ЭХО СЛУЧАЙНОСТЕЙ

Шестеро таких разных и в то же время таких похожих жизней оказались переплетены между собой случайными нитями судьбы. После похищения последователями новоиспечённого таинственного культа, герои были вовлечены в некую игру, правила которой ведомы лишь её создателю. Смогут ли они вместе распутать клубок загадок и тайн? Удастся ли им сделать верной выбор, когда на кону окажутся их жизни? Здесь нет простых вопросов, как и нет неправильных решений: есть только случайности и последствия. Кто-то бросит вызов прошлому сам, кого-то прошлое настигнет внезапно. Но только вместе они смогут преодолеть все тяготы и невзгоды. Путешествие по Фаэруну таит в себе много опасностей и оно начинается прямо сейчас!

***

У каждой случайности есть своя цель, у каждого случая есть свой смысл…

Придя в себя, она слышала лишь навязчивый звон в ушах, а в её голове, казалось, гудела дюжина колоколов. Слабо пошевелив рукой и приоткрыв веки, девушка увидела, что лежит окутанная тяжёлым одеялом дыма. Смахнув влагу со слезящихся глаз и попытавшись встать, она зашлась протяжным кашлем. Из-за этого резкая боль в справа стала ещё невыносимее, а голова готова была расколоться на части. Откашлявшись, она попыталась оглядеться: вокруг лежали бесформенные груды обломков дерева, камня и стекла. Кое-где огонь ещё горел, медленно пожирая бархатные занавески и старые книги. «Нужно убираться отсюда... И немедленно!» То и дело, жадно хватая ртом воздух, она, пошатываясь и спотыкаясь, брела на ощупь, в надежде найти выход. Едкий дым теперь обжигал не только ноздри, но и горло. Взрыв оказался столь сильным, что некогда роскошный зал превратился в руины. Стена на северной стороне библиотеки, около которой их схватили, была полностью разрушена и теперь на её месте зияла огромная дыра. Западная стена тоже здорово пострадала и через бесчисленные трещины, сквозь густую дымовую завесу, слабо пробивались лучики заходящего солнца. Боль снова дала о себе знать. Остановившись, чтобы откашляться и перевести дух, девушка в изнеможении присела на обломки книжного шкафа. Под её ногами, переливаясь всеми цветами радуги и сверкая, лежали осколки разбитого витража. С интересом уставившись на замысловатый узор, она заметила под кипой обгорелых книг знакомый ремешок. Подобравшись поближе, девушка с трудом потянула за ремень и вытащила из-под груды мусора свою вышитую сумочку. На удивление, находка выглядела целой и невредимой. Как же она смогла уцелеть в этом хаосе? "Дьявол... побери... слишком... ольно..." Придерживая рукой место ранения и борясь с тошнотой, она нетвердыми шагами двинулась дальше. И хотя звон в ушах постепенно ослаб, на его место пришли стоны и хрипы умирающих стражников... Дышать ставало всё тяжелее: воздух слишком сильно пропитался едким дымом и гаречью. Однако сейчас ей удалось уловить ещё кое-что: запах, напоминающий хорошенько зажаренного на вертеле вепря, которого они отведали несколько дней назад. Но теперь подобный аромат принадлежал не вепрю. Так пахла горелая человеческая плоть. Что-то коснулось ноги девушки, легонько и неуверенно, будто бы случайно, однако та дернулась в ужасе, сделав шаг назад, пошатнулась и ухватилась правой рукой за рухнувшую балку, дабы не упасть. Опустив взгляд, её взору предстало зрелище настолько отвратительное и пугающее, что из горла вырвался бы вопль ужаса, если бы она могла кричать. Вместо этого страх и отвращение сдавили гортань столь сильно, что из неё сорвался лишь слабый хрип и нечто, отдаленно похожее на слово "нет". На заваленном обломками полу лежал один из тех самых опасных убийц Побережья, который, вместе с остальными телохранителями, ещё менее часа назад удерживал их в этом зале. Теперь же он казался лишь тряпичной куклой, брошенной кем-то на произвол судьбы и обреченной на долгую и мучительную погибель в агонии. Из груди несчастного торчало что-то длинное и острое, а его тело застыло в неестественной позе, слегка прислонившись к колонне. Верхняя часть туловища столь сильно обгорела, что кожа раздулась и покраснела, а местами даже обуглилась и приобрела чёрный оттенок. Глаза стражника затуманенным взором смотрели вдаль, а его другая рука беспорядочно шарила вокруг. — О... гиии... — хриплым бульканьем вырвалось из его горла. Более не в силах сдерживать позывы, девушка согнулась пополам и сделала несколько усилий, опираясь