвать днем сотни погребений, и мы могли оказаться в тех же списках, и ведь почти оказались, но в самый последний момент, когда чудовищных размеров зверь и его лапа все таки настигла нас и нависла над нами, появился он. Пиковая фоска шестерка, будучи всего лишь двенадцатилетним мальчишкой, но определенным в мясники, на раз-три завалил забрызганного человеческой кровью людоеда..... — полностью отдавшись, возможно, болезненным воспоминаниям, продолжал Куромаку, — Зверь, который был, скорее вожаком пригнанной в деревню кровожадной стаи, и который ранее убил не один десяток мастей, пал перед нами, но все еще подавал признаки жизни, грозно фырчал, рычал и скулил от невыносимой боли, дергался, пытаясь дотянуться пастью или лапою до кого-нибудь из нас чтобы ухватить предсмертный кусок, но и тут его прервали, нанеся последний удар в голову и тот издал посмертный оглушающий визг. Когда он пал от рук ребенка, остальные хищники поджав хвосты трусливо сбежали, но на выходе и тех добили....... — тут Куромаку вновь меняет позу садясь поудобнее, но на заслушанного историей Пика внимание все же обращает, и незаметно улыбается, — ....Честно признаюсь, никто из нас тогда не знал, появился ли в карточном мире пятый. С одной стороны, мы просто появлялись в том мире, в совершенно разных местах, и нас как-то само собой тянуло к одному месту, к центру деревни, а затем и друг к другу. С другой стороны, Вару, которого мы все таки встретили, никаких признаков того, что он является одним из нас, не подавал. Не знаю как и с чем это связано, но узнали о нем мы только через несколько дней, когда чисто случайно начали встречаться с ним в одном и том же месте по несколько раз на дню.       — ....Ты отклонился от первоначальная вопроса, — вдруг подал голос пиковый король, — Это конечно все замечательно, мне было весьма интересно узнать о том, как вы жили раньше и какими были, однако....... почему же?       — Да, и правда.... Вару приглянулся мне, потому что был одним из первых, кто так сильно отличался от трусливых и ничтожных нас... Он был точно такой же фоской, просто пиковой, а пики, как ты уже и сам слышал, были невероятно сильными воинами и защитниками деревни. Поначалу, я просто как можно скорее хотел подружиться с ним и побольше узнать его. Его характер, поведение, привычки, как узнавал все это о остальных. Он не был особо разговорчивым, как и все в то время пики, хотя и имел свою особенную черту в поведении.....эм....если короче, а то мы и правда заговорились, то сначала я имел желание только сдружиться с ним и иметь кое-какие связи, чтобы если что, попросить помощи, если она нам понадобиться. Однако с взрослением, я все больше начинал "поглядывать" на Вару, и в какой-то момент я понял, что этот бесстрашный, сильный и весьма надежный парень начал мне нравится в....том самом смысле... но, опять же повторяюсь, я боялся ему признаться, ведь мы были детьми, и парнями, в конце концов. Ну....а потом, у нас как-то все пошло по наклонной. Вару очень сильно изменился после того, как предыдущий Король....заметив его силу и позвав к себе что-то сделал с ним, ну или сказал ему... Он начал еще быстрее сбрасывать с себя фоску, начал агрессивнее себя вести, чем вел прежде. А к своим четырнадцати, предложил свергнуть Короля и занять одному из нас пустующее место Короля.       — Он такое предложил?! — в небывалом шоке выдавил из себя Пик.       — Ага... и хотя мне до сих пор не известно, да и вряд ли когда будет, что такого сделал ему предыдущий король, но свержение его все же было одним из правильных решений. Он все таки не святым был......После его падения, мы, участвовавшие в мятеже клоны сбросили свои старые, возможно у некоторых даже не дошедшие до десятки, фоски, прямо перед трупом предыдущего, и обрели свои конечные фигуры, хотя и думали что этот процесс испытает на себе лишь один из нас........... Вару, который играл самую важную роль во всем этом, и кто больше остальных пачкал свои руки кровью, стал лишь Валетом, я с Данте, Королями, которые, может, и тоже не остались без чужой крови на руках, но следовали все то время именно за планом Вару......       — То есть...Вару был тем....кто сверг короля с трона?       — Верно,— но тут Куромаку вновь повалился на спинку дивана снимая очки и прикрывая глаза кистью руки, — .......и сейчас, когда я вспоминаю тот проклятый день, выражение лица Вару......оно было совершенно....пустым......Если бы на нем тогда не было тех чертовых очков, то я, наверняка бы, увидел его настоящие чувства которые он испытывал в тот момент...... Никому ничего не сказав, незаметно для всех нас, он ушел и пропал на пол года.... Мы пытались отыскать его, желали вернуть и посадить на трон, даже если тот и стал валетом.....но все было без толку. Затем, мы как-то вышли на его след, вскоре нашли, но....