Troublemaker(s)

На следующий день Чонин попытался делать вид, что всё как обычно. На самом же деле, его никак не покидали видения подсмотренного эпизода, а конкретнее — поцелуи: влажные звуки, судорожные вдохи, касания губ, языков. Дело в том, что он никогда не целовался. Ну, чтоб по-настоящему. Единственное, что могло ему перепасть, это нежные чмоки от Феликса или Хёнджина. Да, парни помогали ему достичь разрядки, потом могли заснуть в обнимку, но не больше. Сынмин, так вообще его не целовал, зато любил шептать похвалы и всякие милые глупости на ухо, обнимая сзади, пока его ладонь набирала темп и тело макнэ плавилось под его прикосновениями. Мозг Инни плыл от горячего шёпота, бесконечного потока слов… Он тряхнул головой, прогоняя наваждение и, очень некстати, встретился взглядом с Сынмином, который расплылся в солнечной улыбке и пожелал доброго утра. Чонин проглотил ком в горле и ответил. — Ты поел? Нам уже пора на репетицию, — Сынмин торопливо допил содержимое своей чашки и вымыл её. Он только кивнул в ответ — потерпит, всё равно еда ему сейчас не полезет. Вокальные тренировки у них в последнее время раздельные и он надеялся привести себя в порядок за эти несколько часов. Но, он ошибся. Чонин редко был доволен своими результатами и сейчас не было рядом никого, кто направил бы и отметил сильные и слабые места, а самостоятельно сконцентрироваться никак не получалось. Честно отмучившись час он решил найти кого-то, кто согласится с ним пойти поесть, потому что последние пол часа желудок ему активно подпевал. — Чонин! — он резко обернулся, почему-то сразу подумал, что его будут ругать за отлынивание. Но, догнавшему его менеджеру было явно не до него. — Ты Чанбина видел? — Эммм, вообще или?.. — АйЭн-а, не тормози, недавно Чанбина видел? — Нет, но он собирался работать над новой песней сегодня, наверное засел в студии. — Сбегай, а? — Куда? — Ян Чонин, ты вроде умный мальчик! Что с тобой сегодня? Чонин поёжился, хотел бы он сам знать, что с ним такое. — Скажи Чанбину, чтобы в течении часа зашёл поговорить, насчёт, как раз таки, его новой песни. Если разминётся со мной, пусть звонит, потому что я, как видишь, дозвониться до него не могу, — закончив свою тираду он помахал перед лицом Чонина зажжённым экраном телефона. Тот быстро закивал и унёсся в сторону студии. Чанбин чуть не выронил рожок мороженого, потому что дверь внезапно распахнулась, потом захлопнулась, тихонько приоткрылась и явила оторопевшему рэперу смущённое лицо макнэ. — АйЭн-а! — Закричал Чанбин и Чонин глубже втянул голову в плечи и шире улыбнулся. Сработало. — Чего ты там топчешься? Иди сюда! — Звучит угрожающе, — пискнул Чонин, но вошёл, — извини, я не хотел врываться, — одна бровь Чанбина ему не поверила и сразу же скептически поползла вверх. — Правда не хотел, так получилось. Там тебя это… Искали насчёт песни поговорить. В течении часа. Вот. — Да, да, я помню, но спасибо. — Как дела, — тут же полюбопытствовал Чонин. Вернувшийся было к поеданию мороженого Чанбин, опять развернулся в его сторону. — Прекрасно, песню закончил… почти, — он кивнул каким-то своим мыслям. — А ты чего? — Не получается репетировать. Хочу есть… — очень некстати его мозг подкинул подсмотренную накануне вечером сцену и его мысли на этот счёт. Непосредственный участник так взволновавшей его сцены сидел напротив и, как ни в чём не бывало, облизывал пальцы от подтаявшего мороженого. — Хён, я… — Голодный? — Чанбин протянул ему недоеденную половину рожка, — Или, хочешь, сходим в столовую? «В столовую, там столы…» Инни