одной рукой о землю, а другой держась за живот. Пока она трясущимися руками пыталась вытереть лицо, умирающий вновь нащупал её ногу, но в этот раз пальцы эльфа с силой ухватились за лодыжку. Теперь его заплывшие кровью глаза таращились прямо в глаза девушки. — Оставь! С ужасом уставившись на обожжённую плоть схватившей её ладони, она попыталась отдернуть ногу, но безрезультатно: рука эльфа застыла мертвой хваткой. Ещё раз! И ещё! Хватка не слабела. Тогда, немного колеблясь, она выставила свободную руку вперед и произнесла: "Fulmen ignem!" Ничего. «Ну давай же!» — в отчаянии взмолилась она. — Fulmen ignem! Из пальцев посыпались слабые искры, но этого было недостаточно. Сосредоточившись мысленно на своих ощущениях, она ещё раз произнесла слова заклинания, на этот раз громко и очень чётко: — FULMEN IGNEM! Мгновение — и сильная вспышка света в миг рассеяла дымный полумрак, царивший вокруг. Она отчётливо увидела эмблему крылатой змеи, вышитую на кожаном доспехе эльфа, его залитые кровью глаза и сильно обгоревшее лицо. Губы, хотя и шевелились, однако слов было не разобрать. К счастью, разряд попал в цель: железная хватка умирающего ослабла. Быстрым и резким движением она пнула свободной ногой по схватившей её руке, но промахнулась и удар пришелся точно в грудь бедняги. Послышался слабый хруст костей, тело умирающего упало на землю, а разжатая ладонь вяло опустилась подле него. Попятившись назад, девушка заметила, как изо рта эльфа потекла струйка крови, а он сам несколько раз содрогнулся и обмяк. Стражник был мертв. Что-то бормоча и дрожа, она попыталась встать, но жгучая боль в животе заставила её упасть обратно. Сделав глубокий вдох, девушка зашлась кашлем и, отняв другую руку ото рта, увидела на ладони сажу, перепачканную с кровью. «Проклятие!» — только и подумала она. У неё более не было сил, чтобы применить на себя даже самое простое заклинание лечения, а исцеляющего зелья или волшебного свитка, увы, никто из них не прихватил. Для уверенности, она открыла сумочку и заглянула во внутрь. Ничего. Внезапно она заметила, как нечто крохотное, похожее на питие в бутылочке, поблескивает неподалеку. Присмотревшись, это и правда оказался маленький пузырёк с зельем, внутри которого застыла красная жидкость. И, хотя этого было недостаточно для полного заживления ран, но должно было хватить, чтобы продержаться хотя бы до рассвета. Задыхаясь от дыма и кашля, она поползла к стеклянному пузырьку, стараясь не смотреть на изувеченные огнём трупы и агонизирующие тела. Вытянув руку и почти дотронувшись до гладкой поверхности сосуда, внезапно, её тело пронзала столь острая боль, что, казалось, кто-то хочет силой вырвать все внутренности. Зарычав и стиснув зубы, она скрючилась калачиком на полу, пытаясь как можно сильнее зажать рану. Тяжело и отрывисто дыша, стараясь не обращать внимание на боль, девушка опять попробовала достать зелье, но её дрожащие пальцы хватали лишь пепел. Голова раскалывалась ещё больше, глаза жгло, а всё происходящие вокруг было как будто бы во сне. Сделав ещё одну неуклюжую попытку схватить пузырёк, её живот пронзил мучительный спазм. Из-под прижатых к ране пальцев потекло что-то тёплое. Это была кровь. «Помогите… Хоть кто-нибудь…» Ещё разок! Пальцы почти сомкнулись на горлышке, однако очередная острая боль вынудила всю её выгнуться дугой, а потом согнуться обратно. Скорчившись на полу, вытянув руку и прижавшись щекой к грязному камню, она смотрела на добычу жадным взглядом, полным ненависти и отчаяния. Проклятье! Ей не хватило совсем немного сил! Если бы только они отступили тогда... Но уже поздно: теперь она одна и никто не придёт на помощь. Неужели это конец? По щекам катились слёзы, оставляя за собой витиеватые следы на грязном лице. Перед затуманенным взором всё ещё стоял сосуд в дорогом золоченном флаконе, с кроваво-красной жидкостью внутри, которая, казалось, плескалась за стеклом, как неспокойные морские волны. До чего же прекрасное зрелище! Она вспомнила солнце на закате: такое же багряное, такое же красивое, такое же далёкое... И этот взгляд... Эти глаза... Столь алые, как свежая кровь, столь тёплые, как пламя огня... Снова попробовав дотянутся до спасительного пития, девушка чуть шевельнулась, но её рука так и осталась лежать на месте. Она более не ощущала ничего, кроме холода и горечи обиды. Веки закрылись сами собой...