от него прежнего, почти ничего не осталось. Он слишком сильно изменился за время проведенное где-то в дали от нас. Но, даже так, спустя столько время, как-бы сильно он не изменил себя, и чего-бы не послужило его изменению в поведении, которого мы прежде от него не видели, я не перестал любить его, хотя и потаил это желание глубоко в себе...       — А Вару? Он что-нибудь замечал от тебя?       — Как я теперь знаю, хаха.....да, он замечал на себе все мои косые и влюбленные взгляды, в этом он сегодня и признался.       — Ясно....       — ...Скажи честно, Пик, почему ты спросил меня о Нас? Отговорка вроде "Потому что он мой валет", мне не подойдет. Я сразу же понял что ты не просто так спросил, и не просто потому, что волнуешься за него.       — Почему я должен тебе говорить?! — отводит взгляд в сторону Пик.       — А почему я должен был рассказывать тебе о своем прошлом? Я мог тебя просто проигнорировать.       — Блять, это не важно! — отворачивается пиковый король и хотел он было уже уйти, как слышит у себя за спиной нечто, что заставило его вновь обернуться.       — Он же тебе нравится, да?       — Что?       — Вару. Он же нравится тебе, даже если вы и знакомы совсем ничего.       — Н...Не неси херни! С чего ты вообще это взял?!       — Ты порой бывает плохо лжешь, Пик.       — Заткнись! Ты из себя бред какой-то излагаешь!       — ....Это не бред, если присмотреться к тебе и тому, как ты реагируешь.       — Хватит! Хватит, блять!! Даже если это и так, в чем прок меня сейчас об этом спрашивать?! Ты теперь вместе с ним!       — Это так, но-       — Что, но?!       — Если ты признаешься, что ты чувствуешь к нему на самом деле, то мы как-нибудь выйдем из ситуации, в которой сейчас находимся.       — Это как же?!       — То есть, ты не отрицаешь что-       — Да! И?! Ты предлагаешь играть по правилам Ромео?? Делить его между нами?!       — А до тебя быстро доходит-       — Ни за что! — рычит сквозь зубы Пик, — Ты его мнения хотя бы на счет этого спрашивал?! Да и с чего ты решил, что Вару решит "делить" свое тело с кем-то еще?! Он тебя то принял наверняка, с трудом!       — Нет... Мы приняли друг друга довольно таки быстро.       — Но, вы то уже были знакомы...давно... А я, как ты и сам недавно говорил, знаю его совсем ничего....Как пиковый Король, я вообще предал самого себя, позволив себе влюбиться в своего же валета, в своего же подчиненного.....       — Что в этом такого?       — ...Я.....Я правильно сейчас услышал? — изумленно смотрит на Куромаку восьмой, — Да и от тебя, нечто подобное?....       — Запрета на отношения между персонами одной масти не было, знаешь ли.       — Да даже если так! Ты считаешь, что, если я присоединюсь к вам, то это решит проблему, в которой мы оказались?! Он может не принять меня!       — Не говори чего-либо, не зная еще действительности.       — Хах! И что ты мне предлагаешь?! Идти сейчас к Вару, и признаваться ему?! Признаваться, когда у него есть ты?!       — А почему бы и нет?       — Ты....сейчас серьезно?...... — пораженный услышанным, тихо спрашивает Пик, — Куромаку, блять, ты....тебе вообще что-ли плевать на чувства самого Вару?... — не унимался парень, да и, как тут успокоиться, когда своего собственного валета буквально только начавший с тем встречаться готов делить с кем-бы то ни было, — Почему ты так легко решил делиться им с кем-либо?? А если бы этим кем-то был не Я, а кто-нибудь другой, ты тоже, так же легко принял бы это решение?!       — Ты не правильно меня понял, Пик, — тут в голосе Куромаку появляется холод. Он поднимается с дивана на котором все это время сидел, и подойдя предельно близко с пиковому, схватил за прядь его растрепанных волос и потянул ниже, чтобы быть на одном уровне, и прошипеть ему прямо в лицо, — Я решил что поделюсь с тобой им только потому, что ты его король, понимаешь? Подойди и спроси меня кто-либо другой на счет Вару, и может ли тот присоединиться к нам, я бы тот час же послал его далеко и подавно, какие бы чувства тот к нему не испытывал, — тут он чужие волосы отпускает и отходит немного назад, — Сейчас я пойду к Вару, который находится в моей комнате, и буду успокаивать его, поскольку он, впервые в жизни, на моих глазах показал первые искренние слезы. Эти слезы он показал потому, что он знает, что остальным на него наплевать, а за Зонтика волнуются все и каждый, без исключения.       — Он....показал слезы?....       — А ты считал, что пики бесчувственны и не могут показать каких-либо других эмоций?       — Ну, знаешь....мне прежде видеть не приходилось...       — А сейчас хочешь увидеть эти прекрасные, сладкие слезы и его не менее прекрасные глаза?       — Ч......Что?....... Я....       — Ну же! Хочешь или нет!       — .....А-ага.       — Тогда, пойдем и успокоим Вару, чтобы он не скрывал свои чудесные глаза за своими зелеными, чертовыми очками, — отворяет двери гостиной Куромаку, и они вместе идут к комнате, в которой на протяжении уже получаса находился один одинешенек пиковый валет.

