Когда мы были молоды

      Приглушённое звяканье ключей и щелчок входной двери заставили Роуга чуть ли не ворваться в гостиную, виляя раздутым хвостом и высунув язык изо рта, а его заострённые уши насторожились, уловив шум шаркающей походки хозяина за пределами коридора студийного комплекса.       Поворот ручки вызвал возбужденный лай гигантского пастуха. Он сразу же прыгнул на свою хозяйку, как только она вошла, почти заставив маленькую женщину упасть назад, она уперлась рукой в дверной косяк. Слегка пошатываясь, Роуг зарылся мордой в её длинный кардиган и понюхал свежий воздух снаружи, оставляя слюнявые собачьи поцелуи на её виске. Он снова залаял, приветствуя ее возвращение.       — Да, да, я вернулась, — Энни устало убрала большие лапы пастуха со своей грудины. — Сидеть, — скомандовала она, и Роуг послушно сел, наклонив голову, не в силах ослушаться своего хозяина. Энни ласково почесала его за ухом, и он лизнул её ладонь, прежде чем она успела отстраниться.       — Хороший мальчик, — пробормотала она, захлопывая дверь ногой, затем схватила продукты, которые она уронила из-за приветствия собаки. Энни поплелась в крошечную кухню, которая на самом деле находилась всего в десяти футах от гостиной. Четыре шкафа выстроились вдоль персиковых плиточных стен над раковиной, мятно-зелёная плита и холодильник были плотно расположены рядом с ней, вместе с единственной прямоугольной стойкой для приготовления пищи. Энни всегда ненавидела, как уродливо цвета контрастируют друг с другом, но она не могла жаловаться. В конце концов, вся бытовая техника шла вместе с квартирой.       Она поставила продукты на прилавок, уже начиная вынимать сегодняшнюю здоровую еду. На самом деле это была не здоровая еда, а недельная порция лапши рамен и обеды по телевизору. Энни вздохнула, вскрывая один из запечатанных пакетов с обедами.       — Я действительно хочу, чтобы Эрен был здесь, не так ли? — она повернулась к подбежавшему к ней пастуху, который с любопытством смотрел на нее, но всё его внимание было приковано к её обеду. Большие оливково-зелёные глаза Роуга часто напоминали Энни Эрена. Ну, Эрен, в частности, был не так уж далёк от того, чтобы разделить ту же личность, что и их собственная собака.       Он тоже приходил в восторг всякий раз, когда она возвращалась домой с работы или просто из магазина. И он всегда ходил за ней повсюду по маленькой однокомнатной квартире, то ли оживленно болтать, то ли нянчиться. Поначалу это очень раздражало Энни, но потом она поняла, что скучает по нему всё больше и больше.       По крайней мере, Роуг был достаточно большим, чтобы использовать его в качестве подушки. Ей тоже этого не хватало. Пастух смотрел на её еду с легкой мольбой в мерцающих глазах.       — Конечно, я тебя поймала, — проворчала она, забираясь на стойку и хватая наполовину полный пакет собачьего корма, который лежал на самом верху шкафа. Энни очень осторожно бросила его на стол; к сожалению, пакет не был закрыт с того самого утра, когда она кормила его, и он опрокинулся, рассыпав крошки размером с кусок мяса по всему кухонному полу.       Энни выругалась себе под нос, к счастью, собака довольно быстро прибрался. Девушка настороженно посмотрела на него, спрыгивая с прилавка. — Тебе лучше всё это съесть, — она указала на гору собачьего корма на полу, Роуг ответил, глядя вверх с громким хрустом и виляя хвостом.       В то время как она, наконец, поставила свою еду разогреваться в духовке, её телефон, который она забыла на диване, включился. Включив по кругу броскую мелодию восьмидесятых, Энни подбежала, выхватывая телефон из-под подушек. Мельком увидев фотографию загорелого брюнета без рубашки с большой собакой в свадебном стиле, она нажала зелёную кнопку вызова.       — Йохо! — ответил веселый мужской голос с другого конца, и Энни опустилась на диванчик, немного облегченно вздохнув. — Итак, ты наконец позвонил, — сказала она, положив ноги на кофейный столик.       — Знаю, знаю. Но сейчас у меня есть немного свободного времени, так что мы можем говорить столько, сколько захочешь! — пропищал он, и Энни была вынуждена отодвинуть телефон подальше от своего уха, потому что Эрен всё ещё не знал, как использовать его внутренний голос.       — Отлично, — она постучала синим наманикюренным ногтем по трубке. — Спроси, что у меня на ужин.       Она услышала, как он закатил глаза, каким-то образом он усмехнулся, и звук вибрировал по линии. — Ладно, что у тебя на ужин?       — Курица в панировке, с картофельным пюре и горошком, — сказала она, потом добавила: — Включая брауни, — Эрен усмехнулся, и она услышала лёгкое раздражение, когда он покачал головой, вероятно, с неодобрением. — Опять ужины по телевизору?       Энни прищёлкнула языком. — Ты здесь даже не для того, чтобы готовить эти лёгкие блюда, я ничего не знаю о масштабировании пищи или подсчёте калорий.       — Или готовить вообще, — быстро съязвил он. Энни надулась, прищурив глаза, собираясь возразить, когда Роуг вошёл в гостиную, довольный и сытый. Энни выглянула из-за её спины, и, конечно же, беспорядок, который она устроила, полностью исчез, за исключением нескольких случайных кусочков пищи здесь и там.       — Как там мой Бисти-бой? — спросил Эрен. Роуг сгорбился у её ног, положив голову ей на колени. Энни нежно погладила его, запустив пальцы в мягкий мех, и еще глубже откинулась на спинку дивана. — Он толстеет. Я думаю, что кормлю его слишком много.       — Как ты смеешь, мой сын не толстый. Ты вообще водишь его гулять?       — Уж не шутишь ли ты, что я не хочу, чтобы меня гоняла по городу собака весом в сто тридцать пять фунтов?       — Энни, — послышался его предостерегающий, не лишённый смысла тон, и девушка едва не усмехнулась. — Расслабься, — протянула она, сдувая с лица светлые пряди. — Микаса ходит с ним. В конце концов, она ещё больший зверь, чем он.       — О, прекрати это.       — Но это правда, — закончила она со своим собственным тихим смехом; Эрен заёрзал на другом конце, и она услышала какой-то шум на заднем плане вместе с парой других мужских голосов. Ещё один голос прогремел в линию, на этот раз более высокий, но слегка колеблющийся, как будто его кричали через плечо парня.       — Привет, безумно горячая подружка Эрена!       — Блять, Конни, ты издеваешься!       Энни слушала их перебранку, потирая мягкий кончик одного из ушей собаки, и на мгновение ей показалось, что она рядом с ним. Она представила себе, как остановится в одном из тех высоких отелей, которые обычно использовались на военных базах, и сможет видеться с ним каждый день. По крайней мере, в нерабочее время. Самая большая причуда будет путешествовать с ним за границу, осматривая мир, который всегда был её детской мечтой. Закрыв глаза и представив себе все это, она почти ощутила на языке вкус морской соли. Тембр голоса Эрена теперь звучал всё дальше из динамика.       Конечно, в этом был какой-то подвох. Им придётся обручиться, чтобы получить эти привилегии, а потом, о чудо, Энни идёт к алтарю. А Энни… ну, она просто не была готова к следующему шагу. Для абсолютной приверженности, становления единым и целые, пока смерть не разлучит их. Хотя она заботилась о нём, и Эрен действительно любил её, она знала, что он тоже не был готов. Им было всего двадцать с небольшим, и, возможно, даже когда им исполнится тридцать, все останется по-прежнему. Именно такими были Эрен и Энни. Но она не откажется от своей уютной квартирной жизни или карьеры в фитнесе ради всех белых платьев с оборками и обручальных колец в мире. Она была довольна своим положением. Как и Эрен, она надеялась.       — Энн, извини за это, — вздохнул он в динамик, шум создавал какое-то искажение. Она вздохнула вместе с ним. — Здесь нет такого понятия, как уединение, — рассмеялся он. Она тихо рассмеялась вместе с ним. — Я скучаю по тебе, — выпалила она, поджав губы, потом добавила: — Очень сильно.       — Я тоже скучаю по тебе, милая, — его голос был нежным, но мрачным, тем тоном, который он использовал, когда у неё был ужасный день, и он приходил утешить её массажами спины и марафоном её любимых сериалов на Netflix. Те, которые он ненавидел, но она наслаждалась; она действительно скучала по тем дням.       Энни проворчала в динамик, чувствуя себя слишком сентиментальной в данный момент. — Тебе лучше поторопить свою задницу и вернуться сюда.       Эрен засмеялся, шмыгнув носом. — Я тоже это планирую.       — Я серьезно, Йегер.       — Я знаю, что ты хочешь!       Следующий час прошёл в воспоминаниях о школьной драме и обсуждении техник джиу-джитсу, которые Энни не особенно интересовали, но она чувствовала головокружение от того, как возбуждался Эрен, когда она объясняла их ему.       Всё шло так хорошо, что до её носа донесся запах горелого пластика, и Энни испуганно вскочила, резко обернувшись, чтобы увидеть, как печь выпускает клубы чёрного дыма. Пожарная сигнализация начала неприятно визжать в её барабанные перепонки.       — Эрен, — она удручённо застонала, проводя рукой по лицу, когда Роуг начал громко лаять в тандеме с пожарной сигнализацией. — Я серьёзно, возвращайся уже домой, или здесь не будет дома, чтобы вернуться.