Дьявол носит Пристли

      Последние лучи шныряли по узким грязным улочкам Ист-Энда. Над трущобами сгущались сумерки. Вороватые тени мелькали здесь и там. Восточный Лондон встречал посетителя зловонием, холодом и невиданной бедностью. Чужаков не жаловали, поэтому приличные люди обходили это место стороной. Слякоть подмёрзла, ножки в туфельках с низкой подошвой так и норовили разъехаться. Совсем ещё юная девушка куталась в широкое, когда-то мужское пальто, которое она подогнала под себя. Из рукавов длиной по локоть выглядывали тонкие руки в длинных перчатках. Светлые кудри растрепал ветер, Миранда продрогла до костей.       Месяц назад она точно знала, что не вернётся сюда. Она работала в магазине одного модного дизайнера, за которого даже вышла замуж. Однако не прошло и недели, как они разбежались. Работы не стало, а вместе с ней и нормальной жизни.       Родные места были омерзительны, впрочем, как и всегда. Но здесь остались давнишние зарисовки. Нынешние уничтожил муж, что было непростительно. Грандиозный скандал ждал несчастного, Миранда была в ярости. Сейчас она подавлена. Казалось, удача покинула её.       А вот и знакомый закоулок. Прогнивавшая лестница отзывалась душещипательным скрипом. Темный коридор, вонь, детские воспоминания. Дверь не запирали, поэтому она со скрежетом открылась. Миранда поморщилась.       —       Ну что, выгнали? Так тебе и надо! — раздался мужской голос из глубины комнаты, — Не появляйся здесь, изуверка поганая!       —      Шёл бы ты к чёрту, братик, — осклабилась она в ответ. Всего две комнаты, двухэтажные кровати, как в казарме, замызганное окно и деревянный стол. Миранда начала простукивать доски на полу. Она быстро нашла тайник, но он был пуст. Тело потряхивало уже не от холода, руки дрожали. Она вернулась в первую комнату. С братом сидела ярко накрашенная женщина в одежде, больше похожей на лохмотья. От неё несло дешевым пойлом, глаза блестели. Как Миранда не заметила сразу?       —       Смотри, какая цаца! Мириам, подкинь мне работенку,      — масляным голосом сказала она под гаденькие смешки Давида. Они развалились на отцовской кровати, рука проститутки шарила под его одеждой. Впрочем, во тьме сложно определить точно…       —       Здесь был альбом с эскизами, где он? — процедила Миранда.       —      Спроси у Самуила. Если найдёшь его, — с усмешкой выплюнул кучерявый парень. Миранда волей подавила ругательства. Самуил был старшим в семье, и первым отрёкся от неё. Скорее всего эскизов уже нет.       —      У него дела, его нельзя отвлекать, — гнусаво протянула женщина.       —       Откуда ты знаешь? — склонился над ней Давид.       —       Мы встретимся после… — она так и не закончила. Похоже, скудные мысли разбежались, а она так и не собрала их в кучу. Раздались чавкающие звуки, и Миранду чуть не вывернуло. В мгновение ока она оказалась на улице.       К сожалению, Миранда знала, какие дела у Самуила. Во времена жуткой безработицы процветает преступность. Она торопливо направилась к его «тайному» месту. Интеллект и прозорливость открывали ей все секреты горячо нелюбимого братца. Всё-таки еврейская кровь давала о себе знать. Миранда стыдилась своего происхождения, не понимала набожности и плевала на свою семью. Она всем существом стремилась к прекрасному, и мода стала центром мироздания. Воображение пленили образы в элегантных нарядах, подиум был схож с Олимпом, где роли богов занимали дизайнеры: Шанель, Диор, Баленсиага и, конечно же, Баронесса фон Хеллман. Она знала ещё множество достойных дизайнеров, но таланту этих людей она поражалась больше всего. Идеальная гармония цветов, в основном плавные линии, аристократичность, изысканность и лоск, одним словом — Высокая Мода. Ради неё она бы отдала всё, что только можно, да и что нельзя тоже.       Тьма не скрыла от острого глаза Миранды столб дыма. Он сочился между крышами бараков на окраине. Здесь часто разводили костры, отопление не всем было доступно.       