***(6)

             Пик, которому впервые в жизни было разрешено войти в комнату второго клона, сразу же обратил свое внимание на лежащего на большой и мягкой постели Вару. Его и некоторые вещи Куромаку все еще были разбросаны по полу, и поднимать Куро их пока что вовсе не спешил.       Хозяин своей комнаты подошел к кровати, на которой в обнимку с белоснежным, теплым одеялом, отвернутый к стене лежал валет. Возможно, он уснул, так как никак не отреагировал на возвращение Куромаку, или он просто хорошо притворился, чтобы просто в своей манере напугать парня. Так или иначе, когда второй присел на край кровати и дотронулся до оголенного плеча Вару своей слегка холодной рукой, тот, в неожиданности, вздрогнул, и медленно повернувшись, как котеночек разлепил свои сонные глазки, зевнул и улыбнулся пришедшему Куро. Эту нежную улыбку узрели оба короля, даже стоящий поодаль от них Пик.       — Ну наконец-то ты вернулся, — бросаясь в жаркие объятья второго клона, не громко пробормотал Вару, — я так заждался тебя...       — Прости, Варь, Зонтика долго пришлось успокаивать... ну, и мне нужно было отлучиться по делам...       — Ничего страшного, — ластиться сильнее Вару к парню, — Для меня главное, что Зонтик больше не плачет...       — Но, теперь нам нужно успокаивать тебя, не так ли? — взъерошивает кудрявые волосы Вару Куромаку, и целует его прямо в макушку.       — Мне простых обнимашек и поцелуйчиков не хватит, Куро~ — приподнимается Вару и чмокает парня в губы, — ты ведь готов к еще одному-       — Кхм.       Прерывает Вару весьма громкое, совсем неожиданное и черти знает откуда появившееся КХМ. Вару вздрагивает, и даже чуть было не толкает Куромаку с кровати. На нем сейчас ничего из одежды не было, и к сожалению, своих очков тоже, они вообще лежат хрен ли пойми где, где-то на полу, а потому Вару видит разве что слегка размытого перед собой второго клона, но его все таки видит нормально, и совсем размытые черты кого-то еще недалеко от двери. Он больно сжимает второму запястья, а тот шипит от внезапной боли, Вару в любой момент готов ему их попросту сломать, потому что тот нагло притащил кого-то сюда, в комнату, где был сам Вару, и даже не предупредил его об этом.        — Ну и что это значит, Куро? — в непривычном для пикового короля холодном тоне произносит валет. Не то чтобы его сейчас сильно волновало кто и почему здесь кроме Куромаку находится, но неприятный осадок из-за утаения приведенной личности все таки был, — Почему Пик здесь? — Вару не видел его лично, а разглядел лишь его черты, и узнал по этому чертову, КХМ, которое прервало все веселье которое он хотел было устроить Куромаку.       — Пик хотел поговорить, или....даже лучше сказать, признаться.       — Признаться? — забавно изгибает брови Вару, — В чем же? — он отпускает руки клона перед собой и манит пальчиком другого к себе, поближе, чтобы можно было хоть как-то его видеть, а не грязное фиолетовое пятно. Вару приближается к краю кровати и усаживается так, чтобы хотя бы прикрыть свое достоинство, а король, которого подозвал валет, конечно же подходит и садится на корточки перед кроватью и непосредственно самим обворожительным и, до появившегося бугорка в штанах(P/s.А:🤣🤣🤣), неожиданно очень даже привлекательным своим валетом, — Ну?       А Пик медлит. Он сидит, внимательно рассматривает тело валета со шрамами и прочими ранениями, которые только открывались ему спереди, кусает губы, так как не знает как правильно начать. Не сказать что он трусит, просто сам не понимает, как он отреагирует на весьма ожидаемый отказ.       — Пи-И-ик! — щелкает пальцами перед лицом короля валет, — Вару вызывает Пика, прием, ты тут?       — Вару, — вдруг подает голос Пик и поднимает голову, смотря четко в глаза пятого.       — А?       — ...Прости, что я так внезапно влезаю в вашу с Куромаку жизнь.... но, ты мне нравишься уже очень давно, и я боялся тебе в этом признаться. Я прекрасно понимаю, в каком ты сейчас шоке от моих слов, так как ты уже встречаешься с Куромаку, и...я приму от тебя любой ответ, каким бы он ни был....       