Дядя Воли 2: Здравствуй, Хогвартс

      Утром, едва поспевая за Хагридом, шагающим по ещё полупустым улицам Лондона, я отчаянно боролся с зевотой. Ещё бы, нам пришлось встать ни свет ни заря, чтобы добраться до станции и успеть на утренний поезд в столицу. Рубеус, который теперь больше напоминал добродушного и недалёкого деревенского толстяка в длинном мохнатом пальто, так и не объяснил мне, к чему такая спешка. Просто сказал, что нам надо торопиться, если мы хотим всё успеть. Всю дорогу в поезде я откровенно клевал носом и так и не спросил у своего сопровождающего, почему вчера он так поздно за мной явился. Чем дальше мы удалялись от вокзала, тем меньше мне хотелось спать. Вокруг было столько интересного! Тем более, что мне ещё ни разу не доводилось быть в Лондоне. Ни в магическом, ни в обычном. Я так увлёкся рассматриванием города, что чуть не пропустил момент, когда Хагрид резко свернул в узкий переулок между домами.       — А теперь, Гарри, слушай и запоминай, — повернулся ко мне великан. — На той стороне, ты — национальный герой, который победил самого страшного тёмного волшебника — Волдеморта.       — Но ведь это неправда, — поморщился я. — Ты же знаешь…       — Знаю, — кивнул Хагрид. — Поэтому и предупреждаю тебя. Там все считают, что именно из-за тебя Тёмный Лорд исчез… И отчасти это правда…       Я недовольно засопел. Рубеус присел передо мной на корточки и, обняв за плечи, произнёс:       — Пойми, малыш, начинается большая игра, в которой тебе отведена одна из главных ролей. И ценой в этой игре может быть твоя жизнь. Твоя и твоей семьи. Конечно, и я, и Том, и Северус будем помогать тебе по мере своих сил, но мы не можем быть с тобой постоянно. Понимаешь?       Я кивнул.       — Сегодня у тебя, если можно так выразиться, дебют, пробный выход, — продолжил Хагрид. — Пройдёшься немного по магическим магазинам, познакомишься с магами.       — А то я их не знаю, — хмыкнул я. — У меня вся семья — маги.       — Твоя семья не считается, — усмехнулся Рубеус. — Они слишком долго жили среди маглов. Кстати, постарайся не забывать, что ты тоже всю жизнь прожил среди магглов и про магический мир ничего не знаешь.       — Но Хагрид, — возразил я, — ведь на самом деле так оно и есть. Я почти ничего не знаю про мир магов. Ну, не считая того, что мне рассказывали родители и дядя. Я даже колдовать толком не умею.        — Вот и отлично, — улыбнулся Хагрид и потрепал меня по волосам и поднялся. — А ментальную магию лучше вообще лишний раз не демонстрировать при посторонних. Ты всё понял?       Я вновь кивнул.       — Ну, тогда идём.       С этими словами он поднялся, и вышел из переулка. Я последовал за ним. Народу на улице стало больше, но нам это ничуть не мешало. Люди расступались на нашем пути, как льдины на пути ледокола. Но самое интересное, никто не обращал на нас внимания. Словно нас тут и не было. Наверняка Рубеус использовал какое-то ментальное заклинание. Он в этом мастер. Мы прошли несколько кварталов и оказались перед зажатым между двумя магазинами баром со странным названием «Дырявый котёл». И, судя по всему, на нём тоже были какие-то чары, потому что кроме нас с Хагридом его, похоже, больше никто не замечал.       — Маглотталкивающие чары, — с усмешкой пояснил Рубеус, взглянув на мою озадаченную физиономию. — А теперь ещё несколько напутственных слов, Гарри. На той стороне я — недалёкий лесничий, живущий в хижине возле Запретного леса. Колдовать я не умею, особым умом не отличаюсь. Запомнил?       — Запомнил, — ответил я.       — Ну, тогда вперёд. Твой первый выход на сцену состоится прямо сейчас.       Я сделал глубокий вдох и шагнул в распахнутую Хагридом дверь…       Ну, что я могу сказать, всеобщее внимание мне не понравилось. Особенно такое навязчивое. Многие по несколько раз подходили ко мне, чтобы пожать мою руку. Как будто я царь Мидас и раздаю золото направо и налево. Но больше всего мне не понравился один молодой маг, которого Хагрид представил как профессора Квиррелла — преподавателя по защите от тёмных искусств. Вёл он себя как-то странно. А ещё от него за милю пахло чесноком и ещё чем-то противно-сладким, если подойти на расстояние вытянутой руки. Надо будет потом спросить насчёт его у папы. Или дяди.       — Хагрид, меня теперь все вот так узнавать будут? — озабоченно спросил я, когда мы оказались на улице, позади бара.       — А что? — хитро прищурился тот. — Ты же знаменитость.       — Да я лучше никогда больше колдовать не буду, чем быть такой знаменитостью! — воскликнул я.       Рубеус расхохотался.       — Считай, что проверку ты прошёл, — произнёс он, немного успокоившись. — Это хорошо, что ты не любишь такие штуки. Меньше будешь привлекать к себе внимания. Нет, конечно, не все будут приветствовать тебя таким образом. Кое-кому ты как кость поперёк горла. Так что, особо не отсвечивай, и постарайся реже называть своё имя. Идёт?       — А в школе? — нахмурился я. — Что мне в школе делать? Там-то всех по фамилиям знают. Мне что, не отзываться, если меня вызовут к доске? Или вообще на занятия не ходить?       — Не волнуйся, в школе всё будет немного по-другому, — успокоил меня Хагрид. — А теперь, идём. Мы и так немного задержались.       Он достал из-под полы своего необъятного пальто небольшой розовый зонтик и стал тыкать им в кирпичи на стене.       — Держись поближе ко мне, — сказал Хагрид, когда кирпичная стена перед нами расступилась, образовав арку.       Мы прошли сквозь неё и оказались на мощенной крупными булыжниками извилистой улочке, уходящей вдаль.       — Косая аллея, — произнёс Рубеус, пропуская меня вперёд.