отчаянно замотал головой, но, его напускная смелость (которую многие назовут глупостью) сработала очень кстати: — Хён, мне нужна твоя помощь. — О, ты всё же решил не сдаваться в работе со своим треком? Я рад, — Чанбин облизал губы и отложил мороженое в чашку. — Нет, я, конечно, не сдаюсь, но пока и не брался, как следует. Но я не об этом, — Чонин проследил за языком хёна, и решился. — Научи меня целоваться! — выпалил он и зажмурился. Когда ответа не последовало, он осторожно открыл глаза, наткнувшись на удивлённый взгляд Бина. — Что ты сказал? — Ты слышал. — Я не уверен, что правильно расслышал. — Ладно. Я попросил тебя научить меня целоваться, ну, по-настоящему, не просто, — он вытянул губы и изобразил чмок, — а так, как вы с Лино-хёном. Чанбин подавился воздухом и начал кашлять, Чонин подскочил к нему и постучал по спине. — Но… почему я? — Наконец-то выдавил из себя Бин сиплым голосом. — Не знаю, ты здесь, и… это твоё мороженое. — А, что мороженое? — Чанбин ещё раз облизнулся, посмотрев на остатки лакомства в чашке, поймал внимательный взгляд макнэ на своих губах и до него наконец-то дошло. — О-о-о, ты увидел, как я его… и... о... — Забудь, я передумал, — красный, от победившего-таки смущения, Чонин развернулся к двери. — Нет, — Чанбин схватил его за руку и усадил к себе на колени, — извини, я не хотел тебя смущать. Конечно же, я тебя научу. Ты раньше совсем-совсем не целовался? Макнэ неопределённо пожал плечами. — Ты сказал «по-настоящему», — значит, у тебя хоть какой-то опыт был? — Хёнджини-хён и Ёнбоки-хён. Они несколько раз целовали меня, но только… — он положил одну ладонь на щеку Бина, быстро приблизился и чмокнул его в губы, при этом ему пришлось немного склонить голову и они неловко столкнулись носами. — Вот видишь, — пробормотал Инни, — поэтому мне нужны уроки от профи. У «профи» в глазах нарисовались самые настоящие мультяшные сердечки. — Боже, ты такой милый, я не уверен, что переживу это. — Я в тебя верю, хён, — Чонин положил ему руки на плечи и доверчиво посмотрел в глаза, правда через пару секунд поспешил отвести взгляд. Чанбин беспомощно застонал и уткнулся ему головой в плечо. — Ладно, — Бин решительно тряхнул головой и посмотрел на часы, — у нас не так много времени. Подъём. Чонин тут же вскочил на ноги и послушно последовал за хёном на диван. Чанбин сел боком, подогнув под себя одну ногу и Чонин повторил его позу, так они оказались лицом к лицу. — Смотри, не нужно торопиться, чтоб не случалось… казусов, — он легонько тронул кончик носа Инни и усмехнулся. — Ты должен наблюдать, и, в последствии, чувствовать партнёра. Чем чаще целуешь одного и того же человека, тем естественнее получается, потому что ты уже знаешь, что и как ему нравится. И он знает тебя. — Как ты с Минхо-хёном? — Что? — Чанбин аж челюсть уронил, но, быстро собрался, шлёпнул Инни по предплечью, на секунду задумался и согласился, — вообще да, можно и так сказать. — Хм-м-м, а вы…? — Что? — Ну, вы встречаетесь? — Чонин затаил дыхание, дожидаясь ответа. — Ага, каждый день. Мы живём в одном доме вообще-то. — Хён, перестань, ты понял, о чём я! — Нет, у нас с ним нет эксклюзивных отношений, если ты об этом. Ему, насколько я знаю, другой человек нравится в «этом смысле». А между нами просто как-то само собой получилось, с ним легко, без заморочек и мук совести. — Инни понятливо закивал. — Другой человек? — задумчиво переспросил он. — Не-не-не, даже и не пытайся, если интересно — спроси его сам, я — могила! И вообще, мы так и будем сидеть? Раз ты передумал, то я