Вару переводит взгляд на совершенно спокойного Куро, кажется, именно он и подговорил, или, правильнее будет сказать, предложил пиковому королю признаться именно сейчас, именно здесь, и в его присутствии. Конечно же, с ответом решится многое. Пятый помнит разговор королей с их собрания, и, он конечно понимает что, отношения между ними тремя вполне себе могут быть, но, в то же время, Вару, хотя для него и не свойственно, волнуется, что если он примет сейчас признание от своего короля, то отношения с Куромаку могут внезапно изменится или даже внезапно оборваться. Да, ему обещали, что в этот раз с ним останутся навсегда, ведь по настоящему любят, но к своему сожалению, все отношения которые были у Вару, даже если ему и признавались в любви, вскоре и в конце концов трагично обрывались, так как сам валет уже был "не пригоден" или "не интересен" как личность и персона, которую можно трахать. Но так было когда он встречался с теми, с кем мог подцепить в гей-баре. Что будет, если он теперь будет встречаться сразу с двумя?.... Самого себя этот вопрос пугал.       Пятый клон не знает как правильно ответить. У него впервые трудности с тем, чтобы ответить на чертов вопрос. Он облизывает губы, которые моментально засыхают. Хлопает ресницами, на которых вновь образуются блядские слезы, которые он точно не хотел показывать кому-то еще. Сердце бешено бьется, вот-вот готовое вырваться из груди. Он сжимает ладони в кулаки до страшно громкого хруста, который не обошел стороной двух королей. Те между собой переглядываются, кивают, и аккуратно, одновременно, касаются дрожащего парня.       — Все хорошо, Вару, — успокаивает валета второй, — ты можешь ответить так, как чувствует твое сердце.       — Я приму любой ответ, независимо от того, в какой форме ты мне его подашь, — не отстает от второго восьмой, нежно проводя своей большой ладонью по хрустящему кулаку Вару.       — Если я отвечу на него, — смотрит на Куромаку валет, а в голосе слышна хорошо скрываемая дрожь,— .....то ты согласен?       — ..Почему....ты спрашиваешь об этом меня?             — .....Я....не хочу потерять тебя, — он отводит взгляд в сторону, лишь бы не смотреть на обоих парней перед собой, — если тебе будет противна мысль что, кто-то еще будет со мной....       — Ты решил, что если примешь Пика, то....я брошу тебя?.... — в неком недоумении смотрит на своего любовника Куромаку.       — А разве это не естественно? — с внезапным холодом произносит Вару, и поворачивает голову к трефовому, — Любой бы возненавидел человека, если бы тот встречаясь с кем-то одним, тут же принял признание второго.... Или......тебе все равно, что кто-то кроме тебя будет трахать меня?       — Н....не придумывай, Вару! Мне не все равно,.....       — ..Но?       — ....Ты ведь спросил меня, согласен ли я на такие отношения, верно? — хотел побыстрее закончить этот разговор Куромаку, а тот ему кивнул, — ....Да, Вару, — он сжимает в своих ладонях руку пятого, — Я согласен на все девяносто девять процентов.       — Почему?       — Потому что не против, что кто-то, кому я доверяю, кроме меня будет с тобой. Я не всегда смогу быть рядом, так как часто бываю занят, и чтобы ты не решил, что мне.... просто...."надоело все" или "я устал от тебя", боже, прошу тебя, не думай о таком, ладно? Я хочу чтобы кто-то еще мог находится рядом с тобой, пока я работаю...чтобы ты не на придумывал чего-либо плохого....       — ......Это, ахаха....ты таким нытиком представляешь меня, когда "частенько" будешь занят? — усмехается Вару, — Ты считаешь, что я помешанный на сексе что-ли?       — Ну...не то что бы...       — Но в какой-то мере так и думаешь, да? Хах.. Я был другого мнения о столь правильном Куромаку, — он отводит от него взгляд и смеется, а потом вдруг говорит, — ну, раз уж Куро не против, и мы не развалимся с такими отношениями, то....хей, Пик, каким бы конченным мудаком ранее я тебя не считал, и каким бы надоедливым ты мне ублюдком не казался, — на этих словах пиковый король незаметно хмурится, но слушает внимательно, — но, почему-то с дня нашей встречи, мне были интересны все твои черты характера и поведение, которыми ты прямо говорил: "Я здесь босс. И. Мне никто из вас придурков не интересен". Возможно... хех, твой характер просто очень схож с прошлым мной... которым я был еще в карточном мире так как не желал чтобы ко мне лезли всякие, надоедливые. Пики и правда были весьма скудными в общении и отношениях между кем-либо. Но, суть то в чем? Я совсем не разочарован в том, что именно ты мой пиковый король, которым я сам хотел быть, а теперь и только Мой).       — Это значит...       — Угу. Я согласен, — с улыбочкой говорит валет.       — Ну, раз уж мы теперь разобрались... — тут второй хватает ранее высвобожденную руку пятого и притянув ее к своему лицу, нежно целует, — может, теперь задумаемся о том, как успокоить тебя, Вару?       — Успокоить меня?       — Ага. Мы с Пиком позаботимся о тебе, чтобы ты забыл о всех неприятных вещах, о которых только задумался сегодня.       — В-...вдвоем? — удивленно произносит восьмой.       — А ты не хочешь?       — Эй, Куро, — отвечает на поцелуй Куромаку поцелуем в губы пятый, — Пик то у нас все еще девственник, — вдруг зачем-то решил он напомнить, ухмыляясь, — думаешь, он так просто даст тебе увидеть его неловкие попытки заинтересовать меня своим членом?       — В-Вару!       — Что "Вару"? — дразнит парня валет, — Ты не первый такой, хах. Видел бы ты как Куро все это время старался, лишь бы не пасть носом в грязь.       — Эй! Я вообще-то пытался не причинить тебе боль в процессе, — начинает заваливать пятого трефовый, — или теперь ты хочешь испытать на себе роль "скрытного" мазахиста? Пику наверняка было бы интересно на это посмотреть.       — Ему в принципе интересно посмотреть на все, дорогой мой. У него это, все таки, в первый раз будет.       — Да хватит вам о моем первом разе, ну! — сердито произносит пиковый, усаживаясь на краю кровати, — Что вы двое пристали то к моему первому?       — Смотри-смотри, он засмущался, — умиляется Вару.       — Варь, ну правда, хватит, — все таки "заступается" за пикового Куромаку, — я понимаю, что тебе сейчас очень даже весело, но может все таки приступит к тому, чего хотели ранее?       — Ты так сильно хочешь взять меня на глазах Пика, Куро?~       — Хочу, — не секретничает второй, — но... — тут он пересаживается и укладывает пятого на свои колени, — я все таки хочу посмотреть, как Пик будет добиваться тебя. Раздвинь ка для него ножки.       — ...Чего?.... — возмущенно тянет пиковый король.       — Возбуди его, Пик, — не стесняется в своих выражениях клон, от которого такое не то чтобы не услышишь даже на смертном одре, но и никогда не подумаешь о том, что именно этот клон способен на такие речи и действия, — Иди сюда и начни его ласкать, — указывает Куромаку Пику чего следует делать в данный момент, — Возьми его член и аккуратно начни вводить ладонью вверх-вниз, да так, чтобы ты слышал от него стоны.       — Я.....это....       — Ну же, Пик, покажи себя. Ты же не хочешь лишиться возможности научиться тому, чего тебе придется делать постоянно?       — Или ты предпочтешь чтобы взяли тебя? — вмешивается в разговор между двумя королями валет приподнимаясь с колен второго. Его вопрос застал врасплох обоих, ведь, чего-чего, но вопроса о положении в сексе от валета не ожидал никто. Хотя, не сказать бы что этот валет не способен на активную роль, ведь, Куромаку прекрасно знает каким был Вару в прошлом, как он себя вел и на что способен даже сейчас, когда от них всех ничего кроме имен и данных, но не значимых теперь, фигурных мастей, осталось, — В том, что ты примешь пассивную роль, нет ничего страшного, — пытается успокоить то ли испугавшегося, то ли просто ошарашенного короля Вару, — Никто из нас не проболтается о том, что ебут тебя, а не ты кого-либо из нас, — да, это прозвучало довольно таки грубо из его уст, но что уж поделать, он только так и может. Вару приближается к замеревшему королю и приобнимает его со спины, прижимаясь довольно таки большой и сильной грудью к нему, — Ну? Скажи мне только честно, в какой роли ты хочешь быть сегодня? — он проводит своими ладоням по грудной клетке Пика и спускается ниже, — И не стоит так волноваться. Она будет не постоянной, так как всем нам хочется испытать чего-нибудь нового, и побыть в других ролях. Сегодня, — тут он приближается к его ушку и шепчет, — тебя выебу я, — и Пик заметно краснеет, — а завтра, я позволю тебе делать со мной все, чего ты только захочешь.       — В-...все? — переспрашивает пиковый.       — Все-все. Любой твой каприз, — поглаживает по не расчесанной голове Пика Вару.       — Ты серьезно?       — Серьезнее уже просто некуда.       — Блять.....       — Ты так сильно волнуешься из-за того, что Вару возьмет тебя, или есть какая-то другая причина?       — Э-эй! Я е-еще не согласился на это!!       — Но ты ведь хочешь, разве я не прав? — интересуется Вару сползая с кровати и присаживаясь перед взволнованным королем.       Валет нахально, без какого-либо разрешения тянет руки к штанам короля и расстегивает ширинку. Сам себе удивляясь, Пик не спешил останавливать или как-то препятствовать действиям Вару, как ранее Куромаку ему и говорил, вскоре ему и самому придется подобное вытворять, а чтобы это делать, и случайно не надоесть в процессе своей неопытностью, надо хотя бы у кого-то поучиться. Вару легко стягивает с не сопротивляющегося короля штаны и начинает его ласкать. Сперва спокойно, плавными движениями натирая и потирая в области живота и паха, заставляя краснеть и его ушки, и шею, затем руки его тянуться ниже. Возбужденный член уже виднелся сквозь черные трусы, а небольшое мокрое пятнышко на них как раз говорило о том, что мальчику действительно нравится и он уже во всю готов, пусть и не морально, но тело все таки не обманешь. Вару натирает сквозь ткань не терпящий уже поскорее показаться "на свет" член короля, замечая предвкушенный, сосредоточенный лишь на нем взгляд, слегка усмехается, но не смея более дразнить Пика, высунув язык, резко достает и берет в рот весь член восьмого, плотно охватив его губами, медленно и жарко, как профессиональная блудница посасывает и заглатывает ускоряя тем, и чувствует, как излился тот ему прямо в рот. Он отстраняется и широко раскрыв рот с высунутым язычком показывает пиковому всю его эту горьковатую, но в то же время сладкую для самого Вару, сперму, и проглатывает, облизываясь.       Пик отводит смущенные взгляд в сторону не слабо прикусывая нижнюю губу. Он впервые ощутил на себе этот кайф во время, как же он там называется, ах да, минета, а то, с каким опытом вытворял его Вару, буквально сносило голову.       Вару и Куромаку лукаво переглядываются между собой и поняв общие извращенные мысли, приступают к ласке.       Трефовый подползает к пиковому королю и крепко схватив его, растерянного и смущенного, за челюсть, поворачивает к себе. Действия Куромаку заставили вздрогнуть восьмого, когда тот засунул ему пальцы в рот, исследуя внутри и скользкий, верткий язычок что пытался ускользнуть от длинных пальцев второго, и нёбо с деснами. Да и вообще, все что вытворяли эти двое с его телом, было безумием. Они исцеловали его с ног до головы, искусали всего, не оставив и одного чистого местечка, осквернили его первый раз, который он хотел отдать лишь одному.       Вару, который все это время игрался с его членом ртом и жарким язычком, и с его вздрагивающей от их общих сладких и ласковых поцелуев, от больных но зализываемых, словно извиняющихся, укусов, и мягких царапин ногтями на разгоряченной коже, дырочкой, даже после того как к нему первым с поцелуями полез трефовый, с которым он не раз уже обменялся влюбленным и увлеченным взглядом, казался Пику тем самым, единственным, кто нежил его, любил его и приносил ту невероятную эйфорию, которую он чувствовал на протяжении всего времени.       Но это было лишь начало. Были лишь ласки, нежности, которыми одаривали трефовый король и пиковый валет своего поглощенного соблазном любовника. А потом он вставил. Вару вставил своей не малый даже по сравнению с Куромаку член в его растянутое влажное отверстие и брал его жестко, больно, двигаясь быстро, рвано. Тот издавал умопомрачительные, хрипловато-сладкие, громкие стоны, едва ли не захлебываясь ими и слезами. Цеплялся за обоих, отвечая на поцелуи. Кончал раз за разом, пачкая горячей спермой и себя, и их, ничуть этому не отвращаясь.       После небольшого отдыха, который стопроцентно после первого раза нужен был затраханному своим валетом, парню, Вару, не особо то и насытившийся, наваливается на короля сверху и вновь начинает к нему ластиться. Сперва осторожно и мягко целует его в покрасневшие губы, Пик отвечает ему неуверенно, робко, а затем они сплетаются языками в влажном, страстном поцелуи. Пиковый давно еще хотел этого с Вару, но все что получал от него во время секса, это поцелуи лишь на его разгоряченном, возбужденном теле, а неопытные, столь мокрые поцелуи с Куромаку больно уж быстро ему поднадоели, хотя и просил их, когда валет во всю того имел.       