Ноги закоченели, но Миранда ещё быстрее пошла к спасительному теплу. Дорога казалась нескончаемой, с носа текло и приходилось постоянно шмыгать им. Пальцы на руках и ногах онемели. Как некстати эта зима…       Длинные языки пламени вгрызались в темную ткань неба, и снопы искр разлетались во все стороны. Огромная конструкция из разносортных деревяшек, продуктовых ящиков и прочего хлама возвышалась на уровне, наверное, двухэтажного дома. Диаметр тоже был масштабным, костёр мог скрыть за собой хоть целую бригаду. Эффектное зрелище, такое обычно делали для богатых клиентов.       Миранда кое-как стянула перчатки и подставила бледные руки пламени. Тлеющие частицы, кружась, падали и прожигали замёрзшую траву.       —       Мириам?! — истерично прошипел кто-то сзади.       —       Сколько раз повторять, я Миранда, — устало протянула она почти без акцента. Серьезная борьба с грубым произношением не прошла даром. Миранда постепенно оттаивала.       —       Тебя здесь быть не должно! — её резко развернули и потрясли за плечи.       —      Не трогай меня, Исак. Где Самуил? Где мой альбом? — её голос казался инопланетным и звенел в ночной тишине.       —       Уходи…       —       Где мой альбом? — требовательно спросила Миранда. У неё было 7 братьев, и встречи с ними её вовсе не радовали.       —      Почему ты такая настырная! Я здесь сторожу сделку, и если Самуил тебя увидит, тебе и мне конец, — хрипловато сказал Исак, — нет твоего альбома больше! Уходи!       Терять уже было нечего, поэтому она резко побежала по диаметру костра. Мужчина пустился вдогонку.       —       Стой, черт бы тебя подрал!       —       Что ты здесь за шум устро…       Миранда врезалась в человека быстрее, чем он договорил.       —       Куда ты дел эскизы, сученыш?       —       О, я бы ими подтирался, вместо газет, но в честь нашего праздника, я сжёг их здесь, — мужчина театрально развёл руками, указывая на костёр.       Зрачки быстро сузились, несмотря на свет от костра. Губы сжались сами собой, руки налились кровью.       —       Что? — севший тихий голос Миранды предзнаменовал начало конца.       —      Тебе они были нужны? Какая жалось, — и Самуил расхохотался, наслаждаясь своей выходкой. На нём был новенький костюм с добротным пальто. Его считали одновременно и франтом, и образцом для подражания.       —      О нет, в отличие от тебя, я многого стою и без труда сделаю ещё. И в какой помойке ты это вырыл?, — она окинула его критичным взглядом, — Хотя можешь не переживать, тебя ничто не испортит, ведь ты и так урод, — Миранда ослепительно улыбнулась и потрепала его за плечо.       Боль пронзила правую сторону лица. Удар пришёлся именно туда, и без того обветренная губа лопнула. Миранду отбросило назад, она еле удержалась на ногах. Руки машинально зажали место удара, кровь запачкала пальто.       —      Самуил, не надо, оставь её… — Исак хотел было помочь, но его оборвал резкий голос:       —      Скройся, мудила!       —       Да, не мешай, а то задену, — Миранда облизала окровавленные губы, голос отдавал сталью, — готовься, педик…       В ту же секунду они вцепились друг в друга, Миранда исхитрилась и поставила подножку. Самуил навернулся и увлёк её за собой. Чувство боли притупилось, она уже не ощущала ударов и не видела ничего, кроме искажённого яростью лица. Она со всей дури вдарила ему по глазам. Он взревел и с силой кинул её об землю. Миранда закрыла руками голову в последнюю секунду. Боль и мушки были повсюду. Чужие руки, словно клешни, сомкнулись вокруг белоснежной шеи. Если она его не скинет, то это конец. Осознание пробудило животное желание жизни. Миранда откинула руку и ощутила дикую боль. На глазах выступили слезы, дыхания не хватало. Из последних сил она кинула горящую деревяшку об голову мучителя. На мгновение он исчез, и легкие заполнились кислородом. Миранда громко закашлялась.       —      Прекратить, — властный низкий женский голос заполнил собой все пространство.       Средь пламени и дыма возвышалась статная фигура в шикарном бархатном платье по силуэту. На голове была широкополая чёрная шляпа с вуалью. На гордых плечах покоился соболиный полушубок. Глаза светились нездоровым блеском. Сознание расплывалось, но Миранда вперилась взглядом в невиданное доселе явление. Намётанный глаз не находил недостатков. Безупречно! Отблески огня придавали наряду какой-то мистичности и нереальности. Дьявольская роскошь среди трущоб! Миранда погружалась в тьму…