пойду. Дела-дела! — Нет-нет, подожди! — Ладно, вернёмся к… уроку, — Чанбин положил ладонь Чонину на щеку, он тут же прислонился ближе. — Как вариант, — произнёс Чанбин, погладив большим пальцем его лицо, — теперь я знаю, в какую сторону ты наклонишь голову. Так можно ненавязчиво направить партнёра. Он приблизился и коснулся губ Чонина, сначала осторожно, но, с каждым новым касанием всё более настойчиво. Инни отпрянул, когда язык хёна прошёлся по его губам. — Извини, это было слишком быстро? Мы можем не продолжать, — но Чонин пару раз моргнул и отрицательно замотал головой, тут же попытавшись сам поцеловать хёна, но, тот уклонился. — Инни, ты мне доверяешь? — кивок в ответ, — хорошо, если ты хочешь «по-настоящему» — впусти меня, потом просто повторяй за мной. — Хорошо, я понял, хён, — он весь подобрался на месте. — И, Чонин-а. — Да? — Расслабься, это же я, тебе не нужно бояться или стесняться. — Я постараюсь. Чанбин опять аккуратно обхватывает его лицо ладонями и нежно целует, почти сразу же пробуя языком. Его обжигает горячим дыханием, когда Чонин размыкает губы ему навстречу. Он способный ученик: проходит всего пару минут увлечённых жарких поцелуев, как он тянется, обнимает Бина за шею и перехватывает инициативу. Чанбин удивлённо охает, когда его язык игриво прикусывают и в его рот тут же врывается язык младшего, которому будто совсем не нужно дышать. Но, Бину нужно, поэтому он мягко отстраняется, невольно улыбаясь, когда видит всё так же тянущегося к нему макнэ с закрытыми глазами и раскрасневшимися губами. — Ты уверен, что ты мне не соврал? — Что? — Инни распахивает глаза в считанных сантиметрах от лица хёна и разжимает объятия. — Это было слишком… хорошо, для первого раза. — О, правда? Я рад. Знаешь, я думаю, это потому, что у меня хороший учитель, — Инни хитро прищурился. Чанбин прикусил губу, потом довольно улыбнулся. — Спасибо, хён. — Обращайтесь. — Эмм, хах. Да. Нет. Я не думаю. — Почему? Тебе же вроде понравилось. — Да, да но, понимаешь, тут такое дело. Пока не могу объяснить, но, если мне удастся набраться храбрости, то, может быть уроков больше не понадобится. Ну, и если мне повезёт, и ты ошибся. И если звёзды сложатся и всё тому подобное. — В чём ошибся? — но, Чонин только загадочно улыбнулся. — Спасибо, хён! — уже выскакивая за дверь повторил он. Чанбин озадаченно наклонил голову набок и хмыкнул. **Переписка Чанбина и Минхо** (сообщения Минхо жирным шрифтом) — Хён, ты сейчас умрёшь. •(◐﹏◐)• —  С утра не собирался, что за повод? — Вот, и я не уверен: от умиления или от зависти. — Мне прийти и пытками из тебя информацию доставать? (◣_◢)•|::::::::: > — Не надо! — Я могу… — Инни попросил научить его целоваться «по-настоящему» Ну как? •(◐﹏◐)• Хён.? ╭(°A°`)╮ Блин, я так и знал… Покойся с миром, хён. Жаль только - я не так и не узнаю от чего ты помер. — Со Чанбин. — О, живой! —  Я-да, а вот твоя жизнь в опасности! — Почему? — Скажи, что ты ему отказал (•̀∧•́) — … С чего бы мне это делать? Ты бы видел, какой он был милый! И, какой способный ученик. — ʕ–_–ʔ — Сам в шоке Слушай, ну не со мной, так с кем-нибудь другим. Ты же знаешь, какой он любопытный — если уж вбил что-то в голову. — (T ^ T) — Разве не лучше, чтоб его первый поцелуй был с кем-то, кому он доверяет и кто будет нежен и внимателен к нему. — Да, конечно, только причём здесь ты? — Я, конечно, знаю, что наш милый лисёнок твоя единственная слабость, но не надо мне хамить, он сам ко мне пришёл. — Ты прав, извини. — Ладно уж, мне пора бежать — вечером поговорим. — Оk — Не злись ♡＼(^・ω・^)/♡ (прочитано)