На эту ластящуюся картину смотрел ревнивый, хотя он сам и говорил, что сильно уж ревновать Вару к Пику не будет, Куромаку, который безумно хотел того же, чего и дарит своему королю, Вару. Они вообще друг друга в этот раз не трогали, будто бы между ними ничего ранее и не было. Он мнется на краю своей мягкой, пропитанной любовью пятого, занятой постели, и старательно пытается не показывать своей пылкости, а возможно, и зависти, двум клонам. Он сидит, разглядывает сильное и израненное тело своего любимого который так рьяно льстится к другому, сидит и завидует, ведь Вару так к нему еще не прикасался, так нежно, страстно, по истине, любимо и желанно.       Пиковые целуются не отстраняясь друг от друга уже более минуты, они прижимаются друг к другу, обнимаются, и кажется, готовятся к еще одному жаркому заходу, который упрашивает сам пиковый король.       Валет, понимая что Пику в какой-то мере даже очень понравилось быть снизу, приподнимается на нем, ухмыляется и умиляется, громко и невинно смеется, заставляя сердца двух королей бешено стучать и путаться в своих же мыслях, влюбляться в этого несносного валета, которого ранее они хотели обходить стороной или вообще не иметь с ним чего-либо. Все ревнивые, завистливые, какие-либо еще негативные мимолетные мысли мгновенно исчезают из головы Куромаку. Он улыбается, смотрит нежно, мягко уже на обоих, без исключения. И даже если оба короля любят лишь Вару, даже если друг другу они не особо и интересны в любовных отношениях, с Вару они согласны на все его капризы и желания. Отстраненный от Пика валет внезапно для успокоившегося Куромаку притягивает его к себе и впивается в желанные губы.

***(7)

      — А они довольно быстро сблизились, — попивая чаек с Данте, никак не отойдя от всего услышанного, говорит смущенный Ромео. Валеты, к счастью, в момент когда из комнаты Куромаку начали доносится громкие стоны, были в самой отдаленной комнате квартиры, в комнате Феликса.       — Так и есть, друг мой, — слабо улыбаясь, сидя с закрытыми глазами и пытаясь выкинуть услышанное из головы, отвечает взбудораженный Данте, но вот чаек его, к сожалению, был уже разлит по всему столу, — и очень даже быстро....       — И ведь всего ночь прошла с момента, как они отказывались от него...       — ...Ага. Всего лишь ночь... — из комнаты Куромаку вновь начали доносится стоны, но уже не Пика, как поняли клоны, а самого Вару.       — М-мо-....может.....нам позвать валетов на еще одну долгую прогулку, а....Данте?...       — А....ага, надо бы.... Только вот, как нам провести их мимо комнаты Куромаку?       — бЛяЯЯя... Я....не вынесу э-этого! Хотя стонет Вару очень даже сексуально!       — Сейчас не об нужно думать, Ромео! — поднимается из-за стола бубновый и начинает вытирать со стола разлитый собою чай.       — Ром, — зовет с гостиной своего короля Феликс, — я хо-       — Не иди сюда! — подскакивает с места Ромео и подбегает к дверям, — Феликс, сейчас же бери валетов и одевайтесь!       — Ч-что?...зачем?       — Мы пойдем на уличку! Погуляем! Купим вам новых шмоток, поедим!!       — Мы неда-       — Живо!! Эта прогулка стоит наших жизней!!       — ЧЕго?!       — Я куплю тебе тонны сладостей!       — Тонны?!       — Да! Так что быстрее одевай Зонтика и Габриэля и валим гулять!!       — Но почему такая срочность?- — хотел было открыть двери кухни Феликс, но ту старательно подпирали с другой стороны, а Данте включил музыку на врученном Ромео телефоне чтобы хоть как-то заглушить все равно слышимые стоны, — Ромео!! Почему ты включит свою блядскую романтику, и именно сейчас, когда говорю я?!       — Идите одевайтесь! — внезапно открыв дверь крикнул валету в лицо Ромео.       — Аааааах!       — Что это было?... — выглядывая из-за спины червового короля интересуется Феликс.       — Аааанхх!!~ Мммнгх!!! Куро!~ ..... Пи-И-к!~       — Абрбрбрррп!!- — невнятно выкрикнул Ромео заталкивая валета обратно в гостиную и заходя в нее сам захлопывает двери, оставляя бедного, совершенно потерянного Данте наедине с собой и дикими стонами из соседней комнаты, которые ничто не могло заглушить.       — Это был.....Вару?       — да!Нет!- Блять! Ааа! — зарывается руками в свои уложенные волосы Ромео, — Без вопросов, ладно!? Просто иди, черт возьми, и собери валетов на прогулку! Нам сейчас лучше не быть дома! Тем более невинным тебе, Зонтику и Габриэлю!....