***

— Ну и ну! Кажется, мы немного опоздали! — где-то из далека послышался глухой мужской голос и чьи-то шаги. — Роли всем отведены были, но глупость акту принесла конец! Я и сам не ожидал такого поворота! Ещё немного и представление завершилось бы преждевременно. Как обидно было бы узреть сие очами моим! Кто-то легонько коснулся её щеки в попытке вытереть слезы. — Жива, но тяжело ранена, бедняжечка... На произвол судьбы бросать её не станем, но нужно во внимание принять ранений состояние, — сказал мягкий женский голос. — Значит, будем действовать учтиво и мягко... Отойди, — приказал мужчина. Кто-то осторожно и нежно, почти как любовник, поднял тело раненой девушки и бережно прижал к себе. Она попыталась приоткрыть веки, но не увидела ничего, кроме неясных силуэтов. Почувствовав прикосновение дорогих тканей к своей коже, легкий аромат дорогих духов и благоухающих трав, она опять закрыла глаза. Убаюкивающее бормотание мужчины действовало на неё умиротворенно. Странно, вдруг ей стало спокойно на душе, все заботы и страхи куда-то исчезли, как кошмар после пробуждения ярким солнечным утром. Она почувствовала себя в безопасности в руках незнакомца. Внезапно нечто, хотя и едва уловимое, но отвратно пахнущее, ударило в её ноздри. "Сера... — пронеслось в её голове прежде, чем она погрузилась в долгий сон. — Кажется, так пахнет сера..."

***

Две тёмные фигуры стояли на небольшой площадке наблюдательного поста, лениво прислонившись к каменному балкону. Белокурая женщина вяло выстукивала тонкими пальцами по камню какой-то ритм, её же спутник, сложив огромные руки на груди, насвистывал мелодию песни, давно забытую в этих краях. Казалось, они остановились, чтобы перевести дух и отдохнуть, да и просто наслаждались покоем. Однако их глаза сосредоточенно высматривали что-то, словно выжидая. Им приказали ждать и они повиновались. Богиня не терпит возражений! Сияла полная луна, поэтому местность просматривалась хорошо. Впрочем, женщина со взъерошенными волосами и без столь яркого светила всё прекрасно видела: даже по прошествии стольких лет на поверхности, её глаза не утратили зоркости. Вдруг, южная сторона неба осветилась яркой вспышкой и они увидели, как по тёмному небосводу стремительно несётся огромный корабль, схожий по форме с головоногим моллюском. Улыбнувшись, женщина повернулась к своему спутнику, краснокожему хобгоблину, и удовлетворенно кивнула. В её красных глазах играли отблески огоньков от факелов, а на красивом, но жестоком лице читалось: "Пора!"