Корона Луны

      «Что бы ни случилось со мной, ты не должна умирать, Элейн, хорошо? Иначе я на это не соглашусь. Я все равно скоро умру, но ты обязана жить. Обещаешь, что не умрешь?» От притока крови в голову Элейн уже плохо соображала. Разум помутнел, но она все также вспоминала его слова. Она пыталась перерезать веревку, но у нее все никак не получалось, и боль от ранения только усиливалась. Элейн отчаялась, ей хотелось перерезать себе горло, вместо веревки, но ее останавливало данное другу обещание. «Как же я хочу, чтобы он пришел и спас меня…». Она начала терять сознание.  — Имя моего фамильяра — Владыка. Я мало им пользовался, поэтому и поэкспериментировать особо не успел, но насколько я знаю, у Владыки есть некоторые особенности и условия: Первое — чтобы подчинение сработало, цель не должна знать о самой способности, второе — я должен быть на расстоянии десяти метров от цели, третье — чтобы действие Владыки продолжалось, я должен вытягивать руку в сторону цели. Фамильяр кстати — кот. Черный. Вроде все, остались мелкие нюансы, но основное я сказал.  — Погляжу, в твоей способности полно недостатков. Зачем же ты нам о ней рассказал? - весьма насущный вопрос задал Серафим. Это предполагает то, что способность отныне не сработает ни них самих.  — Первый шаг на пути к доверию друг другу, полагаю. — ответил Эллимур. Ребята были знакомы всего один день, но одна битва бок о бок дала ощутимый толчок во взаимодоверии. Убедились они также в том, что и на Трента можно положиться. Хотя кто знает, может один из них на самом деле пытается только выдать себя за друга, и в удачный момент вонзить нож в спину.  — Интересно зачем таким умелым бойцам быть ворами, так еще и попрошаек как приманку использовать...  — Они и не хотели нас обворовывать, думаю.  — А кому мы сдались-то, чтобы нас просто хотели убить?  — Быть может мы здесь незаконно… Трент?  — Законно, — ответил лучник, — но могу уверенно сказать, здесь точно найдутся люди, которые вам не рады.  — а… ну, будем на чеку… А вон кстати тот самый лучни.. лучница кажется.

***

 — Ты жива? Элейн лишь слышала речь, но не понимала. Она уже долгое время свисала так, и уже была близка к тому, чтобы окончательно потерять сознание. Приличный объём крови был потерян, ей было тяжело, но Элейн не сдавалась.  — Ну, тут определенно все плохо… — сказал Серафим.  — Давай посидим с ней чуток.  — М… Давай… Подожди, нужно спустить ее! Парням от ситуации стало немного забавно, но стыдно. Девушка свисала несколькими метрами от земли, она может травмироваться если упадет. Серафим встал под ней:  — Трент выстрели по веревке. Трент достал лук, и своим выстрелом перерезал веревку. Серафим поймал девушку, и аккуратно положил ее так, чтобы она спиной облокотилась об кокору древа. Проходит около десяти минут. Все молча сидели, набираясь сил, и в ожидании, когда юная брюнетка начнет приходить в норму после оказания первой помощи. Элейн очнулась. Ей было уже куда лучше, чем свисая на веревке. Она немного приподнялась, потерла глаза и увидела трех парней.  — … зачем вы сидите рядом со мной? — спросила Элейн, и ей сразу же пришла в голову мысль: «Очевидно же, хотят допросить», — Я ничего вам не скажу.  — Да мы и не хотели ничего спрашивать… — отвечает Эллимур.  — Тогда что вам нужно?  — Ничего, просто хотим посидеть рядом. Элейн не поняла этого, ведь совсем недавно она пыталась их убить и сильно поранила их.  — … что с… тем парнем, моим напарником? — не уверенно спрашивает лучница. У нее все еще была капелька надежды, что все хорошо.  — Он мертв, — ответил Серафим. Это не прозвучало как-то жестоко. Серафим прекрасно понимает, что чувствует девушка, и не хотел бы показаться ей таковым. Но и скрывать правду не было смысла, она должна была знать, что с ним. Эллимур отвел взгляд. «Прости» произнес он у себя в голове. Он чувствовал вину, никак иначе. Вину за свою слабость, ведь им пришлось убить его, чтобы остановить. И он не винил в этом Серафима. Раньше Эллимур бы не стал убивать тех, кто слабее него, и дело не в жалости над кем-то, а именно в том, что он считал убийство слабых — уделом слабых. И ему по-настоящему было грустно осознавать, что девушка перед ним узнает о смерти своего напарника. Элейн еле держалась. Скорбь только усугубляет мнимую боль в теле.  — Он был твоим возлюбленным? — спросил Эллимур. Она на секунду задумалась.  — Другом…  — Понятно… Как тебя зовут?  — Элейн. А вас? Элейн начала терять силы, волю, она совсем ни о чем не думала, и не двигалась. Просто сидела. Ей даже было комфортно с ребятами. «Почему от них исходит… такое тепло?». Она хотела так и сидеть дальше, пока не умрет. Она не хотела умирать в одиночестве.  — Я Серафим.  — А я Эллимур.  — Приятно познакомиться… — сказала Элейн, потихоньку закрывая свои зеленые глаза. Проходит какое-то время. Небо уже совсем стемнело. Кузнечики стрекочут. Легкий ветерок колыхает разноцветные лютики.  — Похоже нам пора, — сказал Серафим, встал и обтряхнул штаны от травы. Трент в свою очередь давно стоит в ожидании приятелей.  — Серафим…– едва заметно, но опечалено позвал волшебник, — мы же не можем ее оставить? Уже шатен посмотрел на своего товарища. Глаза его были наполнены жалостью. Было видно, как он подавлен произошедшим. Серафим и сам чувствовал себя не лучше. Быть слабым, и видеть, как человек, друга которого вы убили, медленно умирает на ваших руках откровенно говоря паршивое ощущение. Но рациональные мотивы склоняют его к тому, что они не в силах ей помочь.  — Эллимур… твоя нога ранена, а нам нужно торопиться. Но Эллимур был другого мнения. Его чашу весов перевесили эмоции. Он взял Элейн на руки, с болью и трудом поднялся вместе с ней на ноги. Хромой волшебник не отпустил ее. Не дал погибнуть ей здесь и сейчас. Он держится за нее, даже когда она сама перестала держаться за этот уступ обрыва над смертельной пропастью. Видя эту картину Серафим понимал: обдумывать тут что-то бесполезно. Он подбежал к другу чтобы помочь.       Промелькнула мысль - "Дурак". Наступило облегчение. Нести было тяжело, но бросить было бы куда тяжелее. Трент наблюдая за этим, сделал для себя несколько выводов. К рассвету приятели уже прибудут в тот самый город. Город Эзерик.