Да и мне с Данте...Боже ж мой,...на что нам такое наказание?...              — Тогда я пойду их собирать! Но как мы пройдет мимо?       — Пробежите! Просто, блять, пробежите и выбежите из квартиры! Давай быстрее, а я к Данте!       — Ага!       — Ну все, они соби-... ДАНТЕ!! Господи, ты чего?! — закрывая двери, испуганно кричит Ромео завидев прискорбное состояние бубнового.       Данте, кажется, за буквально минуту потерял свою блаженную девственность, которую он хранил для кого-то особенного. Нет, я не говорю что ему вдруг понравились эти громкие, взаправду сексуальные, пронзительные стоны и выкрики от Вару, лишь от которых по телу уже бежали сотни приятных мурашек, и он не влюбился, просто..... просто так близко находится к занимающимся сексом людям, слышать их и в какой-то мере даже понимать, что именно они делают, это, блять, просто взрыв мозга. И громко включенная музыка никак не спасала.       — В-все хорошо, Данте! Держись пожалуйста! — поднимает усевшегося на полу бубнового короля, Ромео, — Слышишь меня!? Данте, В-вернись! — легонько бьет он тому по щекам, пытаясь привести в чувства, — Данте, родненький! Не покидай нас!!       — Ромео! Мы все!       — А~аааах!!~ — вновь, будто бы на зло слышится с комнаты Куромаку.       — Феликс, сладенький, быстрее беги к выходу и открывай двери! Данте помирает!!       — Куро-о-о!!~~ Ннхм-Не-жнее!~       — ФЕЛИКС!!! ТЫ ГДЕ?!       — Да бегу я! — врывается на кухню валет и пробегая мимо королей, бежит к выходу с квартиры и открывает двери, — Ромео-       — Я кончаю-ю-ю!~... — перебивает его стон.       — В-ВАРУ, СУКА! — краснея, становясь лобстером, орет в двери Феликс, — Я убью тебя, нахуй, тварь, когда ты-       — Трахни меня снова!~       — ВААА-       — ВЫХОДИ УЖЕ, ФЕЛИКС! — толкает валета после выбежавших Зонтика и Габриэля Ромео, и выведя себя с тушей отрешенного Данте захлопывает двери квартиры. С лестничной площадки еще слышен громки ор Феликса, слышно, как играет какая-то романтика на телефоне червового, а потом, тишина.       Двое королей, что все это время возбужденные внезапными стонами Вару сидели со стояками на кровати, внимательно смотрели на самого развеселого и не перестающего теперь смеяться валета который возвращался к ним, ранее находясь не так далеко от двери. Он знал что клоны были дома, знал, что все они, а может лишь и несколько из них, слышали те страстные стоны что издавал Пик, но чтобы вдоволь насладить друг другом и своим присутствием, не скрывать свои голоса и любить хоть до следующего дня, нужно было спровадить тех, кому слушать их было не нужно.       — Ооо~, — подходя к кровати с королями, и заметив эти большие, сочные и сочащиеся стволы, тянет валет, — Чего это на вас вдруг нашло? — нагло притворяется не понимающим Вару, и садится на корточки перед ними, внима-а-ательно рассматривая каждый из них.       — Это было грязно с твоей стороны, — откашлявшись в кулак произносит Куромаку, но усмешку от клонов скрыть не смог.       — Грязно, было подслушивать за сладкими стонами Пика, а мое действие называется, месть, — улыбаясь отвечает Вару и протягивая обе руки к членам королей, потихоньку начинает их лелеять.       — О...Они с-слышали.... — смущенно бормочет Пик.       — Не волнуйся, Пикуля, даже если они и слышали, то теперь твоими стонами будет наслаждать только мы.       — Да дело то не-       — Пик, — прерывает парня трефовый, — успокойся. Ничего страшного не произошло.       — Куро дело говорит, — приближаясь к члену Пика, но не убирая руки от члена Куромаку, Вару начинает играть с яичками восьмого вбирая их в рот, нежно посасывая и облизывая, заставляя короля упасть на мягкую постельку и прогнувшись в спине запрокинуть в упоении голову.       — Меня тоже обслужи, Варь, — жалобно упрашивает второй, вновь завистливо смотря на даренные лишь Пику ласки.       — Ревнуля, — усмехается Вару, отрываясь от члена пикового, а затем приближается к Куро. Он сперва целует его в губы, сплетаясь языками, как бы странно себя сейчас не чувствовал Куромаку после облизываний Вару чужих яиц, но быстро смеряется и отвечает на поцелуй, ведь оба короля буквально самолично пали в ласки, чувства и любовь к этому валету.